Меря

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Ме́ря, меря́не — древнее финно-угорское племя, проживавшее на территории современных Владимирской, Ярославской, Ивановской, восточной части Московской, восточной части Тверской, южной части Вологодской и западной части Костромской областей России[1]. А также общее название славяно-финского населения (мерянская культура), проживавшего на этой территории во второй половине I тысячелетия н. э[2].

История[править | править вики-текст]

В начале-середине I тыс. н. э. в междуречье Оки и Волги сформировались племена мари, мери, мокшан, муромы и эрзян. Племена городецкой культуры испытывают сильное влияние пьяноборских племён, которые в начале нашей эры продвинулись в Западном Поволжье. К этому времени позднегородецкие племена приобретают устойчивый обряд в грунтовых могильниках. К началу второй половины I тысячелетия н. э. между перечисленными племенами возникают заметные различия.

Меряне проживали на значительной части современных Костромской, Ярославской, Вологодской и Ивановской областей России до славяно-кривичской колонизации их земель в XXI веках. Исследователь Кузнецов утверждает, что центром поселения мерян были губернии Владимирская, Ярославская и Московская[3].

Меря впервые была упомянута в VI веке готским летописцем Иорданом под названием мерен (merens) как данник короля готов Германариха. Позднее сведения о мере можно найти и в русских хрониках. Согласно летописи «Повесть временных лет», меря располагалась в районе озёр Неро («Ростовское озеро») и Плещеево («Клещина»). По предположению А. Е. Леонтьева, в VI веке мерянские племена переместились из района средней Оки (культура рязано-окских могильников) на север. При этом В. В. Седов считает что Леонтьев не пытался подкрепить свою догадку фактическими данными. Анализ культуры рязанско-окских могильников и древностей Волго-Клязьминского междуречья второй половины I тыс. н. э. достаточно определённо демонстрирует невозможность их генезиса. Отличаются также, погребальная обрядность, комплексы женских украшений, и керамические материалы[4].

Согласно «Повести временных лет», в 859 году мерян обложили данью варяги. В конце IX века — начале X века меря принимала участие в военных походах Олега, в том числе на Киев. Последнее упоминание мери как отдельного народа имеется под 907 годом, когда меряне в составе войска Олега пошли на Царьград[5]. Тем не менее есть отдельные упоминания и позднее: «mirri» в «Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum» Адама Бременского (1075), вероятно, пользовавшегося более ранними источниками.

Начало слияния с восточными славянами относится к XXI вв. Эта территория стала основой Владимиро-Суздальского княжества. Меря входила в состав населения, восстававшего в 1071 и 1088 против насаждения христианства и феодальных порядков. Процесс ассимиляции растянулся на столетия. Когда в XIV в. Авраамий Галичский решил поселиться на Галичском озере, там жили «человеци по дубравам некрещении, нарицаемые меря» (Житие).

Одним из первых археологов, исследовавших мерянские памятники в середине XIX века, был граф Уваров. Раскопав значительное количество курганов, содержавших мерянские украшения и бытовые предметы, он определил их как мерянские. При раскопках вокруг озера Неро были обнаружены Сарское городище (племенной центр мери) и 19 селищ, принадлежавших мерянам. Указанные поселения располагались на склонах возвышенностей коренного берега озера, занимая берега ручьёв и рек Сара, Устье, Которосль в пределах досягаемости друг от друга. Другое гнездо мерянских селищ расположено вокруг озера Плещеево. Одно из селищ расположено около озера Савельево (южнее Плещеева озера на 40 км). С меньшей плотностью памятники мери расположены по течению реки Нерли Клязьминской, в окрестностях Ярославля и в Костромской области вплоть до Галича Мерьского, где, возможно, существовал центр мери.

В настоящее время истинных потомков летописного народа мери, по-видимому, не существует. Название «меря» известно практически только из летописи «Повесть временных лет». Нет данных, было ли это самоназвание либо искажённое внешнее наименование местного племени пришлыми славянами. Существует умозрительная версия, что слово «меря» и самоназвание проживающих на западе Марий Эл современных горных марийцев, звучащее приблизительно как «мяры», представляют собой однокоренные слова. Наиболее близкими мере по происхождению являются мари, затем мурома и мордва (эрзя), в меньшей степени — весь (вепсы). Эта группа племён, включавшая в себя в том числе и население, оставившее памятники типа Безводнинского могильника, сформировалась во второй пол. I тысячелетия н. э. в результате движения балтов[источник не указан 1110 дней] из верховий Оки вниз по течению, вплоть до левобережья Волги, в ходе которого они смешались с проживающими там финноязычными племенами.

Ряд учёных (М. Фасмер, Т. С. Семёнов, С. К. Кузнецов, Д. А. Корсаков, Д. К. Зеленин) отождествляют мерю с мари[6][7]. Луговые марийцы воспринимают слово меря как русифицированное самоназвание западной ветви мари — Мäрӹ. «История о Казанском царстве» упоминает черемисов как коренных жителей Ростова, не пожелавших креститься и поэтому покинувших город.

Другие учёные (П. Д. Шестаков, А. К. Матвеев) не отождествляют мерю с мари, но считают марийцев наиболее близким к мере финно-угорским народом. В то же время Матвеев признаёт, что «несмотря на многочисленные попытки отделить этнонимы меря и мари друг от друга, есть всё же намного больше оснований видеть в них фонетические варианты одного слова…»[8].

По данным археологических раскопок и ориентировочно по данным обширной дославянской топонимики этих мест, меря были финно-угорским народом с языком, близким, вероятно, марийским языкам, вепсскому, мордовским (эрзянскому и мокшанскому).

Мифология[править | править вики-текст]

Археологическая культура[править | править вики-текст]

До эпохи Великого переселения народов районы междуречья Волги и Оки были заселены племенами дьяковской культуры, родственными племенам днепро-двинской культуры[9][10]. Упадок дьяковской культуры в Москворечье датируется VI—VII веками, а памятников позднее VII века не обнаружено[11]. Поселения VII—IX веков Москворечья и Верхневолжья остаются слабо исследованными, что не позволяет детально проследить направления этногенетических процессов в регионе[12].

Процессы, происходившие в третьей четверти I тыс. н. э. в междуречье Волги и Клязьмы исследовались в работах А. Е. Леонтьева. В культуре второй половины I тыс. н. э. не прослеживается связей с предшествующими дьяковскими древностями. В третьей четверти первого тысячелетия формируется иное культурное образование, связанное с появлением нового населения. Увеличивается численность населения, в хозяйстве ведущую роль занимает земледелие. Леонтьев выдвинул предположение, что пришлым населением являлась финноязычная меря, что стало основанием для названия культуры «мерянской». Вопрос происхождения этого населения Леонтьев оставляет открытым, высказав предположение, что миграция могла происходить из района культуры рязано-окских могильников[13].

По наблюдению В. В. Седова, особенности культуры Волго-Клязьменского междуречья (погребальная обрядность, комплексы женских украшений и керамика) демонстрируют невозможность их генезиса из древностей рязано-окских могильников[14]. По мнению исследователя, вопрос сложения новой культуры невозможно решить без анализа распространения предметов провинциальноримских типов, которые отражают прилив населения из Среднеевропейского ареала. По мнению Седова, формирование мерянской культуры связано с взаимодействием среднеевропейских переселенцев с местными финскими племенами, а сама культура родственна тушемлинской и псковских длинных курганов[15]. По наблюдениям Седова, основными создателями мерянской культуры были не местные финны, а среднеевропейские переселенцы, так как только так могла сложиться новая поселенческая структура, остававшаяся неизменной и в Древнерусское время, а в хозяйстве могло возобладать земледелие. Как и в других регионах лесной полосы, затронутых среднеевропейской миграцией, в составе переселенцев преобладал славянский элемент. Об этом, по наблюдениям Седова, свидетельствует распространение браслетообразных височных колец с сомкнутыми или заходящими концами[2].

Археологические наблюдения, по замечанию Седова, доказывают акцентологические исследования, согласно которым восточно-великорусские говоры междуречья Волги и Оки составляют особую четвёртую группу[16]. Согласно выводам исследователей, «диалекты этой группы ввиду сугубой архаичности их акцентной системы не могут быть объяснены как результат вторичного развития какой-либо из известных акцентологических систем, а должны рассматриваться как наиболее раннее ответвление от праславянского; этнос носителей этого диалекта представляет, по-видимому, наиболее ранний восточный колонизационный поток»[17].

Как замечает Седов, меря, которая участвовала в призвании варягов и походах Олега, было уже не поволжско-финским племенем, а населением из Ростовской земли, сформировавшимся в условиях славянско-мерянского симбиоза[18]. Эволюция культуры, быта и экономики при перерастании мерянской культуры в древнерусскую была поступательной, без резкого слома[4].

Роль мери в формировании русского этноса[править | править вики-текст]

Русский (великорусский) народ, восточнославянский в своей основе, сложившийся в основном из потомков славянских племён, ранее входивших в состав Древнерусского государства, вбирал в себя в разные периоды своего существования, представителей соседних племён и народностей. Существует предположение, что финно-угорский народ меря также был ассимилирован восточными славянами. Достоверно доказать данное утверждение теперь практически невозможно, так как накопленная фактическая информация фрагментарна, отрывочна. Очевидно, что ассимиляция, если она и имела место, произошла уже очень давно, как минимум, в допетровский период, скорее всего, до XIV века, так как позднейшие источники ничего не сообщают об иных народах в регионе.

Произошла ли ассимиляция, вытеснение и миграция, неспровоцированное вымирание или истребление мери? Свидетельства об организованной, массовой вооружённой борьбе между местным населением и пришельцами отсутствуют. Археологические раскопки во многих местах показывают сосуществование в один и тот же период славянской и финно-угорской культур в одних и тех же поселениях тех веков.

Этнический состав бывшей земли меря по результатам переписи 2002 г. показывает подавляющее преобладание русских[19]. Ныне доказать существование «чистокровных» меря среди нынешнего населения этого региона России едва ли возможно. Более того, население указанного региона (Ярославская, Костромская, Ивановская области и окружающие их прилежащие части соседних областей) не сохранило в своей исторической памяти процесс ассимиляции и встречи славян с меря. Русские, проживающие там сейчас, в подавляющем большинстве своём даже не знают о существовании данного древнего народа[источник не указан 59 дней], хотя стоит отметить финно-угорские гидронимы на этих территориях.

Версия о якобы серьёзном влиянии финских племён и народностей, в частности мери, на складывание русского этноса вызывала серьёзные сомнения и возражения у ряда учёных. Русский историк Николай Костомаров пишет, что роль мери в призвании варягов связана в основном с тем, что она находилась под властью славян. То есть находилась в подчинённом и зависимом от них положении. По мнению Костомарова на это указывают славянские названия городов, которые были главами этих земель, ранее образование славянских княжеств, что было возможно только при наличии широкого присутствия на этих землях славянского этнического элемента. Также, в пользу немногочисленности мери говорит раннее её исчезновение из хроник[20].

С мнением Костомарова соглашается известный русский и советский этнограф Д. К. Зеленин. В своей работе «Принимали ли финны участие в образовании великорусской народности?» он указывает на тот факт, что говорить о массовом обрусении финнов невозможно, так как они существуют и по настоящее время. В частности он соглашается с мнением Кастрена о том, что меря была или тождественна марийцам, которые носят самоназвание мари или близкородственна с ними. А разделение этого народа на меря и черемис, описанных Нестором в «Повести временных лет» объясняет современным разделением марийского народа на горных и луговых марийцев. Из которых, первые, как и меря, выступали союзниками, а вторые, противниками русских княжеств. Также он указывает на то, что часть жителей Ростовского княжества несогласная с христианизацией переселилась за его пределы, что согласуется с информацией из летописей о языческом фанатизме местных меря, которые доходили до убийства христианских священнослужителей. Так же он считает, что «мирная» колонизация русскими северовосточных земель всего лишь красивая легенда некоторых историков. Столкновения с финскими племенами периодически происходили и им приходилось уступать территории славянам и уходить на новые места жительства. Также он отмечает и тот факт, что великорусская диалектология и этнография не находят в общевеликорусском говоре и быте сколько-нибудь значительных финских элементов[21].

К подобным выводам и приходит русская антропологическая экспедиция под руководством антрополога В. В. Бунака. Бунак объединил русских проживающих, в Костромской, Вологодской, Кировской и северной части Нижегородский области, в вологдо-вятский антропологический тип, и сделал вывод о том, что этот тип имеет, несмотря на некоторые региональные особенности, ясное отличие от местных восточнофинских народов, и в целом, имеет очевидное сходство с другими антропологическими русскими группами, в частности с ильменским типом. На бывшей территории проживания мери — в Ивановской, Владимирской и западной части Нижегородской областей, находятся ещё два русских антропологических типа. Восточный верхневолжский тип отличается от западного верхневолжского более тёмной пигментацией глаз и волос. Клязьминский русский тип отличается от северо-западного ильменского в основном только более тёмной пигментацией глаз и волос, более сильным ростом бороды и более прямыми контурами носа. С финскими типами эти типы не сравнивались ввиду незначительного отличия от прочих русских типов[22].

Лингвистика[править | править вики-текст]

Учёные-лингвисты предполагают, что меря говорили на мерянском языке, который был близок к языкам соседних поволжских финно-угорских племён — марийскому, эрзянскому, мокшанскому, а также прибалтийско-финским языкам. Никаких серьёзных научных данных, подтверждающих существование собственной мерянской письменности, нет.

Умозрительно предполагается [кем?] , что после экспансии славян могли быть созданы написанные кириллицей религиозные переводы на мерянский язык, использовавшиеся в миссионерских целях. Серьёзных научных свидетельств, что такие письменные памятники действительно существовали когда-то, также нет. Язык вымер, сохранившись лишь в местной топонимике и гидронимике[8].

В популярной литературе бытует мнение, что имя меря (иногда произносившееся и как неря) сохранилось до наших дней[23] в некоторых топонимах, например озеро Неро близ Ростова, две реки Нерль, город Нерехта в Костромской области, река Нерская в Московской области или озеро Нерское в Солнечногорском районе Московской области, а также река Нерехта в Ковровском районе Владимирской области. Существует также множество деревень под названием Неря. В древнем Новгороде, был Неревский конец[24][25], наряду со Славенским (от ильменские словене). Хотя по мнению лингвистов и историков, корень нер- не имеет никакого отношения к этнониму меря. Данные топонимы образованы от древней основы нер-/нар-, широко распространённой в гидронимии севера Евразии: Нарев, Нара, Нарочь, Нярис, Нерусса и др. (ср. лит. nara «поток»)[26].

Этноопределяющими для мери являются топонимы, содержащие форманты -бол или -скол, такие как Шурскол, Пужбол (Пушбол), Большая Брембола, Малая Брембола, Яхробол, Искробол, Шачебол, Пачеболка (Пачебол), Ракоболь (Ракобол), Ружбол, Деболовское (Дебол), Толгоболь (Толгобол). С некоторым сомнением к этому ряду можно отнести и московское название Шабол(-овка). [источник не указан 250 дней] На самом деле название д. Шаболово (сейчас ул. Шаболовка в Москве) происходит от некалендарного личного имени Шабала (ср. староста Митрошка Шабала, 1657 г.)[27]. Похожие названия (с переходом О в А) сохранились на территории Марий Эл: Ардембал, Отымбал, Яктерлюбал, Шарембал. На территории современной Владимирской области находятся населённые пункты Кинобол, Кибол, Шихобалово (Шихобал). Мерянское происхождение у названий рек Сара, Векса, селения Сулость и в названиях ряда других населённых пунктов Ярославской и соседних с ней областей.

На протяжении последних двух столетий разными исследователями предпринимались попытки обнаружить остатки мерянского языка в говорах местного русского населения. Особый интерес представляли тайные языки местных торговцев. Например Н. Н. Виноградов в своей работе «Галивонские Алеманы. Условный язык галичан (Костромской губернии)», исследовав этот говор, соглашается с мнением Даля, что этот язык является не чем иным, как местным вариантом офенского языка купцов и торговцев, широко распространённого по всей Россиии, и не имеет никакого отношения к мерянскому языку[28]

В наши дни киевский лингвист О. Б. Ткаченко, опубликовал ряд работ, в которых он пытается доказать, что кацкари — прямые потомки летописного народа меря[29]. Он предпринял попытку реконструировать некоторые особенности исчезнувшего языка и выдвинул гипотезу, что кацкий говор сложился под влиянием местного финно-угорского субстрата, также несёт в себе несколько десятков слов, происходящих из мерянского языка. Работы О. Б. Ткаченко вызвали дискуссию в профессиональной среде, как благожелательные отклики за смелый замысел, так и резкое неприятие. Оппоненты Ткаченко указывают на крайнюю затруднительность каких-либо реконструкций, учитывая почти полное отсутствие фактического материала и оттого безнадёжность поставленной задачи, умозрительность и шаткость всех теоретических построений.

От этнонима меря происходит название реки Мерея.[30] По одной из версий название города Миоры (в прошлом Мерея, Меры, Мёры) также связано с этнонимом меря.[31]

Современные меря[править | править вики-текст]

Неофициальный флаг современных «мерян»

В современной России в последние годы появилось этнокультурное движение, которое пропагандирует среди русского населения Верхнего Поволжья возрождение этого народа. Современные «меряне» имеют свои интернет-сайты «merja.org», «Merjamaa — Мерянь Мастор», «Меряния» и др., где представлены национальные герб, флаг и гимн; участвуют в дискуссиях на финно-угорских сетях («Уралистика» и др.). Темы, связанные с народом меря и современными «мерянами», периодически поднимаются на эрзянских ресурсах (например, на Интернет-портале «Эрзянь ки», в газете «Эрзянь Мастор» и др.). Часть информации на «мерянских» сайтах представлена также на эрзянском языке, на котором написан и «мерянский гимн»[32].

Презентация мерянского флага состоялась 21 июля 2012, в ходе краеведческого похода на дьяковском городище Синьково[33]. Первый общероссийский съезд мерянистов (специалистов по истории финно-угорского племени меря), на котором были представлены и «современные меряне» состоялся 6-7 июля 2013 года в городе Плёсе Ивановской области[34].

С начала XXI века стали широко распространяться околонаучные утверждения о том, что современный русский народ, якобы, по своему происхождению является преимущественно финно-угорским, а не славянским, а славянский язык и культуру лишь воспринял извне[35], что пытаются подкрепить результатами масштабной генетической экспертизы гаплогрупп Y-хромосомы, передающихся из поколение в поколение по мужской линии практически без изменения. Однако, эти утверждения (как правило из разряда жанра фолк-хистори) являются политически ангажированными и не подтверждаются наукой[36][37][38][39][40], что позволяет большинству филологов, антропологов, генетиков и историков, занимающихся проблемами финно-угроведения и истории восточно-славянских племён, утверждать, что с научной точки зрения такое мнение является бездоказательным.

Никаких доказательств, что современные «меряне» являются прямыми потомками одноимённого летописного народа, не существует. Однако, «современные меряне» аппелируют к части 1 статьи 26 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность.

Меря в художественной литературе и кинематографе[править | править вики-текст]

Жизни современных «мерян» посвящены литературные произведения современных писателей: повести Дениса Осокина (Аиста Сергеева) «Овсянки» и Алекса Авардина (Авардень Сандра) «Костромские каникулы». В 2010 году режиссёром Алексеем Федорченко был снят художественный фильм «Овсянки», героями которого являются представители древнего народа меря, сохранившиеся, по версии авторов фильма, до наших дней. Нравы и обычаи древнего летописного народа, представленные в фильме, являются художественным вымыслом и не основаны на исторических документах и иных научно установленных фактах.

Упоминание Мери встречается у А.Блока: «Чудь начудила, да Меря намерила/Гатей, дорог, да столбов верстовых…»

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Матвеев А. К. К проблеме расселения летописной мери // Известия Уральского государственного университета. 1997. № 7. С. 5-17.
  2. 1 2 Седов В. В. Славяне: Историко-археологическое исследование. — С. 393.
  3. Этнологическая история Поволжья по новейшим литературным данным//ИОАИЭ, 1911. т. XXVII, Вып. 1, С. 1-36.
  4. 1 2 Валентин Васильевич Седов СЛАВЯНЕ. Историко-археологическое исследование.. — Москва: Языки славянской культуры, 2002. — 145 с. — ISBN 5-94457-065-2
  5. Летопись Ярославля: 1010—2010. СПб.: ИД «Морской Петербург», 2007. 360 с.; ил.
  6. Леонтьев А. Е. Археология мери. К предыстории Северо-Восточной Руси. 1996.(недоступная ссылка)
  7. Зеленин Д. К. Восточные славяне. Кто они?. — М.: Эксмо, 2012. — С. 14. — 399 с. — 2000 экз. — ISBN 978-5-699-56962-5
  8. 1 2 Матвеев А. К. К проблеме расселения летописной мери // Гуманитарные науки. Выпуск 1. 1997. № 7.
  9. Третьяков П. Н. К истории племён Верхнего Поволжья в первом тысячелетии н. э. Материалы и исследования по археологии СССР №5. — Ленинград: изд-во Академии наук СССР, 1941.
  10. Бадер О. Н. Древние городища на Верхней Волге // Материалы и исследования по археологии Верхнего Поволжья. Материалы и исследований по археологии СССР № 13. — М.-Ленинград: изд-во Академии наук СССР, 1950. — С. 90-132.
  11. Седов В. В. Славяне: Историко-археологическое исследование. — М.: Языки славянской культуры, 2002. — С. 389.
  12. Седов В. В. Славяне. — С. 390.
  13. Леонтьев А. Е. Археология мери: К предыстории Северо-Восточной Руси. Археология эпохи великого переселения народов и раннего средневековья. Выпуск 4. — М.: Институт археологии РАН, 1996.
  14. Седов В. В. Славяне: Историко-археологическое исследование. — С. 390-391.
  15. Седов В. В. Славяне: Историко-археологическое исследование. — С. 391.
  16. Седов В. В. Славяне: Историко-археологическое исследование. — С. 394.
  17. Дыбо В. А., Замятина Г. И., Николаев С. Л. Основы славянской акцентологии. — М., 1990. — С. 157-158.
  18. Седов В. В. Славяне: Историко-археологическое исследование. — С. 397.
  19. Население по национальности и владению русским языком по субъектам Российской Федерации по данным Всероссийской переписи населения 2002 года
  20. Костомаров Н. И. Русская республика: Севернорусские народоправства во времена удельно-вечевого уклада (История Новгорода, Пскова и Вятки)
  21. Зеленин Д. К. Принимали ли финны участие в образовании великорусской народности?
  22. Бунак В. В. Происхождение и этническая история русского народа по антропологическим данным. — М.: Наука, 1965. — Т. 88. — (АН СССР. Труды института этнографии им. Н. Н. Миклухо-Маклая.)
  23. Смирнов Ю. М. Ещё более загадочная нерева // Домовой. 1992. № 1. С. 34-36.
  24. Янин В. Л., Алешковский М.X. Происхождение Новгорода (к постановке проблемы) // История СССР. 1971. № 2. C. 32-61.
  25. Пёусти О. Столицы финно-угорского мира. Неиллюстрированная интернет-версия, Osmo Pöysti, 2001—2004 года, Куру, Финляндия
  26. Поспелов Е. М. Географические названия мира: Топонимический словарь / Отв. ред. Р. А. Агеева. — 2-е изд. — М.: Русские словари: Астрель: АСТ, 2002. — С. 283, 287, 304. — 512 с. — 5000 экз. — ISBN 5-17-001389-2
  27. Поспелов Е. М. Географические названия Московской области: Топонимический словарь. — М.: АСТ, 2008. — С. 596. — 600 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-17-042560-0
  28. Виноградов Н. Н. Галивонские Алеманы. Условный язык галичан (Костромской губернии).
  29. Ткаченко О. Б. Сопоставительно-историческая фразеология славянских и финно-угорских языков. Киев: Наукова думка, 1979.
  30. Жучкевич В. А. Краткий топонимический словарь Белоруссии. — Минск: Изд. БГУ, 1974. — С. 229. — 448 с. — 12 700 экз.
  31. Капылоў, Ігар. Мёры ці Міёры?. «Звязда» № 27238 (28 июня 2012).
  32. «О мерянском возрождении»
  33. «Флаги различных национальностей России»
  34. «Съезд мерянистов»
  35. «Русские — это ассимилированные восточные украинцы и финно-угры»
  36. "База данных "Характеристика 70 народов мира по 8 гаплогруппам Y хромосомы ""
  37. «Русские»
  38. «Поскреби русского найдёшь поляка»
  39. «Русские гаплогруппы (ДНК-генеалогия)»
  40. В. В. Бунак. Некоторые вопросы этнической истории.// Происхождение и этническая история русского народа. Тр. Ин-та этнографии АН СССР.1965.т.88.

Ссылки[править | править вики-текст]

Логотип Викисловаря
В Викисловаре есть статья «меря»