Авиакатастрофа над базой Туле

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Авиакатастрофа над базой Туле
Boeing B-52G in flight 061026-F-1234S-021.jpg
Boeing B-52G, однотипный с потерпевшим аварию
Общие сведения
Дата

21 января 1968

Характер

пожар на борту

Место

авиабаза Туле

Погибшие

1

Воздушное судно
Модель

Боинг B-52G

Принадлежность

380-е бомбардировочное крыло Стратегического командования ВВС США

Пункт вылета

авиабаза Платтсбург

Пункт назначения

авиабаза Платтсбург

Бортовой номер

58-0188

Экипаж

7

Выживших

6

Авиакатастрофа над базой Туле произошла 21 января 1968 года, когда после возникновения пожара на борту стратегического бомбардировщика B-52 экипаж был вынужден экстренно покинуть самолёт над базой ВВС США Туле в Гренландии, и неуправляемая машина потерпела крушение вблизи от базы. Бомбардировщик выполнял боевое патрулирование в рамках операции «Хромовый купол» и нёс четыре термоядерные бомбы B28FI. В результате падения самолёта, оставленного экипажем, термоядерные боеприпасы разрушились, вызвав радиационное заражение местности. В марте 2009 года журнал «Time» включил инцидент в список наиболее серьёзных ядерных катастроф[1].

В 1995 году часть документов, связанных с катастрофой, была рассекречена, в результате чего она стала достоянием гласности. Это вызвало политический кризис в Дании, так как полёты американских бомбардировщиков в воздушном пространстве Гренландии нарушали официально провозглашённый безъядерный статус страны. Впоследствии в прессе появлялись основанные на рассекреченных документах сообщения о том, что в ходе поисковых работ были обнаружены обломки только трёх из четырёх бомб, находившихся на борту, а судьба четвёртой остаётся неизвестной.

Полётное задание[править | править исходный текст]

С 1961 года Стратегическое командование ВВС США проводило операцию «Хромированный купол», заключавшуюся в постоянном боевом патрулировании в воздухе, которое проводилось стратегическими бомбардировщиками с термоядерным оружием на борту, в готовности нанести удар по целям на территории СССР. С конца 1961 года в рамках операции стали выполняться задания под кодовым названием «Хард Хэд» (англ. Hard Head) по постоянному визуальному наблюдению за радиолокационной станцией на авиабазе Туле, служившей ключевым компонентом системы раннего предупреждения о ракетном нападении BMEWS (англ.). Целью «Хард Хэд» было получение оперативной оценки ситуации в случае нарушения связи со станцией, позволявшее определить, не было ли такое нарушение результатом атаки со стороны СССР. Самолёты, действовавшие в рамках этого задания, также несли термоядерные бомбы[2]. После авиакатастрофы над Паломаресом в январе 1966 года операция «Хромовый купол» была значительно сокращена. С 1967 года единственным заданием, которое продолжалось выполняться, было наблюдение за базой Туле[3].

Катастрофа[править | править исходный текст]

Комплект из четырёх термоядерных бомб B28

Утром 21 января 1968 года в 9:29 EST с авиабазы Платтсбург (англ.), расположенной в городе Платтсбург (штат Нью-Йорк), на очередное патрулирование по плану «Хард Хэд» вылетел бомбардировщик B-52G, бортовой номер 58-0188, принадлежавший 528-й эскадрилье 380-го бомбардировочного крыла стратегической авиации США. Командиром корабля был капитан Джон Хог. На борту, помимо пяти штатных членов экипажа, находились сменный штурман капитан Крис Кёртис и запасной (третий) пилот майор Альфред д’Амарио[4].

Третий пилот при взлёте занимал место штурмана-инструктора в кормовой части нижней палубы. Расследование инцидента, проведённое ВВС США, установило, что перед вылетом д’Амарио положил на вентиляционное отверстие системы отопления, под сиденьем, три поролоновые, обтянутые тканью подушки, а вскоре после вылета — ещё одну. Полёт проходил без происшествий, за исключением дозаправки в воздухе от танкера KC-135, которую пришлось произвести вручную в связи с неполадками автопилота[4][5].

Примерно через час после заправки командир приказал второму пилоту, капитану Леонарду Свитенко, смениться для отдыха, а майору д’Амарио занять его место. Поскольку в кабине было холодно, д’Амарио открыл клапан забора воздуха из воздушного тракта двигателя в систему отопления. Из-за технической неисправности горячий воздух от двигателя при поступлении в систему отопления практически не охлаждался, и вскоре в кабине стало очень жарко, а поролоновые подушки, сложенные под сиденьем, воспламенились. Запахло горящей резиной. Экипаж начал поиски источника запаха, и штурман, дважды осмотрев нижнюю палубу, обнаружил очаг возгорания. Попытки погасить пламя с помощью двух огнетушителей успехом не увенчались, и в 15:22, когда самолёт находился в 140 километрах от авиабазы Туле, капитан Хог передал сигнал бедствия и запросил разрешение на экстренную посадку. В течение пяти минут все огнетушители на борту были израсходованы, электроснабжение отключилось, а кабина заполнилась дымом до такой степени, что пилоты не могли различать показания приборов. Командир корабля, поняв, что посадить машину не удастся, в 15:37 приказал экипажу покинуть самолёт. Четыре члена экипажа катапультировались, как только д’Амарио подтвердил, что самолёт находится непосредственно над базой. За ними последовали пилоты — сам Хог и д’Амарио. Второй пилот Свитенко, оставшийся без катапультируемого кресла, попытался покинуть машину через нижний люк, но получил смертельную травму головы. Остальные члены экипажа, хотя и выжили, получили при катапультировании травмы различной степени тяжести[6].

Неуправляемый самолёт некоторое время летел в северном направлении, затем развернулся на 180° и в 15:39 EST рухнул на лёд залива Северной звезды примерно в 11 км (7 милях) от взлётно-посадочной полосы базы. Удар вызвал детонацию обычного взрывчатого вещества в запалах всех четырёх бомб, и, хотя ядерного взрыва не последовало, радиоактивные компоненты оказались разбросаны по большой площади. Воспламенившееся авиационное топливо проплавило лёд, и обломки крушения ушли на дно океана.

Хог и д’Амарио приземлились непосредственно на территории авиабазы с разницей в десять минут и немедленно проинформировали командира базы о том, что как минимум шестерым членам экипажа удалось катапультироваться, а также о том, что на борту потерпевшего крушение B-52 находились водородные бомбы. Спасателям удалось обнаружить остальных выживших членов экипажа. Дольше всего занял поиск капитана Кёртиса, который покинул самолёт первым и приземлился на расстоянии 9,7 км от базы. Он был найден только через 21 час и сильно пострадал от переохлаждения (температура воздуха достигала −31°), но сумел выжить, завернувшись в парашют[6][7].

Воздушная разведка места падения самолёта, произведённая практически немедленно, сумела обнаружить на льду только шесть двигателей, покрышку и мелкие обломки. Инцидент был отнесён к категории «Сломанная стрела» (англ. Broken Arrow), этот код обозначал происшествие с ядерным оружием, не создающее угрозу войны.

Проект «Крестед Айс»[править | править исходный текст]

Аэрофотосъёмка места катастрофы. Чёрное пятно — лёд, потемневший из-за горящего топлива. Место падения — вверху

Взрывы и пожар уничтожили большую часть обломков, разбросанных по участку длиной примерно 4,8 и шириной 1,6 км. Части бомбового отсека были обнаружены в 3,2 км севернее места падения, свидетельствуя, что самолёт начал разрушаться ещё в воздухе. Лёд в месте падения был пробит, образовалась полынья диаметром около 50 м. Южнее точки падения горевшее авиатопливо оставило почерневшее пятно 670 на 120 м, эта зона была наиболее загрязнена разлившимся топливом JP-4 и заражена радиоактивными элементами, включая плутоний, уран, америций и тритий, концентрация плутония достигала 380 мг/м²[8]. Точное количество плутония, использовавшегося в авиабомбах, по-прежнему засекречено, однако по современным оценкам взрывом было рассеяно около 7,5 кг[9].

Американские и датские службы немедленно приступили к работам по очистке и дезактивации местности. Проект получил официальное кодовое название «Крестед Айс» (англ. Crested Ice, «Хохлатый лёд»), и неофициальное — среди участников работ — «Доктор Фризлав»[10]. Целью проекта было окончание работ до наступления весенней оттепели, чтобы предотвратить радиоактивное заражение океана[11].

Руководителем операции был назначен генерал ВВС США Ричард Ханцикер (англ. Richard Overton Hunziker). В состав группы, осуществлявшей руководство работами по ликвидации последствий аварии, вошли также представители Комиссии по атомной энергии США, Ливерморской национальной лаборатории, различных служб ВВС США и компаний ядерной отрасли. Для обеспечения круглосуточного режима работы в непосредственной близости от места падения был создан «Лагерь Ханцикера», состоявший из жилых иглу, электростанции, центра связи и вертолётного порта. Для сообщения с авиабазой были проложены две ледяные дороги. Позднее были установлены несколько сборных домиков, трейлер с оборудованием для дезактивации и общественная уборная[12].

Для контроля за дезактивацией людей и техники 25 января была установлена «нулевая линия» — граница зоны заражения размером 1,6 на 4,8 км (1 на 3 мили), внутри которой регистрировался альфа-распад. Операция проводилась в экстремальных погодных условиях, средняя температура воздуха была около −40 °C, периодически опускаясь до −60°, скорость ветра доходила до 40 м/с. В подобных условиях приборы, особенно работавшие от батарей, работали с перебоями, многие кустарно переделывались так, чтобы была возможность прятать батареи под одеждой. Поскольку авария произошла в период полярной ночи, работать приходилось при искусственном освещении, первый восход Солнца состоялся лишь 14 февраля[13].

Погрузка заражённого льда в цистерны

При помощи грейдеров заражённые снег и лёд на месте аварии снимали на глубину примерно 5 см (2 дюйма) и грузили в деревянные контейнеры. Трактора буксировали контейнеры на устроенную на берегу, неподалёку от авиабазы, площадку складирования, получившую название «Танковая ферма». Затем контейнеры перегружались в стальные танки (цистерны), которые морем отправлялись в США. Обломки водородных бомб отправлялись для обследования на завод Пантекс в Техасе, останки самолёта — в Национальную лабораторию Оук-Ридж в Теннеси, а танки для захоронения — на ядерный могильник Саванна Ривер в Южной Каролине. Заражённые снег и лёд перевозились в США по настоянию датских представителей, американская сторона первоначально рассматривала варианты захоронения цистерн на дне непосредственно у побережья или растапливания и дезактивации снега с последующим сбросом очищенной воды в море[14]. После окончания дезактивационных работ место было засыпано песком для ускорения таяния оставшегося снега и обнесено заграждением с предупреждающими надписями на английском и гренландском эскимосском языках[15].

ВВС контролировали уровень заражения воздуха с помощью проверок респираторов и проб воздуха, оценивался только уровень альфа-распадa. На 335 из 9837 собранных респираторов был зарегистрирован альфа-распад, но в пределах допустимых норм, все заражённые респираторы принадлежали американским военнослужащим. Уровень заражения плутонием и тритием проверялся с помощью анализов мочи, бравшихся уже после возвращения личного состава из Туле, чтобы избежать загрязнения проб. Ни в одной из 756 взятых проб следов плутония обнаружено не было, следы трития были обнаружены в 29 образцах, но в незначительных, не представлявших угрозы для здоровья концентрациях[16]. При помощи компьютерного моделирования, проведённого в 2001 году медслужбой ВВС США, максимальная возможная доза облучения, полученная ликвидаторами аварии, была оценена в 11,57 бэр[17].

Операция закончилась 13 сентября 1968 года, когда последний танк был погружен на судно, идущее в США. В общей сложности было собрано 6700 м³ (237 000 куб. футов) заражённых снега и льда, а также большое количество разнообразных контейнеров с обломками бомбардировщика, часть из которых также была заражена. К моменту окончания проекта в нём приняли участие 700 американских и 1700 датских специалистов, а также более 70 правительственных агентств США. Затраты на операцию оцениваются в 9,4 млн долларов (58,8 млн долларов в ценах 2010 года)[11][13].

Поиски бомб[править | править исходный текст]

Подводный аппарат Star III

Помимо дезактивации местности, важнейшей задачей проекта «Крестед Айс» являлось обнаружение находившихся на борту потерпевшего катастрофу бомбардировщика термоядерных боеприпасов или их обломков. Штаб операции регулярно докладывал о ходе обнаружения и идентификации компонентов бомб[18].

В августе 1968 года был организован подводный поиск остатков водородных бомб при помощи обитаемого аппарата Стар III (англ. Star III). Настоящие цели операции были засекречены, инструкция предписывала в обсуждениях с датчанами упоминать об операции как об «исследовании океанского дна в месте падения». В соответствии с отчётом датского Института международных отношений, опубликованным в 2009 году, наиболее вероятной целью поиска был урановый сердечник второй ступени одной из бомб. Подводные работы были сопряжены со значительными техническими трудностями и были прерваны досрочно, не принеся существенных результатов. В документе Комиссии по атомной энергии, датированном сентябрём 1968 года, указывалось, что четвёртый сердечник предположительно находится в «куче массивных обломков, обнаруженной на дне». В результате наземных и подводных поисков были обнаружены одна практически целая урановая оболочка и обломки, в совокупности по массе соответствующие ещё двум, тритиевые резервуары всех бомб, парашютные укладки и некоторые второстепенные детали[19].

Последствия[править | править исходный текст]

Операция «Хромированный купол»[править | править исходный текст]

Операция «Хромированный купол» была значительно сокращена после катастрофы над Паломаресом и окончательно свёрнута после инцидента над Туле, поскольку затраты и риски, связанные с операцией, были переоценены как неприемлемые. Немедленно после катастрофы министр обороны США Роберт Макнамара, выступавший за полное прекращение операции уже после Паломареса, запретил полёты с ядерным оружием на борту, в течение ещё некоторого времени наблюдательные полёты выполнялись невооружёнными бомбардировщиками, а в мае того же года были полностью прекращены. Межконтинентальные баллистические ракеты наземного и морского базирования стали для США основным средством обеспечения ядерного паритета[20].

Политические последствия[править | править исходный текст]

Датско-американские отношения[править | править исходный текст]

Катастрофа вызвала серьёзный кризис в датско-американских отношениях, так как ещё в 1957 году Дания объявила всю территорию королевства безъядерной зоной, а авария бомбардировщика с ядерным оружием на борту вызвала волну подозрений в обществе и ряд запросов относительно соблюдения правительством взятых на себя обязательств. Уже 22 января посол США в Дании Катерина Уайт (англ.  Katherine White) в специальной телеграмме предупредила Государственный департамент o возможных негативных последствиях для отношений между двумя странами. Кризис усугублялся тем, что катастрофа произошла всего за четыре дня до назначенных парламентских выборов. Непосредственно после катастрофы премьер-министр Йенс Отто Краг и министр иностранных дел Ханс Табор выступили с заверениями, что американская сторона осведомлена о безъядерном статусе Дании, а самолёт с водородными бомбами не находился в воздушном пространстве Гренландии до инцидента, влетев в него лишь в связи с чрезвычайной ситуацией на борту. С точки зрения американской стороны сделанные заявления не соответствовали взаимным договорённостям и привели к ещё большему углублению кризиса и началу интенсивных четырёхмесячных переговоров, закончившихся подписанием нового соглашения о военном сотрудничестве[21][22].

«Тулегейт»[править | править исходный текст]

Документы времён холодной войны, рассекреченные в США в 90-е годы, противоречили заявлениям датского руководства и спровоцировали разразившийся в 1995 году в Дании политический скандал, получивший в прессе название «Тулегейт». Фолькетинг поручил Датскому институту международных отношений изучить историю полётов американских бомбардировщиков над Гренландией и роль авиабазы Туле в этих операциях. Двухтомный отчёт института был опубликован 17 января 1995 года и, хотя и подтвердил, что полёты американских бомбардировщиков с ядерным оружием в воздушном пространстве Гренландии совершались регулярно, установил, что американское правительство действовало «добросовестно», а вина лежит главным образом на правительстве Дании и, в частности, на бывшем премьер-министре Хансе Кристиане Хансене. В ходе переписки по вопросам, связанным с базой Туле, в 1957 году американский посол Вал Петерсон (англ. Val Peterson) осведомился, обязана ли американская сторона уведомить правительство Дании в случае размещения ядерного оружия на базе. В совершенно секретном ответном письме, подводившем итог переговоров, Хансен отметил, что, поскольку, как он понимает, американское правительство не видит каких-либо проблем в данном вопросе, он также не нуждается и в комментариях с его стороны. В 1995 году правительство Дании в докладе парламенту признало, что подобный ответ вполне мог быть расценён как согласие на размещение ядерного оружия на базе Туле[23].

Кроме того, исследование установило, что, вопреки заверениям министра иностранных дел Нильса Петерсона, ядерное оружие находилось не только в воздушном пространстве Гренландии, но и складировалось непосредственно на авиабазе Туле вплоть до 1965 года. Также отчёт впервые опубликовал детали секретного американского проекта «Ледяной червь», предполагавшего размещение 600 ракет с ядерными зарядами под ледяным щитом Гренландии[23].

Реакция СССР[править | править исходный текст]

Советский Союз выразил решительный протест против продолжения полётов американских бомбардировщиков с ядерным оружием на борту над территориями иностранных государств и над мировым океаном. В заявлении советского правительства отмечалась как опасность ядерного заражения, связанная с такими полётами, так и их бессмысленность в связи с развитием ракетного оружия[24][20].

Безопасность ядерного оружия[править | править исходный текст]

После катастроф над Паломаресом и Туле, в которых конвенциональный взрыв привёл к рассеиванию ядерных материалов, исследователи пришли к выводу, что взрывчатое вещество, использованное в конструкции бомб, недостаточно стабильно и не может выдержать условий авиакатастрофы. Также было установлено, что электрические контуры предохранительных устройств недостаточно надёжны, и при пожаре существует опасность короткого замыкания. Эти заключения послужили толчком к началу нового этапа исследовательских и конструкторских работ по повышению безопасности ядерного оружия[25].

Ливерморская национальная лаборатория разработала так называемый «Тест Сьюзан» (англ. Susan Test) для испытания взрывчатых веществ на устойчивость. Тест заключался в стрельбе специальным снарядом по образцу взрывчатки, помещённому на твёрдую металлическую поверхность[26]. К 1979 году Лос-Аламосская национальная лаборатория разработала новую «низкочувствительную» бризантную взрывчатку для использования в ядерных устройствах. Рэй Киддер (англ.), американский физик и конструктор ядерного оружия, утверждал, что, если во время катастроф в Паломаресе и Туле бомбы были бы оснащены новой взрывчаткой, взрывов бы не произошло[27].

Требования компенсаций ликвидаторам последствий катастрофы[править | править исходный текст]

Радиометрический контроль во время операции «Крестед Айс»

Датские работники неоднократно требовали материальных компенсаций, утверждая, что участие в ликвидации последствий катастрофы оказало долговременное негативное влияние на состояние их здоровья. Датчане не принимали непосредственного участия в работах в «лагере Ханцикера», но участвовали, совместно с американцами, в поисках заражённых обломков, присутствовали на «танковой ферме», в порту, где осуществлялась погрузка заражённых материалов на суда, а также обслуживали технику, использовавшуюся в очистных работах на месте аварии[11].

В 1987 году около двухсот датских сотрудников подали иск против правительства США. Иск не увенчался успехом, но в результате разбирательств были рассекречены сотни документов, относящихся к инциденту. Из документов выяснилось, что после окончания работ мониторинг американского персонала не производился, хотя вероятность того, что американские участники проекта подвергались воздействию радиации, была значительно выше, и руководство проекта «Крестед Айс» неоднократно заявляло о необходимости такого мониторинга. Регулярные наблюдения за состоянием здоровья американских ликвидаторов начались только после публикации документов[28].

В 1995 году датский премьер-министр Поуль Шлютер распорядился провести радиологическое обследование оставшихся в живых на тот момент участников ликвидации последствий. Исследование, проведённое датским Институтом клинической эпидемиологии, установило, что уровень смертности от онкологических заболеваний среди принимавших участие в работах по ликвидации последствий аварии на 40 % выше, чем у тех, кто посещал базу Туле в период до и после этих работ, и на 50 % выше, чем в среднем по населению, однако не установил прямой связи уровня заболеваемости с радиацией. В 1997 году примерно 1700 датских участников работ получили компенсацию в размере 50 000 крон от датского правительства[28][29].

Поскольку мониторинг состояния здоровья датских участников ликвидации так и не начался, даже несмотря на решение Европейского суда, принятое в 2000 году, и постановление Европарламента, принятое в мае 2007 года, «Ассоциация бывших работников Туле» обратилась в европейские судебные инстанции[30]. В 2004 году на сессии Европарламента было отмечено, что, поскольку Дания присоединилась к Европейскому сообществу по атомной энергии только в 1973 году, обязательства, связанные с членством в этой организации, не имеют обратной силы и, следовательно, не распространяются на инцидент в Туле, поэтому какие-либо шаги в решении проблем участников ликвидации последствий аварии могут быть предприняты только на национальном уровне[31].

Расследование Би-би-си. Сообщения об исчезнувшей бомбе[править | править исходный текст]

В ноябре 2008 года Гордон Карера (англ.), обозреватель Би-би-си по вопросам международной безопасности, опубликовал серию статей, посвящённых катастрофе над Туле. В одной из них он высказал предположение, основанное на анализе рассекреченных документов, что, вопреки утверждениям Пентагона, четвёртая атомная бомба могла быть не разрушена, а потеряна в результате катастрофы, и целью подводных работ 1968 года были её поиски. История получила широкое распространение в СМИ различных стран[32][33][34].

Поскольку американское правительство отказалось давать дополнительные пояснения по этому вопросу, министр иностранных дел Дании Пер Стиг Меллер поручил Датскому институту международных отношений провести независимый анализ рассекреченных документов, оказавшихся в распоряжении журналиста. Отчёт был опубликован в 2009 году. Автор, историк Свенд Христиансен (дат.), на основе изучения и сопоставления 348 рассекреченных документов пришёл к выводу, что существуют неопровержимые доказательства того, что ни одна из бомб не могла остаться в рабочем или хотя бы более или менее сохранном состоянии, а утверждения об утерянной бомбе лишены фактических оснований. В качестве наиболее вероятной цели подводного поиска учёный считает урановый сердечник второй ступени одной из бомб[19]. Христиансен также отметил, что подобные сообщения появлялись и в датской прессе, начиная с 1987 года[35].

См. также[править | править исходный текст]

Примечания[править | править исходный текст]

  1. The Worst Nuclear Disasters (англ.). TIME Magazine. Проверено 25 октября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  2. Sagan, 1995, p. 65
  3. Sagan, 1995, p. 179
  4. 1 2 Magglet,Oskins, 2008, p. 228
  5. Project Crested Ice Study, 1970, p. 5
  6. 1 2 Magglet,Oskins, 2008, p. 229
  7. Project Crested Ice Study, 1970, p. 8
  8. Harry C Vantine, Thomas R. Crites. Relevance of Nuclear Weapons Clean-up Experience to Dirty Bomb Response (англ.). U.S. Department o Energy. Lawrence Livennore National Laboratory (19 August 2002). Проверено 19 октября 2011.
  9. Christensen, 2009, p. 47
  10. Аллюзия на антимилитаристский фильм Доктор Стрейнджлав
  11. 1 2 3 Schwartz, 1998, p. 410
  12. Magglet,Oskins, 2008, p. 232
  13. 1 2 Magglet,Oskins, 2008, pp. 233—234
  14. Project Crested Ice Study, 1970, pp. 49—53
  15. Project Crested Ice Study, 1970, pp. 57—59
  16. Dose Evaluation Report, pp. 4-7 (англ.). U.S. Air Force Medical Service (22 May 2002). Проверено 30 октября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  17. Dose Evaluation Report, pp. ES2-ES3 (англ.). U.S. Air Force Medical Service (22 May 2002). Проверено 30 октября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  18. Christensen, 2009, p. 17
  19. 1 2 Christensen, 2009, p. 123—125
  20. 1 2 Sagan, 1995, pp. 193—196
  21. Foreign Relations of The United States, 1964–1968 Volume XII, Western Europe, Document 1 (англ.). U.S. Department of State. Office of the Historian. Проверено 3 ноября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  22. Foreign Relations of The United States, 1964–1968 Volume XII, Western Europe, Document 2 (англ.). U.S. Department of State. Office of the Historian. Проверено 3 ноября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  23. 1 2 Taagholt,Hansen, 2001
  24. Ефремов А.Е. Ядерное разоружение. — Междунар. отношения, 1976. — С. 147. — 301 с.
  25. David W. Plummer and William H. Greenwood. The History of Nuclear Weapon Safety Devices (pp. 1-3) (англ.). Sandia National Laboratories (1998). Проверено 3 ноября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  26. Jonas A. Zukas, William Walters, William P. Walters. Explosive Effects and Applications. — Springer, 2002. — P. 305-306. — 431 p. — ISBN 0387955585 (англ.)
  27. Ray E. Kidder. Safety no Barrier to Test Ban (англ.) // Bulletin of the Atomic Scientists : mag.. — 1991. — Т. 47. — № 3. — С. 32—34.
  28. 1 2 Schwartz, 1998, p. 411
  29. Juel et al, 2005, p. 11
  30. Petition 720/2002 by Jeffrey Carswell (англ.). European Parliament (22 April 2004). Проверено 3 ноября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  31. Petition 720/2002 by Jeffrey Carswell (англ.). European Parliament (25 January 2007). Проверено 3 ноября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  32. Gordon Corera. Mystery of lost US nuclear bomb (англ.). BBC News (10 November 2008). Проверено 28 октября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  33. Кaрера Г. 40 лет назад ВВС США потеряли атомную бомбу (рус.). BBC Russian.com (11 ноября 2008). Проверено 31 октября 2011. Архивировано из первоисточника 1 февраля 2012.
  34. Christensen, 2009, p. 10
  35. Christensen, 2009, p. 7

Литература[править | править исходный текст]

Ссылки[править | править исходный текст]