Овсень

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Авсень»)
Перейти к: навигация, поиск
Овсень
Овсень
Авсень. Рязанская область. 13 января 2003.
Тип народно-православный
иначе Авсень, Овесень, Баусень, Таусень
также Василий (церк.)
Значение Встреча нового года
Установлен Вероятно имеет древние дохристианские корни
Отмечается славянами
Дата ночь с 31 декабря (13 января)  на 1 (14) января
Празднование новогоднее колядование, игрища, гадания, ряженье
Традиции вечерняя трапеза со свининой

Овсе́нь (Авсе́нь, Авсенька, Овесе́нь, Ба́усе́нь, Та́усе́нь, Говсе́нь, Усе́нь, Тусень, Титусень[1]) — русский новогодний праздник, канун Нового года, иногда — соответствующий обряд, а также связанные понятия:
• песня, исполняемая во время хождения по домам;
• участник обряда;
• дар за овсеньканье[2].

По мнению В. Даля, раньше так назывался первый день весны, 1 марта, которым прежде начинался год. Позже название перенесено на Новый год и на Васильев вечер (канун Нового года).

Территория распространения[править | править вики-текст]

Территория распространения обозначенных терминов (а также их вариантов: авсенька, усень, тусень, таусень, баусень и др.) — районы Поволжья, средних и некоторых южных областей России (Тамбовская, Тверская, Ярославская, Московская, Тульская, Рязанская, Нижегородская, Оренбургская, частично — Воронежская, Белгородская и Курская).

Значение слова[править | править вики-текст]

Основное значение слова овсень — величально-поздравительная святочная песня. Название дано по типовому рефрену: «Ой, овсень, ой овсень!», «Авсень, авсень!», «Бай, авсень!», «Таусень, таусень!», «Та-аосин!» и тому подобное. Овсеневые песни практически ни чем не отличаются от среднерусских колядок, кроме припева (и факта их приуроченности к кануну Нового года). Одни и те же песни, исполняемые на Рождество, могли именоваться колядками, a в канун Нового года — авсенями. Тексты со сдвоенным рефреном («Ой авсень, ой коляда!») встречались как в рождественском, так и в новогоднем песенном цикле[3].

Во многих авсеневых песнях слово Овсень-Асвсень обнаруживает тенденцию к разным народно-этимологическим притяжениям, например к слову овёс, — при том, что овёс присутствует в обряде (им обсыпапают, обсевают) и в текстах[4].

В. Н. Топоров сопоставляет Авсеня-Усеня с балтийским Усиньшем, считая, что у них единое происхождение[5].

А. Б. Страхов предположил, что слово овсень этимологически восходит к библейскому восклицанию Осанна! (ср. рефрен ой-люли, восходящий к Аллилуйя). В колядках оно сопровождает встречу наступающего праздника (Васильева вечера, Рождества) точно так же, как в Евангелии сопровождало вход Господень в Иерусалим. В подтверждение этой идее Страхов указывает на идентичность этимологически-тёмного фр. Noël «Рождество» восклицанию, которым парижане в XV веке встречали въезд в город королей — Noel![6][неавторитетный источник? 194 дня].

Овсеньканье[править | править вики-текст]

Обходной обряд, проводимый в этот день (разновидность колядования), назывался: овсеньканье, ходить таусить или усенькать, авсень кликать, таусеньки петь.

Ср.: нижегород. «в святки ходят таусить», «в Новый год ходили усенькать девушки»; рязан. «авсенъ кликали под Новый год»; «хадили мы аесеньками (т.е. ряжеными) на авсенъки, пад Новый год»; «давайти нарижацца авсеней»; «как aвceньки — нада блины испечь, авсенъки будут ходить». Такими же словами определялись овсеневые песни и угощение, получаемое обходниками от хозяев: «под Новый год ходили таусеньки петь»; «девушки ходили под Новый год под окнами кричать таусеньки»; «дети ходили по дворам таусеньку кричать»; «детям подавали таусеньки — кренделя»; «под Новый год ходили, таусень сбирать»; в Рязанской обл. исполнителей овсеневых песен одаривали авсеньками — печёными колбасками[2].

Песни-овсени[править | править вики-текст]

Одна из особенностей исполнения песен-овсеней — форсированный звук, громкий крик. По некоторым свидетельствам, «усень — не песня, усень кричат» (Розов, рукоп.). При обращении к хозяевам дома участники обхода обычно спрашивали разрешения: «Авсень кликать?», «Можно ли овсень кликать?», а те отвечали: «Кличьтя!» Это же выражение зафиксировано в церковных источниках XVII в., осуждавших московский обычай «в навечери Рождества Христова кликать коледы и усени».

Если русские колядки обычно имеют вид обобщенных величаний, адресованных всей семье в целом, то овсеневые песни часто исполнялись индивидуально, каждому члену семьи в отдельности. Ср. вступительную формулу, предваряющую пение: «Тетка, кому усенькать?» или «Кричать ли усеньку? Кого величать?». Иногда хозяева заказывали посетителям конкретную песню из общеизвестного местного репертуара овсенсй: «Бабушка с дедушкой, аусеньки скричать ли?» — «Кричи!» — «Кому?» — «Соньке! Косу́!» В Кадомском районе Рязанской области овсени-величания для девушек назывались «коса», а для парней — «кудри». Например: «А ты уж Сонюшка честна, / С отцом, с матерью росла, / Косу русу заплела...» В нижегородском обряде девушкам пели: «Как по мосту шла-прошла девица»; парням — «Не весел сокол по полю воздвигается»; молодожёнам — «Как у месяца золотые рога»; старикам — «Уродися, уродися у хозяина рожь».

Наиболее значимые (призванные обеспечить благополучие дому и семье) овсени исполнялись хозяину и его старшим сыновьям. Содержание их во многом совпадает с традиционными мотивами русских колядок: «строительство моста, по которому предстоит ехать овсеню или Новому году»; «три терема во дворе хозяина: в одном из них сам хозяин, как ясен месяц, во втором — хозяйка, как солнышко, в третьем — их детушки, как часты звездушки»; «кликальщики овсеня ходят по проулочкам в поисках хозяйского двора»; «хозяина дома нету: поехал ток мести, рожь молотить, сына женить» и т. п. В зачинах этих величаний часто выступает персонифицированный Овсень как активно действующий персонаж, который «идёт по дорожке, находит железце, делает топорочек, мостит мосточек», «сам едет по мосту, ходит-ищет двор хозяина» и т. п.

В цикле овсеневых песен, кроме величаний, фигурировали и особые кумулятивные тексты вопросно-ответной структуры, содержание которых не связано с поздравительной темой. Ср., например[3].:

«Таусень дуда,
Ты где была?
Коней пасла.
Что выпасла?
Коня в седле,
В золотой узде.
А где кони?
За воротами стоят.
Где ворота?
Водой снесло.
Где вода?
Быки выпили.
Где быки?
За горы ушли...» и т.п.

В селе Ураково Красненского района Белгородской области мужчины под новый год ходили по домам и посевали овсом. Они пели[7]:

Ой, Овсеня! Прыг, прыг, козлик.
Ой, Овсеня! — Чё ты прыгаешь?
Ой, Овсеня! — Брусок ищу
Ой, Овсеня! — На что брусок?
Ой, Овсеня! — Косу точить.
Ой, Овсеня! — На что косу?
Ой, Овсеня! — Траву косить.
Ой, Овсеня! — На что траву?
Ой, Овсеня! — Коня кормить.
Ой, Овсеня! — На что коня?
Ой, Овсеня! — К празднику ехать.
Ой, Овсеня! В Афанасьевку.
Ой, Овсеня! Там люди живут богатаи,
Ой, Овсеня! Они деньги гребут лопатами.
Ой, Овсеня!

Заключительная часть овсеней (как и всех других обходных песен) — просьба одарить исполнителей. Чаще всего им подавали блины и иные хлебные изделия, а также что-либо из мясных угощений. Ср. типичные просительные формулы: «Авсень, авсень, / Падавай савсем! / Кишку да ножку в заднюю акошку; В переднее окошко блин да лепёшку, а в заднее окошко — поросячью ножку!» Если хозяева не разрешали авсенькать (либо плохо одаривали исполнителей), звучали угрозы и проклятья: «Хто ни дасть хлеба — быка из хлева! / Хто ни дасть пирага — карову за рага!» или «На Новый год — дубовый гроб, / Асинава тибе крышка, жэлезна задвижка!»[3].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Топоров, 1993, с. 12
  2. 1 2 Виноградова, 2004, с. 500
  3. 1 2 3 Виноградова, 2004, с. 500—501
  4. Топоров, 1993, с. 13
  5. Топоров, 1993, с. 21
  6. Страхов А. Б. Ночь перед Рождеством: народное христианство и рождественская обрядность на Западе и у славян. Cambridge-Mass., 2003. С. 109—110.
  7. Солодовникова, 2008, с. 19

Литература[править | править вики-текст]

  1. Авсень // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  2. Виноградова Л. Н. Овсень // Славянские древности: Этнолингвистический словарь / Под ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М.: Международные отношения, 2004. — Т. 3. — С. 500—501. — ISBN 5-7133-1207-0.
  3. Солодовникова, Н. В. Обрядовый фольклор Красненского района // Традиционная культура Белгородского края. – Вып. 2. – Красненский район. – Сборник научных статей и фольклорных материалов из «Экспедиционной тетради» / Ред.-сост. В. А. Котеля. — Белгород: ГУК «БГЦНТ», 2008. — В. 22. — С. 18—28.
  4. Топоров В. Н. Авсень и «авсеневы» тексты в свете реконструкции // Славянское и балканское языкознание: Структура малых фольклорных текстов РАН. Ин-т славяноведения и балканистики / Отв. ред. С. М. Толстая, Т. В. Цивьян. — М.: Наука, 1993. — С. 12—24. — ISBN 502011071X.

Ссылки[править | править вики-текст]