Беленко, Виктор Иванович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Виктор Иванович Беленко
Дата рождения

15 февраля 1947({{padleft:1947|4|0}}-{{padleft:2|2|0}}-{{padleft:15|2|0}}) (67 лет)

Место рождения

Нальчик

Принадлежность

СССРFlag of the Soviet Union.svg СССР

Годы службы

1967—1976

Звание

старший лейтенант

Часть

11-й Отдельная армия ПВО

Награды и премии

Серебряная школьная медаль

В отставке

Предатель родины

Виктор Иванович Беленко (род. 15 февраля 1947, Нальчик) — советский лётчик-перебежчик. 6 сентября 1976 года перелетел в Японию на перехватчике МиГ-25. Получил политическое убежище в США.

Биография[править | править исходный текст]

Ранние годы[править | править исходный текст]

Родился в Нальчике в рабочей семье. После развода родителей в двухлетнем возрасте был оставлен ма­терью и воспитывался у родственников, а затем у отца с мачехой. В 1965 окончил среднюю школу с серебряной медалью. До призыва в армию работал на предприятиях Омска. В течение одного семестра учился в Омском мединституте, одновременно занимался в аэроклубе ДОСААФ.

Служба в Вооружённых Силах[править | править исходный текст]

В 1967 году Беленко поступил в Армавирское высшее военное авиационное училище лётчиков, которое успешно окончил в 1971 году. Был направлен на службу лётчиком-инструктором в Ставропольское высшее военное авиационное училище летчиков и штурманов. В служебных ха­рактеристиках и аттестациях на всём протяжении службы в армии характеризовался положительно. Член КПСС. Избирался чле­ном комсомольского и партийного бюро. В 1975 году переведён на Дальний Восток (по его желанию) и получил назначение в истребительный авиаполк 11-й Отдельной армии ПВО (Чугуевский район Приморского края[1]). В должности старшего лёт­чика летал на истребителе-перехватчике МиГ-25П.

Дезертирство[править | править исходный текст]

Военный аэродром авиационной базы возле села Соколовка.

6 сентября 1976 года в 6:45 Беленко вылетел с аэродрома Соколовка (возле села Соколовка, рядом с райцентром Чугуевка) для выполнения полётно­го упражнения. В 9:15 японское радио передало, что само­лёт МиГ-25П (бортовой номер — «31»), пилотируемый советским лётчиком Беленко, совершил посадку в аэропорту Хакодате (остров Хоккай­до). Впоследствии японскими властями было сделано официальное уведом­ление, что Беленко попросил политического убежища. 9 сентября он был вывезен в США. Самолёт был разобран, подвергнут детальному изучению японскими и американскими специалистами и возвращён в СССР 15 ноября 1976 года. Был снова собран, но к полётам не допущен и использовался в качестве учебного пособия в Даугавпилсском военном училище.

Расследование[править | править исходный текст]

В целях всестороннего изучения его личности были опрошены сто шестнадцать человек из числа родственников и сослуживцев. Собраны данные о состоянии здоровья, взаимоотношениях с командованием и в семье, морально-политических качествах, отноше­нии к советской действительности. При этом данных об изменнических намерениях не поступало. Не было отмечено, чтобы он интересовался уровнем жизни на Западе, в частности американским. Среди своего окружения осуждал бывшего лётчика-ин­структора Армавирского училища Сафронова, перелетев­шего в Иран в 1973 году.[источник не указан 1213 дней]

Со слов жены, передач зарубежных радиостанций не слушал сам и не разрешал слушать ей. Запретил перепи­сываться со школьной подругой, которая вышла замуж за иностранца и проживала в Италии.

Вместе с тем стало известно, что Беленко однажды выска­зал недовольство условиями жизни лётного состава, нерегламентированным рабочим днём, частой отменой выходных. При этом он говорил, что американские лётчики заняты по службе меньше.

Не были подтверждены муссировавшиеся на Западе различные инсинуации о том, что Беленко до побега был завербован американской разведкой. По-видимому, они были сделаны в пропагандистских целях.

Полученные в ходе оперативного расследования дан­ные в своей совокупности не давали оснований полагать, что Беленко совершил перелёт за границу, руководствуясь корыстными побуждениями.

Версия вынужденной посадки[править | править исходный текст]

Глубокой проработке были подвергнуты вопросы, свя­занные с возможностью вынужденной посадки Беленко в Японии. Для этого имелись веские основания. Он имел достаточно высокую теоретическую подготовку и, как летчик, достаточный уровень летной тренированности на самолете МиГ-25П. Об этом говорит тот факт, что вылет осуществлялся из состава дежурных сил на перехват контрольной цели, следовавшей курсом в районе береговой черты (между г. Находка и г. Владивосток.)

На возможность вынужденной посадки указывало так­же необычное поведение Беленко в аэропорту Хакодате (стрелял из пистолета, не разрешал фотографировать, тре­бовал зачехлить самолёт). Обращало на себя внимание отношение к нему японских полицейских, которые при вывозе с аэро­дрома надели на его голову мешок, грубо вталкивали в ма­шину.

Данная версия является несостоятельной, так как при обыске его квартиры после побега под подоконником нашли карту (выполненную В. Беленко) с расчётами перелёта в Китай. По версии Владимира Царькова (нач. авиации 10-й армии ПВО в 1976 году) данная карта была поддельной с целью «замести следы» после побега.

Версия побега[править | править исходный текст]

С другой стороны, заключения специалистов, объективные данные при­боров, выводы о техническом состоянии систем и аппара­туры самолёта свидетельствовали о том, что вынужденная посадка МиГ-25П в Японии была маловероятной. Полёт со­вершался в простых метеоусловиях. Береговая линия со всех высот просматривалась отчётливо. Лётчик мог видеть солнце и ориентироваться по нему.

По заключению ГНИИ ВВС, исследовавшего объективные данные системы автоматической регистрации параметров полёта (САРПП), возвращённой японцами вместе с самолётом, Беленко прак­тически держал прямой курс на остров Хоккайдо и не делал никаких разворотов. Экспертизой подтверждено, что плёнка САРПП принадлежала его самолёту.

Кроме того, пользуясь разгильдяйством механика, Беленко заправил полные баки самолета, вместо дозволенных половины, мотивируя, что полетает чуть дольше и чтобы дважды не заправляться.

Огромным везением можно считать отсутствие расчета на ЗРК береговой линии, единственный (!) солдат которого ушел на обед, а сменщика не было вообще из-за некомплекта. Также формирование новой линии подчиненности радиолокационных и зенитных войск и связанная с этим бюрократия не позволили оперативно принять решение о ликвидации самолета во время полета. Самолет, по утверждению начальника РЛС, исчез с экрана радара за сопкой. Через 15 секунд об этом было доложено командующему составу. Далее по старшинству вплоть до Минобороны.

Системой САРПП также зарегистрировано, что Беленко ушёл из учебной зоны в сторону моря, резко снизившись до отметки менее 50 м. На этой высоте он летел над морской поверх­ностью от береговой черты СССР примерно 130 км. Такие действия пилота, по мнению специалистов, мог­ли свидетельствовать о его стремлении уйти от радиолокационного сопровождения.

Личные документы Беленко (свидетельство лётчика-ин­структора 1-го класса, аттестат зрелости, диплом об окон­чании военного училища, свидетельство о рождении) сре­ди его вещей и у родственников не обнаружены, хотя по сообщению жены они находились в их квартире. В сообщении иностранной прессы отмечалось, что Бе­ленко возвращены изъятые у него при задержании поли­цией документы, среди которых находится свидетельство о рождении. Можно полагать, что все эти документы Бе­ленко взял с собой.

Возможные причины побега[править | править исходный текст]

Всестороннее изучение личности Беленко, его поведения на службе и в быту показало, что у него неоднократно складывались острые конфликтные ситуации с командо­ванием. Так, в период службы в Ставропольском аваци­онном училище он выражал настойчивое желание уйти с инструкторской работы и в связи с этим изыскивал различные возможности для перевода в боевой полк. Однако эти попытки успеха не имели, так как командование, как правило, лётчиков-инструкторов из училища в войска не отпускало. По этой причине он стал проявлять недоволь­ство и резко обострил отношения с командирами. В 1975 году обратился с рапортом к начальнику училища с просьбой уволить его из Советской Армии, мотивируя тем, что не желает служить с командирами, которые постоянно злоупотребляют спиртными напитками, что частично соответ­ствовало действительности[прояснить].

За первые полгода службы на новом месте Беленко за­рекомендовал себя с положительной стороны, успешно прошёл курс переподготовки на новом для него типе самолёта МиГ-25П, был назначен исполняющим обязанности начальника штаба эскадрильи, избран заместителем секретаря партийного бюро эскадрильи. К служебным обя­занностям относился добросовестно. Недовольства своим положением или неустроенностью не высказывал.

Примерно с июля 1976 года стали замечаться странности в его поведении. Он стал нервозным, взвинченным. Болезненно переживал задержку с присвоением очередного воинского звания капитан и назначением на обещанную при переводе должность начальника штаба эскадрильи.

6 сентября, несмотря на конфликтную ситуацию, он был включен в плановые полёты и прибыл на аэродром. Когда он направлялся к боевому самолёту для соверше­ния полёта, один из лётчиков обратил внимание, что Белен­ко был бледен, на лице и шее выступили красные пятна. После посадки в кабину, находясь в состоянии нервного возбуждения, дрожащими руками долго не мог присоеди­нить фишку радиостанции и смог сделать это только с помощью техника.

Материалы следствия свидетельствовали о том, что у Беленко дей­ствительно имелись основания быть недовольным своим служебным положением. Срок выслуги в воинском звании старший лейтенант у него окончился 10 января 1976 года, однако до сентября звание капитан из-за нерасторопности командования он не получил. Обещанная должность начальника штаба эскадрильи давала ему право на поступление в академию, куда он очень стремился.

Результат расследования[править | править исходный текст]

Следствие пришло к выводу, что пе­релёт был совершён умышленно, хотя и без прямых изменни­ческих намерений.

Жизнь в США[править | править исходный текст]

Беленко был включён в число специалистов сформированной ЦРУ группы, занимавшейся изучением магнитофон­ных записей переговоров советских лётчиков с землёй во время инцидента с корейским пассажирским самолётом, сбитым на Дальнем Востоке в сентябре 1983 года.

Вот как Беленко описывал посещение супермаркета[2]:

Мое первое посещение супермаркета происходило под присмотром людей из ЦРУ, и я думал, что это была инсценировка. Я не верил в то, что этот магазин может быть настоящим. Мне казалось, что раз я необычный гость, то они могли меня разыграть. Ведь это было такое красивое просторное здание с невероятным количеством товаров и без очередей. В России все привыкли к длинным очередям. Впоследствии, когда я понял, что супермаркет настоящий, я получал удовольствие от знакомства с новыми продуктами. В России того времени, впрочем, и в нынешней — трудно найти хорошие консервы. Поэтому я ежедневно покупал самые разные консервированные продукты. Однажды я приобрёл баночку с надписью «Обед» и поджарил её содержимое с картошкой, луком и чесноком — получилось вкусно. Наутро приятели сказали мне, что я съел куриные консервы для кошек. Но они были вкусными! Они были лучше тех консервов для людей, которые и сегодня делают в России!

В браке с американкой у него родились трое детей. После развода по условиям брачного контракта оставил второй жене дом. В 1980 году в сотрудничестве с писателем Джоном Барроном издал книгу «Пилот МиГа» (John Barron, «MIG Pilot»). По мнению некоторых российских источников, в 1997 году при загадочных обстоятельствах погиб в автокатастрофе[3]. В 2000 дал интервью американскому корреспонденту на авиашоу в шт. Висконсин, США, в котором, в частности, сказал[4]:

[В США] я встретился с космонавтом Игорем Волком. Он сказал: «Ты же вроде бы умер!», — я ответил: «Не так быстро. КГБ распространил слухи о моей смерти, чтобы отбить охоту у других».

Последствия побега[править | править исходный текст]

В официальных заявлениях пропаганды того времени последствия не были оценены объективно, так как носили заказной характер. В частности, кроме заявлений о «морально-политическом уроне», побегу Беленко приписывали материальный ущерб СССР на сумму около 2 млрд руб., поскольку пришлось в срочном порядке по всей стране менять аппаратуру системы распознавания «свой-чужой». В системе запуска ракет истребителя появилась кнопка, которая снимала блокировку на стрельбу по своим самолётам. Она получила прозвище «беленковская».

Были изучены и вскрыты перегибы в действиях партийно-должностной элиты, принявшие к тому времени систематический характер и массовость. Например, равнодушие к жизни честно выполняющих свой долг офицеров, на фоне личных карьерных мотивов (в частности, превращение выходных дней подчинённых в рабочие с целью быстро выделиться видимыми результатами).

См. также[править | править исходный текст]

Примечания[править | править исходный текст]

Ссылки[править | править исходный текст]

Литература[править | править исходный текст]