Георгики

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Георгики. Книга Третья, «Пастух и стадо», миниатюра Романа Вергилия (Vergilius Romanus), IV век

Георгики (греч. γεωργεῖν — «хозяйствование на земле») — в широком смысле — песни и поэтические произведения о сельском хозяйстве, имеющие практическое значение.[1] В узком смысле — знаменитая дидактическая поэма Вергилия в четырёх книгах, в которой речь идёт о земледелии, плодоводстве, виноградарстве, скотоводстве и пчеловодстве. Скорее всего опубликована в 29 году до н. э.[2] Произведение опиралось на многие предшествующие источники и повлияло на многих более поздних авторов от античности до наших дней.

Краткий обзор сюжета[править | править вики-текст]

Поэма написана гекзаметром и состоит из 2188 стихов и четырёх книг.

Книга первая[править | править вики-текст]

Вергилий начинает свою поэму с резюме четырёх книг, сопровождаемым молитвой к различным сельским божествам, а также императору Августу. В качестве образца для своей поэмы Вергилий берёт работы по сельскому хозяйству Варрона, но расходится с ней довольно существенным образом.[3] Первую половину книги занимают многочисленные технические подходы. Особый интерес представляют стихи 160—175, где Вергилий описывает плуг. Последовательность человеческих эпох, чья модель в конечном счете, восходит к Гесиоду, возраст Юпитера, его отношение к золотому веку и текущий возраст человека приводятся с намеренной напряженностью.[4] Главное значение в успехе или провале усилий человечества, книга придаёт труду и его вкладу в сельское хозяйство и иные области жизни. Кульминационным моментом является описание сильного шторма в стихах 311—350, сводящего все усилия человека на нет. После детализации различных погодных знаков и примет, Вергилий заканчивает книгу перечислением знамений, связанных с убийством Цезаря и гражданской войной, когда только Октавиан предлагает надежду на спасение из этого кризиса.

Книга вторая[править | править вики-текст]

Заметную тему второй книги составляет сельское хозяйство, представленное как борьба человека против враждебного мира природы, оно часто описывается в терминах принуждения, как переход власти от Сатурна к Юпитеру. Как и первая книга, вторая начинается со стихов, обращённых к божеству и связанных с вопросами, которые собираются быть рассмотренными далее: виноградарство, деревья и маслины. В следующей сотне строк Вергилий рассматривает леса и фруктовые деревья. Подробно описаны их распространение и рост в контрастном различии между методами, которые являются естественными и те, которые требуют вмешательства человека. Три секции по прививанию растений представляют особый интерес: представленные как чудеса изменения человеком природы, многие из примеров, приведённые Вергилием, маловероятны или невозможны. Также имеется каталог деревьев, растущих по всему миру, изложенный в быстрой последовательности, и перечень прочих произведений различных земель. Пожалуй, самый знаменитый отрывок из поэмы, Laudes Italiae или «восхваление Италии», вводится путем сравнения с зарубежными чудесами: несмотря ни на что, никакая земли не достойна похвалы так, как как Италия. Фрагментом, представляющий культурный интерес, является ссылка город Аскру в стихе 176, который был знаком древнему читателю как родина Гесиода. Далее идет описание ухода за виноградными лозами, достигающее высшей точки в яркой сцене их пожрания огнём; совет относительно того, когда посадить виноградник, и другой известный отрывок из второй книги — «восхваление весны», где изображён рост зелени и красота, которая сопровождает приход весны. Далее поэт снова возвращается к дидактическому повествованию о виноградных лозах, подчеркивая их хрупкость и трудоёмкость ухода за ними. Предупреждение о повреждениях животными обеспечивает повод для объяснения того, почему козы приносятся в жертву Вакху (Бахусу). Оливковое дерево представлено противороложным виноградной лозе: оно не требует больших усилий со стороны садовода. Следующая тема описывает другие виды деревьев: те, которые производят плоды и те, которые дают полезную древесину. Затем Вергилий снова возвращается к виноградной лозе, вспоминая миф о битве лапифов и кентавров в проходе, известном как Брань Виноградных лоз. Остальная часть книги посвящена превозношению простой деревенской жизни перед коррумпированностью города.

Книга третья[править | править вики-текст]

Третья книга главным образом и будто бы связанна с животноводством. Она состоит из двух основных частей: первая половина посвящена выбору породы и разведению лошадей и крупного рогатого скота. Первая половина книги завершается негодованием, вызванным сексуальной жизнью разных животных. Вторая половина книги посвящена заботе и защите овец и коз и сохранению получаемых от них продуктов. В заключении описывается хаос и опустошения, вызванные чумой в Норике. Обе половины начинаются с короткой вводной части, названной proem (вступлениями). Во вступлениях призываются греческие и италийские боги, даются посвящения в честь Цезаря, как и покровителя Вергилия Мецената, а также упомянуто высокое поэтическое стремления автора и сложность подъятого материала. Наблюдаются параллели между драматическим окончания каждой половины этой книги, и притягательной силой, соответствующих им тем — любви и смерти.

Книга четвёртая[править | править вики-текст]

1798 illustration

Четвёртая книга по тональности аналогична книге второй, делится примерно пополам — первая половина (1-280) является дидактической и имеет дело с жизнью и привычками пчел, отношения которых представляют приблизительную модель человеческого общества. Пчелы напоминают человека в том, что они трудятся, подчиняются царю (царице) и отдают свою жизнь ради общества, но, в отличие от человека, испытывают недостаток в искусстве и любви. Несмотря на обладание ресурсами в рабочей силе, целая колония пчёл тоже может погибнуть. Восстановление пчелиного роя осуществляется методом «bugonia», спонтанным самозарождением из внутренностей бычьей туши. Этот процесс дважды описан во второй половине книги (281—568), а также в эпиллии Аристея со стиха 315. В этом эпиллии тон книги меняется от дидактического к эпическому и перетекает в элегию, повествуя историю Орфея и Эвридики: Аристей, потеряв своих пчел, спускается в дом своей матери, нимфы Кирены, где получает указание о том, как восстановить пчелиные семьи. Для этого он должен захватить провидца Протея, и заставить его раскрыть чей божественный дух был возмущён, и как возродить пчёл. После связывания Протея (который безуспешно меняет формы), Аристей выведывает у провидца, что он возмутил нимф, вызвав гибель нимфы Эвридики, жены Орфея. Некогда он преследовал Эвридику своей любовью, и она, убегая от него, была умерщвлена ядовитой змеёй. Протей описывает нисхождение Орфея в подземный мир, чтобы забрать Эвридику — когда Орфей уже почти достиг цели, он оглянулся и Эвридика должна была остаться в царстве мёртвых, а Орфей позднее окончил свою жизнь гибелью от рук киконских женщин. Книга четвёртая заканчивается восемью стихами «sphragis» или «печатью», излюбленной концовкой античных поэтов, где жизнь сопоставляется с победами знаменитых правителей[5]:

Эти стихи я пропел про уход за землёй и быками
И про деревья, меж тем великий Цезарь войною
Дальний разит Евфрат и народам охотно покорным,
Как победитель, даёт законы, путь правя к Олимпу.
Сладкою в те времена был я, Вергилий, питаем
Партенопеей и цвёл, обучаясь на скромном досуге,
Песней пастушьей себя забавлял и, юностью смелый,
Титира пел я в тени широковетвистого бука.

Происхождение и анализ сюжета[править | править вики-текст]

Источники[править | править вики-текст]

Моделью для Вергилия в составлении его дидактической поэмы гекзаметром послужили «Труды и дни» древнегреческого поэта Гесиода, затрагивающие темы отношения человека к земле, и важность тяжёлого физического труда. Утраченная поэма «Георгики» поэта эллинистической эпохи Никандра также могла оказать существенное влияние на произведение Вергилия. Вергилий использовал труды и других греческих авторов в качестве образцов и источников технической информации, в том числе работу по астрономии и метеорологии Арата, сведения Никандра о змеях, познания Аристотеля в зоологии, и Теофраста в ботанике, и другие, например поэтические и стилистические соображения Каллимаха. Греческая литературная традиции, идущая от Гомера, также послужила Вергилию важным источником для уточнения мифологических деталей и отступлений.

Классический французский перевод «Георгик» (выполнен аббатом Делилем)

Из латинских источников на «Георгики» Вергилия с точки зрения жанра и поэтического размера, значительное влияние оказала «De Rerum Natura» Лукреция. Многие фрагменты из поэзии Вергилия обязаны ей: в описании чумы в третьей книге принимается как образец чума, бывшая в Афинах, которой заканчивается «De Rerum Natura». Вергилий также обязан Эннию, который вместе с Лукрецием, натурализовал гекзаметр в латинском языке. Вергилий часто использует особенности языка Энния, чтобы придать своей поэзии архаичное звучание. Одним исследователем Вергилия была выдвинута любопытная идея, что Вергилий также перекладывал в определённых местах своей поэмы деревенские песни и фразеологические обороты Италии, чтобы придать некоторым местам специфический итальянский оттенок.[6] Порой Вергилий опирается на произведения новоримских авторов, такие как «Кармен, 64» Катулла, которое очевидно оказало большое влияние на эпиллий Аристея, который заканчивает повествовательную часть его «Георгик». Обширные знания Вергилия и умелое применение им образцов для подражания, имеют решающее значение для успеха различных частей его поэмы и всего произведения в целом.

Контекст[править | править вики-текст]

«Георгики» служили протестом Вергилия против распространившегося в последнее время Римской республики атеизма; поэт помогает Августу возбуждать в римлянах угасшую веру в богов и сам искренно проникнут убеждением в существовании высшего Промысла, управляющего людьми.[7]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. «Георгики» (Л. Богоявленский) //Литературная энциклопедия: Словарь литературных терминов: В 2-х т. / Под редакцией Н. Бродского, А. Лаврецкого, Э. Лунина, В. Львова-Рогачевского, М. Розанова, В. Чешихина-Ветринского. — М.; Л.: Изд-во Л. Д. Френкель, 1925
  2.  (англ.) Thomas, Richard F. Georgics Vol.I: Books I—II. Cambridge, 1988. I.
  3. См. Варрон, R.R. 1.1.4-6
  4. См. Гесиод Труды и дни 1-201, 383—659
  5. Vergilius. Georg., IV, 558—565. См. перевод С. В. Шервинского: Вергилий. Сельские поэмы. Л., «Academia», 1933, стр. 136—137.
  6.  (англ.) Richard F. Thomas, «Vestigia Ruris: Urbane Rusticity in Virgil’s Georgics», Harvard Studies in Classical Philology 97 (1995): 201—202
  7. Виргилий, Вергилий // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.