Гильбо, Анри

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Анри Гильбо
Henri Guilbeaux
Henri Guilbeaux.jpg
Дата рождения:

1885({{padleft:1885|4|0}})

Дата смерти:

1938({{padleft:1938|4|0}})

Гражданство:

ФранцияFlag of France.svg Франция

Анри́ Гильбо́ (фр. Henri Guilbeaux, 18851938) — французский левый поэт, публицист и политический деятель.

Биография[править | править вики-текст]

Анри Гильбо — крупный французский поэт, глава школы динамизма. Известный публицист и политический деятель. Является основателем Французской Коммунистической Партии наряду с М. Кашеном и П. Вайян-Кутюрье. До первой мировой войны Гильбо вёл литературную деятельность, а также просветительскую работу, создав сеть школ для подготовки функционеров левого движения. Следуя идее Энгельса об Интернационале как ордене строителей Коммунизма, Гильбо разработал систему обучения-посвящения, в котором сочеталось современное социологическое образование и орденские технологии личностного роста. Одним из его проектов была школа в Лонжюмо для русских революционеров.

Творческий путь Гильбо можно разделить на два периода: довоенный и послевоенный. Довоенная лиро-эпика Гильбо как тематически, так и формально лишена конкретного общественно-классового содержания и построена на отвлеченном урбанизме. Основную задачу современной поэзии Гильбо видит в отображении «мощного движения пролетарских масс, больших мировых городов, международных торговых сношений, индустрий банкового капитала». Его книжка стихов — «Берлин. Запись одинокого» — является яркой фиксацией впечатлений большого города. Довоенные стихи Гильбо написаны или свободным размером, или ритмической прозой Уитмена («Гимны и псалмы»). После поездки в Россию, куда он прибыл после ареста в 1918 г., Гильбо черпает содержание своего творчества исключительно в русской действительности; таковы сборники поэм: «Красный Кремль», «Легенда о трех волхвах» и другие.

Анри Гильбо был признанным главой поэтического направления Динамизм. Динамизм, как и родственные ему итальянский футуризм и немецкий активизм, был ответом на развитие индустрии и урбанизацию. Динамизм в своей теории (статьи Госсе и Гильбо) и в практике боролся против сентиментализма, против пассеизма («статичности»), против самодовлеющего романтизма в литературе, и в первую очередь в лирике, за динамическую поэзию, отражающую темп и ритм («динамическую сущность») индустриальных городов. Вместо поэтической изысканности была введена в поэзию простота выражений, повседневный язык, и в частности техническая терминология. Динамисты пользовались свободным стихом и ритмической прозой как средством, дающим больше возможности выражать «могучий», «мощный» ритм индустриальной и урбанистической жизни. В тематическом отношении первое место у динамистов занимают машины, городские улицы, движение вообще и создающий и регулирующий это движение человек. Через обобщённый образ этого действующего человека динамизм в поэзии Гильбо пришёл к изображению пролетариата. В первое время пролетариат в динамической поэзии играл роль не класса, а выступал в качестве только городской массы, представляющей для динамистов наиболее яркий поэтический образ человеческой динамики. В этот период немаловажную роль сыграло влияние поэзии Э. Верхарна. Впоследствии, когда Гильбо стал открытым сторонником коммунистического движения и свою поэзию посвятил пропаганде идей коммунизма и пролетарской революции, динамизм как особая школа практически перестал существовать.

Очень тесная дружба связывала Гильбо с Лениным. Анри Гильбо — автор книги о Ленине. Ленин написал предисловия к ряду книг Гильбо, и до своей болезни собирался написать о Гильбо книгу.

Гильбо примыкал к левым социалистам и с началом Первой мировой войны поддержал интернационалистское антивоенное движение циммервальдистов. В 1916 году участвовал в Кинтальской конференции. Он организовал в Швейцарии журнал, который стал главным рупором левосоциалистического антивоенного движения. Во Франции Гильбо был заочно приговорён к смертной казни. Приговор был отменён лишь в 20-е годы.

В 1918 г. Гильбо переехал в РСФСР и участвовал в I, II и V конгрессах Коминтерна. Был членом Исполкома Коминтерна.

Кроме того, Гильбо активно участвовал в становлении нового послереволюционного литературного процесса в России, покровительствовал Есенину, с которым познакомился в 1919 году во время своего установочного выступления на общем собрании секций Союза работников науки, искусства и литературы. http://esenin.niv.ru/esenin/documents/podpis/podpis-7.htm

Когда в апреле 1919 г. Анри Гильбо выпустил книгу «Французское социалистическое и синдикалистское движение во время войны», В. И. Ленин написал к ней предисловие. Отметив своевременность книги, В. И. Ленин подчеркнул, что она вскрывала «глубоко лежащие корни III Коммунистического Интернационала, его подготовку, своеобразную внутри каждой нации в зависимости от ее исторических особенностей». В. И. Ленин выразил уверенность, что брошюра будет широко распространена среди всех сознательных рабочих и за ней последуют другие подобные же издания, посвященные истории социализма и рабочего движения.

Гильбо активно сотрудничал в газетах «Правда» и «Известия», а также в журнале «Коммунистический Интернационал», содействовавшем сплачиванию коммунистических сил всех стран. Во внутрипартийной дискуссии становится на сторону Л. Д. Троцкого.

Имя Гильбо было последним словом, произнесённым В. И. Лениным перед смертью. Из записок санитара, ухаживавшего за В. И. Лениным:

«Строился мавзолей, а Ильич лежал в Колонном зале Дома Союзов, и у гроба его проходили люди — тысячи людей, военных и штатских; тишина, только глухой шорох шагов — голосов не слышно: временами сдержанные рыдания. Серьёзные нахмуренные лица. Н. К., М. И. у гроба… Ближайшие товарищи у гроба. Почетный караул у гроба. Товарищи! Одно из трех слов, отысканных и произнесенных Ильичом — Ильичом, у которого была моторно-кортикальная афазия, Ильичом, у которого были лишь речевые остатки и… я слышал от него эти слова: всего два раза: днем на балконе, выходящем на юго-запад у окна его комнаты, и второй раз в постели, когда Ильич, готовясь раздеваться, произнес два слова. В первый раз — „товарищ, товарищи, товарищи“ и второй раз — „…Гиль… гиль… гильбо… а… Гильбо-Гильбо, Henri Guilboux“.» http://old.russ.ru/antolog/vek/1994/1-2/popov2.htm

Д.Волкогонов приводит ещё одну курьёзную записку В. И. Ленина:

«Тов. Каменев! Очевидно, Ваше распоряжение о дровах для т. Горького не выполняется. Кормят обещаниями. Тов. Гильбо жалуется. На квартире у него 0°. Нужно отдать под суд виновного в неисполнении Вашего распоряжения…» http://www.belousenko.com/books/publicism/volkogonov_lenin_2.htm.

Полиглот и поэт, Анри Гильбо был одним из вождей эсперантистского движения, членом исполкома КИФ Идо (реформированного Эсперанто). 8 августа 1922 года, обращаясь ко 2-му конгрессу КИФ интерна, писал: «Товарищи идисты. Более, чем когда-либо, я убежден в необ­ходимости вашей работы. Я эсперантист потому, что ценю проделанную этим движением работу. Но я идист, потому что Идо наиболее близко к окончательному разрешению проблемы международного языка».

В 1920-е и 30-е годы Гильбо работает корреспондентом «Юманите» в Германии. Загадкой считается то, что он один из немногих французских корреспондентов, получивших аккредитацию в Германии при нацистском режиме, и не лишившийся её, несмотря на весьма нелицеприятные статьи об этом режиме и лично о Гитлере. Историки предполагают, что Гильбо выполнял специфическую и тайную дипломатическую миссию, что делало его неприкасаемым даже для нацистов. Несмотря на политические расхождения со Сталиным, Гильбо всё же остаётся для Сталина одним из главных авторитетов Коминтерна. При этом Гильбо, как троцкист, был запрещен к изданию в СССР.

Илья Эренбург сатирически изобразил А.Гильбо в качестве главного героя своего романа «Необычайные похождения Хулио Хуренито» http://lib.ru/PROZA/ERENBURG/hulio.txt

Анри Гильбо имел весьма обширный и парадоксальный круг контактов, посредством которого вмешивался в многие закулисные пружины европейской политики. По мнения ряда историков, он не избежал и специфических контактов с некоторыми вождями нацистов, с некоторыми из которых, такими как Р.Гесс и Э.Рём, был весьма тесно связан. Пытался использовать своё влияние для переориентации нацистского движения с агрессивно-политического на эстетико-романтический настрой. По выражению А.Гитлера, «Еврейский хозяин Рёма превратил штурмовые отряды в некое подобие борделя и скаутского лагеря».

Существует также версия, что Анри Гильбо в 1918—1938 годах был Навигатором Приората Сиона. Эта версия не имеет доступных документальных подтверждений и вызывает ряд сомнений. В частности, Устав Приората Сиона требует, чтобы Навигатором (Великим Магистром) обязательно был прямой потомок византийской династии Комнинов и святого Дагоберта. Находился ли Анри Гильбо в родственных отношениях с этими историческими персонажами — неизвестно.

Три стихотворения Анри Гильбо были переведены на русский язык Иваном Аксёновым:

УТРЕННИЙ ОТЪЕЗД

Медленно и окончательно разворачивается залитая солнцем заря.
Свежестью, радостью зеленеет пышная листва.
На неподвижные серые стены садятся беглые и веселые пятна света.
Веки домов еще сомкнуты, кое-где поблескивает несколько зрачков.
Все пробуждается; все потянулось.
В воздухе повис щебет птиц.
Уже мычат кое-где моторы,
Рождаются, замирают и возрождаются ритмы,
Напряженно блестит дрожь и толчки металла,
В ангарах и гаражах авто, жадные, трепещущие,
Авто отчаливают.
Согнутые циклисты зажимают рога своих стройных вилок,
Еще в невысохшей росе, зевают, просыпаясь, трамы, автобусы:
Они послушны, покорны толчку своих моторов.
На солнце выступают задорные краски,
Мотометла медленная и пушистая идет вдоль тротуара.
Радость вспыхивает, металл сияет.
Все пыхтит, дрожит, живет,
С мотором в унисон стучат сердца домов.
Воздух радостен, праздничный;
Виднеется просторный и весенний отдых:
С нитей стальных, шуршащие птицы стригут криком воздух;
Прочерчивая быстрый след похлопывают моторы
В здоровый аромат веселья и покоя вливается запах бензина и масла.
Авто отчаливают,
Птицы поют,
Солнце — здоровый пудлинговщик — все перемешивает чугун плавленый в свой
Восходит трепетное и широкое ура жизни.
Дороги и пути скрещиваются, путаются, переплетаются.
Прекрасной зелени листва дрожит на ветру.
Стволы сворачивают, окрестность завертелась. Бахают. Бахают.
Бахают, бахают, бахают цилиндры,
Песнь птиц остается неслышно.
Звучит волнуясь только мощный вздох металла.

ТАМАРА

Клочьями просветы неба. Осколками просветы солнца,
Сразу тиканье дрожащее, раскалывающее
Смисс, лифт, ролик, блок,
Полные поцелуи, наслоенные ласки,
Мощные пахучие наплывы дегтя,
И вдруг мохнатая голова высокой горы.
Вольт на коротке, трепет металла,
Эллипсы, параболы, геликоиды,
Перепутанные крыши, фосфоресцентные города.
И материя, вся материя голая и губчатая,
Упоенья огня, умноженные и ревностные.
Водопады ли пламенной страсти,
Или пустыня, унылая, огромная, без горизонта?
Сталкиванье молекул, спазмы атомов,
Кусты волнений, страх непроходимый,
Плавящиеся иероглифы, пестрые и прыгающие разводы,
Небо, земля, солнце — тьма и сиянье,
Паденье плоское, подъем отвесный?

ПЕРЕМЕНА СКОРОСТИ

Осень, бежа, на высокие ели кладет широкие пасмы дождя,
От коры и хвои по сырому воздуху растекается смола,
По прямой дороге, чья граница укрыта травой,
В тяжелой и молчаливой ночи медленно и мелко скользят мои шаги.
Как девы, вырисовывающиеся неясно вдали,
С вымытого небесного балкона склонились две-три звезды,
И порой сквозь тяжелые дождем и молчаньем ветки.
Хрупка и нежная, обличая чью-то заснувшую жизнь,
Прыгает точкой свет.
Я так иду. Трепещут легкие, спокоен лоб.
Вдруг голос скребущий: поезд выворачивает мир и молчанье.
Мне одиночество не страшно,
Но тело, в пространстве изолированном, как недоступный остров,
Уже не знает трепета веселого и мощного,
И снег укроет скоро редкие его вибрации.
Я здесь слишком далек от бессонных лабораторий,
И от всемирного технического великолепия.
Я еле вмешан во всесозидающую магию электричества.
Слишком много камней и песка
Слишком много коней, слишком много инерций,
И замерзает нрав мой
Как металл смелого и нового мотора
Или творческий сперм машины,
Хочу услышать близкий и горячий трепет механизмов:
Сердце мое здоровое и искупающее все магнето.

Литература[править | править вики-текст]

  • Владимир Ильич Ленин. Описание его жизни. Л.: Прибой. 1923
  • Фриче В. М., Западно-европейская литература XX в. в ее главнейших представителях, изд. 2-е, Гиз, М., 1928; Parmentier, La litterature francaise de tout a l’heure.