Гомосексуальность в Древнем Риме

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Эрот в объятиях сатира. Терракотовый рельеф, ок. I в. н. э.

До наших дней дошло множество источников, касающихся гомосексуальных отношений в античном Риме и Римской империи. Среди их числа — многочисленные литературные произведения, стихи, рисунки и другие изображения, так или иначе описывающих сексуальные пристрастия некоторых правителей. Однако, в сравнении с аналогичными древнегреческими источниками, число сохранившихся гомоэротических изображений значительно меньше. Отношение древних римлян к однополой сексуальности также менялось от временной эпохи и было не одинаковым в различных провинциях империи.

Взгляд на однополую сексуальность[править | править вики-текст]

Однополые отношения в древнеримском обществе нельзя характеризовать с точки зрения современной западной культуры. В латинском языке отсутствуют слова для обозначения понятий, соответствующих сегодняшним понятиям гетеросексуальности или гомосексуальности. Любые сексуальные отношения характеризовались биполярностью — активной, доминирующей, «мужской» ролью с одной стороны и пассивной, подчиняющейся, «женской» ролью — с другой.

В патриархальном римском обществе свободные граждане мужского пола обладали особыми политическими свободами (libertas), в том числе и правом распоряжаться как собственной жизнью, так и жизнью членов своей семьи (familia). Одним из важнейших качеств свободного мужчины-гражданина являлось мужественность (virtus), определяющее мужчину. Статус мужественности являлся гарантом способности мужчины распоряжаться как собой, так и людьми более низкого статуса.[1]

В Римском праве существовал слабо-задокументированный закон Lex Scantinia, предполагающий наказание за сексуальное преступление против меньшинства свободно-рожденных мужчин, носивших toga pretexta. Закон предполагал защитить тело гражданина Рима от сексуальной агрессии, однако, выделяя с помощью toga pretexta мужчин свободно выбравших «пассивную» роль в гомосексуальных отношениях, этот закон часто использовался в качестве аргумента против образа жизни политического оппонента. Кроме того, к мужчинам не являющимся гражданами Рима, этот закон не относился.[2]

Культ мужественности и менталитет завоевателя сохранялись и в основе однополых отношений между мужчинами. Римские мужчины не теряли своего социального статуса, пока они не принимали пассивную, подчиняющуюся роль.[3][4] Таким образом, для римских свободных граждан-мужчин были приемлемы сексуальные контакты с лицами обоих полов, но до тех пор, пока они не выходят за рамки активной «проникающей» роли.[5] Это значит, что римские свободные мужчины могли свободно вступать в сексуальные контакты с другими мужчинами в доминирующей роли, не теряя при этом своей мужественности. В качестве сексуальных партнёров, принимающих подчиняющуюся роль, могли выступать рабы, проститутки и представители некоторых других слоев населения. Обычно, римские мужчины для сексуальных отношений предпочитали молодых партнёров в возрасте от 12 до 20 лет, однако несовершеннолетние свободные граждане оставлялись табу, поэтому в качестве пассивных партнёров часто могли быть и мужчины (например, рабы или кинеды), значительно старшие, чем они сами.[6]

Нравственность сексуального поведения гражданина зависела от социального положения его партнёра. Пол не был важным фактором того преемлемости выбора сексуального партнёра. Считалось аморальным иметь сексуальные отношения с женой другого свободного гражданина, с его совершеннолетней дочерью, с его несовершеннолетним сыном, а использование в сексуальных целях раба другого человека могло произойти только с разрешения владельца. В императорскую эпоху потеря ряда политических свобод гражданами и их подчинение императору были выражены заметным ростом добровольного пассивного гомосексуального поведения среди свободных граждан, сопровождающегося увеличением задокументированных случаев казней и телесных наказаний граждан. Крах республиканских идеалов о физической неприкосновенности находит свое отражение в сексуальной распущенности в императорскую эру.[7]

Однополые отношения между женщинами менее документированы. Хотя римские женщины с высоким социальным статусом также получали образование, писали стихи и переписывались с родственниками-мужчинами, в целом до наших дней дошло очень мало литературных источников, написанных женщинами. Мужчины же мало интересовались сексуальными переживаниями женщин.

Гомоэротическая литература и искусство[править | править вики-текст]

Кубок Уоррена с изображением взрослого мужчины и мальчика

Гомоэротические темы появились в латинской литературе в период увеличения греческого влияния на римскую культуру во II веке до нашей эры. Консул Квинт Лутаций Катул был в кругу поэтов, которые сделали короткие эллинистические стихи модными. В одном из его немногих сохранившихся произведений поэма о сексуальных желаниях на имя мужчины с греческим именем.[8] Развитие греческой литературы и искусства как модели самовыражения способствовали торжеству гомоэротизма в качестве знака вежливости и сложности человеческой натуры.[9]

«Греческая любовь» влияет на эстетику или средства выражения, а не на характер римского гомосексуализма как такового. Греческий гомосексуализм отличался от римского прежде всего идеализацией эроса между свободными гражданами мужского пола с равным статусом, хотя обычно с возрастной разницей (см. «Гомосексуальность в Древней Греции»). Привязанности к мужчине вне семьи рассматривался положительно среди греков, однако в римском обществе такие отношения ставили под угрозу авторитет главы семьи.

Так как римские женщины активно участвовали в воспитании своих сыновей, а женщины правящего класса часто продолжали консультировать и влиять на их сыновей и мужей в политической жизни, гомосоциальность не была распространена в Риме так, как это было в классических Афинах, где, как полагают, этому способствовали особенности культуры педерастии.[10]

Эпоха «Новой поэзии», введённая в конце II века, была реализована в 50-х годах до н. э. Гаем Валерием Катуллой, стихи которого включает в себя несколько выражений сексуального желания к свободнорожденными молодым людям и немногозначно названы «Юность» (Iuventius). Латинское имя возлюбленного и его статус свободнорождённого могли подорвать римские традиции. Современник Катуллы Лукреций также признает влечение к «мальчикам». Гомоэротическом темы присутствуют также в произведениях поэтов времён правления Августа, в том числе в элегиях Тибулла и Проперция, Вергилия и Горация.

Мужская гомосексуальность[править | править вики-текст]

Роли[править | править вики-текст]

Героические образы Nisus and Euryalus (1827) скульптора Jean-Baptiste Roman: Вергилий описал их любовь, как преданность в духе римской морали

Мужчина или мальчик, который имел «принимающую» (пассивную) роль в сексе, назывался разными латинскими словами: cinaedus, pathicus, exoletus, concubinus (мужчина-наложник), spintria («аналист»), puer («мальчик»), Pullus («цыпленок»), mollis («мягкий») и так далее.[11]

Некоторые термины, такие как exoletus, относились к взрослым; римляне, которые были социально маркированы как «мужественные», не ограничивались только отношениями с мужчинами-проститутками или рабами, и в кругу их партнёров были также «мальчики» в возрасте меньше 20 лет.[12]

Некоторые люди преклонного возраста могли порой иметь пассивную роль. В частности, описываются случаи, когда пожилой мужчина имел пассивную роль, и разрешал молодому рабу занимать активную роль. Однако, желание взрослых мужчин быть проникнутыми считалось болезнью (morbus); тогда как стремление проникнуть в красивого юношу считалось нормальным.[13]

Однополые отношения в войсках[править | править вики-текст]

Римский солдат, как и любой свободный и респектабельный мужчина, как ожидалось, должен был показывать самодисциплину в вопросах секса. Август даже запретил солдатам вступать в брак, и этот запрет был в силе для императорской армии почти два века.[14]

Формы сексуального удовлетворения, доступные для солдат, были секс с проститутками обоих полов, с рабами, изнасилования пленных, и однополые отношения.[15] Секс среди сослуживцев, однако, нарушал римские традиции, так как такой акт совершался с другим свободнорожденным мужчиной. Солдат не должен был позволять использовать себя в целях сексуальной эксплуатации.[16]

В военной традиции изнасилование символизировало поражение, и это было мотивом для солдат, чтобы не позволять использовать свое тело в этих целях.[17] Во времена республики, гомосексуальное поведение среди однополчан было подвержено суровым наказаниям, включая смертную казнь, как нарушение воинской дисциплины.[18]

Римские историки записывали назидательные истории об офицерах, которые злоупотребляли своей властью для принуждения своих солдат к сексу, и за это сурово наказывались.[19]

Самым молодым солдатам, которые ещё могли бы сохранить элементы подростковой привлекательности (что ценилось римлянами в однополых отношениях), было рекомендовано усилить свои мужские качества, не носить духи, ни обрезывать волосы в подмышках и в ноздрях.[20]

Сексуальный акт[править | править вики-текст]

Кубок Уоррена с изображением взрослого мужчины и юноши

В дополнение к неоднократно описанному анальный сексу, оральный секс был также распространён. В отличие от Древней Греции, в Риме большой пенис был основным элементом привлекательности.[21] Некоторые императоры были представлены в негативном свете из-за того, что окружали себя мужчинами с большими половыми органами.[22]

Известны также описания галло-римского поэта Авсония (IV век н. э.) о групповых однополых отношениях.[23]

Женская гомосексуальность[править | править вики-текст]

Сцена лесбийской проституции из Помпей.

Описания секса между женщинами являются нечастыми в римской литературе эпохи республики и раннего принципата. Овидий, который выступал в основном за гетеросексуальный образ жизни, описывает женский гомосексуализм в негативном свете. Однако в эпоху Римской империи, источники об отношениях между женщинами встречаются гораздо чаще.

Женщин, предпочитающих секс с другой женщиной, называли греческими словами hetairistria, tribas и Lesbia или латинскими словами tribas, fricatrix («та, которая трется») и virago.[24] Ранние упоминания об однополых отношений между женщинами как «лесбиянство» можно найти в произведениях писателя Лукиана (II век н. э.).[25]

Так как римляне думали, что в половом акте обязательной является активная или доминирующим роль, мужчины-писатели представляли, что в лесбийском сексе одна из женщин использует дилдо или имеет исключительно большой клитор для проникновения, и что она одна испытывает удовольствие.[26] Однако, дилдо редко упоминается в римских источниках, зато оно было популярным объектом в комических произведениях классической греческой литературы и искусства.[27]

Есть описания лесбиянок, выполняющих проникающий секс как с другими женщинами, так и мальчиками.[28] В императорскую эпоху изображались женщины, которые содомизируют мальчика, пьют и едят как мужчины, и занимаются интенсивной физической деятельностю, что может отражать культурные брожения по поводу растущей независимости римских женщин.[29]

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Eva Cantarella Bisexuality in the Ancient World. — Yale University Press, 1992. — P. xii.
  2. Thomas A.J. McGinn Prostitution, Sexuality and the Law in Ancient Rome. — Oxford University Press, 1998. — P. 326.
  3. Eva Cantarella Bisexuality in the Ancient World. — Yale University Press, 1992. — P. xi.
  4. Marilyn B. Skinner Roman Sexualities. — Princeton University Press, 1997. — P. 11.
  5. Amy Richlin The Garden of Priapus: Sexuality and Aggression in Roman Humor. — Oxford University Press, 1983. — P. 225.
  6. Thomas Habinek. The Invention of Sexuality in the World-City of Rome // The Roman Cultural Revolution. — Cambridge University Press, 1997. — P. 31.
  7. Carlin A. Barton The Sorrows of the Ancient Romans: The Gladiator and the Monster. — Princeton University Press, 1993.
  8. Cantarella, Bisexuality in the Ancient World, p. 120; Edward Courtney, The Fragmentary Latin Poets (Oxford: Clarendon Press, 1992), p. 75.
  9. Ramsay MacMullen, "Roman Attitudes to Greek Love, " Historia 31.4 (1982), pp. 484—502.
  10. Cantarella, Bisexuality in the Ancient World, pp. xi-xii; Skinner, introduction to Roman Sexualities, pp. 11-12.
  11. Richlin, "Not before Homosexuality, " p. 531.
  12. Williams, Roman Homosexuality, p. 85 et passim.
  13. Williams, Roman Homosexuality, p. 200.
  14. Men of the governing classes, who would have been officers above the rank of centurion, were exempt. Pat Southern, The Roman Army: A Social and Institutional History (Oxford University Press, 2006), p. 144; Sara Elise Phang, The Marriage of Roman Soldiers (13 B.C.-A.D. 235): Law and Family in the Imperial Army (Brill, 2001), p. 2.
  15. Phang, The Marriage of Roman Soldiers, p. 3.
  16. Sara Elise Phang, Roman Military Service: Ideologies of Discipline in the Late Republic and Early Principate (Cambridge University Press, 2008), p. 93.
  17. Phang, Roman Military Service, p. 94. See section above on male rape: Roman law recognized that a soldier might be raped by the enemy, and specified that a man raped in war should not suffer the loss of social standing that an infamis did when willingly undergoing penetration; Digest 3.1.1.6, as discussed by Richlin, "Not before Homosexuality, " p. 559.
  18. Thomas A.J. McGinn, Prostitution, Sexuality and the Law in Ancient Rome (Oxford University Press, 1998), p. 40.
  19. Phang, The Marriage of Roman Soldiers, pp. 280—282.
  20. Phang, Roman Military Service, p. 97, citing among other examples Juvenal, Satire 14.194-195.
  21. Петроний. Сатирикон
  22. Элий Лампридий. Scripta Historia Augusta, Коммод, 10.9
  23. The Latin joke is hard to translate: Ausonius says that two men are committing stuprum, a sex crime; «sin» is generally a Christian concept, but since Ausonius was at least nominally a Christian, «sin» may capture the intention of the wordplay.
  24. Brooten, Love between Women, p. 4.
  25. Лукиан. Диалоги гетер, 5.
  26. Jonathan Walters, "Invading the Roman Body: Manliness and Impenetrability in Roman Thought, " pp. 30-31, and Pamela Gordon, «The Lover’s Voice in Heroides 15: Or, Why Is Sappho a Man?,» p. 283, both in Roman Sexualities; John R. Clarke, "Look Who’s Laughing at Sex: Men and Women Viewers in the Apodyterium of the Suburban Baths at Pompeii, " both in The Roman Gaze, p. 168.
  27. Richlin, "Sexuality in the Roman Empire, " p. 351.
  28. Martial 1.90 and 7.67, 50; Richlin, "Sexuality in the Roman Empire, " p. 347; John R. Clarke, Looking at Lovemaking: Constructions of Sexuality in Roman Art 100 B.C.-A.D. 250 (University of California Press, 1998, 2001), p. 228.
  29. Clarke, Looking at Lovemaking, p. 228.

Литература[править | править вики-текст]

  • Michael Brinkschröder: Sodom als Symptom. Gleichgeschlechtliche Sexualität im christlich Imaginären — eine religionsgeschichtliche Anamnese, Berlin New York 2006.
  • Hubert Cancik: Zur Entstehung der christlichen Sexualmoral, in: Andreas Karsten Siems (Hg): Sexualität und Erotik in der Antike (Wege der Forschung, Bd. 605), Darmstadt 1994, S. 347—374.
  • John R. Clarke: Looking at Lovemaking. Constructions of Sexuality in Roman Art 100 B.C.−A.D. 250, University of California Press, Berkely 2001, ISBN 978-0-520-22904-4
  • Elke Hartmann: Art. Homosexualität, in: Der Neue Pauly. Enzyklopädie der Antike, Bd. 5, Stuttgart, Weimar 1998, Sp. 703—707.
  • Karl Hoheisel: Art. Homosexualität. In: Reallexikon für Antike und Christentum. Bd. 16, Stuttgart 1994, Sp. 335—350.
  • Thomas K. Hubbard: Homosexuality in Greece and Rome, a Sourcebook of Basic Documents. Los Angeles, London 2003. ISBN 0-520-23430-8 Das Buch online
  • Otto Kiefer: Kulturgeschichte Roms unter besonderer Berücksichtigung der römischen Sitten, Berlin 1933.
  • Werner Krenkel: Männliche Prostitution in der Antike, in: Andreas Karsten Siems (Hg): Sexualität und Erotik in der Antike (Wege der Forschung, Bd. 605), Darmstadt 1994, S. 613—618.
  • Wilhelm Kroll: Römische Erotik, in: Andreas Karsten Siems (Hg): Sexualität und Erotik in der Antike (Wege der Forschung, Bd. 605), Darmstadt 1994, S. 70-117.
  • Eckhard Meyer-Zwiffelhoffer: Im Zeichen des Phallus. Die Ordnung des Geschlechtslebens im antiken Rom, Frankfurt am Main, New York 1995.
  • Andreas Mohr: Eheleute, Männerbünde, Kulttransvestiten. Zur Geschlechtergeschichte germanischsprachiger gentes des ersten bis siebten Jahrhunderts, (Europäische Hochschulschriften, Reihe III, Bd. 1064), Berlin, Bern, Frankfurt am Main, New York 2009.
  • Theodor Mommsen: Römisches Strafrecht (Systematisches Handbuch der deutschen Rechtswissenschaft, Abt. 1, Teil 4), 2. Nd. der Ausgabe Leipzig 1899, Aalen 1990.
  • Hans Peter Obermayer: Martial und der Diskurs über männliche «Homosexualität» in der Literatur der frühen Kaiserzeit (= Classica Monacensia Bd. 18), Gunter Narr Verlag, Tübingen 1998; (Rezension (PDF; 46 kB) von Farouk Grewing)
  • William Armstrong Percy: The Age of Marriage in Ancient Rome, Lewiston, New York: The Edwin Mellen Press, 2003 (gemeinschaftlich mit Arnold Lelis und Beert Verstraete)
  • Andreas Karsten Siems (Hg): Sexualität und Erotik in der Antike (Wege der Forschung, Bd. 605), Darmstadt 1994.
  • Alfons Städele: Cornelius Tacitus. Agricola. Germania (Sammlung Tusculum), München, Zürich 1991.
  • Thomas Späth: Männlichkeit und Weiblichkeit bei Tacitus. Zur Konstruktion der Geschlechter in der römischen Kaiserzeit, Frankfurt am Main, New York 1994.
  • Bettina Eva Stumpp: Prostitution in der römischen Antike, Berlin 1998.
  • Craig Williams: Roman Homosexuality, Ideologies of Masculinity in Classical Antiquity. In: Oxford University Press (Hrsg.): Ideologies of Desire. Oxford 1999