Гурко, Иосиф Владимирович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Иосиф Владимирович Гурко (Ромейко-Гурко)
Gurko IV.jpg
Дата рождения

16 (28) июля 1828({{padleft:1828|4|0}}-{{padleft:7|2|0}}-{{padleft:28|2|0}})

Место рождения

Новгород

Дата смерти

15 (28) января 1901({{padleft:1901|4|0}}-{{padleft:1|2|0}}-{{padleft:28|2|0}}) (72 года)

Место смерти

с. Сахарово Тверская губерния

Принадлежность

Российская империяFlag of Russia.svg Российская империя

Род войск

кавалерия, Генеральный штаб

Звание

генерал-фельдмаршал

Командовал

Конно-гренадерский лейб-гвардии полк, 1-я бриг. 2-й гвард. кав. див., 2-я гвард. кав. див., Одесский военный округ, Варшавский военный округ

Сражения/войны

Русско-турецкая война 1877—1878

Награды и премии
Орден Святого Андрея Первозванного
Орден Святого Александра Невского с алмазами
Орден Белого орла
Орден Святого Георгия II степени
Орден Святого Георгия III степени
Орден Святого Владимира I степени
Орден Святого Владимира III степени
Орден Святой Анны I степени
Орден Святой Анны II степени
Орден Святой Анны III степени
Орден Святого Станислава I степени
Орден Святого Станислава II степени
Золотое оружие «За храбрость»

Ио́сиф Влади́мирович Гу́рко (Роме́йко-Гу́рко) (16 (28) июля 1828(18280728) — 15 (28) января 1901) — русский генерал-фельдмаршал, наиболее известный благодаря своим победам в русско-турецкой войне 1877—1878 гг.

Происхождение и родственники[править | править вики-текст]

Родился 16 июля[1] 1828 года в Новгороде[2] в семье генерала Владимира Иосифовича Гурко (1795—1852) и Татьяны Александровны Гурко, урождённой баронессы Корф (1794—1840); сёстры: Софья (1821—1841, фрейлина), Марианна (1823 — после 1844, замужем за Василием Ивановичем Муравьёвым-Апостолом), Мария, Александра.

Начало деятельности[править | править вики-текст]

И. В. Гурко

Воспитанник Пажеского корпуса, из которого выпущен 12 августа 1846 г. корнетом в лейб-гвардии гусарский полк и 11 апреля 1848 г. произведён в поручики. С этим полком Гурко в 1849 г. совершил поход к западным границам Империи, но участие в военных действиях против венгров принять не успел. С декабря 1849 г. Гурко находился в отпуске, по возвращении из которого 23 апреля 1850 г. был произведён в штабс-ротмистры и 30 августа 1855 г. в ротмистры.

Когда началась Восточная война, Гурко, желавший, по его словам, «жить с кавалерией, а умирать с пехотой», выразил желание отправиться в Севастополь и, переименованный из ротмистров гвардии в майоры армии, был в ноябре 1855 г. прикомандирован к Образцовому пехотному полку для ознакомления с пехотной службой, а затем произведён в подполковники и зачислен в Черниговский пехотный полк, стоявший в то время в Крыму на Бельбекских позициях.

Поскольку военные действия в Севастополе к тому моменту уже закончились, Гурко вернулся в лейб-гвардии Гусарский полк прежним чином ротмистра и принял в командование эскадрон. На этом посту Гурко выделился как отличный кавалерийский офицер, образцовый командир и строгий, но умелый воспитатель и учитель солдат; 8 сентября 1859 г. он получил орден св. Анны 3-й степени. Боевая и строевая подготовка его эскадрона обратила на себя особое внимание императора Александра II, и за блестящее состояние его, выказанное на Высочайшем смотре, когда эскадрон Гурко поразил всех лихой джигитовкой на карьере, Гурко был 6 ноября 1860 г. пожалован флигель-адъютантом к Его Императорскому Величеству.

Строевая служба[править | править вики-текст]

Произведённый 23 апреля 1861 г. в полковники, он 17 марта 1862 г. был отчислен в свиту Его величества и в течение 4 лет, ознаменованных проведением в жизнь реформ Александра II, выполнял ряд ответственных командировок и поручений административного характера в Самарской, Вятской и Калужской губерниях, в частности наблюдал за рекрутскими наборами. Его прямой, беспристрастный, хотя строгий и настойчивый образ действий вызвал даже со стороны оппозиционного «Колокола» Герцена признание, что «аксельбанты флигель-адъютанта Гурко — символ доблести и чести». В 1866 г. Гурко был назначен командиром 4-го гусарского Мариупольского полка.

Произведённый 30 августа 1867 г. в генерал-майоры с назначением в свиту Его Императорского Величества, он был зачислен по армейской кавалерии и в 1869 г. получил в командование лейб-гвардии конно-гренадерский полк. Этим полком Гурко командовал 6 лет и поставил его на образцовую высоту.

В 1874 г. на манёврах Гурко сломал ключицу и был вынужден на некоторое время отказаться от работы в поле, которую считал необходимой и существенно важной для себя как начальника кавалерийской части. Сдав полк, Гурко остался в должности командира 1-й бригады 2-й гвардейской кавалерийской дивизии, которую он соединял ранее с должностью командира полка. 27 июля 1875 г. он был назначен командующим 2-й гвардейской кавалерийской дивизией и 30 августа 1876 г. утвержден в этой должности с производством в генерал-лейтенанты. С прежней энергией Гурко занялся полевым обучением дивизии, положив в основу его взгляды прусского кавалериста генерала Шмидта и опыт франко-прусской войны. За период мирной деятельности Гурко был награждён орденами св. Станислава 2-й степени (17 марта 1864 г.), св. Анны 2-й степени (24 марта 1867 г.), св. Владимира 3-й степени (30 августа 1869 г.), св. Станислава 1-й степени (30 августа 1871 г.), св. Анны 1-й степени (30 августа 1873 г.).

Русско-турецкая война 1877—1878 годов[править | править вики-текст]

Генерал-адъютант И. В. Гурко.
Балканы, 1877—1878 гг.
Генерал Иосиф Гурко на Балканах. П.О Ковалевский, 1891.

Командированный по Высочайшему повелению в действующую армию на Дунае, Гурко 24 июня 1877 г. был назначен начальником передового её отряда, имевшего задачей «стараться овладеть балканскими проходами». Гурко выполнил эту задачу смело и быстро, искусно сочетав в исполнении её риск с осторожностью и порыв с расчетом. 22 июня передовой отряд выступил в путь, 25 июня овладел Тырновом (ныне Велико-Тырново). 1 июля отряд перешёл Хаинкиойский перевал через Балканские горы (находится между нынешними гг. Велико-Тырново и Гурково[3]). 5 июля Гурко взял Казанлык и город Шипку.

Действия Гурко вызвали в Константинополе панику: все высшие сановники Османской империи как в армии, так и в государственном управлении были сменены, предположенный переход в наступление был приостановлен, часть сил, выдвинутых против Рущукского отряда[4], была оттянута назад, а из Черногории был вызван Сулейман-паша, и ему было поручено спешное формирование армии для противодействия отряду Гурко.

Получив в подкрепление пехотную бригаду и разрешение «действовать по усмотрению сообразно обстоятельствам», Гурко перешёл за Малые Балканы и под Эски-Загрой (10 июля, ныне Стара-Загора), Ени-Загрой (18 июля, ныне Нова-Загора) и Джуранли (19 июля, ныне с. Калитиново, в 2 км к югу от Стара-Загоры)[5] одержал ещё ряд побед над турками. Эти победы приостановили наступление Сулеймана-паши, но вторая неудача русских под Плевной (18 июля) и невозможность усилить отряд Гурко новыми подкреплениями для решительной борьбы его с армией Сулеймана-паши приостановили дальнейшее движение Гурко. Ему было приказано отойти на север, за проходы. Гурко выполнил эту трудную задачу на виду армии Сулеймана-паши спокойно, безо всяких потерь.

Награждённый 3 июля 1877 г. званием генерал-адъютанта и 8 июля 1877 г.[6] орденом св. Георгия 3-й степени за № 542

« В награду мужества, храбрости и распорядительности, оказанных при взятии Казанлыка и Шипки »

В конце июля 1877 г. Передовой отряд русской армии был расформирован. В августе того же года Гурко отправился в Санкт-Петербург, чтобы привести оттуда свою 2-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию.

Прибыв с ней 20 сентября под Плевну, он был назначен начальником кавалерии Западного отряда, расположенной на левом берегу р. Вида (Вита). Изучение обстановки привело Гурко к убеждению, что одного наблюдения кавалерией за Софийским шоссе, по которому шли в Плевну к Осману-паше подкрепления и продовольствие, недостаточно; надо встать на этом шоссе твёрдо и перерезать его; только тогда, по мнению Гурко, могла быть достигнута цель блокады. Этот план долженствовал, конечно, привести к ряду кровопролитных боёв, которых после третьего штурма Плевны всячески избегали, но он был верен по существу, и Гурко сумел внушить веру в возможность его осуществления Тотлебену, руководившему блокадой Плевны.

План был принят, а выполнение его поручено самому Гурко, которому для этой цели в начале октября была подчинена не только кавалерия Западного отряда, но и все войска гвардии. Вступая в командование ими, Гурко обратился к войскам со следующими речами. Офицерам он говорил:

Господа, я должен вам сказать, что люблю страстно военное дело. На мою долю выпала такая честь и такое счастье, о которых я никогда не смел и мечтать: вести гвардию в бой. Для военного человека не может быть большего счастья, как вести в бой войска с уверенностью в победе, а гвардия по своему составу и обучению, можно сказать, лучшее войско в мире… Бой при правильном обучении не представляет ничего особенного: это то же, что учение с боевыми патронами, только требует ещё большего спокойствия, ещё большего порядка. Влейте в солдата сознание, что его священная обязанность беречь в бою патрон, а сухарь на биваке, и помните, что вы ведёте в бой русского солдата, который никогда от своего офицера не отставал.

Солдатам он сказал:

О вас, гвардейцы, заботятся больше, чем об остальной армии… вот вам минута доказать, что вы достойны этих забот… Стреляйте, как вас учили, — умною пулею: редко, но метко, а когда придется до дела в штыки, то продырявь врага. Нашего «ура» он не выносит.

Назначение Гурко «командующим войсками гвардии и кавалерии» вызвало, по словам М. А. Газенкампфа, большой переполох. В Императорской главной квартире большинство было против этого назначения, так как все начальники гвардейских дивизий и начальник штаба Гвардейского корпуса были старше его в чине. Один только П. А. Шувалов, бывший в то время начальником 2-й гвардейской пехотной дивизии, во всеуслышание говорил, что с радостью подчиняется Гурко, как уже заявившему себя энергичным и способным начальником отряда.

Победы под укреплёнными турками селениями Горный Дубняк (12 октября) и Телиш (12, 16 октября)[7], сыгравшие решающую роль в исходе Плевненской операции, заставили смолкнуть эти толки, доказав на деле, что гвардия попала в надёжные руки. Награждённый 23 октября за эти тяжёлые победы золотой с алмазами саблей[8] Гурко предложил проект похода к Балканам, а если можно, то и за Балканы, чтобы разбить вновь формировавшуюся армию Мехмета-Али, а при благоприятном исходе этой операции разблокировать и наши шипкинские войска. Этот смелый план нашёл поддержку со стороны императора, который повелел привести его в исполнение; однако осторожный К. В. Левицкий воздействовал на главнокомандующего великого князя Николая Николаевича Старшего и Гурко разрешено было двигаться вперёд лишь до Орхание, а по овладении этим пунктом «постараться занять горы и дальше не идти, пока не будет взята Плевна».

28 октября Гурко занял своей кавалерией г. Врацы (ныне Враца), а затем Этрополь (ныне Етрополе) и Орхание (ныне Ботевград). Турки без боя очистили сильно укреплённые позиции у сс. Врачеш и Лютиково и отступили к Софии; 17 ноября войска Гурко заняли их и 21-го поднялись на Златицкий перевал через Балканы[9], отразив в тот же день ряд ожесточённых турецких атак на лейб-гвардии Московский полк, занимавший Араб-Конак (Арабаконак[10]).

Дождавшись падения Плевны, Гурко, усиленный IX корпусом и 3-й гвардейской дивизией, в середине декабря двинулся далее и в страшную стужу и в бураны вновь перевалил через Балканы. Когда среди начальствующих лиц, подчинённых Гурко, поднялся ропот, он собрал гвардейское начальство и сказал:

Я поставлен над вами волею Государя Императора и только ему, отечеству и истории обязан отчётом в моих действиях. От вас я требую беспрекословного повиновения и сумею заставить всех и каждого в точности исполнять, а не критиковать мои распоряжения. Прошу всех это накрепко запомнить… Если большим людям трудно, я их уберу в резерв, а вперед пойду с маленькими….

Во время похода Гурко всем подавал пример личной выносливости, бодрости и энергии, деля наравне с рядовыми все трудности перехода, лично руководил подъёмом и спуском артиллерии по обледенелым горным тропам, подбадривал солдат живым словом, ночевал у костров под открытым небом, довольствовался, как и они, сухарями. После 8-дневного тяжёлого перехода Гурко спустился в Софийскую долину, двинулся на запад и 19 декабря после упорного боя овладел Ташкесенской укреплённой позицией турок[11]. Наконец, 23 декабря 1877 года (4 января 1878 по новому стилю) русские войска под предводительством Гурко освободили Софию.

Для организации дальнейшей обороны страны Сулейман-паша привёл с восточного фронта значительные подкрепления армии Шакира-паши, но был разбит Гурко в трёхдневном бою 2-4 января у Филиппополя (Пловдива)[12]. 4 января Пловдив был освобождён.

Не теряя времени, Гурко двинул к укреплённому Андрианополю (болг. Одрин, тур. Эдирне) кавалерийский отряд Струкова, который быстро занял его, открыв путь к Константинополю (Стамбулу). В феврале 1878 войска под командованием Гурко заняли местечко Сан-Стефано (ныне Ешилькёй) в западном пригороде Константинополя, где 19 февраля и был подписан Сан-Стефанский мирный договор, положивший конец 500-летнему турецкому игу в Болгарии.

Награждённый 22 января 1879 г.[13] за этот поход орденом св. Георгия 2-й степени за № 118

« За личныя боевыя заслуги и за целый ряд блистательных подвигов, оказанных войсками, находившимися под его начальством, как при двукратном переходе Балканских гор в 1877 году, так и во всех последующих делах с турками »

Гурко 29 декабря 1877 г. был удостоен чина генерала от кавалерии.

После войны[править | править вики-текст]

Памятник генерал-фельдмаршалу Гурко.

По окончании войны некоторое время был в отпуске и 5 апреля 1879 года был назначен помощником главнокомандующего войсками гвардии и Санкт-Петербургского военного округа; с 7 апреля 1879 года по 14 февраля 1880 года занимал пост Санкт-Петербургского временного генерал-губернатора, а с 9 января 1882 года по 7 июня 1883 года был временным Одесским генерал-губернатором и командующим войсками Одесского военного округа, а затем был перемещён на пост Варшавского генерал-губернатора и командующего войсками Варшавского военного округа.

Время управления им губерниями Привислинского края и командования им войсками на западной границе, так называемом «Передовом театре войны», совпавшее с временем наиболее обострённых отношений между Россией и державами Тройственного союза, составило целую эпоху в истории российской внутренней политики в крае. Боевая подготовка войск стояла у него на первом плане, и войска жили в сознании, что они — на передовом театре войны, на боевом посту, в каком-то особенном, полумирном состоянии, которое каждую минуту могло смениться военным. Это напряженное, повышенное состояние войск переносилось ими легко и бодро, ибо войска верили в Гурко, в его полководческие качества: верный стратегический расчёт, несокрушимое при всяких обстоятельствах спокойствие духа, его твердую волю и железную энергию.

Постоянные разъезды Гурко по округу, постоянное присутствие его на манёврах, больших и малых, всегда тщательно организованных при помощи таких начальников штаба, как Нагловский и Пузыревский, свидетельствовали войскам о постоянном хозяйском глазе, от которого ничто и нигде ускользнуть не может. И когда звучал металлический голос Гурко, произнося властно, твёрдо и спокойно: «Чтоб я этого более не видел», то все уже знали, что «этого» более и не будет.

Значительное внимание уделял также фортификационной обороне Варшавского военного округа, усилив укрепления Ивангорода, Новогеоргиевска, Брест-Литовска и Варшавы, создав Варшавский укреплённый район и линию новых укреплённых пунктов (Зегрж, Осовец и др.) и покрыв край сетью стратегических шоссе. Организацией же крепостных манёвров он сумел установить живую и тесную связь между войсками и крепостями. Артиллерия получила при нём обширный Рембертовский полигон. Кавалерия, предмет особого внимания Гурко, постоянно была в движении, получая задачи на лихость, быстроту движения, разведку, действия в массах и т. п. Войска втягивались в работу не только летом, на подвижных сборах и манёврах, но и зимой, производя зимние манёвры, стрельбы, походные движения с ночлегом в поле, под открытым небом. Весь опыт русско-турецкой войны был использован Гурко широко и полно в течение 12 лет командования им войсками Варшавского военного округа.

Был весьма близок и дружен с министром государственных имуществ М. Н. Островским, который использовал своё влияние на Иосифа Гурко для сглаживания острых конфликтов («пререканий») последнего на посту варшавского генерал-губернатора с министром внутренних дел графом Д. А. Толстым и военным министром П. С. Ванновским[14].

6 декабря 1894 года, согласно его прошению, по расстроенному здоровью, был уволен от занимаемого поста с производством в генерал-фельдмаршалы «в воздаяние важных заслуг, оказанных престолу и отечеству, особенно в последнюю турецкую войну», с оставлением членом Государственного Совета, в звании генерал-адъютанта и по гвардейской кавалерии. 9 марта 1897 года был избран почётным членом Николаевской академии Генерального штаба.

14 мая 1896 года, в день коронования Николая II, стал кавалером ордена Св. Андрея Первозванного и в том же году назначен шефом 14-й стрелкового батальона, входившего в состав 4-й стрелковой бригады, заслужившей под его началом в 1877 году прозвище «железной бригады». Среди прочих наград, был удостоен орденов Белого Орла (30 августа 1882 г.), св. Александра Невского (30 августа 1884 г., алмазные знаки к этому ордену были вручены 30 августа 1887 г.), св. Владимира 1-й степени (30 августа 1891 г.)

Поселившись в своем любимом имении Сахарово Тверской губернии (ныне отдельно расположенный посёлок в границах города Твери), скончался здесь в ночь на 15 января 1901 года[15]. В 1983 в Сахарово установлен памятник фельдмаршалу.

В «Военной энциклопедии» Сытина дана следующая характеристика Гурко:

Стройный, худощавый, с большими седыми бакенбардами, Гурко держался так, что казался выше ростом всех окружавших его лиц, а своею кипучею деятельностью, выносливостью и лихостью на коне — всех моложе. Он мало говорил, никогда не спорил и казался непроницаемым в своих мыслях, чувствах и намерениях. От всей его фигуры и взгляда острых, серых и глубоких глаз веяло внутренней силой, авторитетной и грозной для ослушников и слабых. Его не все любили, но все уважали и почти все боялись, все, кроме солдат, которые безгранично верили в него и любили его.

22 сентября 2011 года в пос. Сахарово были перезахаронены останки И. В. Гурко и его супруги[16]. На церемонии присутствовал их правнук — В. И. Гурко[17].

Семья и потомство[править | править вики-текст]

Мария Салиас-де-Турнемир

Иосиф Владимирович был женат с 1862 года на графине Марии Андреевне Салиас-де-Турнемир (1838/1842—1906), дочери писательницы Евгении Тур.

У них были дети:

  • Владимир (1862—1927), государственный деятель, товарищ министра внутренних дел.
  • Василий (1864—1937), генерал-от-кавалерии, командир 6-го армейского корпуса.
  • Евгений (1866—1891), погиб на дуэли.
  • Дмитрий (1872—1945), генерал-майор, командир 16-й кавалерийской дивизии.
  • Николай (1874 — после 1901), лейтенант, крупно проиграл в карты, пытался ограбить богатого купца, но был арестован. До суда покончил жизнь самоубийством.
  • Алексей (1880 — упом.1889), умер раньше своих братьев.

Память генерала в Болгарии[править | править вики-текст]

Барельеф в Софии

Болгарский народ и по сей день чтит память Иосифа Владимировича. В сознании болгар его имя связано основном с обороной Шипки, а для жителей болгарской столицы Софии — и с освобождением их города. В честь генерала названо три населённых пункта в Болгарии — город Гурково, село Гурково (Добричская область) и село Гурково (Софийская область). Один из самых больших бульваров в Софии также назван его именем — тот, по которым он прошёл 4 января 1878 со своими войсками, освободившими Софию от пятивекового османского ига. По всей стране в разных городах именем Гурко названы улицы. В селе Бошуля установлена памятная доска на стене дома, где помещался штаб генерала Гурко.

1 июня 2005 в Софию приезжала и была сердечно принята его внучка — Екатерина Васильевна[18].

4 января 2008 в честь 130-й годовщины освобождения болгарской столицы от османского ига состоялась историческая реконструкция прихода генерала Гурко с русскими войсками в Софию.[19]

В марте 2013 года в Софии открыли памятник легендарному русскому генералу[20]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Дата согласно: Шилов Д. Н., Кузьмин Ю. А. Члены Государственного совета Российской империи. 1801—1906: Биобиблиографический справочник. СПб., 2007, стр. 261 — с ссылкой на воспоминания Д.И Гурко. Встречается ошибочная дата — 16 июня (в справочниках о членах Военного совета, составленных Затворницким и Квадри). Дата 16 июля также указана в его некрологе: «С.-Петербургскія Вѣдомости». 16 января 1901, № 15, стр. 3 (некролог).
  2. В большинстве источников местом его рождения ошибочно названа деревня Бурнейко, сейчас Круглянский район Могилёвской области, по данным Шилова и Кузьмина, основанных на послужном и формулярном списках И. В. Гурко, он родился именно в Новгороде.
  3. Ныне Проход Республики, или Хаинбоаз.
  4. Отряд русских войск (по названию крепости Рущук, ныне г. Русе), командование которым было в 1877 году было возложено на цесаревича Александра. См. подробней здесь: [1].
  5. Подробней см. [2].
  6. По некоторым данным, Гурко получил этот орден 5 августа 1877 г.
  7. См. подробней об этих сражениях [3], [4].
  8. Ныне хранится в Оружейной палате Московского кремля.
  9. Между городками Златица и Этрополь, в 70 км к востоку от Софии.
  10. Арабконак // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  11. Ныне село Саранцы. Подробней см. [5].
  12. Подробней см. Пловдив_(1878).
  13. По данным Шилова и Кузьмина Гурко получил этот орден 21 января 1878 г.
  14. «К. П. Победоносцев и его корреспонденты: Письма и записки» / С предисловием Покровского М. Н., Т. 1, полутом 2-й, М.-Пг., 1923, стр. 1052—1053, 480—481, 505—507 (последнее — проект доклада обер-прокурора К. П. Победоносцева императору Александру III от 30 мая 1885 года: «<…> Мне представляется, что нет серьёзных мотивов этому пререканию, дошедшему до того, что оба просят уволить их. Все известные мне мотивы суть мотивы личного самолюбия и возникающих отсюда недоразумений. <…> А между тем нельзя ли было бы со стороны подействовать на противников, хотя оба они без сомнения упрямы? Относительно ген. Гурко можно возложить некоторую надежду на Островского, который близок с ним и имеет на него влияние. <…>»).
  15. Усадьба Гурко не сохранилась (сгорела). В парковом павильоне имения ныне находится храм Иосифа Волоцкого.
  16. В Сахарово перезахоронили останки супругов Гурко
  17. Останки генерал-фельдмаршала Иосифа Гурко и его жены перезахоронены в родовом имении
  18. Внучката на ген. Гурко дойде в България
  19. Генерал Гурко в София
  20. В Софии открыли памятник легендарному русскому генералу Гурко

Литература[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]