Движение за репродуктивный выбор

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Марш сторонников прочойс в Вашингтоне (2004)

Движение за репродуктивный выбор, или прочо́йс (англ. Pro-choice — «за выбор») — общественное движение, отстаивающее право женщины совершать аборт, а также соответствующая этико-политическая позиция. Альтернативой прочойса является позиция пролайф.

Сторонники права на аборт считают, что вопрос о сохранении или прекращении беременности — это вопрос неотчуждаемого личного выбора, связанного с женским телом, личным здоровьем и будущим. Они уверены, что легальность абортов положительно сказывается на жизни и родителей, и детей, поскольку женщинам не приходится идти на отчаянные меры для совершения подпольных абортов. Сторонники права на аборт вписывают свои взгляды в контекст ценностей индивидуальной свободы, репродуктивной свободы и репродуктивных прав. Первый из этих терминов широко использовался в политических движениях XIX и XX веков (в частности, за отмену рабства в Европе и США и за народную демократию); последние два термина связаны с изменением взглядов на сексуальную свободу и физическую неприкосновенность.

Люди, выступающие за право на аборт, почти никогда не называют себя сторонниками абортов: вопрос аборта они приравнивают к вопросу автономии тела, а принудительный аборт считают юридически и морально недопустимым. Некоторые сторонники права на аборт высказываются против некоторых или всех абортов по моральным соображениям. Однако они полагают, что аборты неизбежно будут происходить в любом случае, и поэтому считают, что легальный аборт в контролируемых медициной условиях предпочтительнее, чем нелегальный подпольный аборт, проводимый без надлежащего медицинского надзора.

Аргументы[править | править исходный текст]

Право женщины распоряжаться своим телом[править | править исходный текст]

Главный аргумент сторонников права на аборт состоит в том, что никто, кроме самой женщины, не должен распоряжаться её телом, её судьбой и жизнью. Всё это входит в перечень прав, гарантируемых конституциями многих стран. В большинстве законодательных систем человек наделяется конституционными правами с рождения, что даёт женщине юридически более высокий статус, чем эмбриону. Как подчёркивают сторонники права на аборт, женщина имеет больше прав считаться человеком и с моральной точки зрения, поскольку она, в отличие от эмбриона, обладает сознанием, способна думать, чувствовать, надеяться и мечтать[1].

Некоторые сторонники репродуктивных прав отцов требуют предоставления мужьям равного права распоряжаться беременностью их жён[2]. Сторонники права на аборт утверждают, что такая мера несправедлива — прежде всего потому, что именно на женщине лежат все риски, связанные с беременностью и родами, в том числе затрагивающие её здоровье и жизнь.

Так, в России по официальным данным на 2001 год в структуре материнской смертности аборты (включая выкидыши и аборты вне стационара) составили лишь 27,7 %[3] — таким образом, для современной россиянки опасность умереть на поздних сроках беременности или при родах более чем в два раза выше, чем опасность умереть от осложнений после аборта.

Кроме того, именно мать с большей вероятностью будет выполнять основную работу по уходу за ребёнком и его воспитанию (по затратам времени отцовский вклад в заботу о ребёнке составляет 1,9-8,5 % материнского[4]). И именно на мать, вероятнее всего, полностью ляжет обязанность заботы о ребёнке в случае развода (по данным Минитерства труда и социального развития РФ на 2001 год, из приблизительно 13 млн российских неполных семей лишь 1 % составляют семьи, где детей растит отец[5]). Таким образом, рождение ребёнка коренным образом влияет на жизнь и судьбу женщины, но не мужчины.

Наконец, по мнению сторонников права на аборт, законодательное закрепление права супругов замужних женщин или родителей несовершеннолетних распоряжаться беременностями может привести к росту случаев шантажа и семейного насилия со стороны родственников беременной[6]. Выступая против введения таких мер в рамках закона, сторонники права на аборт, как правило, не выступают против совещательного участия родственников в решении об аборте. Они считают разумным обсуждение исхода беременности всеми людьми, которых это решение может коснуться, однако настаивают, что право на окончательное решение должно принадлежать только самой женщине[7].

Статус эмбриона[править | править исходный текст]

Сторонники права на аборт протестуют против характеристики эмбрионов как «нерождённых детей». Они приводят ряд аргументов в защиту тезиса, что эмбрион не может считаться человеком, но также указывают на то, что этот вопрос вторичен по отношению к вопросу прав женщины.

Так, они отмечают, что один из важнейших параметров, по которым эмбрион отличается от рождённого человека, — это его зависимость от нахождения внутри тела конкретной женщины. Между тем, даже если признать, что у эмбриона есть право на жизнь, то право на жизнь никогда не включает в себя права использовать тело другого человека. С точки зрения сторонников права на аборт, как государство не может заставить людей стать донорами органов или крови, точно так же оно не может принудить женщину спасать жизнь эмбриона, рискуя собственным здоровьем и жизнью при вынашивании и родах[8][9]. Сторонники запрета абортов, как правило, возражают на это, что сравнение беременности с донорством или иной добровольной помощью неправомерно, так как женщина сама выбрала занятие сексом, принимая на себя риск беременности[10]. Позиция сторонников права на аборт заключается в том, что секс не является контрактом на беременность, поскольку у людей есть право заниматься непродуктивным сексом; кроме того, такой аргумент противоречит принципу равноправия полов, так как означает наказание сексуального поведения женщин, но не мужчин.

Сторонники права на выбор не согласны с утверждением, что жизнь начинается с зачатия. Они отмечают, что этот тезис ненаучен и является лишь одним из существующих религиозных верований, которое может быть принципом отдельных людей, но не может использоваться как элемент политики в многоконфессиональных светских государствах[1]. Они также указывают, что с научной (биологической и эволюционной) точки зрения, оплодотворённая яйцеклетка не является принципиально новой ступенью в развитии жизни на Земле и что лишь один крошечный шаг отделяет её от самостоятельных половых клеток (мужской и женской), которые уже несут в себе уникальный генетический потенциал нового человека[8].

Ненадёжность методов контрацепции[править | править исходный текст]

Как известно, ни один из существующих методов контрацепции не даёт стопроцентной защиты от нежелательной беременности. Надёжность контрацептивов измеряется индексом Перля, который показывает, сколько женщин из ста предохраняющихся данным методом беременеют в течение одного года. Например, при применении прерванного полового акта ежегодно беременеют от 4 до 18 женщин, при использовании презерватива — от 2 до 12 женщин, а при использовании комбинированных оральных контрацептивов — от 0,1 до 0,9 женщин из 100[11]. Сторонники права на аборт отмечают, что из этого логически вытекает необходимость гарантии права на аборт: в противном случае получается, что, как только образуется зигота, женщина сразу же теряет право распоряжаться собственным телом[1].

Нецелесообразность запрета абортов[править | править исходный текст]

В дискуссиях с представителями законодательной власти, придерживающимися пролайферских взглядов и ратующими за возрастание темпов прироста населения, главный аргумент сторонников права на аборт состоит в том, что запрет абортов не может привести ни к снижению числа абортов, ни к повышению рождаемости. По статистике, только 10-12 % женщин, решившихся на аборт, удаётся отговорить от этого шага, а в большинстве остальных случаев «отговаривающие» беседы приводят к затягиванию времени, в результате чего женщина всё же делает аборт на более поздних сроках с угрозой для своего здоровья[12].

Специалисты объясняют это тем, что демографические тенденции к ограничению рождаемости неизменно оказываются сильнее пронаталистской политики. Так, в СССР после законодательного запрета искусственных абортов 27 июня 1936 года число абортов сначала резко сократилось (например в Ленинграде с 43,6 тыс. операций в первой половине 1936 года до всего 735 во второй половине), но уже со следующего года стало неуклонно повышаться: в 1937 году в стране было зарегистрировано 355 тыс. операций, в 1938-м — 429 695, в 1939-м — 464 246, в 1940-м — 500 516. При этом на разрешённые аборты по медицинским показаниям приходилось лишь 10 %, а оставшуюся часть составляли случаи, когда врачи оказывали помощь женщинам после подпольного неполного аборта, который они провоцировали самостоятельно или прибегая к помощи посторонних людей.[13].

Криминализация абортов, в свою очередь, приводит к росту женского бесплодия и материнской смертности. Если в 1935 году в городах России (по сельской местности такая статистика не велась) был зафиксирован 451 случай смерти от искусственного аборта, то в 1936-м — уже 910 случаев, а к 1950-м доля смертей от абортов превысила 70 % от всех материнских смертей[13].

По данным демографов, уровень рождаемости регулируется своими законами, на которые количество абортов никак не влияет. Так, в Польше после запрета абортов в начале 1990-х рождаемость не повысилась, а понизилась, причём сильнее, чем в России, где рождаемость тоже снизилась, хотя число абортов за те же два десятилетия сократилось без всяких законодательных запретов в 3,5 раза[14].

История[править | править исходный текст]

История прочойс берёт своё начало от 1973 года, когда в США были легализованы аборты. Однако предпосылки к нему зародились ещё в XIX веке в рамках феминизма[15]. Решающим поводом в пользу легализации абортов в США стала ситуация 1960-х, во время эпидемии краснухи, в результате чего родилось около 15 тыс. детей с аномалиями, причём многим болеющим женщинам было отказано в праве на аборт. В связи с этим было предъявлено обвинение Комиссией медицинских экзаменаторов штата Калифорния 9 врачам. Итогом стало решение Верховного суда США по делу «Роу против Уэйда», признавшее закон штата Техас об ограничении права на аборт противоречащим Конституции США, ущемляющим личную свободу женщины.

Сторонники[править | править исходный текст]

Прочойс характеризует Демократическую партию[16], тогда как республиканцы стоят на позициях пролайф (хотя есть среди них и сторонники прочойса: бывший мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани[17] и экс-губернатор Калифорнии Арнольд Шварценеггер[18]). Также прочойс поддерживает Американский союз защиты гражданских свобод. В защиту прочойса выступает и Парламентская ассамблея Совета Европы[19].

Своеобразным «мучеником» прочойса стал врач Джордж Тиллер, убитый в лютеранской церкви во время богослужения. Его смерть продемонстрировала, что сторонники прочойса не обязательно являются атеистами[20].

Весьма специфическую форму прочойс приобрёл в исламском Иране. Правом на аборт (в случае неправильного развития плода или угрозы жизни матери) пользуются только замужние женщины в первые 15 недель (3 месяца) беременности, поскольку в это время, согласно исламской доктрине, у зародыша душа ещё не соединилась с телом[21].

В России до недавнего времени движения за выбор как такового не существовало, поскольку свобода репродуктивного выбора была защищена законодательно. Однако в июне 2011 началось активное обсуждение ужесточения абортного законодательства[22][23]. После этого была создана общественная кампания «Бороться с абортами, а не с женщинами» и коалиция «За выбор», объединяющая экспертов — медиков и демографов.

Примечания[править | править исходный текст]

  1. 1 2 3 Майкл Швалб. Репродуктивная свобода для чайников
  2. Тамара Шкель, Сергей Куксин. Убитое детство. Законопроект о защите ребенка ещё до его рождения вызвал горячие споры // «Российская газета» — Столичный выпуск № 5495 (119). 03.06.2011.
  3. Минздрав: материнская смертность в России в 2001 году
  4. Малышева М. Современный патриархат: Социально-экономическое эссе. М., 2001. — С. 269.
  5. Кон И. С. Мужчина в меняющемся мире. М.: Время, 2009. — С. 381.
  6. Бороться с абортами, а не с женщинами. Петиция депутатам Государственной Думы РФ.
  7. Бороться с абортами, а не с женщинами. За свободное материнство!
  8. 1 2 Джойс Артур. Определение личности: является ли эмбрион человеком?
  9. McDonagh, Eileen L. 1996. Breaking the Abortion Deadlock: From Choice to Consent. Oxford University Press, New York, NY; and Jarvis Thomson, Judith. 1986. In Defense of Abortion. Reprinted in Rights, Restitution, and Risk. Ed. W. Pavent. Harvard University Press, Cambridge. Massachusetts.
  10. Tribe, Lawrence H. 1990. Abortion: The Clash of Absolutes. W.W. Norton & Company, New York. pp 131—132.
  11. Leitlinien der Deutschen Gesellschaft für Gynäkologie und Geburtshilfe (DGGG), 2004
  12. Прерванная жизнь
  13. 1 2 Виктория Сакевич. Что было после запрета аборта в 1936 году // Демоскоп weekly. Электронная версия бюллетеня «Население и общество». Центр демографии и экологии человека Института народнохозяйственного прогнозирования РАН. № 221—222, 7 — 20 ноября 2005
  14. Игорь Янович. «Живой инкубатор» // Деловая газета «Взгляд». 1 июля 2011.
  15. Феминистки объявляют войну за право на аборт
  16. Хиллари Клинтон и Барак Обама высказались в поддержку абортов
  17. Выбери меня
  18. Гордый республиканец Шварценеггер
  19. ПАСЕ подтвердила право женщины на аборт
  20. Церковь и проблема абортов. Так ли уж однозначно отрицание?
  21. La Stampa: Легализация абортов в Иране свидетельствует о демократизации исламского общества
  22. РИА «Новости». Мизулина: законопроект против абортов нуждается в доработке
  23. Деловой Петербург. Депутаты намерены ограничить аборты

Ссылки[править | править исходный текст]