Ермаков, Владимир (барабанщик)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Влади́мир Ермако́в (19 августа 1971(19710819), Казань) — российский барабанщик. Наиболее известен как участник группы «Чёрный обелиск».

Биография[править | править исходный текст]

В детстве любил слушать Boney M. и ABBA, но со временем перешёл на рок-музыку, после чего принялся осваивать гитару, но вскоре перешёл на барабаны:

«Классе в шестом я склеил себе картонные барабаны. Это и был мой первый инструмент. Потом меня выгнали из школы. Я поступил в техникум, где и организовал свою первую группу. Но из техникума меня тоже выгнали, и группа заглохла… Спустя какое-то время, я организовал ещё одну. Потом ещё и ещё… Всех и не упомнишь. С кем я только не перетусовался! И с панками, и с блюзовиками, и с рок’н’рольщиками, и с металлистами… Но нигде долго играть не получалось…»

В начале 1989 года Владмимр вместе с очередной своей группой приехал в Москву. Здесь у него появились знакомые, один из которых и предложил Володе создать группу для того, чтобы съездить в Германию. Из этой затеи ничего не получилось, но, благодаря этому знакомству, Ермаков вышел на группу Кантор, куда его и приняли. У Кантора к тому времени уже была готова программа из пяти песен, которая была записана на демо-ленту. Ермаков включился в работу и за короткие сроки разучил весь материал. Он отыграл с Кантором несколько концертов и после этого их творческие пути разошлись.

«В 1990 году (когда я ещё играл с Кантором) мы, разыскивая для себя базу, попали в бункер, находившийся недалеко от „Пролетарки“. Там репетировали несколько групп: Полтергейст Светлова; Тролль, где играл „Митя“ и Stainless. Я со всеми познакомился и начал тусоваться в этом бункере. Оказалось, что у Stainless’а не было в то время барабанщика. Они предложили попробовать мне. Я попробовал — получилось… И мы начали играть вместе… Затем собрали двухканальный магнитофон и сделали демозапись довольно неплохого качества. Потом стали выступать на концертах. Чуть позже записали своими силами магнитофонный альбом. Правда, на этот раз барабаны были „неживыми“ — я забивал программу в компьютер. И материал к этому альбому потом очень долго сводился. Сводился даже тогда, когда я уже ушёл из Stainless…»

Репетируя со Stainless, Ермаков близко сошёлся с Михаилом Светловым и стал часто бывать у него на квартире. Именно там он впервые услышал записи Чёрного Обелиска, которые первоначально не произвели не него впечатления:

«Мне казалось, что это какой-то утяжелённый вариант Машины Времени. Мне совершенно не нравилась игра Агафошкина (ведь я в то время был гораздо более трешёвый барабанщик). Лишь потом я проникся музыкой Обелиска. Я ощутил энергетику, которую они несли в зал, ощутил дух тех концертов. И ещё меня поразили стихи Крупнова. Их можно слушать всегда и постоянно открывать для себя что-то новое… Там же, у Светлова, я впервые увидел Толика. Однажды я заехал к Мишке, а они там с Крупновым что-то отмечали. Я познакомился с ним, и Толик предложил мне выпить. Когда я ответил, что не пью, у него было такое выражение лица… Я не могу это передать. Затем (немного придя в себя) он изрек философскую фразу: „Ну и везёт же тебе!“ и проглотил свою порцию…».

Василий Билошицкий, игравший в группе Э. С. Т. предложил Владимиру присоединиться к Э. С. Т. Подумав, Ермаков отверг это предложение, ссылаясь на то, что у него уже сложились дружеские отношения с ребятами из Stainless, да и музыка Э. С. Т. ему не особо нравится.

После убийства барабанщика Чёрного обелиска Сергея Комарова, Василий Билошицкий, игравший в то время в Чёрном обелиске, предложил Владимиру прийти на прослушивание. Прослушав его Анатолий Курпнов принял решение принять его в группу:

«Меня поразило то, что у него была подача как у „Комара“. И ещё то, что помимо игры в две „бочки“, он идеально играл равные размеры. Да и с ритмикой, со слухом, с головой у него все было в порядке… Кроме того, он (как и „Алексис“ в свое время) наглостью взял. Когда приходили Геша или Марк (они люди в тусовке известные), то спрашивали: где, что и как сыграть; а тут пришел пацан, один раз пробежался по барабанам и заявляет: „Ну, что вам играть надо?“ Этим он тоже всех убрал…»

Одднко сам Владимир ещё колебался. В итоге сошлись на том, что Владимир отыграет с группой один концерт, которые и решит играть ему дальше в группе или нет. Этот концерт состоялся в конце ноября 1990 года. Он был посвящён памяти Сергея Комарова. Сам Владимир Ермаков вспоминал:

«Я был тогда потрясён… Эти красные прожектора, фонограмма Комарова… Казалось, что дух Сергея присутствовал на этом концерте… Я тогда отыграл с ЧО всего две вещи. После концерта меня послушали техники, стали подходить фэны, уговаривали остаться с Обелиском. Я все ещё колебался с принятием решения. И вот, когда я стоял один рядом с гримеркой и думал, ко мне подошел один парень, которого все называли „Оззи“, поблагодарил за выступление и попросил автограф. Затем он сказал: „Не дай погибнуть Обелиску! Сейчас все в твоих руках…“ Это оказалось последним аргументом, повлиявшим на принятие решения. Так оно все и получилось. Я остался в группе…»

Владимир Ермаков прекрасно вписался в коллектив и, что ещё важнее, прекрасно сыгрался с Анатолием.

В конце 1995 года покидает группы всесте с Юрием Алексеевым и Дмитрием Борисенковым. Анатолий Крупнов набирает новый состав «Чёрного обелиска», с которым играл до своей гибели в 1997 году.

В 1999-м группа «Чёрный обелиск» была воссоздана Дмитрием Борисенковым, Владимиром Ермаковым и Михаилом Светловым. На место басиста пришел Даниил Захаренков.

В 2006 году, не покидая Чёрный обелиск, становится участником группы «Mechanical Poet», с которой играет до её распада в 2009 году.

В 2011 году покинул группу «Чёрный Обелиск».