Ересь жидовствующих

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Жидовствующие»)
Перейти к: навигация, поиск

Е́ресь жидо́вствующих — православно-церковное[1][2][3] название для ряда разнородных ересей с точки зрения Православной церкви[4]. Часто используется применительно к сформировавшейся в последней четверти XV века, не вполне однородной по социальному составу (духовенство, великокняжеские дьяки, дети боярские) и идеологической ориентации группе вольнодумцев, главным образом, в Новгороде Великом и Москве. В церковной среде традиционно считается, что распространение «ереси» было инициировано неким «жидовином Схарией».

О соборе против «Жидовствующих» в Болгарии в XIV веке при царе Иоанне-Александре сообщает житие Феодосия Тырновского.[5][6] Некоторые исследователи предполагают влияние манихейства[7]. В том же XIV веке известные некие «хионы», вполне подходящие по своим воззрениям к этой категории[8].

«Жидовствующими» в XVIII — начале XX веков называли[9] «субботников» (не путать с молоканами-субботниками), соблюдавших все ветхозаветные предписания и ожидавших пришествия Мессии. Этнически субботники были русскими и жили в пределах Астраханской, Ставропольской и Тамбовской губерний, а также на Кавказе. При императоре Николае I против них принимали суровые меры. В XX веке некоторые из них эмигрировали в Израиль. Характерная черта такого рода сект — следование некоторым иудейским предписаниям и обрядам.

Старейшей из сект жидовствующих в России считается секта Схарии XV века. Другие секты появлялись в позднее время, вплоть до XIX века, хотя связь между ними и жидовствующими XV века не прослеживается[3]. Название «жидовствующие» обычно присваивалось этим движениям их оппонентами.

«Ересь жидовствующих» на Руси[править | править вики-текст]

«Ересь жидовствующих» (иначе Новгородско-московская ересь) — идейное течение, охватившее часть русского общества в конце XV века, в основном Новгорода и Москвы.

Как следует из названия ереси, предполагается, что в мировоззрении еретиков присутствуют значительные элементы иудаизма. По меньшей мере, непризнание божественной природы Иисуса Христа и отрицание связанных с этим догматов, а также следование некоторым обрядовым предписаниям иудаизма.

Несмотря на обилие исследований и публикаций по ереси, согласного мнения о её природе, происхождении и месте в русском средневековом обществе — нет. Зачастую его связывают с протестантскими и реформаторскими тенденциями в русском обществе, видят в этом движении начало русского Ренессанса. Советская историографическая школа (А. И. Клибанов, Я. С. Лурье, А. А. Зимин и др.) видит в движении антифеодальную направленность и расценивает его как реформационно-гуманистическое. Другая тенденция — сравнивать это движение с распространёнными в своё время мистическими сектами богомилов или мессалиан. Митрополит Макарий видит в мировоззрении жидовствующих чистейший иудаизм. А. Л. Юрганов находит его вполне ортодоксальным. Академик Д. С. Лихачёв по поводу ереси жидовствующих пишет: «По-видимому, ереси эти не имели какого-либо законченного и упорядоченного учения… Вероятнее всего, это даже была не ересь, сколько движение вольнодумцев. Это было по всей вероятности гуманистическое течение»[10]. О. Георгий Флоровский, считает ересь жидовствующих тоже лишь вольнодумством: «Всего вернее, что еретического сообщества не было вообще. Были известные настроения, именно шатание умов, вольнодумство»[11]. Профессор Иерусалимского университета гебраистики М. Таубе считает, что целью Схарии было обратить русских в иудаизм из мистических побуждений, «тщательно скрытых от их ничего не подозревающей аудитории»[12].

История ереси[править | править вики-текст]

События развиваются на фоне формирования русского централизованного государства. Отношения с Константинопольской патриархией в результате схизмы в это время прерваны.

Начало дела о ереси жидовствующих[править | править вики-текст]

Поставленный в 1484 году волей великого князя на новгородскую архиепископскую кафедру игумен Чудовского монастыря Геннадий был встречен горожанами с явной настороженностью и недоброжелательством[13]. Конфликт начался с того, что архиепископу стало известно о том, что немцовский игумен Захария своим постриженикам воспрещал причащаться, и сам не причащался тоже. Вызванный к владыке старец отвечал: «А у кого деи, ся причащати? Попы, деи, по мзде ставлены, и митрополиты, деи, и владыки по мзде же ставлены». Упрёк был, прежде всего, в адрес самого Геннадия, ибо многие считали, что тот поставлен за взятку, данную им великому князю. Конфликт тянулся три года. В конце концов, Геннадий отправил строптивого игумена в ссылку, но Иван III своей волей избавил старца от наказания и отпустил его обратно в Немцов монастырь. Однако Захарий предусмотрительно предпочёл не возвращаться под руку своего владыки, а уехал в Москву, под защиту великого князя.

Вскоре вскрылись и другие странности новгородской жизни. В 1487 году поступил донос на двух новгородских священников Григория и Герасима, которые в пьяном виде «поругалися святым иконам». Вскрылись и другие случаи глумления над святынями: «а что пакы безъименних, ино и числа нет, кое резаны, а не весть». Осквернение икон в Новгороде оказалось делом распространённым. Геннадий, встревоженный размахом иконоборческого движения, пишет митрополиту Геронтию, епископам Суздальскому Нифонту, Пермскому Филофею, Сарайскому Прохору и другим иерархам Русской Церкви. В феврале 1488 года князь и митрополит поручили Геннадию провести расследование, а княжьему наместнику Якову Захарьину и его брату Юрию участвовать в расследовании со стороны мирских властей. Тем не менее, Геннадий считает эти меры недостаточными и добивается собора на еретиков.

Вскоре оба недостойных иерея, выданные на поруки, бежали в Москву, надеясь найти там защиту от своего владыки. И, как показали дальнейшие события, не напрасно. Дело встало. Но среди еретиков нашёлся некто поп Наум, заявивший, что хочет перейти обратно из «жидовства» в православие. Он явился к архиепископу с повинной, и следствие было продолжено. Наум выдал ещё четырёх еретиков, представил владыке некие «тетрати», по которым жидовствующие молились. В ходе следствия выяснилось, что Литургия последователями жидовства служится недостойно, обычно после хорошего и плотного завтрака. А занесена ересь давно, ещё в 1470 году, неким жидовином Схарией, прибывшим в Новгород в окружения луцкого князя Михаила Олельковича. Первым он склонил к жидовству попа Дионисия, а тот привёл к нему другого новгородского иерея Алексея. Дело пошло успешно, и из Литвы прибыли ещё два жида: Иосиф Шмойло-Скаровей и Моисей Хануш. Уже Алексей и Дионисий склонили к жидовству алексеева зятя Ивана Максимова, его отца и многих других, как священников, так и простых мирян. Новгородская ересь в основном получила распространение среди священства и клирошан.

Вскоре сын попа Григория Самсонка на допросе княжеского наместника Захарьина сознался, что к ереси причастен и дьяк Фёдор Курицын, один из влиятельнейших политиков в окружении князя. Назвал Самсонка и протопопов Алексея и Диониса, которых князь в 1480 году забрал в Москву и поставил на значительные должности[14]. Дело приняло совсем другой оборот и иные масштабы. Вероятно, после вскрытия фактов участия в ереси лиц из великокняжеского окружения в Москве к ереси интерес пропал. Новгородский владыка стал добиваться суда над еретиками в столице. Воодушевленный примером испанской инквизиции, о которой он знал от посланника германского императора Фридриха III Георга фон Турна и своего сотрудника монаха-доминиканца Вениамина, владыка стал добиваться самых суровых мер в отношении еретиков. Геннадий писал и митрополиту Геронтию, но тот его письма игнорировал. А в мае 1489 митрополит умер.

Дело осложнялось тем, что подходил 1492 год, по христианскому исчислению 7000 от сотворения мира. Именно в этом году ожидались кончина мира[15] и второе пришествие Христа. За три года до ожидаемого события в послании бывшему ростовскому архиепископу Иосафу Геннадий пишет: «Да чтобы еси послал по Паисея да по Нила да с ними бы еси о том посоветовал: преидут три лета, кончится седмая тысяща; мы, деи, тогды будем надобны. Ино еретики себе надежно чинят». Действительно, признака конца времён в 1489 году явно не наблюдалось, и это вызывало новые соблазны. Вольнодумцы и еретики этим пользовались, обвиняя иерархов Церкви в распространении слухов о конце Света. К тому же по еврейскому летоисчислению едва начиналась шестая тысяча, и в книге астрономических таблиц «Шестокрыл», составленной прованским евреем-астрологом Эммануэлем бар-Яковом, это было отражено. По мнению жидовствующих, это было ещё одним доказательством в пользу их правоты. В 1491 году многие не засеяли свои поля, из-за чего наступил голод. Любопытна эволюция взглядов самого Иосифа Волоцкого. В своем «Просветителе», написанном уже после Собора, принявшего пасхалию, он доказывает несостоятельность мнения о кончине мира в 7000 г., тогда как раньше, находясь в пустыне в 1489 г. и переписывая «Богородичник», он сделал на нём приписку: «написах последнего ста седьмитысячного века, девяносто седьмого лета». За три года до Собора, принявшего новую пасхалию, он тоже ещё разделял веру в скорый конец мира. В молитвослове 1536 г. в конце имеется «Пасхалия с луновником» и на листе 286 стоит: «Типикь Скаре сие ведомо да есть, яко луннии круг начинаеть от 1 генуария и держить 19 лет». Что это за «Скаре», спрашивает академик В. Н. Перетц и тут же делает вполне вероятное предположение: «не есть ли это оригинал таинственного „Схарии“, которого считают проповедником и насадителем ереси жидовствующих»? То есть, уверенность еретиков и вольнодумцев в отсутствии конца Света в 1492 благодаря их астрономическим наблюдениям можно было понять как следствие их занятий астрологией.[16]

Собор на еретиков 1490 года[править | править вики-текст]

Собор на еретиков состоялся уже при новом митрополите, которым в 1490 году стал ставленник дьяка Фёдора Курицына игумен Симонова монастыря Зосима. Самого Зосиму Иосиф Волоцкий в послании епископу Нифонту Суздальскому, называет не иначе как «злобесным волком»: «Осквернил он святительский престол, одних уча жидовству, других содомски скверня — Сын погибели, он Сына Божия попрал, похулил Пречистую Богородицу и всех святых унизил; икону Господа нашего Иисуса Христа и пречистой Его Матери и иконы всех святых называет болванами…» Волоцкий приписывает Зосиме слова[17]:

« А что то царство небесное, а что то второе пришествие, а что то воскресение мертвых? А ничего того несть — умер кто, то и умер, по та места и был! »

Однако этим обвинениям доверяют не многие, подозревая преподобного Иосифа в предвзятости и излишней запальчивости. Осторожен в своих выводах и митрополит Макарий[18]. Соборное определение предавало проклятию еретиков и перечисляло их вины. Среди них непочитание икон и креста и глумление над ними, непризнание Иисуса Христа Сыном Божиим, хула на Христа и Божью Матерь. Непризнание святых отцов и постановлений семи Вселенских Соборов, неверие в Воскресение Христво и Его Вознесение, почитание субботы превыше Воскресения Христова, несоблюдение постов. «Ино все то чинили есте по обычаю жидовскому, противясь Божественному закону и вере христианстей»,— следует вывод. Согласно соборному приговору священники должны быть извергнуты из сана, а все еретики преданы отлучению.

В соборе участвовали авторитетные белозерские старцы Паисий Ярославов и Нил Сорский. Существует устойчивое мнение, что именно благодаря их участию в соборе приговор еретикам оказался относительно мягким[19]. Если, конечно, отлучение от церкви можно назвать мягким приговором[20]. Однако нет никаких документальных свидетельств о том, насколько их мнение повлияло на соборное решение. В IV-й Новгородской летописи сообщается лишь об их участии в соборе. Самого Геннадия на собор не допустили якобы «ради великих дел», которые были у святителя в Новгороде.

Ересь и внутриполитическая борьба[править | править вики-текст]

Ересь на соборе была осуждена и анафемствована, но никто из высокопоставленных московских еретиков не пострадал. Наказаны были лишь новгородцы, ранее бежавшие под покровительство великого князя. Они были выданы новгородскому владыке, и он подвёрг их своего рода гражданской казни, проведя по городу на конях, посаженными задом наперёд, в берестяных колпаках и с надписью на груди: «Се сатанино воинство». В конце экзекуции колпаки были сожжены прямо на головах осуждённых. В самом способе экзекуции современные исследователи видят влияние практики испанской инквизиции[21]. Однако после этого аутодафе осуждённые пошли не на костёр, как того требовал зарубежный опыт, а были разосланы по монастырям. На этом первый этап борьбы с ересью был завершён. Сам архиепископ Геннадий в подобных деяниях более не участвовал, предпочитая заниматься трудами просвещения.

Что же касается московских еретиков, возглавляемых думным дьяком Фёдором Курицыным, то положение их при дворе нисколько не пошатнулось, а наоборот, только усилилось. Привлечение к ереси невестки великого князя Елены Стефановны значительно укрепило положение еретиков.

Борьба политических группировок вокруг великокняжеского трона поляризовало московское общество. Фактически образовались две политические партии. Одна из них группировалась вокруг вдовы умевшего в 1490 году Ивана Ивановича Молодого Елены Стефановны. Именно в окружении вдовой княгини оказались еретики. Другая группировка была связана со второй женой великого князя Софьей Палеолог, сохранившей свои связи с Римом[22]. Близок к окружению Софьи был и архиепископ Геннадий.

Разная была и внешнеполитическая ориентация. Если партия Елены Волошанки (дочери молдавского господаря Стефана Великого) энергично налаживала отношения со странами Центральной Европы и Крымом[23][24], то в окружении великой княжны больший интерес проявляли к католической Германской империи и Литве[25]. Именно дочь Софьи Елена Ивановна стала женой литовского короля Александра. Хлопотали о браке греки Траханиоты[26].

По убеждению И. Б. Грекова идеология ереси жидовствующих отражала «строго ориентированные международные контакты ведущих участников этого сложного идейно-политического течения»[27].

Кроме внешнеполитической направленности явна и другая составляющая, касающаяся внутренних отношений. Вокруг Софьи группируются сторонники боярских вольностей, в то время как еретики поддерживают идею жёсткой самодержавной власти. Партия, которую возглавляют жидовстующие, уже только по политическим причинам имеет антиклерикальную направленность. Отрицающие монашество вообще, жидовствующие выступают и против церковного землевладения. Близки к ним в вопросе монастырского землевладения монахи северных монастырей. В то время, как противная еретикам сторона, прежде всего идеолог крупного монастырского землевладения Иосиф Волоцкий, а также архиепископ Геннадий выступают за сохранение монастырских владений и усиления влияния церкви в общественных делах. Именно Волоцкий игумен писал впоследствии о возможности неповиновении неправедному государю, ибо «таковый царь не Божий слуга, но диавол, и не царь есть, но мучитель».

В итоге происходит видимая поляризация московской элиты, образование двух влиятельных политических партий. Одна из них, лидеры которой связаны с ересью, ориентирована на усиление великокняжеской власти, ослабление влияния церкви. Её внешнеполитические связи ориентированы на страны Юго-восточной Европы и Оттоманскую империю. Другая партия, связавшая свою политику с защитой Православия, склоняется к поддержке «старины» (в смысле сохранения высокого авторитета Церкви в политических делах и боярских вольностей) и ориентирована на сближение с западными, католическими странами.

Таким образом, сложился весьма сложный узел политических, идеологических и просто своекорыстных интересов, который не мог не привести к кровавой развязке. В деле жидовствующих переплелись разные и подчас несовместимые интересы.

В 1482 году в столицу венгерского королевства Буду для переговоров о московско-венгерском союзе[28] отправляется Фёдор Курицын. Из Буды московский посол возвращается с неким «угрином Мартынкой», который в дальнейшем будет играть определённую роль в формировании московской ереси. Именно в этой поездке, как считает архиепископ Геннадий, дьяк был обращён в ересь.

В 1483 заключён династический брак сына Ивана III Ивана Молодого и дочери Стефана Еленой. Михаил Олелькович, бывший ставленник короля Казимира на Новгород, в свите которого и обретался тот самый Схария, приходится двоюродным братом Елены Стефановны: их матери были сёстрами и происходили из тверского княжеского дома[29].

Великий князь практически на всём протяжении этой истории явно покровительствует еретикам. Правильно было бы предположить, что покровительственное отношение Ивана III к еретикам определяется политическими расчётами и другими государственными выгодами, связанными с кругом образованных, имеющих обширные политические связи еретиков. Не может не импонировать князю и идея об усилении авторитета великокняжеской власти и ослаблении влияния Церкви.

Единственный реальный политический успех, которого добились противники жидовствующих в этот период, было смещение митрополита Зосимы, которое последовало в октябре 1484 года. Курицын в это время в Москве отсутствовал.

Литературная борьба с ересью[править | править вики-текст]

История с объявившейся апостасией со всей очевидностью поставила вопрос о недопустимо низком уровне образованности не только мирян, но и клира. Прослойка образованных клириков и мирян оказалась весьма тонкой. Митрополит Макарий пишет о недопустимо низком уровне образования среди духовенства той поры: «Сами пастыри Церкви в большинстве едва умели читать и писать, и в кругу архипастырей встречались лица, которые не в состоянии были отвечать, сколько было евангелистов и подобное».

Архиепископ Геннадий, столкнувшись с книжностью жидовствующих, не смог найти в Софийском доме даже некоторых необходимых святоотеческих книг, в частности творения Афанасия Александрийского. С просьбой помочь ему в разрешении книжного вопроса он пишет ростовскому владыке Иосафу, в епархии которого находился тогда Кирило-Белозерский монастырь, известный своей библиотекой. Список книг очень пёстрый, в том числе Менандр, Логика, Диониисий Ареопагит, часть книг Ветхого Завета, книги противоеретической полемики. Другим способом изменить ситуацию была активная переводческая деятельность, которая развилась при святителе Геннадии в Новгороде. В первую очередь был сделан полный и систематический перевод Священного Писания на славянский язык. Геннадиева Библия стала первым полным изданием книг Ветхого и Нового Заветов на славянском языке. Делаются переводы и других книг, необходимых для полемики с еретиками. Примечательная особенность деятельности Геннадия, это отмечаемая многими авторами, в том числе и Георгием Флоровским, латинская её направленность. О. Георгий, вероятно не сильно преувеличивая, пишет: «При Геннадии мы наблюдаем целое движение латинского стиля». Включение второканонических книг сделаны по примеру латинской практики и переведены они с латыни. С латыни восполнены и необходимые переводы. Греческие книги при этой работе практически не употреблялись. С латыни переведена известная тогда книга Дурантия «Raionale ivinorum officiorum», для полемики с жидовствующими книги Николая Де-Лира и Самуила Евреина. И даже новую пасхалию Геннадий выписывает из Рима. Вероятно с латыни переведено и «Слово в защиту церковных имуществ», в котором утверждается и полная независимость духовного чина от светской власти. О. Георгий отмечает тенденцию подчёркивать превосходство духовной власти над мирской и при этом смягчение интонаций относительно ничтожности благ земных[30].

Дмитрий Траханиот пишет для Геннадия послания «О трегубой аллилуйи» и «О летах седьмой тысящи». Греческий писатель занимает довольно осторожную позицию, не отрицая седмичности срока наступления паруссии, но отрицая известнсть точного срока. Именно Юрий Траханиот (Старый) посредничает во встречи Геннадия с имперским послом Георгом фон Турном, от которого тот и слышит рассказ об испанской инквизиции[31].

После 1492 года Геннадий уже не принимает усилий в борьбе против ереси, сосредоточившись на литературной деятельности. Ранее он выступал против прений с еретиками из-за «простоты» клира. Теперь он с этой «простотой» борется просвещением, занимаясь не только организацией переводческой деятельности, но и проявляя заботу об училищах[32].

Разгром ереси. Собор 1504 года[править | править вики-текст]

В 1498 партия Курицына, казалась, достигает максимального политического успеха. Василий вместе со своей матерью оказался в опале. Юный Дмитрий венчан «на царство» и отныне является соправителем своего деда. Однако не прошло и года, как соправителем великого князя стал сын Василий. А в 1502 году внук Дмитрий вместе со своей матерью оказался в темнице. Трудно сказать, что привело к таким стремительным изменениям, но в итоге партия Софьи оказалась победителем. Теперь со стороны князя следовало ждать уступок и в отношении самой ереси.

Собор 1503 года рассматривал дисциплинарные вопросы: говорили о ставленнических пошлинах (повод обвинения в симонии) и о поведении вдовых попов. Уже после собора возник (вероятно по инициативе великого князя) спор о монастырском землевладении. Однако нетрудно заметить, что собор обсуждал проблемы, на которые не без основания указывали и еретики.

Накануне собора Иван III обещал Иосифу начать преследование еретиков. Речь о ереси начал сам великий князь. Князь сознаётся, что знал «которую ересь держал Фёдор Курицын». Следующая встреча произошла на пиру. Здесь, и при свидетелях Иван III задал вопрос Иосифу, не грех ли казнить еретиков. Иосиф начал убеждать князя, что не грех, а скорее обязанность светских властей преследовать еретиков и предавать их «лютым казням». Но князь остановил его и более о том не спрашивал. Понятно, что мысль о казнях еретиков не близка была Ивану, и он нехотя соглашался на преследование их. Поэтому он не поспешил начать дело, и Иосиф вынужден был обращаться с просьбой оказать содействие в убеждении князя сначала к его духовнику архимандриту Андронникова монастыря Митрофану, затем к соправителю и великому князю Василию. У Василия он встретил горячую поддержку, и в декабре 1504 года собор на еретиков состоялся.

Председательствовал на соборе великий князь Василий. Старый князь в деятельности собора участия практически не принимал и, по-видимому, не из-за старческой немощи. Новгородского архиепископа опять на соборе не было. Незадолго до собора он был сведён с кафедры за невыполнения постановления предыдущего собора о невзимании ставленнических пошлин. Собор постановил предать казни главных еретиков через сожжение. Жгли в специально построенных деревянных срубах, вероятно не желая демонстрировать собравшимся ужасы предсмертной агонии. В Москве казнены были брат Фёдора Курицына Иван Волк Курицын, Иван Максимов, Дмитрий Пустосёлов. Некраса Рукавова по урезанию языка отослали в Новгород, где его сожгли вместе с юрьевским архимандритом Касьяном, братом Иваном Самочёрным и другими. Остальных разослали по монастырям.

Вопрос об отношении к еретикам после собора.[править | править вики-текст]

Казни еретиков вызвали неоднозначную реакцию в русском обществе. Смущение вызывало несоответствие практики казней Евангелию, писаниям святых отцов и каноническими нормами[33]. Поэтому уже вскоре после собора, очевидно Иосифом Волоцким, было написано «Слово об осуждении еретиков». Иосиф соглашается с недопустимостью преследования только за инакомыслие, но попытки проповеди ереси, по его мнению, должны пресекаться самыми жёсткими мерами: «Егда невернии и еретици никого же от православных прельщают, тогда недостоит им зло творити или ненавидети их; егда же узрим неверныя же и еретики, хотящих прелстити православныя, тогда подобает не точию ненавидети их, или осужати, но и проклинати и язвити». По всей видимости, «Слово» своей цели не достигло: полемика год от года только разгоралась, став ещё одним предметом разногласий между кирилловскими и волоцкими монахами.

Следы этих споров (об отношении к еретикам) мы находим в послании[34] волоцкого постриженика Нила (Полева), прожившего долгое время среди Белозерских скитников, кирилловскому монаху Герману Подольному. Вспоминая минувший спор, он цитирует слова Германа: «Нам не подобает судить никого ни верна, ни неверна, но подобает молиться о них, а в заточение не посылати». Судя по посланию, отношения иноков двух монастырей вначале были вполне дружелюбными. Однако именно в это время начинают портиться отношения иноков двух монастырей. Товарищ Нила Дионисий Звенигородский пытается обнаружить ересь в самих заволжских скитах, и в результате пишет донос своему игумену. Иосиф Волоцкий представил донос великому князю Василию, тот поставил в известность Вассиана Патрикеева. Вассиан, который считался учеником Нила Сорского, защищал белозерцев перед великим князем и потребовал свидетеля, доставившего донос старца Серапиона, на допрос. Допрос закончился смертью свидетеля. Великий князь в гневе приказал сжечь пустыньки волоцких монахов, а самих их отправить под надзор в Кирилло-Белозерский монастырь. Однако вскоре по велению великого князя они были отпущены в свой монастырь. Судя по вкладным записям Нила (Полева), произошло это не позднее 1512 года.

В появившемся вскоре «Слове на списание» автор, по всей видимости Вассиан Патрикеев выступает с критикой карательных мер Иосифа, призывает не бояться богословских диспутов с еретиками. Вассиан апеллирует к Иоанну Лествичнику: «Немощнии с еретикы не ядят, сильные же на славу Божию сходятся». Покаявшиеся еретики, по мысли Вассиана, должны быть прощены. «Слово о еретицех», документ более поздний, отличается хорошо разработанной аргументацией с привлечением канонических источников. Вассиан различает кающихся и некающихся еретиков, при этом допускает казни, но признает их делом светских властей[35].

О личности новгородского ересиарха[править | править вики-текст]

О личности новгородского ересиарха прямых достоверных сведений практически нет. Сообщения о неком «жидовине», положившем начало ереси, появляется в 1490 году у новгородского архиепископа Геннадия в послании митрополиту Зосиме. По имени он назван в анти-еретическом трактате Иосифа Волоцкого «Просветитель». Известно, что этот учёный еврей прибыл из Киева, в свите луцкого князя Михаила Олельковича, поставленного королём Польши Казимиром князем на Новгород в 1470 году. От него-то, по утверждению архиепископа Геннадия и Иосифа Волоцкого, и пошла ересь в Новгороде.

Скудность сведений о Схарии позволила выдвинуть предположение, что это легендарная личность, выдуманная противниками жидовствующих (архиепископом Геннадием и Иосифом Волоцким) для дискредитации движения. Эта версия получила широкое распространение в советской историографии. Активным сторонником этой версии был Я. С. Лурье. Подобных взглядов придерживался и Р. Г. Скрынников. А. А. Зимин высказывался более осторожно, предполагая, что в качестве проповедника-иудея противники ереси представили реально существующего Схарию, но отрицает его влияние на формирование ереси.

Однако, кроме «Просветителя» Иосифа Волоцкого, есть ещё, по меньшей мере, один источник, который упоминает имя новгородского ересиарха. Это — послание инока Саввы с Сенного острова послу Ивана III в Крыму Дмитрию Шеину[36]. Этот компилятивный труд содержит анти-иудейскою полемику, упоминает известного иноку «жидовина Захария Скару», представленного как соблазняющего в «жидовскую веру» великокняжеского посла. Упоминание Саввой «новгороцких попов, веру жидовскую приемшим» не оставляет сомнения, что речь идёт о «начальнике жидовской ереси» Схарии.

Тот же самый «жидовин Захария Скара» упоминается в дипломатической переписке московского великого князя с бывшим правителем Матреги Захарией Гизольфи.

Согласно первой версии иудейским эмиссаром в Новгороде стал Захария де Гизольфи, получеркес, полуитальянец по происхождению. По мнению Г. М. Прохорова Гизольфи стал обращенным из христианства караимом и был тем странствующим проповедником, смутившим веру новгородцев. Однако эта версия содержит ряд противоречий и анахронизмов. Своим появлением эта версия обязана сохранившейся в «Посольской книге» переписке великого князя Ивана III с «таманским князем» Захарией, который сначала именуется «Захарией евреянином» (в тексте послания), «Захарией Скарой жидовином» (в комментарии в посольской книге)[37], затем, после получения послания от Захарии, отправленного на этот раз с доверенным лицом и так же сохранившемся в посольской книге, «князем таманским» и даже «фрязиным»[38]. Биография таманского князя достаточно хорошо известна благодаря документам генуэзского архива, исследованных в XIX веке профессором Новороссийского университета Ф. К. Бруном[39][40], и она не оставляет места для его далёкого путешествия на север в 1470 в свите луцкого князя. Почему возникла такая путаница в именах, остаётся только догадываться. Это могла быть и интрига, и просто ошибка. Одно несомненно: имя Захарии Скары московским посольским дьякам было известно.

Вторая версия была предложена Юлием Бруцкусом. Согласно этой версии иудейским эмиссаром мог оказаться известный киевский учёный еврей Захария бен Аарон га-Коген[41]. Эта версия активно поддержана профессором Иерусалимского университета гебраистики М. Таубе. Имя Схарии-философа неожиданно обнаруживается в Псалтыри XVI века из библиотеки Киевской Духовной Академии. Профессор Таубе обращает внимание, что термины Схарии из Псалтыри совпадает с терминами, применяемыми в «Логике» жидовствующих[42]. Очевидно, Схарии принадлежит и перевод части ветхозаветных книг из Виленского Ветхозаветного свода[43] Текстологические исследования основного корпуса литературы жидовствующих подтверждают причастность к переводам этого представителя еврейской образованности[44]. Отечественный исследователь А. Ю. Григоренко по этому поводу пишет: «…Мы не знаем, что Иван III приглашал к себе на службу Захарию бен Арона Га Когена, сведений о том, что этот Захария ездил на Русь, у нас нет»[45]

Источники по ереси жидовствующих[править | править вики-текст]

Несмотря на то, что сохранился соборный приговор 1490 года, послания главных обличителей ереси Геннадия Новгородского и Иосифа Волоцкого, ряд других документов, имеющих отношение к ереси, вследствие того, что они исходят из лагеря противников еретиков, доверять им вполне не принято. Однако никаких серьёзных противоречий среди этого довольно внушительного корпуса документов не выявлено и о ереси мы знаем прежде всего по ним. Наиболее полное описание содержится в «Просветителе» Иосифа Волоцкого.

Каких-либо документов, последовательно излагающее учение самих еретиков не найдено. Вероятнее всего, их вообще не было. Сами еретики не признавали себя таковыми. Признания, полученные на допросах, в том числе под пытками, тоже ставятся под сомнение.

Косвенными источниками, по которым можно судить о взглядах еретиков, является обширная полемическая литература, появившаяся в связи с ересью. Прежде всего это «Просветитель» Иосифа Волоцкого, Послание инока Саввы великокняжескому послу Дмитрию Шеину, которое представляет собой компилятивный сборник антииудейской полемики, литература, переведённая с латыни в Новгороде при архиепископе Геннадии, послания основных участников событий.

Известна философская и астрономическая литература, которой пользовались жидовствующие. Среди этих книг астрономический тракт Иммануэля бен Якоба Бонфуса «Шеш кнафанаим», известный как «Шестокрыл», трактат Иоанна де Сакробоско «О сфере», «Логика» Моисея Маймонида, дополненная фрагментами из аль Газали, книга «Тайная Тайных» Псевдо-Аристотеля, известная в русской версии как «Аристотелевы врата» и восходящая к еврейскому переводу «Secretum Secretorum» аль-Харизи. Книги «Шестокрыл» и «Логика» прямо упоминаются Геннадием Новгородским в письме архиепископу Иоасафу в списке литературы жидовствующих [2]. «Аристотелевы врата» известный на Руси текст, появляется в употреблении русскими книжниками как раз в это время. Текстологических анализ показывает, что все эти тексты были переведены с иврита на западно-русский (рутенский) язык во второй половине XV века евреем, получившим образование, по всей видимости, в Византии и связанным с еврейской рационалистической традицией Испании и Прованса (сефардов). Таким образом вся литература подобного характера оказывается связана с одним регионом. Профессор Иерусалимского университета гебраистики М. Таубе обращает внимание на то, переводчик стремился скрыть авторство арабских философов, заменяя арабские имена еврейскими, и делает вывод, что для славянского читателя предложенная литература должна была выглядеть, как плоды еврейской мудрости[46]. Аудиторией, для которой предназначались переводы, по мнению учёного, являются именно московские еретики[47].

Определённый интерес представляют тексты, вышедшие из под пера еретиков. Это прежде всего «Лаодикийское послание» Фёдора Курицына. Им же написано «Сказание о Дракуле воеводе» — пересказ легенд о правившем Валахией в середине XV века воеводе Владе Цепеше. Кроме писаний дьяка Курицына — предисловие к «Еллинскому летописцу», сделанное одним из еретиков Иваном Чёрным, его же глоссы на полях «Еллинского летописца» и Библейского сборника.

Представители ереси жидовствующих[править | править вики-текст]

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Жидовствующие // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1906—1913.
  2. Жидовствующие — статья из Большой советской энциклопедии
  3. 1 2 Жидовствующие — статья из Электронной еврейской энциклопедии.
  4. Александр Павлович Доброклонский. Руководство по истории русской церкви. Крутицкое Патриаршее Подворье, Общество любителей церковной истории, 1999. С. 188.
  5. «Житие и жизнь преподобного отца нашего Феодосия иже в Тернове постничевшего»./ЧОИДР 1860 г. Книга I. Раздел III. Житие написано другом преподобного Феодосия патриархом Каллистом.
  6. Кандель Ф. Очерки времен и событий из истории российских евреев. Очерк седьмой
  7. Сектантство // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  8. По меньшей мере два источника подробно сообщают нам о хионах. Это постановление константинопольского собора 1336 года и известное произведение "Прение Григория Паламы «с хионы и турки». См. Г. М. Прохоров. «Прение Григория Паламы „с хионы и турки“ и проблема „жидовская мудрствующих“»//ТОДРЛ т. XXVII c.329-370.
  9. С. В. Булгаков. Настольная книга для священно-церковно-служителей. Киев, 1913, стр. 1662—1663
  10. Д. С. Лихачёв. Развитие русской литературы X—XVII веков. Эпохи и стили. с. 159
  11. Прот. Георгий Флоровский. Пути русского богословия. c. 15.
  12. Moshe Taube. The Fifteenth-Century Ruthenian Translations from Hebrew and the Heresy of the Judaizers: Is There a Connection? р. 202
  13. Первым «московским» архиепископом Новгорода (в 1483 году) был монах Троице-Сергиева монастыря Сергий. Но на новгородской кафедре он пробыл не более 10 месяцев. Конфликт с новгородцами вынудил его, сославшись на болезнь, оставить архиерейство. Новгородский владыка по существу был главой новгородской республики, и московский ставленник на этом посту воспринимался особенно болезненно.
  14. Первый стал настоятелем нового кафедрального Успенского собора, другой — великокняжеского Архангельского.
  15. Любопытно, что каббалисты ожидали конец света в 5250 (как вариант 5252) году по своему летоисчислению, то есть в 1490 или 1492 году нашей эры. См. Moshe Taube. The Fifteenth-Century Ruthenian Translations from Hebrew and the Heresy of the Judaizers: Is There a Connection? p. 202.
  16. Д. О. Святский, глава «IX. Астрономическая книга „Шестокрыл“ на Руси XV в.» из книги «Очерки истории астрономии в Древней Руси» (Историко-астрономические исследования, вып. VIII).
  17. Сказание о новой ереси новгородских еретиков. // sedmitza.ru. Проверено 13 июля 2012. Архивировано из первоисточника 4 августа 2012.
  18. В частности митрополит Макарий пишет: «Невольно думается, что в словах Иосифа, вовсе не скрывавшего своей неприязни к Зосиме, есть преувеличения о его поведении и особенно о его лжеумствованиях, тем более что Иосиф судил только по слухам» с. 63.
  19. Это предположение исходит из того, что заволжских старцы после собора 1504 года выступали за мягкое отношение к еретикам. Мы не имеем достоверных сведений, насколько жёсткие меры, за которые выступал Иосиф Волоцкий и Геннадий, имели поддержку среди других слоёв общества, по меньшей мере в 90-х годах. Известное утверждение, очевидно, имеет причиной лишь эмоциональные мотивы.
  20. Отлучение от Церкви — максимальное каноническое наказание. Никакими каноническими нормами смертная казнь не предусматривается.
  21. Однако Д. С. Лихачёв находит в таком роде казни чисто местные мотивы. См. Д. С. Лихачёв, А. М. Панченко, Н. В. Понырко. Смех в Древней Руси. с. 16. Согласен с ним и архимандрит Макарий (Веретенников).
  22. Известно, что будущая великая княгиня воспитывалась в Риме. Сама идея брака Софьи и Ивана III исходила от воспитателя царевны активного поборника унии с Римом кардинала Виссариона
  23. Связь данной политической группировки с восточноевропейской политикой была столь тесна, что после схода её со сцены казанский хан Мухаммед-Эмин откровенно стал демонстрировать недовольство произошедшими во внутренней политике московского государства переменами.
  24. И. Б. Греков. Османская империя и страны Центральной и Восточной Европы в 50-70-е годы XV в. с. 153.
  25. Зимин А. А. Россия на рубеже XV—XVI столетий. с. 141.
  26. Буланин Д. И. Траханиот Юрий Дмитриевич. с.438.
  27. И. Б. Греков. Османская империя и страны Центральной и Восточной Европы в 50-70-е годы XV в. с. 89.
  28. Союз направлен в первую очередь против Польши. В сочетании с уже подписанным османо-венгерским договором и согласованностью с господарем Молдавии Стефаном III и крымским ханом образовывался довольно внушительный альянс, угрожавший Польско-Литовскому государству, империи Фридриха III, интересам папского престола. Понимая это, германский император в послании Казимиру IV пишет: «Союз Венгрии с Москвой угрожает не только королю и цесарю, но и всему христианскому миру».
  29. Зимин А. А. Россия на рубеже XV—XVI столетий. с. 84.
  30. Прот. Георгий Флоровский. Пути русского богословия. с. 15-17.
  31. Буланин Д. И. Траханиот Юрий Мануилович. с.439.
  32. Лурье Я. С. Геннадий, архиепископ Новгородский. с. 145.
  33. И. П. Медведев во втором издании своей монографии «Византийский Гуманизм XIV—XV вв» (с.42-44), так же в статье «Смертная казнь в толковании Феодора Вальсамона» («Византийский временник» том 53 (1992 год) с. 54.), пишет: «На христианском Востоке церковь предпочитала оставаться в рамках древнехристианской покаянной дисциплины, а иногда и декларировала свой отказ от возможности „умыть руки“ посредством выдачи еретика государственной юстиции. Св. Феодор Студит, например, напоминал о том, что ни один церковный канон никогда ни для кого не предусматривал наказания смертью или даже бичеванием…» . Митрополит Фотий (грек), возглавлявший русскую митрополию с 1408 по 1431 год и боровшийся с ересью стригольников, писал псковичам: «Кровь и смерть да не будет на таковых, но инако всяко — и заточенми — приведите тех в познание, да не погибнут»[1].
  34. Послание написано не ранее мая 1508 года.
  35. Плигузов А. И. Полемика в Русской Церкви первой трети XVI столетия. с. 69.
  36. «Послание инока Саввы на жидов и на еретики». ЧДОИР т.3. 1902 г.
  37. Комментарии, согласно описанию подлинной посольской (так называемой «Крымской») книги, сдаланного профессором М. Н. Бережковым в конце XIX века относятся к XV веку (См. Бережков М. Н. Древнейшая книга крымских посольских дел (1474—1505 гг.) // ИТУАК. 1894. № 21. c. 36)
  38. Так на Руси называли итальянцев или католиков.
  39. Ф. К. Брун. «Черноморье. Сборник исследований по исторической географии южной России». Ч.I. с. 213—216.
  40. См. также К. Ю. Небежев. Адыго-генуэзский князь Захария де Гизольфи — владетель города Матреги в XV веке.//«Генеалогия Северного Кавказа» выпуск № 9, 2004 г.; Генуэзские колонии Причерноморья в XIV—XV вв.
  41. Ю.Бруцкус «Захария, князь Таманский». Еврейская старина № 10. Петроград 1918г. Более определённо July Brutskus. Judaisierende // Encyclopaedia Judaica. Bd. 9. Berlin, 1930. Cols. 520—522
  42. Moshe Taube. The Fifteenth-Century Ruthenian Translations from Hebrew and the Heresy of the Judaizers: Is There a Connection? p. 197.
  43. Текст датируется 20-ми годами XIV века. По мнению исследователей памятника (А. А. Архипов, С. Ю. Темчин), этот текст восходит к переводу с еврейского сделанного в конце XV века. С. Ю. Темчин предполагает, что перевод сделан тем же Захарией бен Аароном, который отождествляется им с новгородским ересиархом Схарией. (См. С. Ю. Темчин. Схария и Скорина: Об источниках виленского ветхозаветного свода. с. 299—307.
  44. Moshe Taube. The Kievan Jew Zacharia and the Astronomical Works of the Judaizers
  45. Григоренко А. Духовные искания на Руси конца XV в. — СПб., 1999. — с. 26.
  46. См. Moshe Taube. Transmission of Scientific Texts in 15th-Century Eastern Knaan. р. 36.
  47. Moshe Taube. The Fifteenth-Century Ruthenian Translations from Hebrew and the Heresy of the Judaizers: Is There a Connection? p. 193—196.

Литература[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]