Интроекция (психология)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Интрое́кция (от лат. intro — внутрь и лат. jacio — бросаю, кладу) — бессознательный психологический процесс, относимый к механизмам психологической защиты. Включение индивидом в свой внутренний мир воспринимаемых им от других людей взглядов, мотивов, установок и пр. (интрое́ктов). Термин был предложен в 1909 году венгерским психоаналитиком Шандором Ференци.

Описание[править | править вики-текст]

В результате этого процесса нечто, приходящее извне, воспринимается человеком как происходящее из него самого. Интроекция является примитивной формой идентификации, но в отличие от идентификации интроекция не осознаётся. Интроекция так же тесно связана с психологическими механизмами проекции и проективной идентификации.[1]

Адаптивная роль[править | править вики-текст]

Интроекция играет важную роль в процессе формирования «Сверх-Я», совести, привязанностей, особенно в детстве. Маленькие дети вбирают в себя взгляды, мотивы, особенности поведения и эмоциональных реакций значимых для них людей задолго до того, как сознательно решают «стать (или не становиться) похожими» на них.[1]

Защитная функция[править | править вики-текст]

Интроекция позволяет маленькому ребёнку осознавать себя как всемогущего (несмотря на его фактическую беспомощность) за счёт «присвоения» себе возможностей и качеств значимых взрослых. Когда человек вырастает, эта защита может сохраняться, защищая его от потери самоуважения в ситуациях зависимости от других людей (у меня есть защитник/помощник, и поэтому Я не беззащитный и не беспомощный), хотя обычно у взрослых людей интроекция начинает осознаваться и превращается в идентификацию.[1]

Деструктивная роль[править | править вики-текст]

Как и любая психологическая защита, интроекция искажает восприятие реальности человеком, а конкретно — заставляя его ощущать нечто внешнее как нечто внутреннее. Как следствие, исчезновение этого внешнего может быть воспринято как исчезновение чего-то внутреннего, что имеет непосредственное отношение к природе депрессии и процессу горевания — пытаясь сохранить внутреннюю целостность, человек может предаться бессознательной фантазии о том, что это он виноват в потере, и что он может как-то загладить свою вину, вернув таким образом то, чего ему не хватает. [2][3]

Идентификация с агрессором[править | править вики-текст]

Смотрите также: Стокгольмский синдром

Зигмунд Фрейд был первым, кто обратил внимание на защитные функции процесса, выделив как самостоятельный процесс «идентификацию с агрессором» — бессознательное отождествление себя с тем (теми), кто угрожает твоей безопасности. Если человека не устраивает положение подвергающегося агрессии, он может попытаться сам занять позицию агрессора, интроецируя его черты.

Фрейд не проводил различия между интроекцией и идентификацией (это разграничение появилось в психоанализе несколько позже) и понимал их как основу эдипова комплекса — не способный противостоять власти отца, «отбирающего» у него права на безраздельное владение матерью, сын идентифицируется с отцом, желая стать как отец и найти себе жену как мать.[4]

Литература[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 Ненси Мак-Вильямс, «Психоаналитическая диагностика: Понимание структуры личности в клиническом процессе», изд. «Класс», 1998.
  2. Фрейд, Зигмунд. Траур и меланхолия = Trauer und Melancholie. — 1916.
  3. Голдсмит, Гари. Лекция «Развитие психоаналитических концепций депрессии» 27-28 июня 2009 на семинаре в Москве.
  4. Зигмунд Фрейд, «„Я“ и „Оно“», 1923