Крайняя необходимость

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Крайняя необходимость — случаи, когда лицо для того, чтобы предотвратить ущерб своим личным интересам, интересам других лиц, общества и государства, вынужденно причиняет вред другим охраняемым интересам. В уголовном праве одно из обстоятельств, исключающих преступность деяния. В других отраслях права играет схожую роль.

Отличие крайней необходимости от необходимой обороны и аналогичных институтов других отраслей права заключается в том, что вред причиняется не тому лицу, которое создало опасность причинения ущерба, а третьим лицам. Ввиду этого применяется доктрина «меньшего зла»: причинённый вред должен быть меньше предотвращённого.

Содержание крайней необходимости[править | править исходный текст]

По сути крайняя необходимость представляет собой ситуацию, когда имеется конфликт между двумя правоохраняемыми интересами, причём защитить один из этих интересов можно лишь нарушив другой[1]. Примером такой ситуации может служить уничтожение имущества, находящегося вблизи очага пожара, которое произошло в результате выполнения действий, направленных на недопущение дальнейшего распространения огня[2].

Как правило, данный конфликт интересов представляет собой конфликт субъективных прав: одно субъективное право может быть осуществлено лишь за счёт нарушения другого. Однако крайняя необходимость может возникать и как результат столкновения обязанностей, из которых выполнена может быть только одна[3]. Например, в случае, когда врача одновременно вызывают два больных, он может отправиться оказывать помощь только одному из них. Если он выберет более тяжёлого больного, его действия могут рассматриваться как совершенные в условиях правомерной крайней необходимости, он не будет нести ответственности за вред, причинённый второму больному вследствие его опоздания.

Западная правовая наука содержанием крайней необходимости считает защиту коллективного интереса, которая осуществляется в целях «минимизации вреда»; этим она отличается от самообороны, которая признаётся прежде всего защитой личного интереса[4].

Как правило, причинение вреда при крайней необходимости является результатом активных действий виновного, однако возможно и причинение вреда в результате бездействия (как в описанном выше случае с врачом и двумя больными)[5].

Характер угрозы при крайней необходимости[править | править исходный текст]

Основанием действий лица, совершаемых в состоянии крайней необходимости, является наличие угрозы причинения вреда его личным интересам или интересам третьих лиц. Природа такой угрозы может быть самая различная.

Так, угроза может быть обусловлена действием сил стихии: она может быть результатом наводнения, лесного пожара, схода лавины и других природных процессов, которые могут причинить вред жизни и здоровью людей, имуществу и деятельности предприятий и организаций. Опасность может носить и техногенный характер: быть связанной с неполадками в работе техники и механизмов (в том числе транспортных средств). Физиологические процессы в организме человека также могут создавать состояние крайней необходимости: к числу таких процессов можно отнести голод, болезни, роды. Наконец, опасность может быть создана противоправными действиями людей: например, нарушением правил дорожного движения. В этом случае вред будет считаться причинённым в рамках крайней необходимости, если он наносится не правонарушителю, а невиновным третьим лицам. Угрозу может вызвать и совокупное действие нескольких обстоятельств.[6].

Угроза должна быть наличной, то есть к моменту совершения действий, направленных на причинение вреда, уже должна реально возникнуть опасность, на предотвращение которой рассчитаны эти действия. Причинение вреда для устранения возможной будущей опасности не является исключающим ответственность обстоятельством[7]. Не может идти речи о крайней необходимости и в случаях, когда развитие опасности уже зашло настолько далеко, что вред предотвратить или возместить невозможно[8].

Недопустима провокация крайней необходимости, то есть умышленное создание опасности для того, чтобы потом предотвратить её развитие путём причинения вреда третьим лицам[6]. Такие действия влекут ответственность на общих основаниях. Запрет провокации крайней необходимости закреплён в законодательстве некоторых стран (например, Испании). Однако если опасность причинения вреда каким-либо интересам была создана не умышленно, а по неосторожности, причинение вреда в рамках крайней необходимости правомерно[7].

Характер причинённого вреда[править | править исходный текст]

Вред при крайней необходимости причиняется интересам третьих лиц, не имеющих отношения к возникшей опасности. Поэтому общим условием правомерности причинения вреда считается меньший размер причинённого вреда по сравнению с предотвращённым. При сравнении размера учитывается как количественная характеристика ущерба (например, стоимость уничтоженного имущества), так и качественная: так, имущественный ущерб, как правило, признаётся менее существенным, чем физический вред, причинённый здоровью человека[9].

Как правило, признаётся, что если опасности можно было избежать без причинения вреда интересам третьих лиц, но вред всё же был причинён, крайняя необходимость отсутствует[10]. Спорным является вопрос о том, должен ли быть вред, причинённый в рамках крайней необходимости, минимальным. Указывается, что выбор оптимального варианта поведения в условиях крайней необходимости неизбежно носит субъективный характер (то есть лицо выбирает тот способ избежания опасности, который в данных конкретных условиях представляется ему минимально достаточным), причём принимающее решение лицо нередко действует в условиях стрессовой ситуации, с жёсткими временными ограничениями и в условиях недостатка информации[11]. Ввиду этого выбор неоптимального варианта поведения не должен автоматически признаваться нарушением условий правомерности крайней необходимости, для привлечения лица к ответственности необходимо, чтобы превышение пределов крайней необходимости носило умышленный и осознаваемый характер.

Спорным является вопрос о возможности причинения смерти в рамках крайней необходимости. В практике и теории он не находит однозначного разрешения[9]. Ввиду этого крайне спорными остаются ситуации, когда для спасения жизни многих людей причиняется смерть нескольким невиновным людям. Примерами таких ситуаций могут служить захват заложников в «Норд-Осте» (при штурме в результате применения специальных средств погибло около 100 заложников, однако была спасена жизнь более 700 человек), а также захват в 2004 году школы в Беслане.

Современная уголовно-правовая доктрина (как отечественная, так и зарубежная), как правило, признаёт такое причинение вреда возможным в исключительных случаях, когда такие действия являются единственным способом предотвратить причинение много большего вреда[9]. В качестве примера такой ситуации называется уничтожение пассажирского самолёта, захваченного террористами, если имеется основание предполагать, что он будет использован для совершения атаки, подобной разрушению Всемирного торгового центра в Нью-Йорке[12].

Причинение большего вреда, чем допустимый, считается превышением пределов крайней необходимости и влечёт за собой ответственность. Как правило, это обстоятельство признаётся смягчающим наказание[9]. Наказуемым является только умышленное превышение пределов крайней необходимости, неосторожное причинение несоразмерного вреда ненаказуемо[13].

Субъект крайней необходимости[править | править исходный текст]

Правом причинения вреда в рамках крайней необходимости, как правило, наделяются все лица независимо от их отношения к интересу, которому причиняется вред, служебного положения и иных качеств. Однако некоторые категории лиц не только вправе, но и обязаны совершить действия, связанные с причинением ущерба для предотвращения более опасного вреда[5]. Например, капитан терпящего бедствие судна обязан обеспечить безопасность экипажа и пассажиров судна, в том числе и путём уничтожения груза, перевозимого судном.

Ошибка при крайней необходимости[править | править исходный текст]

Существует несколько возможных ошибок связанных с крайней необходимостью. Первой из них является ошибка относительно наличия или характера опасности, вызывающей необходимость совершения причиняющих вред действий. Если лицо ошибочно полагало, что имеется опасность причинения вреда каким-либо интересам, в то время как такой опасности на деле не существовало, вопрос об ответственности будет решаться исходя из того, была ли у данного лица возможность оценить действительный характер опасности или нет. Если такой возможности не было, вред будет считаться причинённым невиновно, если же она была — имеет место причинение вреда по неосторожности. В целом данная ситуация схожа с мнимой обороной и обычно оценивается по тем же правилам.

Ошибочным может быть также представление о размере предотвращаемого вреда. Юридическое значение будет иметь переоценка такого вреда, которая привела к фактическому причинению лицом такого же по тяжести или большего ущерба, чем предотвращённый. Объективно такие действия выходят за рамки крайней необходимости, однако современным правом принимаются в расчёт субъективные возможности лица по оценке опасной ситуации: признаётся, что если лицо, допустившее такую ошибку, не предвидело и не могло предвидеть такого её развития, в том числе вследствие влияния эмоционального фактора, ответственность не наступает ввиду невиновности причинения вреда[14].

Крайняя необходимость в уголовном праве[править | править исходный текст]

Нормы о крайней необходимости включены в уголовное законодательство большинства стран мира[15].

Так, крайняя необходимость законодательно урегулирована уголовными кодексами Болгарии, Венгрии, Польши, Франции, ФРГ и других стран. Например, согласно п. 5 ст. 20 УК Испании (исп.)русск. не подлежит уголовной ответственности тот, «кто в состоянии необходимости, для предотвращения вреда себе или другому лицу наносит вред или ущерб правам другого лица или нарушает обязательства, если это соответствует следующим условиям: во-первых, если причиненный вред не больше вреда, который был предотвращен; во-вторых, если состояние необходимости не было спровоцировано лицом, причиняющим вред; в-третьих, если профессиональной обязанностью лица, находящегося в состоянии необходимости, не является самопожертвование в защиту чьих-либо прав»[16].

В целом в западном праве под крайней необходимостью понимается признаваемое правомерным нарушение формального правового запрета, причиняющее вред законным интересам невиновной третьей стороны, совершаемое в целях устранения опасности, угрожающей другим правовым интересам[1].

Крайняя необходимость в уголовном праве России[править | править исходный текст]

Уголовный кодекс РФ включает в себя норму о крайней необходимости. Соответствующие положения содержатся в его ст. 39:

Статья 39. Крайняя необходимость

1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

2. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Крайняя необходимость в законодательстве стран СНГ[править | править исходный текст]

Нормы о крайней необходимости имеются в уголовных кодексах стран СНГ (Белоруссии, Латвии, Узбекистана, Казахстана, Кыргызстана и т. д.). В целом подход к регулированию данного института схож с российским, однако есть и уточнения[15]. Так, в ст. 38 УК Узбекистана говорится, что правомерность крайней необходимости зависит от характера и степени предотвращенной опасности, реальности и близости ее наступления, фактических возможностей лица по её предотвращению, его душевного состояния в сложившейся ситуации и других обстоятельств дела. УК Кыргызстана содержит указание о том, что причинение чрезмерного вреда по неосторожности не является нарушением условий правомерности крайней необходимости.

Крайняя необходимость в административном праве[править | править исходный текст]

В России причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена другими средствами и если причинённый вред является менее значительным, чем предотвращённый вред, не является административным правонарушением (ст. 2.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях[17]).

Примечания[править | править исходный текст]

  1. 1 2 Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 173.
  2. См. например: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20 сентября 2007 г. N Ф08-6161/07.
  3. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 480.
  4. Флетчер Дж., Наумов А. В. Основные концепции современного уголовного права. М., 1998. С. 350-352.
  5. 1 2 Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 481.
  6. 1 2 Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 482—483.
  7. 1 2 Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 483.
  8. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 484.
  9. 1 2 3 4 Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 175.
  10. Курс советского уголовного права. Т. II / Под ред. А. А. Пионтковского, П. С. Ромашкина, В. М. Чхиквадзе. М., 1970. С. 387.
  11. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 485—486.
  12. Smith J. Criminal Law. 10th ed. London, 2002. P. 273—274.
  13. Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 176.
  14. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 485.
  15. 1 2 Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 487.
  16. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 487—488.
  17. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 07.01.2002. № 1 (ч. 1). ст. 1. (с послед. изм. и доп.)