Марбери против Мэдисона

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Seal of the United States Supreme Court.svg
Прения состоялись 11 февраля, 1803
Закрыто 24 февраля, 1803
Полное название

William Marbury v. James Madison, Secretary of State of the United States

Источник

5 U.S. 137 (ещё)
1 Cranch 137; 2 L. Ed. 60; 1803 U.S. LEXIS 352

Решение

Секция 13 "Закона о Суде 1789" не соответствует конституции так как направлена на расширение юрисдикции Верховного суда за пределы позволенные Конституцией. Конгресс не имеет права принимать законы, которые противоречат конституции и федеральный суды имеют право решать вопросы соответствия закона конституции.

Мнения

Марбери против Мэдисона — судебный прецедент, распространивший компетенцию Верховного суда США на судебный контроль (англ. judicial review) решений других ветвей власти. В решении по данному делу суд впервые в истории США признал парламентский закон несоответствующим Конституции, создав таким образом прецедент для будущих подобных решений. Следствием этого решения явилась реализация на практике принципа сдержек и противовесов между тремя ветвями власти, в рамках которого Верховный Суд мог рассматривать законодательные акты Конгресса на предмет соответствия Конституции и даже аннулировать эти законы, если они противоречили основному закону.

Обстоятельства[править | править вики-текст]

Дело началось с обращения Уильяма Марбери, назначенного президентом Джоном Адамсом на должность мирового судьи округа Колумбия, в Верховный суд с просьбой обязать государственного секретаря Джеймса Мэдисона выпустить соответствующий патент (документ, подтверждающий назначение судьи на должность). Согласно заявлению Марбери, власти штата задержали выпуск патента, что помешало осуществлению им полномочий. Суд под председательством Джона Маршалла отказал Марбери в просьбе, сославшись на то, что обоснование его заявления ссылкой на «Закон о суде 1789 года» (англ. Judiciary Act of 1789) — противоречило Конституции.

Исторические предпосылки[править | править вики-текст]

После победы Т. Джефферсона на президентских выборах 1800 года политическая обстановка в стране значительно усложнилась. Это было связано с тем, что срок президента Адамса заканчивался 4 марта 1801 года, только через 2 месяца после окончания выборов. Всё это время у власти оставались президент Адамс и Конгресс 6 созыва с федералистским большинством. Конгресс воспользовался этим и выпустил «Закон о суде 1801 года» (англ. Judiciary Act of 1801). Этот закон вносил в ранее действовавший «Закон о суде 1789 года» (англ. Judiciary Act of 1789) следующие изменения:

Джон Адамс, второй президент США
Томас Джефферсон, третий президент США

3 марта, за день до окончания президентского срока, Адамс в спешном порядке назначил более 50 федералистов в созданные законом о суде 1801 года суды. Среди назначенных им судей был Уильям Марбери (англ. William Marbury), богатый землевладелец из Мерилэнда. Будучи убеждённым федералистом, Марбери активно участвовал в политической жизни родного штата. Как сторонник Адамса, Марбери получил назначение в мировой суд округа Колумбия на пять лет. В компетенцию мирового суда входило рассмотрение гражданских споров, предмет которых не превышал 20 долларов в цене. 4 марта назначения были одобрены сенатом в массовом порядке. Для окончательного утверждения в должности, должны были быть выпущены патенты. Обязанности по подготовке патентов взял на себя государственный секретарь правительства Адамса Джон Маршалл, несмотря на то, что к этому моменту он был назначен Верховным Судьёй.

Маршалл не успел выпустить все патенты к концу срока президента Адамса. Он не сомневался, что остальные патенты выпустит его преемник и ошибся. Вскоре после принесения присяги президент Джефферсон дал указание Леви Линкольну, временно исполняющему обязанности государственного секретаря, задержать оставшиеся патенты. Джефферсон полагал, что задержка может лишить их юридической силы.

Новый республиканско-демократический Конгресс немедленно издал новый закон о суде, отменивший изменения, введённые законом о суде 1801 года (англ. Judiciary Act of 1801). Кроме того, он оставил только одну сессию Верховного суда вместо двух, отменил намеченные на июнь 1801 года слушания, с целью оттянуть рассмотрение конституционности нового закона.

Взаимоотношение статутного и обычного права[править | править вики-текст]

Первый аналогичный прецедент был создан в Англии в 1610 году. Парламент дал Лондонскому медицинскому колледжу право самостоятельно штрафовать тех, кто нарушал правила колледжа. Одним из оштрафованных (за занятие врачебной практикой без соответствующей лицензии) был доктор Бонгем. Судья Эдвард Кук счёл права, данные коллежду «нарушающими пределы разумного», поскольку «никто не может быть сам себе судьёй».

Верховный Суд США не признал дело доктора Бонгема источником права.

Несмотря на прецедент, установленный лордом Куком в деле доктора Бонгема, примат законов парламента над нормами общего права был абсолютным. Основной действенной защитой от законодательного произвола было свободное волеизявление народа в лице палаты общин

Кризис представления о праве суда на пересмотр законодательных актов (англ. judicial review) в Англии связан со Славной революцией 1688 года, в ходе которой король Яков II был низложен, а Парламент провозглашён высшим органом государства. В американских колониях концепция судебного пересмотра была по прежнему популярна. Некоторые штаты узаконили её в своих конституциях, к 1803 году она применялась в рамках Конституции как судами штатов, так и федеральными судами.

Важно отметить, что право суда на конституционный контроль (судебный контроль) нигде в тексте Конституции не утверждается.

Александр Гамильтон в сборнике политических эссе «Федералист» обосновывает правильность (необходимость) передачи судам этой важной функции.

Если станут утверждать, что законодательные органы — сами конституционные судьи своих прав и истолкование ими собственной роли обязательно для других органов, то можно ответить: это отнюдь не обязательно и никак не следует из какого-нибудь положения конституции. Другими словами, нельзя предполагать, что в конституции имеется в виду дать возможность представителям народа заместить волю избирателей своей волей. Куда более рационально предположить, что суды учреждают, чтобы служить промежуточными органами между народом и законодательной властью, дабы, помимо прочего, они держали ее в рамках предоставленной ей компетенции. Толкование законов — должная и свойственная судам сфера деятельности. Конституция является и должна рассматриваться судьями как основной закон. Они должны определять ее значение, как и значение любых конкретных актов, исходящих от законодательного органа. Если при этом возникают непримиримые противоречия между ними, следует отдавать предпочтение высшим обязательствам, которые и имеют силу, или, другими словами, конституцию следует ставить выше статута, намерение народа выше намерений его представителей.

— Александр Гамильтон, «Федералист» № 78 [1]

Выдержки из применённых законов[править | править вики-текст]

По всем делам, касающимся послов, других официальных представителей и консулов, а также по тем, в которых штат является стороной, Верховный суд наделяется первоначальной юрисдикцией. По всем другим упомянутым выше делам Верховный суд наделяется апелляционной юрисдикцией по вопросам как права, так и факта, с такими исключениями и по таким правилам, какие устанавливает Конгресс. Дела о всех преступлениях, исключая те, которые преследуются в порядке импичмента, подлежат рассмотрению судом присяжных; таковое рассмотрение должно происходить в том штате, где преступления совершены; но когда они совершены не в пределах какого-либо штата, рассмотрение дела происходит в том месте или местах, какие Конгресс может указать в законе.

— Конституции США, Статья III, Раздел 2, Пункт 2

Существуют три пути по которым дело может попасть на рассмотрение в Верховный суд. Два из них связаны с апелляционной юрисдикцией Верховного суда. По ограниченному кругу вопросов Верховный суд является судом первой инстанции.

Марбери, основываясь на том, что Закон о судоустройстве 1789 года сделал Верховный Суд первой инстанцией для удовлетворения ходатайств о судебном приказе[2] (англ. writ of mandamus), обратился с ходатайством непосредственно в Верховный суд. Чтобы рассмотреть дело, Верховный суд должен быть судом первой инстанции. Поэтому, прежде чем принять дело к рассмотрению, суд должен был решить несколько вопросов:

«Толкование закона — это прерогатива и обязанность судебной власти» Слова Джона Маршалла, определившие суть судебного контроля, на стене Верховного суда
  1. Является ли статья III Конституции исключительным перечнем вопросов, по которым Верховный суд вправе выступать в качестве суда первой инстанции.
  2. Если статья III Конституции является исключительным списком, но США несмотря на то, дополняет его, обладает ли юридической силой соответствующий закон Конгресса.
  3. Кто вправе решать предыдущий вопрос.

Дав ответ на последний, третий, вопрос, Верховный суд определил суть и границы судебного контроля[источник не указан 1666 дней].

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Цитируется по книге Федералист. Политические эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея: Пер. с англ. / Под общ. ред., с предисл. Н.Н.Яковлева, коммент. О.Л.Степановой. – М.: Издательская группа «Прогресс» – «Литера», 1994. – 592 с.
  2. Предписание должностному лицу выполнить требования истца