Массовые убийства в Индонезии 1965—1966 годов

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Массовые убийства в Индонезии 1965—1966 годов (индон. Pembantaian di Indonesia 1965–1966) — антикоммунистическая чистка в Индонезии, развернувшаяся в период после неудачной попытки государственного переворота 30 сентября. Согласно наиболее распространённым оценкам, число жертв составило более полумиллиона убитых и около миллиона попавших в тюрьму. Чистка была ключевым моментом перехода к «Новому порядку» (англ.)русск.; Коммунистическая партия Индонезии (КПИ — индон. Partai Komunis Indonesia, PKI) была уничтожена как политическая сила, последующие события привели к отстранению от власти президента Сукарно и к началу тридцатилетнего правления президента Сухарто.

В результате этой чистки все лица, являвшиеся членами КПИ либо подозреваемые в сочувствии коммунистам, были изгнаны из Вооружённых сил и с государственной службы, лишены политических прав, а сама компартия в марте 1966 года запрещена законом. Резня началась в столице страны Джакарте, вскоре после провала попытки переворота в октябре 1965 года, и вскоре распространились по Центральной Яве, Восточной Яве и Бали. В расправе над действительными и предполагаемыми коммунистами участвовали десятки тысяч людей. Наибольшего размаха убийства достигли в регионах, где КПИ традиционно пользовалась наибольшим влиянием — в Центральной Яве, в Восточной Яве, на Бали и в Северной Суматре.

Политическая концепция первого президента Сукарно «Насаком» (национализм, религия, коммунизм) была отменена. Самый существенный оплот его поддержки, PKI, была эффективно устранена его другими двумя бывшими союзниками — армией и политическим исламом; и армия стала на путь практически тотальной власти. В марте 1967 года Сукарно был окончательно лишен власти Временным парламентом Индонезии, и Сухарто провозглашён «действующим президентом». В марте 1968 года Сухарто был формально избран президентом.

Фон событий[править | править вики-текст]

Поддержка президентства Сукарно и его концепции «направляемой демократии» зависела от его идеи «Насаком» — коалиции между вооружёнными силами, религиозными группами и коммунистами. Повышение влияния и увеличивающаяся воинственность КПИ, и поддержка подобной тенденции со стороны Сукарно, вызывали серьёзное беспокойство в среде исламистов и в вооружённых силах, уже в начале и середине 1960-х гг.[1] Индонезийская компартия была третьей по численности коммунистической партией в мире[2], с, приблизительно, 300000 активистов и с количеством членов партии, доходившим до двух миллионов[3]. Самые решительные усилия коммунистов ускорить земельную реформу вызвали ненависть среди крупных землевладельцев и угрожали социальному положению исламских клерикалов[4]. Привилегированное положение компартии в политическом аппарате «направляемой демократии», административный произвол коммунистических функционеров, установление партийного контроля над рядом экономических активов (в частности, государственной нефтяной компанией) также вызывали массовое недовольство и протесты. Направление в армейские части левоориентированных политкомиссаров и исходившие от министра иностранных дел Субандрио призывы к расправе над «неблагонадежными» военачальниками (август 1965) были восприняты командованием сухопутных войск как фактическое объявление войны. Наконец, внешнеполитический курс Субандрио и КПИ предполагал тесное сближение с КНР, что усиливало в массах одновременно антикитайские и антикоммунистические настроения.

Вечером 30 сентября и 1 октября 1965 года шесть генералов были убиты группой, которая назвала себя «Движение 30 сентября». Так как большинство главных военачальников Индонезии были мертвы или без вести пропавшими, Сухарто, как один из самых старших генералов, взял на следующее утро командование армией на себя. К 2 октября он твердо контролировал столицу и объявил, что переворот потерпел неудачу. Вооружённые силы возложили ответственность за попытку переворота на своих заклятых врагов — КПИ[5].

5 октября, в день похорон генералов, военные развернули пропагандистскую кампанию, обвиняя в перевороте коммунистов. Подобные акции стали разворачиваться в других городах. Газеты также называли виновниками коммунистов[5][6]. Опровержения со стороны КПИ не возымели практически никакого эффекта[7].

Политическая чистка[править | править вики-текст]

Хунта военных удалила со своих постов всех тех чиновников и военачальников, которые подозревались в сочувствии КПИ.[8] Парламент и кабинет министров были очищены от лояльных Сукарно людей. Лидеры КПИ было немедленно арестованы, многие из них были вскоре казнены.[5] Армейские лидеры организовывали антикоммунистические демонстрации в Джакарте[5], во время одной из них, 8 октября, был сожжен дотла Джакартский штаб КПИ.[9] Были сформированы антикоммунистические молодежные группы, включая Союз действия студентов Индонезии (KAMI), Союз действия индонезийской молодежи (KAPPI), Союз действия университетских выпускников Индонезии (KASI).[7] В Джакарте и на Западной Яве, было арестовано более 10000 активистов КПИ, включая знаменитого писателя-романиста Прамудья.[7]

Первые жертвы произошли во время организованных столкновений между армией и КПИ, на стороне последних также выступили некоторые солдаты и офицеры, сочувствующие коммунизму. Например, большая часть Морского корпуса, Воздушных сил, и Бригады полиции ([Brimoh]) была на стороне КПИ.[10] В начале октября силы Стратегического командования (подчиненные Сухарто войска — KOSTRAD) и силы PRKAD во главе с полковником Сарво Эдди Вибово (Sarwo Edhie Wibowo)[11] вошли в Центральную Яву, область с сильными коммунистическими позициями, в то время как войска, в чьей лояльности хунта сомневалась, были распущены.

Самые первые бои в горной местности Центральной Явы, казалось, могли дать КПИ шанс на долгое сопротивление с возможностью установить конкурирующий режим в этих областях. Однако большинство командующих в армии коммунистов прекратили борьбу, как только к противнику прибыли первые силы подкрепления, хотя некоторые, как генерал Супарджо (Supardjo), вели бои в течение ещё нескольких недель.[6]

По мере установления президентства Сухарто продолжались аресты членов КПИ, за которыми обычно следовали немедленные казни. В начале октября, председатель КПИ Ди́па Нусанта́ра А́йдит бежал в Центральную Яву, однако был пойман и расстрелян 22 ноября. Другой лидер КПИ, en:Njoto, был расстрелян 6 ноября (приблизительно); Первый заместитель Председателя PКПИ KI Люкман (en:Lukman)был казнен вскоре после этого.[12]

Убийства[править | править вики-текст]

Убийства начались в октябре 1965 Года в Джакарте, и распространились по Центральной и Восточной Яве и позже на Бали, меньшие вспышки произошли на других островах, включая Суматру.[13] Самая массовая резня происходила в Центральной и Восточной Яве[14] , где поддержка КПИ была самой массовой. Роль армии в каждом конкретном случае убийств и погромов неясна[15]. В некоторых областях армия прямо организовывала и поощряла убийства, и снабжала оружием местные добровольные группы убийц и погромщиков.[13] В других областях, самостоятельное линчевание происходило ещё до участия армии, хотя в большинстве случаев убийства все же не начинались прежде, чем воинские части не санкционировали насилие инструкцией или примером.[16] Таким образом, участие армии в уничтожении коммунистов на первой стадии чисток очевидно.[10] К концу октября группы набожных мусульман присоединились к чисткам коммунистов, их лидеры требовали этого, считая это обязанностью мусульман — очистить Индонезию от атеизма.[10] В Джакарте заметную роль в антикоммунистической чистке играла студенческая организация KAMI и аффилированные с ней структуры.

В некоторых областях гражданские погромщики и армия знали, где найти известных коммунистов и сочувствующих им, в то время как в других районах армия требовала списки коммунистов от деревенских глав.[17] Так как членство КПИ не было секретным, большинство коммунистов было легко опознано и найдено в пределах их места жительства.[18] Посольство США в Джакарте так же снабдило индонезийские вооруженные силы списком из 5000 коммунистов.[19] Однако, стоит отметить, не все жертвы были членами КПИ, или хотя бы идеологическими коммунистами. Часто лейбл «КПИ» использовался, чтобы расстрелять человека, чьи убеждения были всего лишь более левыми по отношению к Национальной партии Индонезии (PNI).[20] В других ситуациях жертвами становились просто «предполагаемые» коммунисты.[7]

Методы убийства включали расстрелы, а также казни с отрубанием голов мечами, похожими на меч самураев. Трупы часто выбрасывались в реки, и однажды чиновники жаловались армии, что реки в городе Сурабая были забиты телами. В области Kediri, в Восточной Яве, члены Ansor (молодежного крыла правой организации Нахдатул Улама) выстроили местных коммунистов в шеренгу, перерезали их горло и сбросили в реку.[21] В некоторых случаях уничтожали жителей целых деревень, дома убитых или интернированных разграблялись или передавались в распоряжение вооруженных сил.[20]

В некоторых областях убивались китайцы, под предлогом связи КПИ с Китаем.[20] На островах Нуса Тенгарра (Nusa Tenggara), с преобладающим христианским населением, христианское духовенство и учителя также пострадали от рук исламистской молодежи.[15]

Хотя периодические и изолированные вспышки погромов продолжались вплоть до 1969 года, основные события чистки в значительной степени спали к марту 1966 года[22] , когда у линчевателей физически стал сокращаться список подозреваемых, а власти решили что достигли своей цели, и стали сворачивать пропаганду.[23] Жители района реки Соло сказали, что исключительно большое наводнение в марте 1966 года рассматривалось мистически настроенными яванцами, как сигнал к прекращению насилия и убийств.[23]

Ява[править | править вики-текст]

На Яве армия поощряла местных сантриев («santri» — более набожных и ортодоксальных мусульман) искать членов КПИ среди «абанганов» (менее ортодоксальных мусульман) .[24] Но убийствам подверглись не только члены КПИ. Жертвами расправ становились и «подозреваемые» в членстве в компартии[23], и участники разных конфликтов, никаким образом не связанных с политикой.[23][24] Антикоммунистические убийства были часто спровоцированы молодыми людьми, которым помогала армия.[25]

Группа мусульман en:Muhammadiyah объявила в начале ноября 1965 года, что истребление коммунистов — священная война; это заявление было поддержано другими исламскими группами на Яве и Суматре. Для многих молодых людей убийство коммунистов стало религиозной обязанностью.[26] Аналогично, христианские (римско-католические) студенты в области Джокьякарта в одну из ночей вышли из своих общежитий, чтобы присоединиться к убийству арестованных коммунистов, нагруженных в несколько грузовиков.[23]

Хотя в большей части страны убийства стали прекращаться в первых месяцах 1966 года, в отдельных частях Восточной Явы убийства продолжались в течение многих лет. В Блитаре поднялось партизанское движение из выживших членов КПИ, просуществовавшее до 1968 года.[27] Мистик Мба Суро и приверженцы его коммунистической мистики организовали армию; но Суро и восемьдесят его последователей были также уничтожены индонезийской армией.[27]

Бали[править | править вики-текст]

На острове Бали данные события рассматривались в свете местных социальных и кастовых делений — как конфликт между сторонниками традиционной балийской кастовой системы и теми, кто отклоняется от этих традиционных «ценностей»; особенно большое количество последних находилось в рядах КПИ. Коммунисты публично обвинялись в разрушении культуры острова, местной религии, и живущие на острове Бали традиционалисты, как и подобные яванцы, были убеждены что необходимо разрушить влияние КПИ. В течение заключительных лет президентства Сукарно правительственные посты, фонды, и другие преимущества отошли к коммунистам[28] Особенно сильную ненависть по отношению к коммунистам имели землевладельцы.[29] Так как Бали — это единственный индуистский остров Индонезии, там не имели силы исламистские настроения, как на Яве, и главными линчевателями коммунистов стала высшая каста, в основном и состоящая из крупных землевладельцев.[24] Главные индуистские священники призывали в том числе и к буквальным человеческим жертвам, которые удовлетворят духов и богов возмущенных прошлым кощунством и разрушением «правильного» порядка вещей.[23] Живущий на острове Бали индуистский лидер, Ида Багус Ока, сказал : «не может быть сомнения, что враги нашей революции также злейшие враги религии, и должны быть уничтожены и разрушены до самых корней.»[30] Как и на части Восточной Явы, Бали охватили военные действия, поскольку коммунисты успели перегруппироваться.[20] Ситуация склонилась в пользу антикоммунистов в декабре 1965 года, когда армейский парашутно-десантно-диверсионный полк и солдаты Brawijaya прибыли в Бали, завершив зачистки на Яве. В отличие от Центральной Явы, где армия поощряла людей убивать коммунистов, на Бали рвение людей убивать было настолько большим и самопроизвольным, что, первоначально оказав линчевателям логистическую поддержку, армия в конечном счете должна была вмешаться, чтобы предотвратить хаос.[31] Ставленник Сукарно, губернатор Бали, Сутеджа (Sutedja), был освобожден от должности и обвинен в подготовке коммунистического восстания, он и его родственники были задержаны и убиты.[32] Ряд убийств, подобных тем, что происходили в Центральной и Восточной Яве, с фашиствующей молодежью в качестве исполнителей и подстрекателей, произошли и здесь. В течение нескольких месяцев батальоны смерти прошли через деревни, захватывая подозреваемых и убивая их.[20] Сотни зданий, принадлежащих коммунистам и их родственникам, были сожжены дотла в течение одной недели «крестового похода». Только в период основной карательной операции было убито 50000 человек, включая женщин и детей. Население некоторых деревень сократилось вдвое в течение нескольких последних месяцев 1965 года.[33] > Все китайские магазины в городах Сингараджа и Денпасар были разрушены, и их владельцы убиты по подозрению в материальной помощи коммунистам.[33] Между декабрем 1965 года и в началом 1966 года приблизительно 80000 человек было убито, то есть примерно 5 % населения острова в то время, что пропорционально больше, чем где-нибудь ещё в Индонезии.[34]

Суматра[править | править вики-текст]

На Суматре коммунисты поддерживали движения сквоттеров (самозахват земли мелкими крестьянами) и кампании против иностранных фирм, чем вызвали репрессии в ходе событий. В Ачехе было убито 40000 человек, а на всей Суматре около 200000 человек[5]. Региональные восстания конца 1950-х годов усложнили события на Суматре, так, многие из прежних мятежников были вынуждены присоединиться с коммунистическим организациям, чтобы доказать лояльность Индонезийской республике. Подавление восстаний 1950-х было расценено многими суматранцами как «яванская оккупация», а данная резня, соответственно — как «освобождение»[5]. В Лампунге другим фактором погромов была иммиграция яванцев[15].

Калимантан[править | править вики-текст]

На Западном Калимантане, спустя приблизительно восемнадцать месяцев после кульминации массовых убийств на Яве, местные даяки выслали 45000 этнических китайцев из сельских районов, убив примерно 5000 человек.[15] Китайцы отказались сопротивляться депортации (при том, что ранее китайцы боролись против голландского правления в Индонезии), так как они считали себя «гостем на земле других людей», прибыв только с намерением вести торговлю .[35][36]>

Масштабы убийств и арестов[править | править вики-текст]

Хотя общая схема событий известна, об убийствах информация недостаточна,[13] и точные и проверенные цифры о жертвах террора вряд ли когда-либо будут известны.[37] В то время в Индонезии находилось мало иностранных журналистов, путешествие было трудным и опасным, и режим, который осуществлял или спокойно наблюдал за убийствами, оставался у власти в течение трех десятилетий. Местная пресса также была под абсолютной цензурой в таких вопросах. Политические круги западных стран во времена холодной войны также предпочитали не поднимать тему; к тому же, «новый порядок» Сухарто их устраивал больше, нежели «старый порядок» Сукарно.[38]

За первые 20 лет после убийств были предприняты тридцать девять оценок количества убитых.[31] Ещё прежде, чем убийства закончились, армия выпустила свои цифры — 78500 погибших[39] , основные жертвы террора — коммунисты — оценили количество убитых в 2 миллиона человек.[31] В 1966 году Бенедикт Андерсон оценил количество убитых в 200000 человек, в 1985 году изменил число на 500000-1000000 человек .[31] Большинство ученых соглашается, что, по крайней мере, полмиллиона человек было убито,[40] что больше, чем в любой другой момент в индонезийской истории.[24] Другая оценка вооруженных сил, опубликованная в декабре 1976 года — 450000-500000 человек.[23]

Аресты и заключение продолжались в течение десяти лет после чистки.[24] 1977 году организация Amnesty International предложила что «приблизительно один миллион» членов КПИ и других, опознанных или подозреваемых в причастности в компартии людей, было арестованы.[31] Между 1981 и 1990 годами, индонезийское правительство оценило, что число заключенных было между 1,6 и 1,8 миллионов человек.[41] Возможно, что в середине 1970-х до 100000 человек были все ещё заключены в тюрьме без суда.[42] Также есть цифры, что всего 1,5 миллиона человек прошли через тюрьмы в связи с теми событиями.[43] Выжившие и не арестованные члены КПИ уходили в подполье или пытались скрыть свое прошлое.[24] Поскольку арестованные, часто под пыткой, выдавали имена подпольных коммунистов, число заключенных в тюрьму выросло в период 1966-68 годов. Выпущенные часто помещались под домашний арест и должны были регулярно сообщать вооруженным силам о своем местонахождении; им, а также их детям было запрещено занимать государственные посты.[27]

Многие из подозреваемых коммунистов были застрелены, обезглавлены, задушены, или убиты перерезанием горла, военными или исламскими группами. Убийства были в основном спешными, «лицом к лицу», в отличие от механических процессов убийств при режиме «красных кхмеров» в Камбодже, или в нацистской Германии.[44]

Результаты[править | править вики-текст]

Идеи «Насакома» (национализм, религия, коммунизм) были отменены. Опора Сукарно, активисты КПИ, были эффективно устранены от власти, в основном просто уничтожены, элиты стали формироваться из военных и исламистов.[45] Многие из влиятельных мусульман стали противниками Сукарно, и к началу 1966 года Сухарто начал открыто бросать вызов Сукарно — политика, на которую ранее не решались армейские лидеры. Сукарно пытался цепляться за власть и смягчить растущее влияние армии, хотя и не стал окончательно предавать своих союзников-коммунистов и обвинять КПИ в госперевороте, как требовал от него Сухарто.[46] > 1 февраля 1966 года Сукарно повысил Сухарто до чина генерал-лейтенанта.[47] Декрет от 11 марта 1966 (см. англ.en:Supersemar) передал большую часть власти Сукарно над парламентом и армией Сухарто,[48] с тем предлогом, «чтобы навести порядок». 12 марта 1967 года Сукарно был лишен всех остатков власти временным Парламентом Индонезии, и Сухарто был назначен «действующим (то есть временным) президентом» .[49] 21 марта 1968 года Переходное Собрание Представителей Народов формально избрало Сухарто президентом.[50]

Массовые убийства совершенно не упоминаются большинством индонезийских историков, и получили совсем небольшой анализ индонезийскими и иностранными исследователями.[51] Однако после принудительной отставки Сухарто в 1998 году и его смерти в 2008 году, исследователям репрессий удалось добиться некоторого уровня открытости о том, что действительно случилось в Индонезии, и появилась некоторая общественная дискуссия по поводу событий.[52] В 1998 году появись небольшая группа поисковиков — искателей братских могил, в основном состоящая из оставшихся в живых жертв и их родственников, хотя масштаб их работы невелик. Более чем три десятилетия спустя, массовые репрессии по прежнему являются острым вопросам, и в Индонезии остаются многочисленные препятствия для анализа событий.[52] Фильм «Год опасной жизни», основанный на событиях, происходящих накануне резни, был запрещен в Индонезии до 1999 года.

Глубокие исследования и объяснения масштаба и безумства насилия редки, так как бросают вызов ученым практически всех идеологических школ. Одно из объяснений массового взрыва насилия — то что демократия была навязана обществу, и что такие изменения были культурно неподходящими или излишне скорыми. Контрастирующее представление — то что Сукарно и вооруженные силы заменяли демократический процесс авторитаризмом. Ещё одно мнение о причинах — то что Сукарно смешивал три элиты с конкурирующими интересами (армию, политический ислам и коммунизм), что не могло не привести к конфликтам и насилию.[46] К моменту переворота 30 сентября методы решения подобных конфликтов окончательно сломались, и группы воинствующих мусульман и вооруженные силы приняли по отношению к коммунистам последнюю оставшуюся политику «мы их или они нас».[46]

Западные правительства и большая часть СМИ Запада предпочли Сухарто и его «Новый порядок» более левому «Старому порядку» и КПИ, грозившему возможностью превращения страны в социалистическое государство.[53] Заголовок в «US News and World Report» гласил: «Индонезия: Надежда…там где её не было».[54]

Иностранная причастность и реакция[править | править вики-текст]

Американское правительство, по некоторым сообщениям, передавало индонезийской армии списки высокопоставленных должностных лиц, которых оно считало нужным уничтожить[55]. Это, впрочем, отрицало и американское правительство, и Центральное разведывательное управление[56]. Однако Брэдли Симпсон, директор Проекта Документации Индонезии и Восточного Тимора в Архиве Национальной безопасности (en:National Security Archive) утверждает, что «Соединённые Штаты были непосредственно вовлечены до такой степени, что они предоставляли индонезийским Вооружённым силам помощь, чтобы те преуспели в массовых убийствах»[57].

Американский министр обороны Роберт Макнамара информировал президента Линдона Джонсона, что военные программы помощи Индонезии, особенно в течение эры Сукарно, «значительно поспособствовали проамериканской ориентации армии и настроили её против КПИ»[58]. Австралийский премьер-министр Гарольд Холт прокомментировал эти события в «Нью-Йорк Таймс» таким образом: «от 500000 до одного миллиона приконченных коммунистов… Я думаю, что можно предположить, что переориентация произошла»[59].

События после отставки Сухарто[править | править вики-текст]

После падения режима Сухарто в 1998 году индонезийский парламент организовал Комиссию Правды и Согласования, чтобы проанализировать массовые убийства, но её работа была приостановлена индонезийским Верховным судом. Научная конференция относительно массовых убийств была проведена в Сингапуре в 2009 году[44].

В мае 2009 года, в примерно то же самое время, когда шла Сингапурская конференция, вышла работа Натаниэля Мера «Конструктивное кровопролитие в Индонезии: США, Великобритания и индонезийские убийства 1965-66» — исследование масштаба резни и её моральной поддержки Западом.

Убийства тех лет практически не упоминаются в индонезийских учебниках истории. Те немногие авторы, которые на это решаются, изображают убийства как «патриотическую кампанию», с масштабом жертв — не более чем в 80000 смертельных случаев. В 2004 году учебники были несколько изменены, включив те события, но подобный учебный план был отменён уже в 2006 году, после протестов военных и исламских групп[44]. Учебники с критическим анализом массовых убийств в конечном итоге сожгли [44] по постановлению генерального прокурора Индонезии[60].

Отражение в искусстве[править | править вики-текст]

В годы правительства Сухарто, официальную точку зрения на данные события излагала пропагандистская картина «Предательство Д30С/КПИ». В настоящее время, видной картиной о тех днях является документальный фильм Джошуа Оппенхаймера «Акт убийства», всколыхнувший индонезийскую и мировую общественность откровенностью настоящих участников убийств.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Schwarz (1994), pp. 16-18
  2. cf with Weiner (2007) p.259
  3. Cribb (1990), p. 41.
  4. Schwarz (1994), pp. 17, 21.
  5. 1 2 3 4 5 6 Vickers (2005), p. 157.
  6. 1 2 Vittachi (1967), p. 139
  7. 1 2 3 4 Ricklefs (1991), p. 287.
  8. Schwarz (1994), p. 21
  9. Vickers (2005), p. 157; Ricklefs (1991), p. 287
  10. 1 2 3 Vittachi (1967), p. 138
  11. Китти Сандерс. От старого порядка к новому - индонезийский вариант
  12. Ricklefs (1991), p. 288; Vickers (2005), p. 157
  13. 1 2 3 Cribb (1990), p. 3.
  14. Ricklefs (1991), page 287; Schwarz (1994), p. 20.
  15. 1 2 3 4 Schwarz (1994), p. 21.
  16. Vickers (2005), pages 158—159; Cribb (1990), pp. 3,21.
  17. Taylor (2003), p.357/
  18. McDonald (1980), page 52
  19. Vickers (2005), p. 157; Friend (2003), p. 117.
  20. 1 2 3 4 5 Vickers (2005), p. 158
  21. Vickers (2005), p. 158; Schwarz (1994), p. 21.
  22. Cribb (1990), p. 3; Ricklefs (1991), p. 288; McDonald (1980), p. 53.
  23. 1 2 3 4 5 6 7 McDonald (1980), p. 53.
  24. 1 2 3 4 5 6 Ricklefs (1991), p. 288.
  25. Ricklefs (1991), pp. 287—288
  26. Ricklefs (1991), p. 288; Schwarz (1994), p. 21.
  27. 1 2 3 Vickers (2005), p. 159.
  28. Taylor (2003), p. 358
  29. Taylor (2003), p. 358; Robinson (1995), pp. 299—302.
  30. Robinson (1995), pp. 299—302.
  31. 1 2 3 4 5 Friend (2003), p. 113.
  32. Taylor (2003), p. 358; Robinson (1995), pp. 299—302; Vittachi (1967), p. 143
  33. 1 2 Vittachi (1967), p. 143
  34. Friend (2003), p. 111; Taylor (2003), p. 358; Vickers (2005), p. 159; Robinson (1995), p. ch. 11.
  35. John Braithwaite Anomie and violence: non-truth and reconciliation in Indonesian peacebuilding. — ANU E Press, 2010. — P. 294. — ISBN 1-921666-22-6.
  36. Eva-Lotta E. Hedman Conflict, violence, and displacement in indonesia / Eva-Lotta E. Hedman. — illustrated. — SEAP Publications, 2008. — P. 63. — ISBN 0-87727-745-1.
  37. Cribb (1990), p. 14.
  38. Cribb (1990), p. 5.
  39. Crouch (1978), cited in Cribb (1990). p. 7.
  40. Ricklefs (1991), p. 288; Friend (2003), p. 113; Vickers (2005), p. 159; Robert Cribb (2002). «Unresolved Problems in the Indonesian Killings of 1965-1966». Asian Survey 42 (4): 550-563. DOI:10.1525/as.2002.42.4.550.
  41. Friend (2003), pp. 111—112.
  42. Ricklefs (1991), p. 288; Vickers (2005), p. 159.
  43. Vickers (2005), pp. 159-60; Weiner (2007), p. 262; Friend (2003), p. 113.
  44. 1 2 3 4 Indonesia unwilling to tackle legacy of massacres, Sydney Morning Herald. 13 June 2009
  45. Schwarz (1994), pp. 20, 22; Ricklefs (1991), p. 288.
  46. 1 2 3 Schwarz (1994), p. 22.
  47. Sukarno Removes His Defense Chief, New York Times (22 February 1965).
  48. Vickers (2005), page 160
  49. Schwartz (1994), page 2
  50. Ricklefs (1991), p. 295.
  51. Schwarz (1994), p. 21; Cribb (1990), pp. 2-3; Indonesian academics fight burning of books on 1965 coup, Sydney Morning Herald, 9 August 2007.
  52. 1 2 Friend (2003), p. 115; Chris Hilton (writer and director). Shadowplay [Television documentary].; Vickers (1995)
  53. Cribb (1990), p. 5; Schwarz (1994), p. 22.
  54. US News and World Report, 6 June 1966
  55. Telegram From Embassy in Thailand to Department of State, November 5, 1965; reply, November 6, 1965; available at http://web.archive.org/web/20020421013040/http://www.state.gov/r/pa/ho/frus/johnsonlb/xxvi/4446.htm
  56. Wines, Michael. C.I.A. Tie Asserted in Indonesia Purge, The New York Times (12 July 1990).
  57. Historian Claims West Backed Post-Coup Mass Killings in ’65. The Jakarta Globe. Retrieved on 25 December 2010.
  58. «Foreign Relations 1964—1968, Volume XXVI, Indonesia; Malaysia-Singapore; Philippines» U.S. Department of State, October 27, 1966
  59. The New York Times 6 July 1966.
  60. Teaching and Remembering Inside Indonesia History Textbooks Suharto Era Transitional Justice. People.uncw.edu. Retrieved on 25 December 2010.