Объективное вменение

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Объективное вменение — это привлечение лица к уголовной ответственности без установления его вины. Объективное вменение может заключаться как в привлечении к уголовной ответственности за случайные последствия действий человека, так и в привлечении к ответственности лиц, действия которых вообще не состоят в причинной связи с причинённым вредом, но наказание которых по каким-либо причинам представляется целесообразным.

Объективное вменение в уголовном праве древнего мира[править | править вики-текст]

В уголовном праве древнего мира вменение было строго объективным. Не различалось умышленное и неосторожное причинение вреда, к преступлению приравнивались случайные повреждения. Возможным субъектом преступного деяния наравне с человеком признавались животные и даже неодушевленные предметы.

Так, законодательство Зороастра предписывало, чтобы собака злого нрава, которая нападала на людей и животных, была бы подвержена мучительной казни. Ей отрезали правое ухо, затем левое, обрубали хвост, лапы и, наконец, убивали.

В Древней Греции, по свидетельству Демосфена и Полибия, существовал трибунал, ведомству которого подлежали дела об убийствах, осуществленных предметами неодушевленными: камнями, деревьями и т.д. Одним из первых по времени дел, рассматривавшихся этим судом, было дело о топоре, при помощи которого один жрец умертвил быка.

В Древнем Египте лицо, случайно убившее священное животное наказывали смертной казнью.

В Законах Хаммурапи содержалась, например, следующая норма:

(§ 229) Если строитель построил человеку дом и свою работу сделал непрочно, а дом, который он построил, рухнул и убил хозяина, то этот строитель должен быть казнен.

(§ 230) Если он убил сына хозяина, то должны убить сына этого строителя.

Смертная казнь в этой ситуации (в соответствии с принципом талиона) применяется к человеку, который вообще не имел никакого отношения к совершённому деянию.

В древнееврейском праве существовал принцип, по которому невинно пролитая кровь требовала мести. Только после осуществления этой последней смывалось то пятно, которое падало на целую страну, в пределах которой имело место правонарушение. Единственным средством смывания такого пятна было пролитие крови того, кто пролил невинную кровь.

По взглядам римского права в сакральный период его истории, случайное убийство в такой же мере требует искупления перед божеством, как и убийство умышленное.

Объективное вменение в средневековом уголовном праве[править | править вики-текст]

С развитием общества к объективному вменению добавляется субъективное. Во внешнем вреде ищут проявления внутренней виновности действующего. В направлении его воли, в его недостаточной заботливости о поддержании господства юридического порядка видят основу ответственности.

В русском праве первые зачатки субъективного вменения встречаются еще в Русской Правде. Она различала, например, убийство злоумышленное, в разбое, «без всякия свады» и убийство «на пиру явлено», в ссоре, а при истреблении имущества особо выделяла злоумышленность, учинение вреда — «пакощами», «пакости дея».

По Уставной книге Разбойного приказа в случае совершения убийства предписывается выяснить: как именно было совершено убийство: умышленьем или пьяным делом, неумышленьем. Соответственно этому устанавливается ответственность.

Однако это лишь отдельные проявления субъективного вменения. В основном по средневековому праву основанием ответственности является причинение вреда, а вине отводится второстепенная роль. Соборное уложение 1649 года, например, относит к неосторожной вине случайное причинение вреда.

Объективное вменение в уголовном праве Нового и Новейшего времени[править | править вики-текст]

В этот период на смену объективному вменению практически полностью пришло субъективное вменение.

Однако отдельные пережитки объективного вменения продолжали оставаться в законодательных актах. Так, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года устанавливало, что в случаях, когда к ответственности привлекается юридическое лицо, каждый отдельный его член должен был уплатить свою часть как наказание, без всякого отношения к его личной виновности. На этом основании участвовали в платеже подобной пени не только те члены юридического лица, которые знали или могли знать о совершении преступного деяния, но и находившиеся в отсутствии, душевнобольные и т. д.

Объективное вменение сохранялось и в некоторых советских уголовных кодексах. Так, статья 7 Уголовного кодекса РСФСР 1926 года устанавливала, что меры социальной защиты (наказание) применяются не только в отношении лиц, совершивших общественно опасные действия, но и к лицам, представляющим опасность по своей связи с преступной средой или по своей прошлой деятельности. Примерами объективного вменения можно также назвать части статьи 58 того же кодекса, в том числе привлечение к уголовной ответственности т. н. «членов семьи изменников Родины»[1].

Объективное вменение в современном праве[править | править вики-текст]

В России[править | править вики-текст]

Действующий Уголовный кодекс РФ в ч. 2 ст. 5 прямо запрещает объективное вменение. Некоторые учёные, однако, считают, что и в российском праве в отдельных случаях лицо привлекается к ответственности без учёта его субъективного отношения к отдельным признакам состава преступления. Например, некоторые авторы[2] указывают, что характер объективного вменения имеют случаи, когда субъекту вменяются в ответственность отдалённые во времени от преступного деяния последствия: так, в судебной практике как наступление иных тяжких последствий при изнасиловании, квалифицируется самоубийство потерпевшей, даже произошедшее через длительное время после изнасилования.

Другим примером является существующее в науке мнение, что допускается привлекать к уголовной ответственности лиц, совершивших преступление в состоянии опьянения, вызвавшего «фактическую невменяемость» лица[3]. Между тем, указывается, что привлечение к уголовной ответственности фактически невменяемого — это один из видов объективного вменения[4].

Признаки объективного вменения усматриваются отдельными учёными и в принципе «незнание закона не освобождает от ответственности» — несмотря на то, что в уголовном законодательстве РФ презумпция знания закона явным образом не вводится, она применяется на практике[5]. Другими учёными отмечается, что «незнание закона не равнозначно отсутствию сознания общественной опасности» и потому действия такого лица всё равно являются виновными[6].

В других странах мира[править | править вики-текст]

Право некоторых зарубежных стран (в первую очередь относящихся к англо-американской правовой семье) допускает объективное вменение. Так, например, английское право допускает объективное вменение (англ. strict liability) по отношению к таким преступлениям, как нарушение общественного порядка (англ. public nuisance), клевета, в том числе богохульная (англ. criminal and blasphemous libel), неуважение к суду (англ. criminal contempt of court).

См. также[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Александр Е. Епифанов, Р. С. Мулюкаев. Ответственность за военные преступления, совершенные на территории СССР в годы Великой Отечественной войны: 1941—1956 гг. Волгоградская академия МВД России, 2005. С. 53.
  2. Например, Н.Ф, Кузнецова, В.С. Комиссаров
  3. Бейсенов Б. С. Алкоголизм: уголовно-правовые и криминологические проблемы. М., 1981. С. 81.
  4. Спасенников Б. А. Принудительные меры медицинского характера: история, теория, практика. СПб., 2003. С. 234.
  5. Бавсун М. В., Векленко С. В., Фаткуллина М. Б. Объективность и целесообразность некоторых форм виновного вменения в уголовном праве // Правоведение. 2006. № 4. С. 125—134.
  6. Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. А. И. Рарога. М., 2008. С. 108.