Операция «Барбаросса»

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Операция Барбаросса»)
Перейти к: навигация, поиск
Операция «Барбаросса»
Основной конфликт: Великая Отечественная война
Вторая мировая война
Barbarossa. Drang nach Osten.
Дата

22 июня4 декабря 1941

Место

СССР: Украинская ССР, Белорусская ССР, Молдавская ССР, Литовская ССР, Латвийская ССР, Эстонская ССР; области: Псковская, Смоленская, Курская, Орловская, Ленинградская, Белгородская.

Причина

агрессия нацистской Германии и её союзников

Итог

оперативный — поражение советских войск в приграничных сражениях и отступление в глубь страны при относительно малых потерях Вермахта и союзников Германии;
стратегический итог — провал плана разгромить СССР в ходе кампании 1941-го года — блицкрига Третьего рейха.

Противники
СССРFlag of the Soviet Union.svg СССР Третий рейхFlag of German Reich (1935–1945).svg Третий рейх

Королевство Италия (1861—1946) Италия
Флаг Венгрии (1919-1946) Венгрия
Финляндия Финляндия
Флаг Румынии Румыния
Хорватия Хорватия
Флаг Словакии (1939-1945) Словакия
Flag of Spain (1938 - 1945).svg Испанские добровольцы

Командующие
Флаг СССР Иосиф Сталин


Флаг СССР Семён Тимошенко
Флаг СССР Георгий Жуков
Флаг СССР Фёдор Кузнецов
Флаг СССР Дмитрий Павлов
Флаг СССР Михаил Кирпонос
Флаг СССР Иван Тюленев

Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой Адольф Гитлер

Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой Вальтер фон Браухич
Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой Вильгельм Риттер фон Лееб
Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой Федор фон Бок
Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой Герд фон Рундштедт
Флаг Румынии Ион Антонеску
Финляндия Густав Маннергейм
Королевство Италия (1861—1946) Джованни Мессе
Королевство Италия (1861—1946) Итало Гарибольди
Флаг Венгрии (1919-1946) Миклош Хорти
Хорватия Анте Павелич
Флаг Словакии (1939-1945) Йозеф Тисо
Flag of Spain (1938 - 1945).svg Агустин Муньос Грандес

Силы сторон
2,74 млн человек + 619 тыс. Резерв ГК (ВСЭ)
13 981 танк


9397 самолётов
(7758 исправных)

52 666 орудий и миномётов[1]
4,05 млн человек
+ 0,85 млн союзники Германии
4215 танков
+ 402 танка союзников
3909 самолётов
+ 964 самолёта союзников
43 812 орудий и миномётов
+ 6673 орудий и миномётов союзников[2]
Потери
2 630 067 убитыми и пленными
877 815 ранеными и больными[3]
Всего 1,000,000 боевых потерь[источник не указан 841 день]

Вермахт (включая ВВС и ВМС) — 790,000
немецкие сателлиты — 220,000

 
Великая Отечественная война

Вторжение в СССР Карелия Заполярье Ленинград Ростов Москва Севастополь Барвенково-Лозовая Демянск Ржев Харьков Воронеж-Ворошиловград Сталинград Кавказ Великие Луки Острогожск-Россошь Воронеж-Касторное Курск Смоленск Донбасс Днепр Правобережная Украина Крым Белоруссия Львов-Сандомир Яссы-Кишинёв Восточные Карпаты Прибалтика Курляндия Бухарест-Арад Болгария Белград Дебрецен Гумбиннен-Гольдап Будапешт Апатин-Капошвар Польша Западные Карпаты Восточная Пруссия Нижняя Силезия Восточная Померания Моравска-Острава Верхняя Силезия Балатон Вена Берлин Прага

 
Операция «Барбаросса»

Опера́ция «Барбаро́сса» (Директива № 21. План «Барбаросса»; нем. Weisung Nr. 21. Fall Barbarossa, в честь короля Германии и императора Священной Римской империи Фридриха I) — план вторжения Германии в СССР на Восточноевропейском театре Второй мировой войны и военная операция, осуществлявшаяся в соответствии с этим планом на начальной стадии Великой Отечественной войны.

Содержание

Политическая обстановка[править | править вики-текст]

После прихода к власти в Германии А. Гитлера в стране резко возросли реваншистские настроения. Нацистская пропаганда убеждала немцев в необходимости завоевания жизненного пространства на Востоке. Ещё в середине 1930-х годов германское правительство заявляло о неизбежности в ближайшем будущем войны с СССР. Планируя нападение на Польшу с возможным вступлением в войну Великобритании и Франции, германское правительство решило обезопасить себя с востока — в августе 1939 между Германией и СССР был заключён Договор о ненападении, разделивший сферы обоюдных интересов в Восточной Европе.

1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу, в результате чего 3 сентября войну Германии объявили Великобритания и Франция. Во время Польского похода РККА Советский Союз ввёл войска и аннексировал у Польши Западную Украину и Западную Белоруссию. Между Германией и СССР появилась общая граница.

В 1940 году Германия захватила Данию и Норвегию в ходе Датско-Норвежской операции; Бельгию, Нидерланды, Люксембург и Францию — в ходе Французской кампании. Таким образом, к июню 1940 года Германии удалось кардинально изменить стратегическую ситуацию в Европе, вывести из войны Францию и изгнать с континента английскую армию. Победы вермахта породили в Берлине надежды на скорое завершение войны с Англией, что позволило бы Германии бросить все силы на разгром СССР, а это, в свою очередь, развязало бы ей руки для борьбы с США[4].

Однако Германии не удалось ни принудить Великобританию к заключению мира, ни победить её. Война продолжалась, боевые действия велись на море, в Северной Африке и на Балканах. В июне 1940 года началась подготовка к реализации плана десантной операции по высадке комбинированного десанта на английское побережье под названием «Морской лев». Однако, в ходе планирования командованию Вермахта постепенно стало понятно, что бросок через Ла-Манш может превратиться в операцию с неопределенным результатом, сопряженную с тяжелыми потерями. В октябре подготовка «Морского льва» была свернута. В октябре 1940 года Германия предприняла попытки привлечь к союзу против Англии Испанию и вишистскую Францию, а также инициировала переговоры с СССР.

Советско-германские переговоры в ноябре 1940 года показали, что СССР рассматривает возможность присоединения к Тройственному пакту, но выставленные им при этом условия были неприемлемы для Германии, поскольку требовали её отказа от вмешательства в Финляндии и закрывали ей возможность продвижения на Ближний Восток через Балканы[5].

Оригинал документа.

Разработка плана операции[править | править вики-текст]

На основании требований А. Гитлера, выдвинутых им в начале июня 1940 года, ОКХ составило черновые намётки плана кампании против СССР, а 22 июля была начата разработка плана нападения, получившего кодовое наименование «Барбаросса». План, окончательно разработанный под руководством генерала Ф. Паулюса, был утверждён 18 декабря 1940 года директивой Верховного главнокомандующего вермахта № 21. Предусматривался молниеносный разгром основных сил Красной армии западнее рек Днепр и Западная Двина; в дальнейшем намечалось захватить Москву, Ленинград и Донбасс с последующим выходом на линию Архангельск — Волга — Астрахань.

Предполагаемая продолжительность основных боевых действий составляла 4 — 5 месяцев. Сам Гитлер в директиве № 32 от 11 июня 1941 года определял время завершения «победоносного похода на Восток», как конец осени.

Решение о войне с СССР и общий план будущей кампании был оглашён А. Гитлером уже вскоре после победы над Францией — 31 июля 1940 года.

Надежда Англии — Россия и Америка. Если рухнут надежды на Россию, Америка также отпадёт от Англии, так как разгром России будет иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии. […]

Если Россия будет разгромлена, Англия потеряет последнюю надежду. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия.

Вывод: В соответствии с этим рассуждением Россия должна быть ликвидирована. Срок — весна 1941 года.

Чем скорее мы разобьём Россию, тем лучше. Операция будет иметь смысл только в том случае, если мы одним стремительным ударом разгромим всё государство целиком. Только захвата какой-то части территории недостаточно.

Остановка действий зимой опасна. Поэтому лучше подождать, но принять твёрдое решение уничтожить Россию. […] Начало [военной кампании] — май 1941 года. Продолжительность операции — пять месяцев. Было бы лучше начать уже в этом году, однако это не подходит, так как осуществить операцию надо одним ударом. Цель — уничтожение жизненной силы России.

Операция распадается на:

1-й удар: Киев, выход на Днепр; авиация разрушает переправы. Одесса.

2-й удар: Через Прибалтийские государства на Москву; в дальнейшем двусторонний удар — с севера и юга; позже — частная операция по овладению районом Баку.

Ф. Гальдер. Военный дневник. Конспект речи Гитлера 31 июля 1940 года.[6]

17 декабря 1940 года Гитлер в беседе с начальником штаба оперативного руководства Вермахта отдельно указал, что: «В 1941 году мы должны решить все континентально-европейские проблемы, так как после 1942 года США будут готовы вступить в войну».

Страны оси были поставлены в известность о плане «Барбаросса» в разной последовательности.[источник не указан 258 дней]Румынское военно-политическое руководство и руководство Италии и Финляндии были информированы о подготовке операции в конце весны, а Венгрия за несколько часов до перехода немцев в наступление.

Сведения об утверждении плана войны против СССР (директивы № 21) были получены советской разведкой через 11 дней после его подписания Гитлером 18 декабря 1940 года. По этим донесениям, война должна была начаться в марте 1941 года. Однако, полученная информация носила разрозненный и неполный характер, и точное содержание плана оставалось неизвестным[7].

Планы сторон[править | править вики-текст]

Германия[править | править вики-текст]

Общая стратегическая задача плана «Барбаросса» заключалась в том, чтобы «нанести поражение СССР в быстротечной кампании ещё до того, как будет закончена война против Англии». В основу замысла была положена идея «расколоть фронт главных сил русской армии, сосредоточенной в западной части страны, быстрыми и глубокими ударами мощных подвижных группировок севернее и южнее Припятских болот и, используя этот прорыв, уничтожить разобщённые группировки вражеских войск».

6 декабря 1940 года А. Гитлер поручил генералам А. Йодлю и В. Варлимонту (начальнику Отдела обороны страны) разработку плана войны. В обязанности отдела входили все вопросы ведения войны, согласования пропагандистских мероприятий, сотрудничество вооруженных сил с гражданскими учреждениями. Кроме того отдел должен был участвовать в разработке директив фюрера высшим государственным органам. В. Варлимонт — один из главных разработчиков директивы № 21, имевшей кодовое название «Фриц», а затем — «Барбаросса».

Планом предусматривалось уничтожение основной массы советских войск западнее рек Днепр и Западная Двина, не допустив их отхода вглубь страны. На восьмые сутки немецкие войска должны были выйти на рубеж Каунас, Барановичи, Львов, Могилев-Подольский. На двадцатые сутки войны они должны были захватить территорию и достигнуть рубежа: Днепр (до района южнее Киева), Мозырь, Рогачёв, Орша, Витебск, Великие Луки, южнее Пскова, южнее Пярну. После этого следовала пауза продолжительностью двадцать дней, во время которой предполагалось сосредоточить и перегруппировать соединения, дать отдых войскам и подготовить новую базу снабжения. На сороковой день войны должна была начаться вторая фаза наступления. В ходе её намечалось захватить Москву, Ленинград и Донбасс.

Особое значение придавалось захвату Москвы: «Захват этого города означает как в политическом, так и в экономическом отношениях решающий успех, не говоря уже о том, что русские лишатся важнейшего железнодорожного узла». Командование вермахта считало, что на защиту столицы Красная армия бросит последние оставшиеся силы, что даст возможность разгромить их в одной операции.

В качестве окончательной была указана линия Архангельск — Волга — Астрахань, однако германский Генеральный штаб так далеко операцию не планировал[8].

В плане «Барбаросса» подробно излагались задачи групп армий и армий, порядок взаимодействия между ними и с войсками союзников, а также с ВВС и ВМФ, и задачи последних. В дополнение к директиве ОКХ был разработан ряд документов, в том числе оценка Советских Вооружённых сил, директива по дезинформации, расчёт времени на подготовку операции, специальные указания и пр.

В частности, в Берлине было создано специальное бюро по дезинформации. Было распространено мнение, согласно которому существует секретное соглашение с Советским союзом по «заключению в клещи» области интересов Англии на Ближнем Востоке, не исключая и Индии. Для этого, якобы, предполагалось пропустить немецкие части через территорию юга России. И эти приготовления являются по своему масштабу ни с чем не сравнимым в мировой истории мероприятием по сокрытию готовящегося нападения на Англию[9]. С учётом явной враждебности, проявляемой советской пропагандой по отношению к Англии, этот слух казался вполне правдоподобным. Так думали солдаты на границе, видевшие, что на подготовленных к движению танках на броню погружено по десять канистр с бензином и по три бочки на буксире. Ясно было, что это никак не совместимо с участием в бою.[10]

В развитие плана «Барбаросса» главнокомандующий сухопутных войск 31 января 1941 года подписал директиву по сосредоточению войск. Согласно немецким документам, германское Верховное командование располагало исчерпывающей информацией военно-стратегического характера о Красной армии, в частности, о количестве войск по каждому военному округу[11], и дислокации отдельных соединений. Вместе с тем, стратегическая разведка мобилизационных возможностей СССР была недостаточной и базировалась в основном на эмпирических расчетах.

В подписанной А. Гитлером директиве № 21 в качестве самого раннего срока нападения на СССР называлась дата 15 мая 1941 года. Позже из-за отвлечения части сил вермахта на Балканскую кампанию (см. Югославская операция, Греческая операция) очередной датой нападения на СССР была названа 22 июня. Окончательный приказ отдан 17 июня.

Стратегическая воздушная разведка[править | править вики-текст]

Для нейтрализации численно-превосходящих сил советских ВВС план вторжения предусматривал уничтожение основной части авиации Западного ВО на аэродромах базирования. Решающими условиями успеха этой операции были тщательное планирование и внезапность удара. Важную роль в подготовке операции сыграла стратегическая воздушная разведка Люфтваффе. Для ведения разведки была создана специальная эскадра — «Разведывательная группа главнокомандования Люфтваффе» (нем. Aufkl ungsgruppe des Oberbefehlshabers der Luftwaffe — Aufkl. St. (F)/Ob. d. L), так называемая «Группа Ровеля». Группа имела на вооружении флот высотных бомбардировщиков (Do 215 B-2, He 111, Ju 88, Ju 86 P), модифицированных для ведения аэрофотосъемки. Летая на высотах, недоступных для советских истребителей, группа выполнила обширный объём фотосъемки стратегических объектов в западной части СССР, включая военные аэродромы. Часть вылетов осуществлялась на большую глубину, вплоть до городов Баку и Горький. Именно эти снимки обеспечили высокую эффективность первого удара по советским аэродромам[12].

Тактическая разведка[править | править вики-текст]

Основная ставка Абвера в проведении тактической разведки в приграничной полосе и оперативном тылу западных военных округов СССР была сделана на массовую заброску агентуры из числа перемещённых лиц, ранее проживавших на территориях вновь вошедших в состав СССР после 1939 года. Во второй половине 1940 года и первой половине 1941 года в приграничных округах было выявлено и задержано свыше 2.000 германских агентов, имевших цели выявления и разведки дислокации соединений РККА, мест складирования военных запасов и базирования авиации.

СССР[править | править вики-текст]

Конфигурация границы и дислокация войск противостоящих сторон на 22 июня 1941 года
Конфигурация границы и дислокация войск противостоящих сторон на 22 июня 1941 года на Южном направлении

Последние перед войной штабные учения, заложившие основу для планирования предстоящей войны с Германией, были проведены в два этапа[13]:

Первая игра, прошедшая 2 — 6 января 1941 года, стала репетицией вспомогательного удара «в интересах главной операции», осуществляемой на юго-западном направлении.

Вторая игра, где отрабатывались действия сторон на юго-западном направлении. Она прошла 8 — 11 января 1941 года. Отрабатывались только наступательные действия «восточных», и основной упор делался на то, чтобы дать высшему комсоставу практику «вождения крупных оперативных и прежде всего подвижных соединений во взаимодействии с авиацией». Игра началась с того момента, когда войска «западных» уже были отброшены на расстояние 90 — 180 километров к западу от линии границы.

Вопросы обороны затрагивались лишь в том объёме, в каком они могли возникнуть по ходу игры в связи с контрударами противника.

Соотношение сил во второй игре было в пользу «восточных», но при этом силы «западных» и их союзников значительно преувеличивались по сравнению с реальными возможностями Германии, Венгрии и Румынии.

На этом этапе Западный фронт «восточных» должен был перейти в наступление для разгрома варшавской группировки «западных». В свою очередь, Юго-Западный фронт должен был, прикрываясь с запада Вислой, уничтожить основные силы «юго-западных» и «южных» на их территории и занять позиции по линии Краков, Будапешт, Тимишоара, Крайова.

Ни в играх, ни в последующем за ними совещании не делалось попыток рассмотреть ситуацию, которая может сложиться в первых операциях в случае нападения Германии[13].

Исходя из анализа игр, в плане стратегического развертывания Красной армии на Западе, подготовленном в марте 1941 года, отмечалось: «Развертывание Красной армии на Западе с группировкой главных сил против Восточной Пруссии и на варшавском направлении вызывает серьёзные опасения в том, что борьба на этом фронте может привести к затяжным боям».

Поэтому главный удар было решено нанести на юго-западном направлении. В разделе мартовского плана, посвященном этому направлению, заместитель начальника Генштаба Николай Ватутин оставил резолюцию: «Наступление начать 12.6». Это — единственно зафиксированная документально дата планировавшегося начала боевых действий.

В середине мая 1941 года Ватутин и его заместитель по оперативному управлению Генштаба Александр Василевский разработали план «упреждающего удара». В нём предусматривалось, что на юго-западном направлении 152 советские дивизии разгромят 100 немецких. На 30-й день наступления, захватив район Катовице, Краков, предполагалось выйти на рубеж Оппельн, Лодзь, Модлин, Остроленка. После этого наступающие должны были повернуть к Балтике и отрезать немецкие силы в Польше и Восточной Пруссии.

Для содействия этой операции Западный фронт наступал на Варшаву. Вспомогательный удар наносился в Румынии. Как и в ходе игры, группировку противника предполагалось окружить в районе Ботошани, а затем двигаться на Яссы и Плоешти.

В расчёт было принято, что наступление Красной армии застанет противника врасплох, и о координации действий армий Германии, Венгрии и Румынии в первое время речи не было.

По условиям игры все приказы в войска передавались вовремя, средств связи было достаточно и потому управление войсками ни разу не нарушалось. Не учитывалась и недостаточная подготовка личного состава РККА во владении новой техникой[13].

Конфигурация войск Красной армии на советско-германской границе была очень уязвима. В частности, бывший начальник Генерального штаба Г. К. Жуков вспоминал[14]:

Накануне войны 3-я, 4-я и 10-я армии Западного округа были расположены в белостокском выступе, выгнутом в сторону противника, 10-я армия занимала самое невыгодное расположение. Такая оперативная конфигурация войск создавала угрозу глубокого охвата и окружения их со стороны Гродно и Бреста путём удара под фланги. Между тем дислокация войск фронта на гродненско-сувалковском и брестском направлениях была недостаточно глубокой и мощной, чтобы не допустить здесь прорыва и охвата белостокской группировки. Это ошибочное расположение войск, допущенное в 1940 году, не было устранено вплоть до самой войны.

Тем не менее, советское руководство предпринимало определённые действия, о смысле и цели которых продолжаются дискуссии. В конце мая — начале июня 1941 (как и в летом 1940 года) года была проведена частичная мобилизация под видом учебных сборов запаса, что позволило призвать свыше 800 тысяч человек, использованных для пополнения дивизий, расположенных в основном на западе страны. С середины мая из внутренних военных округов началось выдвижение четырёх армий (16-й, 19-й, 21-й и 22-й) и одного стрелкового корпуса к рубежу рек Днепр и Западная Двина. С середины июня началась скрытая перегруппировка соединений самих западных приграничных округов: под видом выхода в лагеря было приведено в движение более половины дивизий, составляющих резерв этих округов. С 14 по 19 июня командования западных приграничных округов получили указания вывести фронтовые управления на полевые командные пункты[15]. С середины июня были отменены отпуска личному составу[16].

При этом Генеральный штаб Красной армии категорически пресекал любые попытки командующих западными приграничными округами усилить оборону путём занятия предполья. Лишь в ночь на 22 июня советские военные округа получили директиву о переходе к боевой готовности, однако до многих штабов она дошла уже после нападения. Хотя по другим данным приказы об отводе войск с границы командующим западных округов были отданы с 14 по 18 июня.

Кроме того, большинство территорий, находившиеся на западной границе, были включены в состав СССР сравнительно недавно. Мощных оборонительных рубежейЛиния Молотова») у РККА на новой границе не было.

Вместе с тем созданная на южном участке государственной границы самая сильная группировка советских войск угрожала глубоко вклинившейся в территорию Украины группировке немецких войск «Юг» охватом, осуществляемым встречными ударами от Бреста и от Львова.[источник не указан 707 дней]

Британские разведданные[править | править вики-текст]

К концу 1940 британская разведка смогла взломать некоторые германские коды. В числе полученной информации были и сведения о подготовке вторжения в СССР. Несмотря на риск раскрытия источника, сведения были переданы советскому правительству. Однако Сталин не обратил на эти сведения должного внимания[17].

Расстановка сил[править | править вики-текст]

Германия и союзники[править | править вики-текст]

Для нападения на СССР к 22 июня 1941 года было создано четыре группы армий, общей численностью 157 дивизий и 12 бригад. С учетом стратегического резерва группировка для действий на Востоке состояла из 183 дивизий и 13бригад

СССР[править | править вики-текст]

В СССР на базе военных округов, находившихся на западной границе, согласно решению Политбюро ЦК КПСС от 21 июня 1941 года было создано 4 фронта[18]. 24 июня 1941 года создан Северный фронт. Согласно справке, составленной накануне войны заместителем начальника Генерального штаба РККА Ватутиным, всего в составе Сухопутных войск имелось 303 дивизии, из них в составе группировки для действий на Западе 237 дивизий (из них 51 танковая и 25 моторизованных). Группировка для действий на Западе была выстроена в три стратегических эшелона.

  • Балтийский флот (командующий, адмирал В. Ф. Трибуц) был расположен в Балтийском море. Он имел в своём составе 2 линкора, 2 крейсера, 2 лидера эсминцев, 19 эсминцев, 65 подводных лодок, 48 торпедных катеров и другие корабли, 656 самолётов.
  • Черноморский флот (командующий, вице-адмирал Ф. С. Октябрьский) был расположен в Чёрном море. Он имел в своём составе 1 линкор, 5 лёгких крейсеров, 16 лидеров эсминцев, 47 подводных лодок, 2 бригады торпедных катеров, несколько дивизионов тральщиков, сторожевых и противолодочных катеров, свыше 600 самолётов.

Развитие вооружённых сил СССР со времени подписания пакта о ненападении[править | править вики-текст]

К началу сороковых годов Советский Союз в результате программы индустриализации вышел на третье место после США и Германии по уровню развития тяжёлой индустрии. Также к началу Великой Отечественной войны советская экономика была в значительной степени ориентирована на производство военной техники[19].

1 января 1939 г 22 июня 1941 г % увеличения
Дивизии 131,5 316,5 140,6
Личный состав 2 485 000 5 774 000 132,4
Орудия и миномёты 55 800 117 600 110,7
Танки 21 100 25 700 21,8
Боевые самолёты 7700 18 700 142,8


В западных военных округах на июнь 1941 г. имелось свыше 11 тыс. танков, в том числе 1306 новейших танков Т-34, КВ-1 и КВ-2.[20]. При этом у вермахта для вторжения в СССР было выделено 3332 танков, из них около 230 легковооруженных «командирских» танков, 180 T-I, 746 T-II, 772 38(t), 965 T-III, 439 T-IV. Кроме того, у союзной немцам финской армии было 86 танков, румынской — 60 (все устаревших образцов). Советские танки Т-34 и КВ по всем основным характеристикам превосходили все имевшиеся на вооружении вермахта типы танков.[21]

Немецкий генерал и военный историк Курт фон Типпельскирх писал, что немецкое командование, осознавая, что у советских войск было, видимо, много танков (вероятно, раза в 4-5 больше, чем у немцев) исходило из того, что русские ещё отставали в организации крупных подвижных соединений, предназначенных для решения оперативных задач. Советская авиация также считалась слабее немецкой, хотя количество её самолетов могло быть в несколько раз больше. Немцы полагали, что они значительно превосходят русских по качеству командного состава, так как отборные командные кадры русских пали жертвой широкой политической чистки в 1937 г. Русско-финская война вскрыла недостаточную тактическую подготовку советского среднего и младшего командного звена. В выносливости и непритязательности русского солдата не было сомнения. Однако предполагалось, что советские войска не смогут отразить внезапных ударов армии, оснащенной современной техникой и превосходящей их по качеству командного состава.[22]

Факторы, способствовавшие поражению советских войск в приграничных сражениях[править | править вики-текст]

  • Недостаточный профессионализм командного состава, который был во многом связан с тем, что многие командиры соединений и командующие объединений были недавно назначены на свои должности, не имели должного опыта для занятия этих должностей, а также продвигались в основном по классовому признаку. Это было следствием массовых репрессий высшего командного состава в 1937-38 годах.[23][24][25]Г.Жуков вспоминал: «До 1936 года, то есть до массовых арестов крупных военных деятелей страны и командиров высших соединений, как теоретически, так и практически уделялось серьезное внимание оперативно-стратегическому взаимодействию видов вооруженных сил; рассматривались и решались важнейшие проблемные вопросы, в период же 1936—1939 гг. эта важнейшая стратегическая работа стояла на мертвой точке, попросту говоря, её некому было вести, так как почти все серьезно глубокомыслящее постигла трагическая участь. Эта важнейшая государственная работа несколько оживилась после советско-финской войны, в 1940 году и в начале 1941 года, то есть непосредственно перед внезапным нападением фашистской Германии на Советский Союз».[26]
  • Тактические схемы боевого применения советских механизированных соединений и авиации не соответствовали боевым реалиям. Отсутствовало должное взаимодействие всех родов войск, как в наступлении, так и в обороне[источник не указан 215 дней]. Эти проблемы боевого слаживания приводили к тому, что даже значительное массирование сил и средств в ходе контрударов не давало должного результата. Штатное расписание танковых и авиационных соединений имело существенный дисбаланс в сторону увеличения количества боевых единиц, в ущерб частям боевого обеспечения, что приводило к большим небоевым потерям техники и невозможности быстрого ввода в строй техники, поврежденной огнем противника[источник не указан 215 дней].
  • Значительная часть войск советских приграничных западных военных округов была сконцентрирована в Белостокском и Львовском выступах вблизи границы, что привело к тому, что ещё до начала войны они были фактически полуокружены противником. В этих выступах находилась главная ударная сила округов — механизированные корпуса. В ряде случаев исходные районы сосредоточения частей и соединений для занятия обороны находились в зоне видимости противника и могли поражаться огнём его артиллерии. Такая дислокация войск была связана с тем, что советское командование исходило из наступательной стратегии будущей войны.[23][24]
  • В Белостокском и Львовском выступах также были сосредоточены огромные запасы боеприпасов и горючего.[23][24]
  • Укреплённые районы по линии новой западной границы (так называемая Линия Молотова) строились непосредственно на самой границе, и зачастую без требуемого предполья. К июню 1941 года их строительство и вооружение не было завершено. Между тем, из сооружений укреплённых районов по линии старой границы (Линия Сталина) была изъята часть вооружения для оснащения укрепрайонов на новой границе, что помешало расконсервировать старые укрепрайоны при приближении неприятеля.[23][24]
  • Так как советское командование исходило из наступательной стратегии будущей войны, оно не уделяло должного внимания разработке оборонительных операций. Г.Жуков вспоминал: «Обучение войск оборонительным действиям, встречным сражениям, отступательным действиям редко выходило из тактических рамок. Я не знаю ни одного оперативно-стратегического мероприятия, где была бы разыграна или отработана в крупных оперативно-стратегических масштабах, где бы оборона противодействовала глубокому прорыву крупных бронетанковых группировок, взаимодействующих с крупными воздушными силами, а как следствие наши штабы и командиры оперативного масштаба накануне войны не были обучены эффективному ведению обороны оперативно-стратегического масштаба, не говоря уже о том, что такие оборонительные операции не были разработаны в штабах приграничных округов и генштабе как возможный вариант».[26]
  • Противнику удалось добиться практически полной оперативной и тактической внезапности своего наступления, что привело к тяжелым потерям, вследствие первого огневого удара, и быстрому продвижению ударных группировок вглубь советской обороны уже в первые часы наступления.

Первая фаза. Вторжение. Приграничные сражения (22 июня — 10 июля 1941)[править | править вики-текст]

Начало вторжения[править | править вики-текст]

Боевые действия с 22 июня по 1 сентября 1941
Войска вермахта пересекают границу СССР

Зачтение обращения Гитлера «Солдатам Восточного фронта» было произведено командирами только в ночь на 22 июня 1941 года.

Ранним утром в 3 часа 15 минут 22 июня 1941 года[10] началось вторжение Германии в СССР. В тот же день войну СССР объявили Италия (итальянские войска начали боевые действия с 20 июля 1941) и Румыния, 23 июня — Словакия, а 27 июня — Венгрия. Немецкое вторжение застало советские войска врасплох; в первый же день была уничтожена значительная часть боеприпасов, горючего и военной техники; немцам удалось обеспечить полное господство в воздухе (выведено из строя около 1200 самолётов)[27].[Прим. 1]. Немецкая авиация нанесла удары по военно-морским базам: Кронштадт, Либава, Виндава, Севастополь. На морских коммуникациях Балтийского и Чёрного морей были развёрнуты подводные лодки, ставились минные заграждения. На суше после сильной артиллерийской подготовки в наступление перешли передовые части, а затем и главные силы вермахта. Однако советское командование не смогло трезво оценить положение своих войск. Главный Военный совет вечером 22 июня направил Военным советам фронтов директивы, требовавшие нанести с утра 23 июня по прорвавшимся группировкам противника решительные контрудары. В результате проваленных контратак и без того тяжёлое положение советских войск ещё больше ухудшилось.

Финские войска не перешли линию фронта, ожидая развития событий, но предоставив авиации Германии возможность дозаправки. Советское командование нанесло 25 июня бомбовые удары по финской территории. Финляндия объявила СССР войну и немецкие и финские войска вторглись в Карелию и Заполярье, увеличив линию фронта и поставив под угрозу Ленинград и Мурманскую железную дорогу. Боевые действия вскоре перешли в позиционную войну и не оказывали влияния на общее положение дел на советско-германском фронте. В историографии их обычно выделяют в отдельные кампании: Советско-финская война (1941-1944) и Оборона Заполярья.

Северное направление[править | править вики-текст]

Против советского Северо-Западного фронта поначалу действовала не одна, а две танковые группы:

22 июня 1941 года сторонники Литовского фронта активистов подняли вооружённое восстание против советской власти. Повстанцы брали под контроль стратегически важные объекты и целые города, нападали на отступающие подразделения Красной армии и убивали советских активистов.

Попытка командования Северо-Западного фронта нанести контрудар силами двух механизированных корпусов (почти 1000 танков) возле города Расейняй окончилась полным провалом, и 25 июня было принято решение об отводе войск на рубеж Западной Двины.

Но уже 26 июня немецкая 4-я танковая группа форсировала Западную Двину у Даугавпилса (56-й мотокорпус Э. фон Манштейна), 2 июля — у Екабпилса (41-й мотокорпус Г. Райнхардта). Вслед за моторизованными корпусами продвигались пехотные дивизии. 27 июня части Красной армии оставили Либаву. 1 июля немецкая 18-я армия заняла Ригу и вышла в южную Эстонию.

Тем временем 3-я танковая группа группы армий «Центр», преодолев сопротивление советских войск под Алитусом, 24 июня взяла Вильнюс, повернула на юго-восток и зашла в тыл советскому Западному фронту.

Центральное направление[править | править вики-текст]

Тяжёлая ситуация сложилась на Западном фронте. В первый же день фланговые армии Западного фронта (3-я армия в районе Гродно и 4-я армия в районе Бреста) понесли большие потери. Контрудары механизированных корпусов Западного фронта 23—25 июня завершились неудачей. Немецкая 3-я танковая группа, преодолев сопротивление советских войск в Литве и развивая наступление на вильнюсском направлении, обошла 3-ю и 10-ю армии с севера, а 2-я танковая группа, оставив в тылу Брестскую крепость, прорвалась к Барановичам и обошла их с юга. 28 июня немцы взяли столицу Белоруссии и замкнули кольцо окружения, в котором оказались основные силы Западного фронта.

30 июня 1941 года командующий советского Западного фронта генерал армии Д. Г. Павлов был отстранён от командования; позже по решению военного трибунала он вместе с другими генералами и офицерами штаба Западного фронта был расстрелян. Войска Западного фронта возглавил сначала генерал-лейтенант А. И. Ерёменко (30 июня), затем нарком обороны маршал С. К. Тимошенко (назначен 2 июля, вступил в должность 4 июля). В связи с тем, что основные силы Западного фронта оказались разгромлены в Белостокско-Минском сражении, 2 июля в состав Западного фронта переданы войска Второго Стратегического эшелона.

В начале июля моторизованные корпуса вермахта преодолели рубеж советской обороны на реке Березина и устремились к линии рек Западная Двина и Днепр, однако неожиданно натолкнулись на войска восстановленного Западного фронта (в первом эшелоне 22-я, 20-я и 21-я Армии). 6 июля 1941 советское командование предприняло наступление на лепельском направлении. В ходе разгоревшегося танкового сражения 6—9 июля между Оршей и Витебском, в котором с советской стороны участвовало более 1600 танков, а с немецкой до 700 единиц, немецкие войска нанесли поражение советским войскам и 9 июля взяли Витебск. Уцелевшие советские части отошли в район между Витебском и Оршей. Немецкие войска заняли исходные позиции для последующего наступления в районе Полоцка, Витебска, южнее Орши, а также севернее и южнее Могилёва.

Южное направление[править | править вики-текст]

Военные действия вермахта на юге, где находилась самая мощная группировка РККА, оказались не столь успешными. 23—25 июня авиация Черноморского флота нанесла бомбовые удары по румынским городам Сулина и Констанца; 26 июня по Констанце был нанесён удар кораблей Черноморского флота совместно с авиацией. Стремясь остановить наступление 1-й танковой группы, командование Юго-Западного фронта нанесло контрудар силами шести механизированных корпусов (около 2500 танков). В ходе крупного танкового сражения в районе Дубно — Луцк — Броды советские войска не смогли разбить противника и понесли большие потери, однако они помешали немцам осуществить стратегический прорыв и отрезать львовскую группировку (6-я и 26-я армии) от остальных сил. К 1 июля войска Юго-Западного фронта отошли на укреплённый рубеж Коростень — Новоград-Волынский — Проскуров. В начале июля немцы прорвали правое крыло фронта под Новоградом-Волынским и захватили Бердичев и Житомир, но благодаря контрударам советских войск их дальнейшее продвижение было остановлено.

На стыке Юго-Западного и Южного фронта 2 июля германо-румынские войска форсировали Прут и устремились к Могилёву-Подольскому. К 10 июля они вышли к Днестру.

Итоги приграничных сражений[править | править вики-текст]

В результате приграничных сражений вермахт нанёс тяжёлое поражение Красной армии.

Подводя итоги первой фазы операции «Барбаросса», 3 июля 1941 года начальник германского Генерального штаба Ф. Гальдер записал в своём дневнике:

В целом уже можно сказать, что задача разгрома главных сил русской сухопутной армии перед Западной Двиной и Днепром выполнена… Поэтому не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней. Конечно, она ещё не закончена. Огромная протяженность территории и упорное сопротивление противника, использующего все средства, будут сковывать наши силы ещё в течение многих недель. …Когда мы форсируем Западную Двину и Днепр, то речь пойдёт не столько о разгроме вооружённых сил противника, сколько о том, чтобы забрать у противника его промышленные районы и не дать ему возможности, используя гигантскую мощь своей индустрии и неисчерпаемые людские ресурсы, создать новые вооружённые силы. Как только война на востоке перейдёт из фазы разгрома вооружённых сил противника в фазу экономического подавления противника, на первый план снова выступят дальнейшие задачи войны против Англии…[28]

Примерно за три недели войны немецкие войска оккупировали всю Прибалтику, Белоруссию, значительную часть Украины и Молдавии. На северо-западном и юго-западном направлениях противник вторгся на территорию СССР до 500 км, на западном — до 600 км. Средний темп наступления немецких войск составил от 15 до 30 км в сутки. В приграничных сражениях и в последующих оборонительных операциях были полностью разгромлены 28 советских дивизий (12 стрелковых, 10 танковых, 4 моторизованные, 2 кавалерийские), ещё свыше 72 дивизий понесли потери в людях и технике от 50 % и более. Общие потери советских войск к 30 июля составили 651 065 чел. (безвозвратные — 447 015 чел., санитарные — 204 050 чел.) По неполным данным фронтов и штаба, дальнебомбардировочная авиация потеряла за это время 3468 самолетов, советские войска потеряли около 9,5 тыс. орудий, 12 тыс. минометов, 6 тыс. танков (больше половины всех танков, имевшихся в западных военных округах на начало войны).[29] При этом многие танки были не уничтожены в бою, а были брошены или взорваны при отступлении из-за поломок и отсутствия топлива.[30] В результате огромных потерь танков и последовавшей эвакуации танковых заводов из Ленинграда и Харькова к концу 1941 г. советские войска испытывали острую нехватку танков.[31][32][33]

Было потеряно 200 складов (52 % окружных складов и складов Наркомата обороны на территории приграничных округов). Это привело к острому недостатку боеприпасов, горючего и продовольствия в советских частях и соединениях.[29] Немецкой же армии достались значительные трофеи. Так, Гальдер 1 июля записал, что около одной трети расхода горючего покрыто трофейными запасами.[34]

К началу битвы за Москву, советские войска, только пленными, потеряли 1,8 млн человек.

В то же время Гальдер признавал, что советские войска сопротивлялись упорно. 29 июня он записал[35][36]:

Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека. Местами [сражаются] коварно (hinterlistig), в первую очередь там, где в войсках большой процент монгольских народностей (перед фронтом 6-й и 9-й армий).
Бросается в глаза, что при захвате артиллерийских батарей и т. п. в плен сдаются лишь немногие… Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволить себе известные вольности и отступления от уставных принципов; теперь это уже недопустимо.

Немецкие войска потеряли к середине июля около 100 тыс. человек (столько же, сколько за два предыдущие года мировой войны), свыше 1 тыс. самолетов и до 1,5 тыс. танков.[29]

С другой стороны, К. Рокоссовский писал[37]:

Воспевая героическое поведение и подвиги войск, частей и отдельных лиц в боях с врагом, носившие массовый характер, нельзя обойти молчанием и имевшиеся случаи паники, позорного бегства, дезертирства с поля боя и в пути следования к фронту, членовредительства и даже самоубийств на почве боязни ответственности за свое поведение в бою.

Нанесенный врагом неожиданный удар огромными силами и его стремительное продвижение в глубь территории на некоторое время ошеломили наши неподготовленные к этому войска. Они подверглись шоку. Чтобы вывести их из этого состояния, потребовалось длительное время. Растерянности способствовали ещё причины военного и политического характера, относившиеся ко времени, отдаленному от начала войны.

Совокупность важных причин и обстоятельств в определенной степени понизила боеспособность войск в моральном отношении, на какой-то период ослабила их устойчивость и упорство, вывела из равновесия особенно те части, которые вступали в бой неорганизованно. А иные неустойчивые элементы совершенно потеряли веру в свои силы, в возможность сопротивления грозному врагу.

Наблюдались случаи, когда даже целые части, попавшие под внезапный фланговый удар небольшой группы вражеских танков и авиации, подвергались панике… Боязнь окружения и страх перед воображаемыми парашютными десантами противника в течение длительного времени были настоящим бичом. И только там, где были крепкие кадры командного и политического состава, люди в любой обстановке дрались уверенно, оказывая врагу организованный отпор.

Вторая фаза. Наступление немецких войск по всему фронту (10 июля — август 1941 года)[править | править вики-текст]

Северное направление[править | править вики-текст]

2 июля группа армий «Север» продолжила наступление, её немецкая 4-я танковая группа наступала в направление Резекне, Остров, Псков. 4 июля 41-й мотокорпус занял Остров, 9 июля — Псков.

10 июля группа армий «Север» продолжила наступление на ленинградском (4-я танковая группа) и таллинском (18-я армия) направлениях. Однако немецкий 56-й мотокорпус был остановлен контрударом советской 11-й армии под Сольцами. В этих условиях немецкое командование 19 июля почти на три недели приостановило наступление 4-й танковой группы до подхода соединений 18-й и 16-й армий. Только в конце июля немцы вышли на рубеж рек Нарва, Луга и Мшага.

7 августа немецкие войска прорвали оборону 8-й армии и вышли на побережье Финского залива в районе Кунды. 8-я армия оказалась расчленённой на две части: 11-й стрелковый корпус отошёл к Нарве, а 10-й стрелковый корпус к Таллину, где вместе с моряками Балтийского флота обороняли город до 28 августа.

8 августа возобновилось наступление группы армий «Север» на Ленинград в направлении Красногвардейска, 10 августа — в районе Луги и на новгород-чудовском направлении. 12 августа советское командование нанесло контрудар под Старой Руссой, однако 19 августа противник нанёс ответный удар и нанёс поражение советским войскам.

19 августа немецкие войска заняли Новгород, 20 августа — Чудово. 23 августа завязались бои за Ораниенбаум; немцы были остановлены юго-восточнее Копорья (река Воронка).

Наступление на Ленинград[править | править вики-текст]

Для усиления группы армий «Север» ей были переданы 3-я танковая группа Г. Гота (39-й и 57-й мотокорпуса) и 8-й авиакорпус В. фон Рихтгофена.

В конце августа немецкие войска предприняли новое наступление на Ленинград. 25 августа 39-й мотокорпус взял Любань, 30 августа вышел к Неве и перерезал железнодорожное сообщение с городом, 8 сентября взял Шлиссельбург и замкнул кольцо блокады вокруг Ленинграда.

Однако приняв решение о проведении операции «Тайфун», А. Гитлер приказал высвободить не позднее 15 сентября 1941 года большую часть подвижных соединений и 8-й авиакорпус, которые призваны были участвовать в последнем наступлении на Москву.

К началу сентября 1941 года Гитлер пришёл к мнению, что Ленинград становится второстепенной целью, а силы должны быть сконцентрированы на московском направлении.

12 сентября 1941 года Гитлер отменил штурм города после получения от Маннергейма категорического отказа перейти согласованную с Лениным границу на Карельском перешейке (Weisung Nr.35. 06.09.1941) (О дальнейших боевых действиях на Ленинградском направлении см. Блокада Ленинграда.)

7 ноября немцы продолжили наступление в северном направлении. Были перерезаны железные дороги, по которым через Ладожское озеро поставлялось продовольствие в осаждённый Ленинград. Немецкие войска заняли Тихвин. Возникла угроза прорыва немецких войск в тыл и окружения 7-й отдельной армии, оборонявшей рубежи на реке Свирь. Однако уже 11 ноября 52-я армия наносит контрудар по войскам вермахта, занявшим Малую Вишеру. В ходе развернувшихся боёв маловишерская группировка немецких войск потерпела серьёзное поражение. Её силы были отброшены от города за реку Большую Вишеру.

Центральное направление[править | править вики-текст]

10 — 12 июля 1941 года группа армий «Центр» начала новое наступление на московском направлении. 2-я танковая группа форсировала Днепр южнее Орши, а 3-я танковая группа нанесла удар со стороны Витебска. 16 июля немецкие войска вступили в Смоленск, при этом в окружении оказались три советских армии (19-я, 20-я и 16-я). К 5 августа бои в Смоленском «котле» завершились, через Днепр переправились остатки войск 16-й и 20-й армий; в плен попало 310 тыс. человек.

На северном фланге советского Западного фронта немецкие войска овладели Невелем (16 июля), однако далее в течение целого месяца вели бои за Великие Луки. Большие проблемы для противника возникли также на южном фланге центрального участка советско-германского фронта: здесь советские войска 21-й армии предприняли наступление на Бобруйском направлении. Несмотря на то, что советским войскам не удалось захватить Бобруйск, они сковали значительное число дивизий немецкой 2-й полевой армии и треть 2-й танковой группы.

Таким образом, с учётом двух крупных группировок советских войск на флангах и непрекращающихся атак по фронту немецкая группа армий «Центр» не могла возобновить наступление на Москву. 30 июля она основными силами перешла к обороне и уделила основное внимание решению проблем на флангах. В конце августа 1941 года немецким войскам удалось разгромить советские войска в районе Великих Лук и 29 августа захватить Торопец.

8 — 12 августа началось продвижение 2-й танковой группы и 2-й полевой армии в южном направлении. В результате операций советский Центральный фронт был разгромлен, 19 августа пал Гомель. Широкомасштабное наступление советских фронтов Западного направления (Западного, Резервного и Брянского), начатое 30 августа — 1 сентября, не увенчалось успехом, советские войска понесли тяжёлые потери и 10 сентября перешли к обороне. Единственным успехом стало освобождение Ельни 6 сентября.

Южное направление[править | править вики-текст]

В Молдавии попытка командования Южного фронта остановить румынское наступление контратакой двух механизированных корпусов (770 танков) не увенчалась успехом. 16 июля 4-я румынская армия взяла Кишинёв, а в начале августа оттеснила Отдельную Приморскую армию к Одессе. Оборона Одессы почти на два с половиной месяца сковала силы румынских войск. Советские войска покинули город только в первой половине октября.

Тем временем в конце июля немецкие войска развернули наступление на белоцерковском направлении. 2 августа они отрезали от Днепра 6-ю и 12-ю советские армии и окружили их под Уманью; в плену оказалось 103 тыс. человек, в том числе оба командарма. Но хотя немецкие войска в результате нового наступления прорвались к Днепру и создали несколько плацдармов на восточном берегу, взять Киев с хода им не удалось.

Таким образом, группа армий «Юг» не смогла самостоятельно решить задачи, поставленные перед ней планом «Барбаросса». С начала августа по начало октября Красная армия осуществила серию атак под Воронежем.

Сражение под Киевом[править | править вики-текст]

Во исполнение приказа Гитлера южный фланг группы армий «Центр» начал наступление в поддержку группы армий «Юг».

После занятия Гомеля немецкая 2-я армия группы армий «Центр» наступала на соединение с 6-й армией группы армий «Юг»; 9 сентября обе немецкие армии соединились в восточном Полесье. К 13 сентября фронт советских 5-й армии Юго-Западного фронта и 21-й армии Брянского фронта оказался взломан окончательно, обе армии перешли к подвижной обороне.

Одновременно немецкая 2-я танковая группа, отразив удар советского Брянского фронта под Трубчевском, вышла на оперативный простор. 9 сентября 3-я танковая дивизия Моделя прорвалась на юг и 10 сентября захватила Ромны.

Тем временем 1-я танковая группа 12 сентября начала наступление с кременчугского плацдарма в северном направлении. 15 сентября 1-я и 2-я танковые группы соединились у Лохвицы. В гигантском Киевском «котле» оказались основные силы советского Юго-Западного фронта; число пленных составило 665 тыс. человек. Оказалось разгромлено управление Юго-Западного фронта; командующий фронтом генерал-полковник М. П. Кирпонос погиб.

В результате в руках противника оказалась Левобережная Украина, путь на Донбасс был открыт, советские войска в Крыму оказались отрезаны от основных сил. В середине сентября немцы вышли на подступы к Крыму.

Продолжение наступления на юге[править | править вики-текст]

Крым имел стратегическое значение, как один из путей к нефтеносным районам Кавказа (через Керченский пролив и Тамань). Кроме того, Крым был важен, как база для авиации. С потерей Крыма советская авиация лишилась бы возможности налетов на нефтепромыслы Румынии, а немцы смогли бы наносить удары по целям на Кавказе. Советское командование понимало важность удержания полуострова и сосредоточило на этом усилия, отказавшись от обороны Одессы. 16 октября Одесса пала.

В направлении Приазовья 8 октября была окружена и погибла 18-я армия Южного фронта.

17 октября занят Донбасс (пал Таганрог). 25 октября захвачен Харьков. 2 ноября — занят Крым и блокирован Севастополь. 30 ноября — силы группы армий «Юг» закрепились на рубеже Миус-фронта.

Поворот от Москвы[править | править вики-текст]

В конце июля 1941 года немецкое командование было ещё полно оптимизма и считало, что цели, поставленные планом «Барбаросса», будут достигнуты в ближайшее время. В качестве сроков достижения этих целей были указаны: Москва и Ленинград — 25 августа; рубеж Волги — начало октября; Баку и Батуми—начало ноября[38].

25 июля на совещании начальников штабов Восточного фронта вермахта говорилось об осуществлении операции «Барбаросса» по времени:

  • Группа армий «Север»: Операции развивались почти в полном соответствии с планами.
  • Группа армий «Центр»: До начала Смоленского сражения операции развивались в соответствии с планами, затем развитие замедлилось.
  • Группа армий «Юг»: Операции по времени развивались медленнее, чем предполагалось.

К 27 июля относятся первые обсуждения возможного изменения направления главного удара группы армий «Центр». Йодль обращается к Гитлеру с предложением продолжить после окончания боев под Смоленском наступление на Москву, на что получает ответ: «необходимо как можно скорее овладеть Донецким промышленным районом, и тем самым лишить русских возможности получать вооружение и отрезать их от нефтяных источников». 28 июля Гитлер вновь повторят свое мнение, что для него большее значение имеет индустриальный район Харькова, нежели Москва. Гитлер всё более стал склоняться к тому, чтобы отложить наступление на Москву. На совещании в штабе группы армий «Юг» 4 августа он заявил: «Вначале должен быть захвачен Ленинград, для этого используются войска группы Гота. Во вторую очередь производится захват восточной части Украины… И только в последнюю очередь будет предпринято наступление с целью захвата Москвы».

На следующий день Ф. Гальдер уточнил у А. Йодля мнение фюрера: Каковы наши главные цели: хотим ли мы разбить противника или преследуем хозяйственные цели (захват Украины и Кавказа)? Йодль ответил, что фюрер считает, что обе цели могут быть достигнуты одновременно. На вопрос: Москва или Украина или Москва и Украина, следует ответить — и Москва, и Украина. Мы должны это сделать, ибо в противном случае мы не сможем разгромить противника до наступления осени[39].

21 августа 1941 года Гитлер издал новую директиву, в которой говорилось: «Важнейшей задачей до наступления зимы является не захват Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на реке Донец и блокирование путей подвоза русскими нефти с Кавказа. На севере такой задачей является окружение Ленинграда и соединение с финскими войсками».

Оценка решения Гитлера[править | править вики-текст]

Решение Гитлера отказаться от немедленного наступления на Москву и повернуть 2-ю армию и 2-ю танковую группу в помощь группе армий «Юг» вызвало неоднозначные оценки в среде немецкого командования.

Командующий 3-й танковой группой Г. Гот писал в своих мемуарах: «Против продолжения наступления на Москву в то время был один веский аргумент оперативного значения. Если в центре разгром находившихся в Белоруссии войск противника удался неожиданно быстро и полно, то на других направлениях успехи были не столь велики. Например, не удалось отбросить на юг противника, действовавшего южнее Припяти и западнее Днепра. Попытка сбросить прибалтийскую группировку в море также не увенчалась успехом. Таким образом, оба фланга группы армий „Центр“ при продвижении на Москву подверглись опасности оказаться под ударами, на юге эта опасность уже давала о себе знать…»[40].

Командующий немецкой 2-й танковой группой Г. Гудериан писал: «Бои за Киев, несомненно, означали собой крупный тактический успех. Однако вопрос о том, имел ли этот тактический успех также и крупное стратегическое значение, остаётся под сомнением. Теперь всё зависело от того, удастся ли немцам добиться решающих результатов ещё до наступления зимы, пожалуй, даже до наступления периода осенней распутицы»[41].

Лишь 30 сентября немецкие войска, подтянув резервы, перешли в наступление на Москву. Однако позднее начало наступления, упорное сопротивление советских войск, сложные погодные условия поздней осени привели к остановке наступления на Москву и провалу операции «Барбаросса» в целом.

Итоги операции «Барбаросса»[править | править вики-текст]

Конечная цель операции «Барбаросса» осталась недостигнутой. Несмотря на впечатляющие успехи вермахта, попытка разгромить СССР в одной летне-осенней кампании провалилась.

Основные причины можно связать с общей недооценкой Красной армии и мобилизационных возможностей СССР. Несмотря на то, что до войны общее количество и состав советских войск было определено немецким командованием достаточно верно, к крупным просчётам абвера следует отнести неверную оценку способности СССР по формированию и вооружению новых соединений и объединений сухопутной армии. К третьему месяцу войны ожидалось встретить не более 40 новых дивизий Красной армии. На самом деле советское руководство только летом на фронт направило 324 дивизии (с учётом развёрнутых ранее 222 дивизий), то есть, в этом вопросе немецкая разведка значительно ошиблась. Уже в ходе штабных игр, проводимых немецким Генеральным штабом, выяснилось, что наличных сил недостаточно. Особенно тяжёлая ситуация складывалась с резервами. Фактически, «Восточный поход» предстояло выигрывать одним стратегическим эшелоном войск. Таким образом, было установлено, что при успешном развитии операций на театре военных действий, «который расширяется к востоку наподобие воронки», немецкие силы «окажутся недостаточными, если не удастся нанести решающее поражение русским до линии Киев — Минск — Чудское озеро»[42].

Между тем, на линии рек Днепр — Западная Двина вермахт ждал Второй стратегический эшелон советских войск. У него за спиной сосредотачивался Третий стратегический эшелон. Важным этапом в срыве плана «Барбаросса» стало Смоленское сражение, в котором советские войска, несмотря на тяжёлые потери, остановили продвижение противника на восток.

Кроме того, взаимодействие между группами армий осложнялось тем, что они наносили удары по расходящимся направлениям — на Ленинград, Москву и Киев. Немецкому командованию пришлось проводить частные операции по защите флангов центральной наступающей группировки. Эти операции, хотя и были успешными, приводили к потере времени и трате моторесурса бронетехники механизированных войск. Уже в августе возник вопрос приоритета целей: Ленинград, Москва или Ростов-на-Дону. Когда эти цели вступили между собой в противоречие, возник кризис командования.

Группа армий «Север» не смогла захватить Ленинград.

Группа армий «Юг» не смогла совершить глубокий охват своим левым флангом (6-я и 17-я армии) и уничтожить основные войска противника на правобережной Украине в намеченные сроки и как следствие войска Юго-Западного и Южного фронтов смогли отойти к Днепру и закрепиться.

В дальнейшем, поворот основных сил группы армий «Центр» от Москвы привёл к потере времени и стратегической инициативы.

Осенью 1941 года немецкое командование попыталось найти выход из кризиса в операции «Тайфун».

Кампания 1941 года окончилась поражением немецких войск на центральном участке советско-германского фронта под Москвой, под Тихвином на северном фланге и под Ростовом на южном фланге.

По оценке американских военных наблюдателей, немецкие потери на 11 декабря 1941 составляли 1,3 миллиона убитыми[43]. По данным советского Информбюро — 6 миллионов человек, то есть 1,5 — 2 миллиона убитыми[44].

Оценка действий советского командования[править | править вики-текст]

К. Рокоссовский писал[45]:

Конечно, можно было предположить, что противник, упредивший нас в сосредоточении и развертывании у границ своих главных сил, потеснит на какое-то расстояние наши войска прикрытия. Но где-то, в глубине, по реальным расчётам Генерального штаба, должны успеть развернуться наши главные силы. Им надлежало организованно встретить врага и нанести ему контрудар. Почему же этого не произошло?..

Приходилось слышать и читать во многих трудах военного характера, издаваемых у нас в послеоктябрьский период, острую критику русского генералитета, в том числе и русского Генерального штаба, обвинявшегося в тупоумии, бездарности, самодурстве и пр. Но, вспоминая начало Первой мировой войны и изучая план русского Генерального штаба, составленный до её начала, я убедился в обратном.
Тот план был составлен именно с учётом всех реальных особенностей, могущих оказать то или иное влияние на сроки готовности, сосредоточения и развертывания главных сил. Им предусматривались сравнительные возможности России и Германии быстро отмобилизоваться и сосредоточить на границе свои главные силы. Из этого исходили при определении рубежа развертывания и его удаления от границы. В соответствии с этим определялись также силы и состав войск прикрытия развертывания. По тем временам рубежом развертывания являлся преимущественно рубеж приграничных крепостей. Вот такой план мне был понятен.
Какой же план разработал и представил правительству наш Генеральный штаб? Да и имелся ли он вообще?..
Мне остро захотелось узнать, где намечался рубеж развертывания. Предположим, что раньше он совпадал с рубежом наших УРов, отнесенных на соответствующее pacстояние от старой границы. Это было реально…
…То, что произошло 22 июня, не предусматривалось никакими планами, поэтому войска были захвачены врасплох в полном смысле этого слова…
…Даже тогда, когда совершенно ясно были установлены направления главных ударов, наносимых германскими войсками, а также их группировка и силы, командование округа оказалось неспособным взять на себя ответственность и принять кардинальное решение для спасения положения, сохранить от полного разгрома большую часть войск, оттянув их в старый укреплённый район.
Уж если этого не сделал своевременно Генеральный штаб, то командование округа обязано было это сделать, находясь непосредственно там, где развертывались эти трагические события.
Роль командования округа свелась к тому, что оно слепо выполняло устаревшие и не соответствующие сложившейся на фронте и быстро менявшейся обстановке директивы Генерального штаба и Ставки. Оно последовательно, нервозно и безответственно, а главное, без пользы пыталось наложить на бреши от ударов главной группировки врага непрочные «пластыри», то есть неподготовленные соединения и части. Между тем заранее знало, что такими «пластырями» остановить противника нельзя: не позволяли ни время, ни обстановка, ни собственные возможности. Организацию подобных мероприятий можно было наладить где то в глубине территории, собрав соответствующие для проведения этих мероприятий силы. А такими силами округ обладал, но они вводились в действие и истреблялись по частям…

…Ведь элементарные правила тактики, оперативного искусства, не касаясь уже стратегии, гласят о том, что проиграв сражение или битву, войска должны стремиться к тому, чтобы, прикрываясь частью сил, оторваться основными силами от противника, не допустив их полного разгрома. Затем с подходом из глубины свежих соединений и частей организовать надежную оборону и в последующем нанести поражение врагу.

С другой стороны, К.Симонов писал[46]:

Следовало ли нам стремиться в начале войны поспешно выводить свои войска из всех намечавшихся окружений? С одной стороны, как будто да. Но если так, то можно ли было в первые же дни войны отдать приказ о немедленном общем отступлении всех трех стоявших в приграничье армий Западного фронта. На мой взгляд, такой приказ в эти первые дни было бы невозможно отдать не только технически, из-за отсутствия связи, но и психологически.

Лев Толстой в своем дневнике 1854 года писал: «Необстрелянные войска не могут отступать, они бегут». Замечание глубоко верное; организованное отступление — самый трудный вид боевых действий, тем более для необстрелянных войск, какими в своем подавляющем большинстве были наши войска к началу войны. Такое всеобщее отступление на практике в заранее не предусмотренной нашими предвоенными планами обстановке могло превратиться под ударами немцев в бегство.
Да, в 1941 году случалось и так, что мы бежали. Причем случалось это с теми самыми ещё не обстрелянными тогда частями, которые впоследствии научились и стойко обороняться, и решительно наступать.
Но в том же сорок первом году многие наши части, перед которыми с первых дней была поставлена задача контратаковывать и жестко обороняться, выполняли эту задачу в самых тяжелых условиях и именно в этих боях, а потом, при прорывах из окружения, приобретали первый, хотя и дорого обошедшийся им боевой опыт.
Если бы мы в первые дни и недели войны, избегая угроз окружений, повсюду лишь поспешно отступали и нигде не контратаковывали и не стояли насмерть, то, очевидно, темп наступления немцев, и без того высокий, был бы ещё выше. И ещё о вопрос, где бы нам удалось в таком случае остановиться.

Нет нужды оправдывать сейчас все решения, принимавшие у нас в то время, в том числе и ряд запоздалых решений на отход или, в других случаях, противную здравому смыслу боязнь сократить, спрямить фронт обороны только из-за буквально понятого предвоенного лозунга «Не отдать ни пяди», который при всей его внешней притягательности в своем буквальном толковании на поле боя бывал и опасен и неверен с военной точки зрения. Однако думается, что реальный ход войны в первый её период сложился как равнодействующая нескольких факторов. Сочетание наших отступлений, своевременных и запоздалых, нашими оборонами, подвижными и жесткими, кровавыми и героическими, в том числе и длительными, уже в окружениях, предопределило и замедление темпа наступления немцев, и неожиданную для них несломленность духа нашей армии после первых недель боев.

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Командующий ВВС Западного Особого военного Округа генерал-майор авиации И. И. Ко́пец, узнав о потерях ВВС округа в течение первого дня войны, застрелился. Генерал-майор авиации С. А. Черных, командир 9-й смешанной авиационной дивизии, потерявшей в первый день войны 347 самолётов из 409, 8 июля 1941 был арестован и вскоре расстрелян.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Боевой и численный состав Вооруженных Сил СССР в период Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.). Статистический сборник № 1 (22 июня 1941 г.)
  2. М. И. Мельтюхов. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941. — М.: Вече, 2000
  3. Коллектив авторов. Россия и СССР в войнах ХХ века: Потери Вооружённых Сил / Г. Ф. Кривошеев. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. — С. 263. — 608 с. — (Архив). — 5 000 экз. — ISBN 5-224-01515-4
  4. М. И. Мельтюхов. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941. — М.: Вече, 2000 — с.453-454.
  5. М. И. Мельтюхов. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941. — М.: Вече, 2000 — с.456.
  6. Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск 1939—1940. Т. II. — М.: Воениздат, 1971 — С. 80.
  7. Мельтюхов М.И. Советская разведка и проблема внезапного нападения // Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939-1941.. — Москва: Вече, 2000. — С. 298-299.
  8. Р. А. Исмаилов. Операция «Барбаросса» — кризис мировой войны.
  9. Gerhart Binder.Epoche der Entscheidungen/ Eine geschichte des 20.Jahrhunderts mit Dokumenten in text und Bild. Sechste Auflage 40.-48.Tausend. Seewald Verlag Stuttgart-Degerloch. 1960.
  10. 1 2 Paul Carell. Unternehmen Barbarossa. 1963. Verlag Ullstein GmbH. Frankfurt/M — Berlin
  11. РГВА. Ф. 1280, Оп. 2, Д. 26, Л. 23—24.
  12. Исаев, Глава I
  13. 1 2 3 Бобылёв П. Н. Репетиция катастрофы // Военно-исторический журнал. — 1993. — № 7—8.
  14. Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. В 2-х тт. — М.: Олма-Пресс, 2002.
  15. Бобылёв П. Н.Точку в дискуссии ставить рано. К вопросу о планировании в генеральном штабе РККА возможной войны с Германией в 1940—1941 годах // Отечественная история. — 2000. — № 1.
  16. А. В. Исаев. От Дубно до Ростова. — М.: АСТ; Транзиткнига, 2004. — С. 105.
  17. Lewin, 2001, p. 104
  18. [www.soldat.ru/files/f/boevoj_sostav_sa_1941.pdf‎ Боевой состав советской армии. Часть 1 (июнь-декабрь 1941 года).// Военно-научное управление Генерального штаба. Военно-исторический отдел. (pdf, 478 КБ)]
  19. М. И. Мельтюхов. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941. — М.: Вече, 2000 — С. 446.
  20. 1941 год-уроки и выводы
  21. М.Шутенко. Нереализованное превосходство
  22. К. ТИППЕЛЬСКИРХ.ИСТОРИЯ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  23. 1 2 3 4 1941 год — уроки и выводы — М.: Воениздат, 1992.
  24. 1 2 3 4 Владимир Мартов. БЕЛОРУССКИЕ ХРОНИКИ, 1941 ГОД
  25. К.СимоновРазные дни войны. Дневник писателя
  26. 1 2 Из неопубликованных воспоминаний Маршала Советского Союза Г. К. Жукова
  27. Сахаров, Андрей Николаевич Глава 5: // История России с древнейших времен до наших дней.. — Prospekt.org, 2010. — Т. 2. — С. 531. — 718 с. — ISBN 9785392010257
  28. Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. Т. III. — М.: Воениздат, 1971.
  29. 1 2 3 1941 год — уроки и выводы
  30. Причины поражения механизированных корпусов РККА
  31. М.Моргунов. Стальные армады
  32. Производство танков в СССР накануне и в начале войны
  33. А.Ермолов. ЭВАКУАЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ СОВЕТСКОЙ ТАНКОВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В 1941 Г.: УНИКАЛЬНОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ ИЛИ МАСШТАБНАЯ НЕУДАЧА?
  34. Ф.Гальдер. Военный дневник
  35. Перевод дневника Гальдера. Интересные подробности
  36. Гордость России
  37. [К. Рокоссовский. Солдатский долг http://militera.lib.ru/memo/russian/rokossovsky/01.html]
  38. Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. Том III. — М.: Воениздат, 1971; комментарии к записи от 23 июля 1941 года.
  39. Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. Том III. — М.: Воениздат, 1971
  40. Г. Гот. Танковые операции. — М.: Воениздат, 1961.
  41. Г. Гудериан. Воспоминания солдата. — Смоленск.: Русич, 1999. — с.305-306.
  42. Р. А. Исмаилов. Операция «Барбаросса» — кризис мировой войны.
  43. «СОВЕТСКАЯ РОССИЯ»
  44. Наша Победа. День за днём — проект РИА Новости
  45. [К. Рокоссовский. Солдатский долг http://militera.lib.ru/memo/russian/rokossovsky/02.html]
  46. Разные дни войны. Дневник писателя

Литература[править | править вики-текст]

Логотип Викитеки
В Викитеке есть тексты по теме
Операция «Барбаросса»

Ссылки[править | править вики-текст]