Патологическое накопительство

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Комната человека, одержимого патологическим накопительством

Патологи́ческое накопи́тельство (также силлогомания, синдром Плюшкина и др.) — вид навязчивого поведения, заключающийся в собирании и хранении неиспользуемых вещей, чаще всего — предметов домашнего обихода в настолько больших количествах, что они препятствуют использованию помещений по прямому назначению. Например, проживающие не могут свободно перемещаться по жилищу, комфортно принимать пищу (из-за обилия вещей на столе и кухне принимать пищу приходится держа тарелку на коленях, пользование кухонной техникой и раковиной затруднено), справлять естественные надобности (из-за чрезмерного загромождения уборной невозможно закрыть дверь), отдыхать (кровать и прилегающее пространство заставлено, на стенах развешаны пакеты с вещами), воспитывать детей (свободные на момент рождения детей комнаты оказываются завалены вещами, дети находятся вместе с родителями, где у них нет места для игр и развития, негде даже ползать по полу).

Подверженные данному расстройству люди рационализируют своё поведение и считают его нормальным даже при крайней степени выраженности.

Патологическое накопительство, иногда до крайней степени жадности, может быть вызвано недостатком материального внимания в детстве. Во многих случаях склонность к патологическому накопительству появляется в связи с серьёзными жизненными потрясениями, такими как развод, тяжелая болезнь или смерть близкого человека, что стимулирует первоначально хранить вещи близкого человека, но постепенно навязчивое накопительство начинает охватывать и остальные предметы и принимает угрожающий характер. Человек, одержимый патологическим накопительством, крайне трепетно относится к своим вещам, душевные муки он испытывает, даже если его вынуждают выбросить сущую мелочь — газету или полиэтиленовый пакет.

Хранение своих старых вещей[править | править вики-текст]

Перед тем как выбросить старую вещь, человеку свойственно задумываться: «Может ли эта вещь или её часть ещё пригодиться?» Также свойственно хранить ненужные, но «дорогие как память» вещи. В сельской местности этому способствовало наличие доступных мест хранения (сараи, чердаки, дворы и т. п.)

Признаки патологии в хранении старых вещей[править | править вики-текст]

Признаки:

  • сохранение большинства старых вещей, всех или почти всех, даже тех, которые маловероятно как-либо использовать в будущем;
  • сваливание старых вещей в кучу, без разбора и сортировки (неизвестно, что и где лежит);
  • неиспользование старых вещей для ремонта или конструирования.

Американским образовательным учреждением для профессиональных организаторов разработана шкала от 1 до 5, характеризующая уровень патологического накопительства[нет в источнике].[1] Первый уровень характеризуется свободным доступом к дверям и лестницам, беспорядок не чрезмерный, безопасные условия проживания. Пятый уровень характеризуется явными повреждениями дома, разрушением стен; отсутствием электроэнергии, водоснабжения или канализации; кухня и ванная комната непригодны к использованию из-за загромождения; субъект предпочитает спать вне дома (в машине, во дворе дома и т. п.) из-за малопригодности дома для обитания.

Собирание выброшенных вещей[править | править вики-текст]

Также может быть нормой для редких, эпизодических «подборов по случаю» (например, фильм «Осенний марафон», выброшенная из окна куртка), причём необязательно людей бедных — и среднего достатка человек не посчитает зазорным привезти себе на дачу старых кирпичей со стройки. При этом, однако, подобранная вещь используется сразу или в ближайшее время.

Признаки патологии в собирании старых вещей — те же, что и при хранении: бессистемное сваливание в общую кучу и неиспользование.

Крайний случай, к которому обычно и применяется термин — захламление всего жилища самыми разнообразными вещами, по сути — мусором. Если человек работает, то все доступные ему площади он также пытается использовать для хранения старых вещей, но обычно встречает сопротивление коллег и начальства.

Особенности и сравнение с шопоголизмом[править | править вики-текст]

Суть накопительства — трудность расставания с вещами, человеку крайне тяжело не только выбросить, но даже отдать вещь просящему её другому человеку. Ценность вещи при этом осознаётся как возможное её положительное применение. Также реже вещь может иметь эстетическую или историческую для индивида ценность. Расставание с вещью воспринимается как утрата.

Второй момент — часть вещей «для коллекции» при накопительстве достаются бесплатно или покупаются за символическую цену. Психологически это ощущается как чистая выгода — обретение пусть малоценного, но — предмета — при отсутствии существенных затрат. Затраты на хранение при этом не учитываются.

При прогрессировании расстройства, как и во всех маниях, в поведении может начать преобладать компульсия (привычка, неудержимые порывы).

Как крайняя степень экономии, доведение до абсурда, патологическое накопительство полярно противоположно к шопоголизму в вопросе траты и ценности денег, однако стимул у них по сути одинаков — вещи.

Другие названия явления[править | править вики-текст]

В церковнославянском языке страсть к собиранию вещей называется мшелоимство, и по православным традициям считается грехом. Иногда это шутливо называют «синдромом Плюшкина». Другое название — силлогомания. Также часто используется как синоним диспозофобии — боязни выбрасывать вещи.

Разновидностью патологического накопительства является патологическое накопительство животных, например котофилия, которой чаще всего подвержены одинокие женщины средних лет а также пенсионного возраста, которые в большом количестве заводят домашних животных (чаще всего кошек), что нередко затрудняет бытовые условия, а также приводит к постоянным конфликтам с соседями.

В кино и телевидении[править | править вики-текст]

  • Синдром накопительства пародируется в американском мультсериале «Южный парк» серия 1410 (№ 205) «Новчало» (англ. Insheeption)

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

  • Nordsletten AE, Reichenberg A, Hatch SL, et al. (2013). «Epidemiology of hoarding disorder.». Br J Psychiatry. 203 (6): 445-52. DOI:10.1192/bjp.bp.113.130195+.

Ссылки[править | править вики-текст]