Солдаты (фильм)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Солдаты
Soldati-cover.jpg
Жанр

драма
военный фильм

Режиссёр

Александр Иванов

Автор
сценария

Виктор Некрасов

В главных
ролях

Всеволод Сафонов
Иннокентий Смоктуновский
Тамара Логинова

Оператор

Вячеслав Фастович

Композитор

Олег Каравайчук

Кинокомпания

Ленфильм

Длительность

106 мин.

Страна

СССРFlag of the Soviet Union.svg СССР

Год

1956

IMDb

ID 0049776

«Солдаты» — советский художественный фильм 1956 года по мотивам книги Виктора Некрасова «В окопах Сталинграда».

Сюжет[править | править вики-текст]

На пороге Сталинградской битвы

Июль 1942 года. От самого Харькова отступают трое боевых друзей: 28-летний лейтенант Керженцев, его связной Валега и полковой разведчик Иван Седых. С толпою беженцев проходят они мимо украинских деревень к Сталинграду. Здесь на несколько суток передышки они останавливаются в семье ветерана-строителя Сталинградского тракторного завода, Керженцев знакомится с его дочерью Люсей, работающей в госпитале. Они прогуливаются по набережной Волги и попадают на ещё не известный большинству советских людей Мамаев курган.

Керженцев производит на Люсю впечатление человека достаточно сухого, малоразговорчивого, технаря. Он и вправду собирался быть инженером, 19 июня 1941 года он получил заветный диплом престижного Киевского вуза, а 20-го купил новенькую рейсшину. Но война рассудила иначе, и он попал в инженерные войска. Теперь его жизнь высушена войной. Да и Мамаев курган он внимательно изучает для того, чтобы понять, как здесь можно расставить правильно пулемёты.

Они сидят на краю оврага, извилистого и голого, и смотрят, как ползет поезд внизу. Он страшно длинный, на платформах у него что-то, покрытое брезентом,- должно быть, танки. Короткотрубый, точно надувшийся, паровоз тяжело и недовольно пыхтит. Он не жалеет дыма, тянет медленно, с упорством привыкшего к тяжести битюга.

— О чём вы думаете? — спрашивает Люся.
— О пулемете. Здесь хорошее место для пулемета.

Война сделала его прагматиком, за военные месяцы он не прочёл ни одной книжки, и сейчас не без юмора признается Люсе:

— Даже на Луну я смотрю с точки зрения пригодности в военном деле.

Наутро он прощается с ней, трамвай увозит Люсю в ещё мирный город.

Командир батальона

А лейтенант Керженцев получает назначение в 184-ю дивизию, где заменит погибшего комбата. Правда, негусто бойцов в батальоне: вместо 400 по штату военного времени всего 36 — но зато три дюжины, как на подбор, герои.

Бок о бок с ним сражаются полковые разведчики-морпехи во главе с неугомонным и храбрым весельчаком Чумаком (Л. Кмит, сыгравший Петьку в «Чапаеве»), с которым поначалу у Керженцева начинается конфликт. В числе запоминающихся лиц мелькнет фигура интеллигента в очках — Фарбера (И. Смоктуновский), таскающего за собой на поясе длинную и тяжелую шинель, романтика, не расстающегося со своей записной книжкой. Бог весть как он попал на фронт, стал комвзводом и уцелел за год войны. Комдив удивится на комвзода Карнаухова, который на стенке блиндажа поместил портрет Джека Лондона и бережно хранит на передовой его книжку «Мартин Иден» (в кадре мелькнёт прежняя, довоенная транскрипция романа — «Мартин Идэн»).

Две траншеи

Батальон получает задание от комдива захватить первые две линии немцев, удерживающих господствующие высоты у завода «Метиз» на Мамаевом кургане. Комбат Керженцев выполняет первый этап: немцы из первой линии выбиты, задание выполнено практически без потерь. Но стремясь выслужиться перед командованием, начштаба полка Георгий Алексеевич Абросимов даёт преступный приказ: на рассвете под проливным и холодным дождём и на легко простреливаемой фашистами местности начать атаку на вторую линию. В этой роковой атаке гибнет половина батальона. На руках Керженцева умирает его друг и командир взвода Карнаухов (в книге Карнаухов, однако, погибает в фашистском окопе с несколькими солдатами, а на руках у Керженцева умирает начальник штаба Харламов).

Абросимова на партсобрании разжалывают в рядовые. А в книге Абросимова отправляют в штрафную роту. При этом Фарбер говорит патетическую и искреннюю речь о «дурости» некоторых приказов.

Ранение

Чумак и Керженцев обсуждают план захвата второй траншеи, как вдруг раздается взрыв и Керженцев, тяжело раненный в грудь, падает навзничь. Валега отвозит его в госпиталь, тот самый, где работает Люся. Девушка поражена, увидев доставленного без сознания Юру. Теперь она врач, и активно помогает его выздоровлению. У Керженцева и Люси завязывается роман, но наступает момент, когда раны залечены и лейтенанту надо возвращаться в строй. Зимний яркий солнечный день. Разрушенный, но живущий Сталинград и сталинградцы. Керженцев с удовлетворением замечает, что на смену неразберихи первых дней осады полностью наведен порядок: проход на передовую только по документам, к фронту двигается новая техника, пушки запряжены в тягачи, а не перевозятся вручную, как прежде, обожженными от «бога войны» руками солдатов.

Он подходит к своему «Метизу», видит окопы, роковые для его батальона, и комвзвода Карнаухова. Завершается сцена встречей с Чумаком и Иваном Седых, который добился своей мечты: на его груди блестит боевой орден. Под руку попадает трофейная «Лейка», доставшаяся разведчикам. И под совет Фарбера: «выдержка одна сотая, диафрагма восемь», Керженцев делает снимки своих боевых товарищей. Эта фотография перемещается в кадре на стену под голос Керженцева о том, чтобы новое поколение никогда не знало ужасов войны. В этом и есть смысл окопной правды: воевать, чтобы никогда не было грохота орудий и смертей.

В ролях[править | править вики-текст]

Съёмочная группа[править | править вики-текст]

Интересные факты[править | править вики-текст]

  • В этом фильме дебютировали в кино Всеволод Сафонов и Николай Погодин.
  • Из-за политических воззрений автора повести фильм, после нескольких лет проката в конце 1950-х годов, несмотря на престижную премию, был позже надолго положен на полку. После эмиграции Некрасова и вовсе был предан забвению. Фильм вернули из небытия и показали вновь 9 Мая 1991 года.
  • Книга вышла в 1946 году в журнале «Знамя», главным редактором которого тогда был Всеволод Вишневский.
  • Несмотря на острую критику повести Некрасова, Сталин лично защитил автора от нападок критики, обвинявшей его в «ползучем реализме», «ремаркизме» и «пацифизме», и присудил ему премию собственного имени 2-й степени.

Отличия фильма от литературной первоосновы[править | править вики-текст]

  • Помещённое в заглавие фильма упоминание «по повести Некрасова» — сделано с долей политического лукавства: на дворе новое «тысячелетие» под названием «начало оттепели»:
    • От повести в фильме сохранилась только часть персонажей и частично — последовательность событий.
    • Фильм, поставленный спустя десятилетие после выхода в свет книги и десятилетнего забвения, лишен предисловия о боях на Украине, лишен не только образов Ширяева, Самусева и Гоглидзе, которые сражались с четверкой на Украине, но и одного из главных героев — Игоря (соответственно, четверка во главе с Керженцевым превратилась в фильме в тройку).
  • Глава семейства, куда прибыли на постой боевые друзья перед осадой Сталинграда, из Николая Николаевича превратился в Георгия Амвросиевича (в книге — это инженер-электрик ТЭЦ), включив в себя черты двух книжных персонажей.
  • Ряд политических вставок:
    • Из фильма исключены упоминания о минировании промышленных объектов (и добрая пятая часть сюжета): город врагу сдавать не собирались!
    • Исключен персонаж Калужский, провоцирующий Керженцева на работу в штабе.
    • В книге Абросимова отправляют в штрафную роту.
    • В фильме отсутствует сцена прихода перед боем проверяющих из политотдела.
    • Добавлен персонаж комиссара дивизии, который настраивает солдат перед боем за первую траншею.
    • Керженцев стал коммунистом, хотя в повести об этом не говорится.
  • В повести перед началом атаки на траншею Чуйков посылает лишь один «кукурузник», который сбрасывает несколько бомб. На звуковой дорожке фильма явно слышны отзвуки многочисленных взрывов в немецких траншеях и шум целой эскадрилии.
  • Разговор Керженцева с Фарбером не берегу перед концертом переносят на сентябрь, хотя в книге это конец октября — начало ноября.
  • Из фильма исключено всякое упоминание о Сталине, включая фотографии вождя, а заодно и упоминание о праздновании 35-й годовщины Великого Октября, к организации этой революции, как известно, Н. Хрущев, в виду юного возраста, не имел отношения. Само название города звучит крайне редко.
  • Чтобы не было ассоциациий с позорной сдачей Харькова, куда Ставка направила членом Военного Совета именно Хрущева, об этом городе в фильме говорят мало, а в книге, напротив, поминают в каждом окопном разговоре.
  • В сценарий фильма добавлена лирическая линия. Прописан роман Керженцева и Люси, а также появляется персонаж — санитарка Маруся, у которой возникает взаимная симпатия с Седых.
  • Керженцева в фильме ранят снарядом, а не из вражеского пулемета, по неосторожности бойца.
  • Финал картины полностью переписан, место действия перенесено к старым траншеям (у «Метиза») и Мамаева кургана.

В. Некрасов о сценарии[править | править вики-текст]

После какого-то там варианта стало ясно, что, слепо следуя книге, ты губишь и книгу, и будущий фильм. Кино не может всего переварить. У него свои законы, и законы очень суровые: сеанс полтора часа, картина 2700 метров, сценарий не больше восьмидесяти страниц на машинке. А в повести 250 страниц — 13 печатных листов. Что же делать? Выход один. На кинематографическом языке это называется делать «по мотивам». То есть та же мысль, те же основные события, те же основные герои, но не обязательно те же «предлагаемые обстоятельства». Короче говоря, ты делаешь некую «выжимку» из произведения, берешь из него самое существенное и лепишь нечто новое, рассчитанное уже не на читателя (режиссёр и актёры не в счёт), а на зрителя, у которого к тебе — писателю, совсем другие требования, чем у читателя.

— Виктор Некрасов. Три встречи

Как переписывались афоризмы[править | править вики-текст]

Афоризмы в фильме и книге отличаются не столько спецификой жанров искусства и необходимостью «окиношнить» текст диалогов из повести, сколько политическим заказом 1956 года, кампанией десталинизации и развенчанием культа личности, показом главной и направляющей роли партии. В фильме диалоги, они мягче, в них больше юмора, чем желчи; больше политики, чем правды войны:

— Даже на Луну я смотрю с точки зрения пригодности в военном деле. (Керженцев в фильме)

— Я теперь и на луну смотрю с точки зрения её выгодности и полезности (цитата из книги)

— Страшнее всего на войне не снаряды, не бомбы, а незнание, куда приложить силы. (Керженцев в фильме)

— Да, самое страшное на войне — это не снаряды, не бомбы, ко всему этому можно привыкнуть; самое страшное — это бездеятельность, неопределённость, отсутствие непосредственной цели. Куда страшнее сидеть в щели в открытом поле под бомбежкой, чем идти в атаку. А в щели ведь шансов на смерть куда меньше, чем в атаке. Но в атаке — цель, задача, а в щели только бомбы считаешь, попадет или не попадет. (цитата из книги)
  • Если это можно назвать окапыванием, то — окопались (Фарбер) — добавлено в сценарий, в книге нет
  • Клинок дареный, на фашистского зверя приготовлен, а не банки открывать (Иван Седых) — добавлено в сценарий, в книге нет
  • Хлопцы, це ж — вино. А ну-ка, навались, кто пьющий! (Чумак) — добавлено в сценарий, в книге нет

В книге Люся и Юрий рассуждают о Блоке, но в 56-м уже возвращен читателю Есенин. Поэтому Керженцев читает именно его.

Награды[править | править вики-текст]

См. также[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]