Сражение под Прохоровкой

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Сражение под Прохоровкой
Основной конфликт: Вторая мировая война
Великая Отечественная война
Prokhorovka Monument1.JPG
Памятник павшим воинам в мемориальном комплексе «Прохоровское поле»
Дата

12 июля 1943

Место

Прохоровский район Белгородской области, координаты 51°01′01″ с. ш. 36°40′30″ в. д. / 51.017° с. ш. 36.675° в. д. / 51.017; 36.675 (G) (O)Координаты: 51°01′01″ с. ш. 36°40′30″ в. д. / 51.017° с. ш. 36.675° в. д. / 51.017; 36.675 (G) (O)

Итог

Ни одна из сторон не смогла достичь поставленных целей

Противники
СССРFlag of the Soviet Union (1923-1955).svg СССР Третий рейхFlag of German Reich (1935–1945).svg Третий рейх
Командующие
Павел Ротмистров,
генерал-лейтенант
Пауль Хауссер,
Обергруппенфюрер
Силы сторон
5-я гв. ТА и 5-я гв. А — 597 танков и САУ, 130 тыс. чел. 2-й тк СС — 311 танков и САУ, 70 тыс. чел.
Потери
Различные источники дают значительные расхождения по потерям, см. Потери около 70 танков и САУ, 842 убитыми, пропавшими и ранеными
 
Курская битва
Оборона: Курск (Северный фас: Орёл-Курск; Южный фас: Прохоровка)
Наступление: Орёл (Болхов-Орёл Кромы-Орёл) • Белгород-Харьков
 
Великая Отечественная война

Вторжение в СССР Карелия Заполярье Ленинград Ростов Москва Севастополь Барвенково-Лозовая Демянск Ржев Харьков Воронеж-Ворошиловград Сталинград Кавказ Великие Луки Острогожск-Россошь Воронеж-Касторное Курск Смоленск Донбасс Днепр Правобережная Украина Крым Белоруссия Львов-Сандомир Яссы-Кишинёв Восточные Карпаты Прибалтика Курляндия Бухарест-Арад Болгария Белград Дебрецен Гумбиннен-Гольдап Будапешт Апатин-Капошвар Польша Западные Карпаты Восточная Пруссия Нижняя Силезия Восточная Померания Моравска-Острава Верхняя Силезия Балатон Вена Берлин Прага

Сражéние под Прóхоровкой — сражение между частями германской и советской армий в ходе оборонительной фазы Курской битвы. Произошло 12 июля 1943 года на южном фасе Курской дуги (Белгородское направление) в полосе Воронежского фронта, в районе станции Прохоровка на территории совхоза Октябрьский (Белгородская область РСФСР). Некоторыми представителями Генштаба ВС СССР считается одним из крупнейших в военной истории сражением с применением бронетанковых сил[сн 1].

Непосредственное командование танковыми соединениями во время сражения осуществляли генерал-лейтенант Павел Ротмистров с советской стороны и оберстгруппенфюрер СС Пауль Хауссер — с немецкой.

Ни одной из сторон не удалось достичь целей, поставленных на 12 июля: немцам не удалось захватить Прохоровку, прорвать оборону советских войск и выйти на оперативный простор, а советским войскам не удалось окружить группировку противника.

Обстановка накануне сражения[править | править вики-текст]

Изначально основной удар немцев на южном фасе Курской дуги направлялся западнее — по операционной линии Яковлево — Обоянь. 5 июля, в соответствии с планом наступления, немецкие войска в составе 4-й танковой армии (48-й танковый корпус и 2-й танковый корпус СС) и Армейской группы «Кемпф» перешли в наступление против войск Воронежского фронта, на позиции 6-й и 7-й гвардейских армий в первый день операции немцы направили пять пехотных, восемь танковых и одну моторизованную дивизии. 6 июля по наступающим немцам были нанесены два контрудара со стороны железной дороги Курск — Белгород 2-м гвардейским танковым корпусом и из района Лучки (сев.) — Калинин силами 5-го гвардейского танкового корпуса. Оба контрудара были отражены силами 2-го танкового корпуса СС.

Для оказания помощи 1-й танковой армии Катукова, ведущей тяжёлые бои на Обоянском направлении, советское командование подготовило второй контрудар. В 23 часа 7 июля командующий фронтом Николай Ватутин подписал Боевой приказ № 0014/оп о готовности к переходу к активным действиям с 10:30 8 числа. Однако контрудар, наносившийся силами 2-го и 5-го гвардейских танковых корпусов, а также 2-го и 10-го танковых корпусов, хоть и ослабил давление на бригады 1-й ТА, однако ощутимых результатов не принёс.

Не достигнув решающего успеха — к этому моменту глубина продвижения наступающих войск в хорошо подготовленной советской обороне на Обоянском направлении составила лишь около 35 километров — германское командование в соответствии со своими планами, сместило острие главного удара в направлении Прохоровки с намерением выйти к Курску через излучину реки Псёл. Изменение направления удара было связано с тем, что согласно планам германского командования именно в излучине реки Псёл представлялось наиболее целесообразным встретить неизбежный контрудар превосходящих по численности советских танковых резервов. В случае, если до подхода советских танковых резервов п. Прохоровка германскими войсками занят не будет, то предполагалось вообще приостановить наступление и временно перейти к обороне, с целью использовать выгодный для себя рельеф местности, не дав советским танковым резервам вырваться из узкого дефиле[en], образованного топкой поймой реки Псёл и железнодорожной насыпью, и не дать им реализовать численное преимущество охватив фланги 2-го танкового корпуса СС.

К 11 июля немцы заняли исходные позиции для захвата Прохоровки. Вероятно, имея разведывательные данные о присутствии советских танковых резервов, германское командование предприняло действия по отражению неизбежного контрудара советских войск. 1-я дивизия Лейбштандарте-СС «Адольф Гитлер», укомплектованная лучше других дивизий 2-го танкового корпуса СС, заняла дефиле и 11 июля атак в направлении Прохоровки не предпринимала, подтягивая противотанковые средства и подготавливая оборонительные позиции. Напротив, обеспечивающие ее фланги 2-я танковая дивизия СС «Дас Райх» и 3-я танковая дивизия СС «Тотенкопф» вели 11 июля активные наступательные бои за пределами дефиле, пытаясь улучшить свое положение (в частности прикрывающая левый фланг 3-я танковая дивизия СС «Тотенкопф» расширила плацдарм на северном берегу реки Псёл сумев переправить на него, в ночь на 12 июля, танковый полк, обеспечив фланговый огонь по ожидаемым советским танковым резервам в случае их атаки через дефиле). К этому времени на позициях к северо-востоку от станции сосредоточилась советская 5 гвардейская танковая армия, которая, находясь в резерве, 6 июля получила приказ совершить 300-километровый марш и занять оборону на рубеже Прохоровка — Весёлый. Район сосредоточения 5 гвардейской танковой и 5 гвардейской общевойсковой армий был выбран командованием Воронежского фронта с учетом угрозы прорыва 2-м танковым корпусом СС советской обороны на прохоровском направлении. С другой стороны выбор указанного района для сосредоточения двух гвардейских армий в районе Прохоровки, в случае их участия в контрударе, неизбежно приводил к лобовому столкновению с наиболее сильной группировкой противника (2-м танковым корпусом СС), а учитывая характер дефиле исключал возможности охвата флангов обороняющейся на этом направлении 1-й дивизии Лейбштандарте-СС «Адольф Гитлер». Фронтовой контрудар 12 июля планировалось нанести силами 5-й гвардейской танковой армии, 5-й гвардейской армии, а также 1-й танковой, 6-й и 7-й гвардейских армий. Однако в реальности в атаку смогли перейти только 5-я гвардейская танковая и 5-я гвардейская общевойсковая, а также два отдельных танковых корпуса (2-й и 2-й гвардейский), остальные вели оборонительные бои против наступающих германских частей. Против фронта советского наступления оказались 1-я дивизия Лейбштандарте-СС «Адольф Гитлер», 2-я танковая дивизия СС «Дас Райх» и 3-я танковая дивизия СС «Тотенкопф».

Нужно отметить, что к этому времени немецкое наступление на северном фасе Курской дуги уже стало иссякать — с 10 июля наступающие части стали переходить к обороне.

Вспоминает генерал-майор Михаил Овсянников[1]:

Когда сражение за Поныри было проиграно немцами, то тут наступил коренной перелом во всей Курской битве. И вот для того, чтобы боевую ситуацию как-то повернуть по-другому, в свою пользу, немцы и ввели танковые войска под Прохоровкой.

Силы сторон[править | править вики-текст]

Традиционно, советские источники указывают, что в сражении участвовало около 1500 танков: порядка 800 — с советской и 700 — с германской стороны (напр. БСЭ). В некоторых случаях указывается несколько меньшее количество — 1200.

Многие современные исследователи считают, что, вероятно, введённые в бой силы были значительно меньше. В частности указывается, что сражение происходило на узком участке (шириной 8—10 км), который был ограничен с одной стороны рекой Псёл, а с другой — железнодорожной насыпью. Ввести настолько значительные массы танков на такой участок затруднительно.

Надо сказать, что завышение сил противника имело место и на предварительном этапе. Так Штеменко С. М. в своей работе указывает: «К 8 апреля против Воронежского и Центрального фронтов враг сосредоточил 15-16 танковых дивизий с 2500 танками. … На 21 апреля Н. Ф. Ватутин насчитывал уже только перед Воронежским фронтом в районе Белгорода до 20-ти пехотных и 11 танковых дивизий.» Реальнее оценивает обстановку Жуков Г. К.. У него мы читаем: "В битве под Курском войска Центрального и Воронежского фронтов, как я уже говорил, по силам и средствам несколько превосходили противника. … в людях — в 1.4, в орудиях и минометах — в 1.9, в танках — в 1.2 в самолетах — в 1.4 раза. Однако, делая основную ставку на танковые и моторизованные войска, немецкое командование сгруппировало их на узких участках … ". Есть версия о том, что командование Воронежским фронтом тоже попыталось сгруппировать танковые силы под Прохоровкой.

Германия[править | править вики-текст]

С западного направления на Прохоровку наступал 2-й танковый корпус СС (2 тк СС), при этом в полосе между рекой Псёл и железной дорогой действовала дивизия СС «Адольф Гитлер», а с южного направления — 3-й танковый корпус (3 тк). Известное по[2] наличие танков и штурмовых орудий без САУ: Grille, Wespe, Hummel и Marder, данные по которым уточняются, в дивизиях 2 тк СС по состоянию на вечер 11 июля и 3 тк по состоянию на утро 12 июля указано в таблице.

Укомплектованность частей и соединений 2-го танкового корпуса СС 4 ТА и 3-го танкового корпуса АГ «Кемпф» на 11 июля 1943 года[2]
Номер, наименование соединения Pz.II Pz.III
50/L42[сн 2]
Pz.III
50/L60
Pz.III
75 мм
Pz.IV
L24
Pz.IV
L43 и L48
Pz.VI «Тигр» Т-34 StuG Bef.Pz. III Всего танков и StuG
2-й танковый корпус СС
Тд Лейбштандарте-СС «Адольф Гитлер» (на 19.25 11.07) 4 5 47 4 10 7 77
Тд СС «Дас Райх» (на 19.25 11.07) 34 18 1 8 27 7 95
Тд СС «Тотенкопф» (на 19.25 11.07) 54 4 26 10 21 7 122
2-й танковый корпус СС, всего 4 93 4 91 15 8 58 21 294
3-й танковый корпус
6-я танковая дивизия (на утро 11.07) 2 2 11  ? 6 2 23 (?)
7-я танковая дивизия (на утро 12.07) 24 2 1 9 3 39
19-я танковая дивизия (на утро 12.07) 7 4 3 1 15
503-й отдельный тяжёлый танковый батальон (на утро 11.07) 23 23
228-й отдельный батальон штурмовых орудий (на утро 12.07) 19 19
3-й танковый корпус, всего 2 2 42 6 1 18 23 19 6 119

Следует отметить, что танки «Пантера» в Прохоровском сражении 12 июля участия не принимали, продолжая действовать в составе дивизии «Великая Германия» на обоянском направлении[3]. В послевоенной печати, в угоду политкорректности, вместо реально участвовавшей в бою под Прохоровкой роты трофейных танков Т-34 (8 единиц в составе 2-й танковой дивизии СС «Дас Райх»), указывались танки «Пантера». О «Пантерах», якобы действующих против его 5-й гв. ТА, говорил П. А. Ротмистров[4].

СССР[править | править вики-текст]

Командующий Воронежским фронтом генерал армии Ватутин Н. Ф. Представитель ставки Верховного Главнокомандования Василевский А. М.- до 14.07.43. С 14 июля координацией действий фронта со Ставкой занимался уже Жуков Г. К.

Советская группировка включала в себя следующие силы:

Подразделение Т-34 Т-70 Mk IV
Единиц техники боеготовых и временно в ремонте по состоянию на 11 июля
110-я танковая бригада (110 тбр подполковник Хлюпин М. Г.) 24 21
170-я танковая бригада (170 тбр подполковник Тарасов В. Д.) 22 17
181-я танковая бригада (181 тбр подполковник Пузырев В. А.) 24 20
36-й гв-й отдельный тяж.танковый полк прорыва (36 гв.отд.тпп) 0 0 20

32-я мотострелковая (32 мсб полковник Стуков И. А.).

Подразделение Т-34 Т-70 СУ-122 СУ-76
Единиц техники боеготовых и временно в ремонте по состоянию на 11 июля
25-я танковая бригада (25 тбр полковник Володин Н. К.) 26 32
31-я танковая бригада (31 тбр полковник Моисеев С. Ф.) 32 38
32-я танковая бригада (32 тбр полковник Линев А. А.) 64 0
1446-й самоходно-артиллерийский полк (1146 сап) 12 8

53-я мотострелковая (53 мсб подполковник Липичев Н. П.). 1529-й тяжёлый самоходный артиллерийский полк СУ-152 (1529 тсап. Полк в количестве 11 машин из 12-ти прибыл на место только к вечеру 12 июля без снарядов. В танковом сражении 12 июля участия не принимал).

Подразделение Т-34 Т-70 СУ-122 СУ-76
Единиц техники боеготовых и временно в ремонте по состоянию на 11 июля [14 июля], штук
10-я гвардейская механизированная бригада (10 гв.мбр полковник Михайлов И. Б.) 29 12
11-я гвардейская механизированная бригада (11 гв.мбр полковник Грищенко Н. В.) 42 22
12-я гвардейская механизированная бригада (11 гв.мбр полковник Борисенко Г. Я.)
24-я гвардейская отдельная танковая бригада (24 гв.отд.тбр подполковник Карпов В. П.) 51 0
1447-й самоходно-артиллерийский полк (1147 сап) 12 8
Подразделение Т-34 Т-70 Mk IV
Единиц техники боеготовых и временно в ремонте по состоянию на 11 июля [14 июля], штук
4-я гвардейская механизированная бригада (4 гв.мбр полковник Бражников А. К.) 28 [12] 19 [16]
25-я гвардейская механизированная бригада (25 гв.мбр подполковник Булыгин С. М.) 28 [2] 19 [9]
26-я гвардейская механизированная бригада (26 гв.мбр подполковник Нестеров С. К.) 28 [28] 14 [11]
47-й гвардейский отдельный танковый полк прорыва (47 гв.отд.тпп подполковник Шевченко М. Т.) 0 0 21
    • 2-й танковый корпус (2 тк генерал-майор т/в Попов А. Ф.)):
      • 26-я танковая бригада (26 тбр полковник Пискарев П. В.) (на 11.07.43 Т-34 11шт.+7 в рем. и Т-70 33шт.+2 в рем.)
      • 99-я танковая бригада (99 тбр полковник Малов Л. И.),
      • 169-я танковая бригада (169 тбр полковник Степанов И. Я.).
Состояние материальной части и обеспечения 5-й гвардейской танковой армии на 17:00 11 июля 1943 года[5]
Боевая техника 29 тк 18 тк 2 тк 2 гв. Ттк 5 гв. мк армейские части Всего
Т-34 120 68 35 84 120 36 463
T-70 81 58 46 52 56 8 301
Mk IV 18 4 3 25
СУ-122 12 10 22
СУ-76 8 7 15
Всего танков и САУ 221 144 85 139 193 44 826
На пути к ст. Прохоровка 13 33 51 4 101
В ремонте 2 6 9 1 6 24
Итого бронеединиц 236 183 94 139 245 54 951

Г. А. Олейников по состоянию на 10 июля насчитывает в составе 5-й гвардейской танковой армии 790 танков — 260 Т-70, 501 Т-34, 31 Mk IV «Черчилль» (модификации Churchill IV). И 40 (два полка) самоходных штурмовых гаубиц СУ-122 и легких штурмовых орудий поддержки пехоты на базе Т-70 СУ-76.

Сам Ротмистров количество техники оценивал так: «5-я гвардейская танковая армия усиливалась 2-м гвардейским Тацинским и 2-м танковыми корпусами, 1529-м самоходно-артиллерийским, 1522-м и 1148-м гаубичными, 148-м и 93-м пушечными артиллерийскими полками, 16-м и 80-м полками гвардейских минометов. В целом в нашей армии с приданными танковыми соединениями насчитывалось около 850 танков и САУ.»

Оценка сил сторон очень сильно зависит от географических рамок сражения. В районе совхоза Октябрьский наступали 18-й и 29-й танковые корпуса — всего 348 танков.

Планы сторон[править | править вики-текст]

Выдержки из боевого приказа соединениям 5-й гв. ТА № 3 11 июля 1943 г. на 18.00[6]:

1. Противник на белгородском направлении, введя в бой крупные силы танков, пытается развить успех в сев. направлении — на Обоянь, Курск (до 400 танков) и в вост. направлении — на Александровский, Скородное, Старый Оскол (до 300 танков).

В районе Покровка, Яковлево, Бол. Маячки отмечено до 100 танков противника.

2. 5-я гв. танковая армия со 2 тк, 2 гв. Ттк, 10 иптбр, 27-я пушечная артбригада (пабр), 522-й и 1148-й гаубичный артполк большой мощности (гап), 26-я зен. див., 16 и 18 гмп (гв. минометный полк), 1329 сап (самоходно-артиллерийский полк) с 10.00 12.07.43 г. наносит удар в полосе: справа — Береговое, Андреевка (искл.), Красная Поляна, Красная Дубрава; слева — Правороть, Беленихино, отм. 232.0, курган с отм. +1,1 (3 км юго-вост. Яковлево) и во взаимодействии с 5 гв. А и 1 гв. ТА уничтожает прорвавшуюся группировку противника в районе: Покровка, Грезное, Кочетовка, не допуская отхода его на юг.

К исходу дня выходит на рубеж: Красная Дубрава, отм. 254.5, Яковлево, имея в виду в дальнейшем наступать в юго-зап. направлении.

Исходное положение на рубеже: Полестное, Сторожевое, Мал. Яблоново — занять к 24.00 11.07.43 г.

Готовность атаки — 3.00 12.07.43 г.

Начало атаки — дополнительное распоряжение.

3. 18 тк с 80 гмп, одним 76-мм иптап, одним 57-мм иптап, 10 иптабр — сломить сопротивление противника на рубеже: Андреевка, роща, что сев.-зап. совхоза «Комсомолец», и уничтожить противника в районе: Красная Дубрава, Бол. Моячки, Красная Поляна, повернувшись фронтом на север, обеспечить наступательные действия армии на юг.

4. 29 тк с 76 гмп, 1529 сап — сломить сопротивление противника на рубеже: роща (что 1 км сев. совхоза «Комсомолец»). Уничтожить его группировку в районе Лучки, Большие Маячки, Покровка.

К исходу 12.07.43 г. выйти в район Покровки и рощи зап. и юж. Покровки, в дальнейшем быть готовым к действиям на юг.

До начала атаки корпус поддерживается 378 гап.

5. 2 гв. Ттк с 16 гмп, одним 76-мм иптап, 10 ипеабр сломить сопротивление противника на рубеже: Ясная Поляна, Беленихино, уничтожить его группировку в районе Яковлево и леса восточнее и быть готовыми к наступлению в юж. направлении.

8. Артиллерия

В) Задачи

а) десятиминутный огневой налет по переднему краю на участке: Васильевка, совхоз «Комсомолец», Ивановский Выселок, Белихино;
б) пятиминутный методический огонь в глубине противника;
в) пятиминутный огневой налет по переднему краю и глубине противника (огонь открывается по объектам, согласно, заявкам, требованиям командиров корпусов).

Группа РС:

а) огневой залп по переднему краю обороны противника в момент начала артобработки противника;
б) второй залп — по объектам переднего края, конец артиллерийской обработки.

Время атаки переносили несколько раз и окончательно установили на 8.30[7]:

Командиру 29 тк генерал-лейтенанту Т. Кириченко

1. Задача корпуса прежняя…
2. Начало атаки — 8.30 12.07.43 г. Начало артподготовки с 8.00.
3. Разрешаю пользоваться радио с 7.00 12.07.43 г. Командующий 5 гв. ТА генерал-лейтенант П. А. Ротмистров

Штаб 2-го тк СС поставил следующие задачи 11 июля в 22.00[8]:

2 тк СС разбивает врага юж. Прохоровки и создает этим предпосылки для дальнейшего продвижения через Прохоровку. Задания дивизиям:

Дивизия «МГ» перейти в наступление с плацдарма на рассвете, захватить высоты сев.-вост. и прежде всего выйти к дороге Прохоровка, Карташёвка. Овладеть долиной р. Псёл атакой с юго-запада, обеспечив левый фланг дивизии «АГ».

Дивизия «АГ», удерживая на левом фланге занимаемый рубеж, на правом флаге занять Сторожевое и лес севернее, отделение совхоза «Сталинское» и х. Ямки, а также высоты в 2 км вост. С наступлением угрозы со стороны долины р. Псёл совместно с частями «МГ» захватить Прохоровку и высоту 252.4.

Дивизия «Р», удерживая на правом фланге достигнутые рубежи, занять Виноградовку и Ивановку. После овладения правофланговыми частями дивизии «АГ» Сторожевое и лесом севернее, используя их успех, перенести основные усилия в направлении высот юго-зап. Правороть. Удерживать новый рубеж Ивановка, высоты юго-зап. Правороть, высоты 2 км вост. Сторожевое (иск.).

Ход сражения[править | править вики-текст]

Существуют разные версии этого сражения.

Официальная советская версия[править | править вики-текст]

Первое столкновение в районе Прохоровки произошло вечером 11 июля. По воспоминаниям Павла Ротмистрова, в 17 часов он вместе с маршалом Василевским во время рекогносцировки обнаружил колонну танков противника, которые двигались к станции. Атака была остановлена силами двух танковых бригад[9].

В 8 утра следущего дня советская сторона провела артподготовку и в 8:15 перешла в наступление. Первый атакующий эшелон насчитывал четыре танковых корпуса: 18-й, 29-й, 2-й и 2-й гвардейский. Второй эшелон составлял 5-й гвардейский мехкорпус.

В начале сражения советские танкисты получили некоторое преимущество: восходящее солнце слепило наступавших с запада немцев[9]. Очень скоро боевые порядки смешались. Высокая плотность боя, в ходе которого танки сражались на коротких дистанциях, лишила немцев преимущества более мощных и дальнобойных пушек. Советские танкисты получили возможность прицельно бить в наиболее уязвимые места тяжело бронированных немецких машин[9].

Когда советские танки, во время контратаки, вышли на дистанцию прямого выстрела своих орудий и их встретили плотным огнем противотанковые орудия немцев, то танкисты были просто ошеломлены. Под ураганным огнем было необходимо не только вести бой, но прежде всего психологически перестраиваться от рывка вглубь обороны противника к позиционной борьбе со средствами ПТО противника. Особенно сложно пришлось командирам рот, батальонов и бригад, ведь они тоже были в боевых порядках наступающих соединений. От их реакции и профессионализма напрямую зависел исход боя и соответственно жизни сотен людей.[источник не указан 1688 дней]

Южнее основного сражения наступала немецкая танковая группа «Кемпф», которая стремилась зайти наступающей советской группировке в левый фланг. Угроза охвата заставила советское командование отвлечь на это направление часть своих резервов.

Около 13 часов немцы вывели из резерва 11-ю танковую дивизию, которая совместно с дивизией «Мёртвая голова» нанесла удар по советскому правому флангу, на котором находились силы 5 гвардейской армии. Им на подмогу были брошены две бригады 5 гвардейского мехкорпуса и атака была отбита.

К 14 часам советские танковые армии стали теснить противника в западном направлении. К вечеру советские танкисты смогли продвинуться на 10—12 километров, оставив, таким образом, поле сражения у себя в тылу. Сражение было выиграно.

Версия на основании воспоминаний немецких генералов[править | править вики-текст]

На основании воспоминаний германских генералов (Э. фон Манштейн, Г. Гудериан, Ф. фон Меллентин и др.)[источник не указан 1951 день], в бою приняло участие около 700 советских танков (часть, вероятно, отстала на марше — «на бумаге» армия имела более тысячи машин), из которых было подбито около 270 (имеется в виду только утренний бой 12 июля).

Из воспоминаний Ротмистрова следует[источник не указан 1951 день],что его армия должна была прорвать фронт и двигаться на Харьков (косвенно это подтверждается качественным составом армии, наполовину состоящей из лёгких машин и почти не имеющей тяжёлых), обходя германское танковое скопление, находящееся, по данным разведки, в 70 км от Прохоровки и «успешно атакуемое» в тот момент штурмовой авиацией. Столкновение танковых масс было неожиданным для обеих сторон, так как обе танковые группировки решали свои наступательные задачи и не предполагали встретить серьёзного противника.

Группировки двигались навстречу друг другу не «в лоб», а под заметным углом. Немцы первыми заметили советские танки и успели перестроиться и приготовиться к бою. Лёгкие и большая часть средних машин атаковали с фланга и заставили обратить на себя все внимание танкистов Ротмистрова, принявшихся на ходу менять направление атаки. Это вызвало неизбежную сумятицу и позволило роте «Тигров» при поддержке самоходок и части средних танков неожиданно атаковать с другой стороны.

Авиация участия в бою не принимала, с немецкой стороны не летали даже разведчики.[источник не указан 40 дней]

Версии других историков[править | править вики-текст]

Версия В. Н. Замулина

Российский историк В. Н. Замулин отмечает отсутствие ясного изложения хода боевых действий, отсутствие серьёзного анализа оперативной обстановки, состава противоборствующих группировок и принимавшихся решений, субъективизм в оценке значения Прохоровского сражения в советской историографии и использование этой темы в пропагандистской работе. Вместо беспристрастного изучения сражения советские историки вплоть до начала 1990-х годов создавали миф о «крупнейшем танковом сражении в истории войн».[10]

Согласно его исследованию, сражение у Прохоровки немецкое командование спланировало заранее: «4 ТА должна была двигаться от Белгорода не строго на север, а, прорвав две армейских полосы и разгромив 6 гв. А и 1 ТА, развернуться на восток, чтобы на четвёртый день операции встретить советские танковые и мехкорпуса в наиболее удобном месте для использования своих танковых дивизий — прохоровском направлении.» В то же время, участие советской стороны в нём явилось импровизацией.[11]

По замыслу советской стороны, контрудар 12 июля 1943 года в районе станции Прохоровка должен был окончательно переломить ход оборонительного этапа Курской битвы:[11]

12 июля 1943 г. юго-западнее станции на участке в 20 км по фронту с обеих сторон действовало 767 танков и самоходных орудий, в том числе 494 — из 5 гв. ТА генерал-лейтенанта П. А. Ротмистрова. Гвардейцев поддерживали значительные силы пехоты. Только в восьми дивизиях 5 гв. А генерал-лейтенанта А. С. Жадова насчитывалось 58 197 человек, в том числе активных штыков — более 33 000.

Однако ожидаемых результатов советская сторона добиться не смогла. В. Н. Замулин подчёркивает,[11] что

главной причиной этого явилось решение о фронтальном ударе корпусами 5 гв. ТА и 5 гв. А не по флангам, а «в лоб» наиболее сильному на тот момент вражескому соединению, которое частью сил перешло к обороне. План контрудара к его началу уже не соответствовал изменившейся оперативной обстановке, район развертывания главной контрударной группировки был неудобным для использования большого числа танков, а возможности 2 тк СС, при удержании занятой им 11 июля территории у Прохоровки, недооценены.

По данным В. Н. Замулина, 12 июля 1943 в 5 гв. А и 5 гв. ТА вышло из строя не менее 7019 бойцов и командиров. Потери четырёх корпусов и передового отряда 5 гв. ТА составили 340 танков и 17 САУ, из них 194 — сгорели, а 146 — могли быть восстановлены. Но из-за того, что большая часть подбитых боевых машин оказалась на территории, контролируемой немецкими войсками, машины, подлежавшие восстановлению, также были потеряны. Таким образом, всего было потеряно 53 % бронетехники армии, принимавшей участие в контрударе. По мнению В. Н. Замулина,[11]

основной причиной высокой убыли танков и невыполнения задач 5 гв. ТА явилось неправильное использование танковой армии однородного состава, игнорирование приказа Наркома обороны СССР № 325 от 16 октября 1942 г., в котором был аккумулирован накопленный за предыдущие годы войны опыт применения бронетанковых войск. Распыление стратегических резервов в неудачном контрударе оказало существенное негативное влияние на итоги завершающего этапа Курской оборонительной операции.

Оценивая роль танкового боя у станции Прохоровка 12 июля 1943 года, В. Н. Замулин признаёт, что он явился «кульминационным моментом Курской оборонительной операции на южном фасе, после которого напряжение боев резко снизилось», однако бой был лишь частью сражения, проходившего с 10 по 16 июля, и срыв наступления ГА «Юг» стал результатом общих усилий войск Воронежского фронта и резерва Ставки ВГК.[11]

Версия Ричарда Дж. Эванса

Согласно версии известного западного историка, профессора королевской кафедры современной истории Кембриджского университета (Великобритания) Ричарда Дж. Эванса у немцев под Прохоровкой было лишь 117 танков, из которых лишь три было потеряно.

Согласно Эвансу (англ. Richard J. Evans)[12], Курская битва отнюдь не закончилась советской победой, а по «приказу Гитлера». В материалах Эванса есть очевидные противоречия с другими источниками: так, по Эвансу к концу битвы Красная армия потеряла 10 тысяч танков, тогда как по Зеттерлингу и Франксону[13] Красная армия могла применить в Курской битве лишь около 8 тысяч танков.

Итоги[править | править вики-текст]

Согласно исследованию А. В. Исаева[14]:

Контрудар советских войск в районе Прохоровки был для немцев ожидаемым ходом. Ещё весной 1943 г., более чем за месяц до наступления, вариант отражения контрудара из района Прохоровки отрабатывался, и что делать, части II танкового корпуса СС прекрасно знали. Вместо того чтобы двигаться на Обоянь, эсэсовские дивизии «Лейбштандарт» и «Мертвая голова» подставились под контрудар армии П. А. Ротмистрова. В результате планировавшийся фланговый контрудар выродился в лобовое столкновение с крупными танковыми силами немцев. 18-й и 29-й танковые корпуса потеряли до 70 % своих танков и фактически были выведены из игры…

Несмотря на это, операция прошла в весьма напряженной обстановке, и только наступательные, подчеркиваю, наступательные действия других фронтов позволили избежать катастрофического развития событий.

Информация про фланговый удар — не более чем миф. Прохоровское сражение было частью (основной) общего наступления, в которую были включены 5 из 7 армий Воронежского фронта, а именно: 5 гв. ТА, 5 гв. А, 1 ТА, 6 гв. А и 69 А. Наступление абсолютно всех армий планировалось в лоб наступающих немецких войск:

  • 5 гв. ТА против дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер».
  • 5 гв. А против дивизии СС «Мертвая голова».
  • 40 А (с приданными частями 2 тк и 2 гв. Ттк) против дивизии СС «Дас Райх»
  • 1 ТА и 6 гв. А (с приданными частями 40 А, 10 тк и 5 гв. Стк) против 3 тд, 11 тд и мд «Великая Германия» (включая 100-ю тбр «пантер»).

Впрочем, идея флангового удара 5 гв. ТА в направлении Шахово, Яковлево, действительно рассматривалась и притом основательно. Дело в том, что на этом участке 48-у ск. 69-й А противостоял относительно слабый противник- немецкая 167-я пд. 11 июля по приказу П. А. Ротмистрова командир 29-го тк И. Ф. Кириченко с группой офицеров штаба приступил к рекогносцировке района Лески, Шахово. В случае успеха прорыва 29-го тк создалась бы угроза окружения основных сил 4 ТА. Но этот вариант принят не был, вероятно, из-за необходимости преодоления сложных препятствий: заболоченной поймы Липового Донца и заминированной немцами насыпи железной дороги. Также рассматривался план наступления 5 гв. ТА на х. Веселый, против дивизии СС «Мертвая голова», но из-за отсутствия средств для форсирования р. Псёл от этого плана так же отказались. [15]

Местность в которой воевали войска 11 июля по всему фронту была очень сильно пересеченная: с глубокими балками, оврагами, поймами рек и железнодорожными насыпями. По обстановке на 10 июля, наступление из района свх. Комсомолец было наиболее предпочтительным для танкового удара. Однако, к вечеру 11 июля, 2-й гренадерский полк дивизии СС «Лейбштандарт» уже вышел на окраины Прохоровки, лишив 5 гв. ТА всех преимуществ маневра. Армия вынуждена была наступать поэшелонно в двух возможных очень узких местах, в обход глубокой балки:
— На деревню Васильевка, вдоль реки Псёл.
— через свх. Октябрьский, вдоль железднодорожной насыпи, форсируя свой собственный противотанковый ров, пройденный немцами днем ранее.
Таким образом, с учетом рельефа местности и прибытия 5 гв. ТА под Прохоровку, других возможностей для концентрированного удара танковыми частями на 11 июля просто не было. Особенно во фланг наступаюшему 2 тк СС.

Тем не менее, немецкое наступление закончилось неудачей, и больше таких масштабных атак немцы под Курском не предпринимали.

По немецким данным поле боя осталось за ними и они смогли эвакуировать 54 из 59 подбитых танков и самоходок, пять из которых впоследствии было отремонтировано на месте, 49 машин отправили в тыл[источник не указан 1326 дней]. На следующий день подобрали ещё два танка, дав таким образом жизнь популярной на Западе версии о трёх потерянных танках.

Помимо своих машин немцы «стащили» и несколько советских. После Прохоровки в составе корпуса было уже 11 «тридцатьчетвёрок»[источник не указан 1326 дней].

Потери советских танкистов составили не менее 270 машин (из них только два танка — тяжёлые) в утреннем бою и ещё несколько десятков в течение дня — по воспоминаниям немцев небольшие группы советских танков и даже отдельные машины появлялись на поле боя до вечера. Вероятно, это подтягивались отставшие на марше. С ними боролась уже противотанковая артиллерия, бронетехника была отведена и замаскирована.

Тем не менее, выведя из строя четверть танков противника (а учитывая качественное соотношение сил сторон и неожиданность удара это было чрезвычайно непросто), советские танкисты вынудили его остановиться и, в конечном счёте, отказаться от наступления.

2-й танковый корпус Пауля Хауссера (фактически только в составе дивизии «Лейбштандарт» без танков и тяжелой матчасти, оставленной на фронте) был переведён в Италию.

Советские армии были вынуждены перейти к обороне. После организованного отвода немецких войск советские войска вернулись на ранее оставленные позиции.

Потери[править | править вики-текст]

Потери Красной Армии[править | править вики-текст]

Оценки боевых потерь в различных источниках сильно отличаются. Генерал Ротмистров утверждает, что за день из строя было выведено с обеих сторон около 700 танков. Официальная советская «История Великой Отечественной войны» приводит сведения о 350 подбитых немецких машинах. Г. Олейников критикует эту цифру, по его подсчётам в сражении не могло принимать участие больше 300 немецких танков. Советские потери он оценивает в 170—180 машин. Согласно докладу, который представил по итогам сражения Сталину представитель Ставки А. М. Василевский, «в течение двух дней боёв 29-й танковый корпус Ротмистрова потерял безвозвратными и временно вышедшими из строя 60 % и 18-й корпус — до 30 % танков». К этому нужно добавить значительные потери пехоты. В ходе боёв 11—12 июля наибольшие потери понесли 95-я и 9-я гвардейские дивизии 5-й гвардейской армии. Первая потеряла 3334 человека, в том числе убитыми почти 1000 и пропавшими без вести 526 человек. 9 гв. вдд потеряла 2525, убитыми — 387 и пропавшими без вести — 489.[16]

Сводные данные о потерях 5-й гв. ТА за 12 июля[17]
Соединение Личный состав, всего Безвозвратные потери Источник потерь Танков и САУ в строю Участвовало в бою Потери (сгорело / подбито) Источник потерь танков и САУ В строю на 13.00 13.07.43
18 тк 471 271 ЦАМО, ф. 18 тк, оп. 2, д. 5, л. 125 183 149 84 (35/49) ЦАМО, ф. 5 гв. ТА, оп. 4948, д. 75, л. 32 33
29 тк 1991 1033 ЦАМО, ф. 332, оп. 4948, д. 80, л. 7 215 199 153 (103/50) ЦАМО, ф. 332, оп. 4948, д. 46 51
2 тк 124 36 59 52 22 (11/11) ЦАМО, ф. 5 гв. ТА, оп. 4948, д. 67, л. 12, 70, 203 44
2 гв. тк 550 145 140 138 54 (29/25) ЦАМО, ф. 5 гв. ТА, оп. 4948, д. 75, л. 20, 28, 34 80
5 гв. мк (на 18.00) 405  ? 158 66 15 (5/10) ЦАМО, ф. 5 гв. ТА, оп. 4948, д. 70, л. 137 158
Захоронения. Прохоровский р-н (для Википедии).JPG

Диаграмма справа показывает динамику опознанных (есть ФИО и дата смерти) захоронений Красной Армии за июль 1943 г. под Прохоровкой и даёт наглядное представление о событиях тех дней.[18]. К сожалению, аналогичные данные динамики захоронений по немецкой стороне за этот период неизвестны[источник не указан 646 дней].

Потери Вермахта[править | править вики-текст]

Согласно исследованиям А. Томзова, ссылающегося на данные немецкого федерального Военного Архива[19], в ходе боёв 12—13 июля дивизия «Лейбштандарт Адольф Гитлер» потеряла безвозвратно 2 танка Pz.IV, в долгосрочный ремонт было отправлено 2 танка Pz.IV и 2 — Pz.III, в краткосрочный — 15 танков Pz.IV и 1 — Pz.III[20]. Общие же потери танков и штурмовых орудий 2 тк СС за 12 июля составили около 80 танков и штурмовых орудий, в том числе не менее 40 единиц потеряла дивизия «Мёртвая Голова», в утреннем бою не участвовавшая.

Наличие боеспособных танков и штурмовых орудий во 2 тк СС на вечер 13 июля 1943 г.[21]
Номер, наименование соединения Pz.II Pz.III 50/L42 Pz.III 50/L60 Pz.III 75 мм Pz.IV L24 Pz.IV L43 и L48 Pz.VI «Тигр» Т-34 StuG Bef.Pz. III Всего танков и StuG
Тд Лейбштандарте-СС «Адольф Гитлер» 4 5 31 3 20 7 70
Тд СС «Дас Райх» 43 20 1 11 24 8 107
Тд СС «Тотенкопф» 32 3 14 0 20 5 74
Всего 2 тк СС 4 80 3 65 4 11 64 20 251

Оценки, мнения[править | править вики-текст]

Один из участников этого сражения, Герой Советского Союза Евгений Шкурдалов вспоминал позднее:

Боевые порядки перемешались. От прямого попадания снарядов танки взрывались на полному ходу. Срывало башни, летели в стороны гусеницы. Отдельных выстрелов слышно не было. Стоял сплошной грохот. Были мгновения, когда в дыму свои и немецкие танки мы различали только по силуэтам. Из горящих машин выскакивали танкисты и катались по земле, пытаясь сбить пламя.

[источник не указан 1951 день]

Из воспоминаний участника боя унтерштурмфюрера Гюрса, командира мотострелкового взвода 2-го гренадерского полка СС:

Русские начали атаку утром. Они были вокруг нас, над нами, среди нас. Завязался рукопашный бой, мы выпрыгивали из наших одиночных окопов, поджигали магниевыми кумулятивными гранатами танки противника, взбирались на наши бронетранспортеры и стреляли в любой танк или солдата, которого мы заметили. Это был ад! В 11.00 инициатива боя снова была в наших руках. Наши танки нам здорово помогали. Только одна моя рота уничтожила 15 русских танков.

[источник не указан 1688 дней]

Участники сражения вспоминали:

…в этот момент эфир превратился в котел человеческих эмоций, на радиоволнах начало твориться что-то невообразимое. На фоне обычного потрескивания помех в наушники неслись десятки команд и приказов, а также все, что думали сотни русских мужиков из разных концов о «гансах», «фрицах», фашистах, Гитлере и прочей сволочи. Эфир был настолько переполнен ядреным русским матом, что, казалось, вся эта ненависть может в какой-то момент материализоваться и вместе со снарядами ударить по врагу. Под горячую руку танкисты вспоминали и собственное начальство, которое завело их в это пекло.

[источник не указан 1688 дней]

Память[править | править вики-текст]

В память о погибших под Прохоровкой 3 мая 1995 года к 50-летию Победы в Великой Отечественной войне в Прохоровке был открыт Храм Святых Апостолов Петра и Павла (день празднования этих святых приходится на 12 июля, день сражения). На мраморных плитах его стен высечены имена 7 тысяч погибших здесь воинов.

В произведениях культуры и искусства[править | править вики-текст]

  • В «Освобождение (киноэпопея)», (Режиссер: Озеров, Юрий Николаевич), фильм первый «Огненная дуга» события под Прохоровкой излагаются в версии некоторых советских генералов и маршалов.
  • Шведская группа Sabaton посвятила данному сражению песню «Panzerkampf»
  • У шведской группы Marduk в альбоме Iron Dawn есть песня «Prochorovka: Blood And Sunflowers» (Прохоровка: кровь и подсолнухи)
  • В видеоигре Блицкриг есть миссия «Битва за Прохоровку».
  • В видеоигре Panzer Front есть миссия «Октябрьский», где можно поучаствовать в бою под Прохоровкой на участке свх. Октябрьский.
  • В ММО World of Tanks одна из карт называется «Прохоровка». С последним обновлением была добавлена «историческая» версия карты под названием «Огненная дуга», сделанная частично по документальным материалам.
  • В шутере Call of Duty: United Offensive есть танковая миссия «Курск», а действия разворачиваются около Прохоровки.

Интересные факты[править | править вики-текст]

  • Массовый советский читатель о сражении под Прохоровкой узнал только в 1953 году, после выхода в свет книги «Курская битва» И. Маркина (Воениздат, 1953)[22].

См. также[править | править вики-текст]

Комментарии[править | править вики-текст]

  1. См. также: сражение под Луцком и Ровно в 1941 году
  2. В числителе — калибр танкового орудия в миллиметрах, в знаменателе — длина ствола в калибрах.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. http://www.vor.ru/55/Kursk/kursk_009.html
  2. 1 2 по 3 тк Niklas Zetterling Anders Frankson «Kursk 1943. A Statistical Analysis». Frank Cass. London. Portland, Or.Tab. A6.4-A6.10., по 2 тк СС Tagesmeldung vom 11.7.1943 Gen.Kdo.II.SS-Panzer.Korps. NARA T354 R605.
  3. Информация приведена Томзовым А. С. на основе журнала боевых действий 48 тк NARA T314 R1170.
  4. Свердлов Ф. Д. [С. 56. Неизвестное о советских полководцах.]. — Москва, 1995.
  5. ЦАМО, ф. 5 гв. ТА, оп. 4948, д. 67, л. 12. Приводится по книге: Прохоровка — неизвестное сражение великой войны, ISBN 5-17-039548-5.
  6. ЦАМО, ф. 332, оп. 4948, д. 31, л. 44, 44 об., 45. Приводится по книге: Прохоровка — неизвестное сражение великой войны, ISBN 5-17-039548-5
  7. ЦАМО, ф. 3420, оп. 1, д. 59. Приводится по книге: Прохоровка — неизвестное сражение великой войны, ISBN 5-17-039548-5.
  8. Stadler S Die Offensive gegen Kursk 1943. II/ SS-Panzerkorps als Stosskeil im Grosskampf. Minun Verlag GmbH. Osnabruck, 1980. Приводится по книге: Прохоровка — неизвестное сражение великой войны, ISBN 5-17-039548-5.
  9. 1 2 3 Ротмистров П. А. Танковое сражение под Прохоровкой // Война. Народ. Победа. 1941-1945. — М.: Политиздат, 1976. — Т. 2. — С. 7-14.
  10. Замулин В. Н. Оборонительные бои советских сухопутных войск на южном фасе Курской дуги: обоянское и прохоровское направления (5-16 июля 1943 года) / Автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук. — 2009. — С. 5. — 28 с. — 100 экз.
  11. 1 2 3 4 5 Замулин В. Н. Оборонительные бои советских сухопутных войск на южном фасе Курской дуги: обоянское и прохоровское направления (5-16 июля 1943 года) / Автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук. — 2009. — С. 20-26. — 100 экз.
  12. Ричард Дж. Эванс. Восточный фронт и варварство войны. Публичные чтения фонда Тиссена в Москве. Доклад состоялся 21.10.2008 г. в Германском историческом институте в Москве
  13. Niklas Zetterling, Anders Frankson. Kursk 1943: A statistical analysis. Frank Cass Publishers, 2000. Таблицы 2.1, 2.3, а также стр. 140
  14. Исаев А. Антисуворов. Десять мифов Второй мировой. — Москва: Эксмо, Яуза, 2004. — 416 с.
  15. Замулин В. Засекреченная Курская битва. — Москва: Эксмо, Яуза, 2008. — С. 247-248, схемы 1-8. — 784 с.
  16. ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА -[ Военная история ]- Олейников Г. А. Прохоровское сражение (июль 1943)
  17. Прохоровка — неизвестное сражение великой войны, ISBN 5-17-039548-5. таблица 26.
  18. По данным http://www.prohorovskoe-pole.ru/index.php/funeral.html; обработано 9760 воинских записей 18-ти захоронений Прохоровского района в 1941—1945 гг.
  19. Ferngesprach mit Fw.Grotzinger/14.30 Uhr am 12.7.1943, Ausfalle H.Gr.sud Stand 12.7.1943, Ausfalle H.Gr.sud Stand 13.7.1943, Heeresgruppe Sud Panzerschaden am 13.7.1943 BA-MA RH 10/64.
  20. А. Исаев, В. Гончаров, А. Томзов и др. Танковый удар. Советские танки в боях. 1942—1943. — М.: Яуза, Эксмо, 2007. — С. 320. — ISBN 978-5-699-22807-2.
  21. Panzer-, Sturmgeschütz- und Paklage stand. 13.7.1943 NARA T313 R366 информация приведена Томзовым А. С.
  22. http://forum.sudden-strike.ru/showthread.php?t=4693&page=4 М. Свирин

Литература[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]