Талергоф

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Талергоф
Interniertenlager Thalerhof
Suleak-rusiny-5.jpg
Вид лагеря с высоты птичьего полёта[1]
Тип

концентрационный лагерь для интернированных лиц

Местонахождение

Грац, Штирия, Австрия

46°59′37″ с. ш. 15°26′24″ в. д. / 46.99361° с. ш. 15.44000° в. д. / 46.99361; 15.44000 (G) (O)Координаты: 46°59′37″ с. ш. 15°26′24″ в. д. / 46.99361° с. ш. 15.44000° в. д. / 46.99361; 15.44000 (G) (O)

Период эксплуатации

4 сентября 1914 −
10 мая 1917

Число заключенных

10 000 (единовременно)
30 000 (за все время существования)

Руководящая
организация
Место, где проводились казни и экзекуции. 1917.

Талергоф (нем. Interniertenlager Thalerhof, 4 сентября 1914 − 10 мая 1917) — концентрационный лагерь, созданный властями Австро-Венгерской империи в первые дни Первой мировой войны. Располагался в песчаной долине у подножия Альп, возле Граца, главного города провинции Штирия. Один из первых концентрационных лагерей в мировой истории XX века, первый в Европе[2].

Сюда были депортированы жители Галиции и Буковины, симпатизирующие или предположительно симпатизирующие России, высланные из Галиции по заявлениям поляков и украинофилов.[3][4]

История концлагеря[править | править вики-текст]

Первую партию галичан и буковинцев-русофилов пригнали в Талергоф солдаты грацского полка 4 сентября 1914 года.

До зимы 1915 года в Талергофе не было бараков. Люди лежали на земле под открытым небом в дождь и мороз[3][5].

По свидетельству конгрессмена США Д. М. Маккормика (англ. Joseph McCormick), заключённых подвергали избиениям и пыткам.[4]

В официальном рапорте Шлеера от 9 ноября 1914 года сообщалось, что в Талергофе в то время находилось 5700 русофилов. Из этого числа около 1915 человек (по другим данным до 5 тысяч) были лемки из 151 деревни на Лемковщине[6].

Всего через Талергоф с 4 сентября 1914 года до 10 мая 1917 года прошло не менее 20 тысяч пророссийски настроенных галичан и буковинцев, только в первые полтора года погибло около 3 тысяч заключённых[3][5]. По данным галицкого общественного деятеля Дмитрия Маркова, 3800 человек были казнены только за первую половину 1915 года[7].

Лагерь был закрыт в мае 1917 года по распоряжению последнего императора Австро-Венгрии Карла I. Бараки на месте лагеря простояли до 1936 года, когда их снесли. При этом было эксгумировано 1767 трупов, которые перезахоронили в общей могиле в ближней австрийской деревне Фельдкирхен (англ. Feldkirchen)[6].

В настоящее время бывший Талергоф находится на территории аэропорта Грац-Талергоф.

Свидетельства очевидцев[править | править вики-текст]

Талергофский Альманах. Выпуск первый.

Из свидетельства Александра Маковского[8]:

« За малѣйшую оплошность кололи на смерть. Ежедневно утромъ лежало подъ бараками по нѣсколько окровавленныхъ труповъ…

Помню, какъ однажды закололъ солдатъ одного крестьянина возлѣ котла во время раздачи обѣда. Давка была невозможная. Нажимавшіе сзади и толкнули переднихъ и такимъ образомъ человѣческая волна заколыхалась. Ближайшій изъ арестованныхъ стоявшій рядомъ съ карауломъ нехотя толкнулъ солдата, за что пришлось ему заплатить жизнью…

Иной разъ былъ я свидѣтелемъ подобнаго случая, разыгравшагося подъ баракомъ. Солдатъ нанесъ закутому въ цѣпи политическому 13 колотыхъ ранъ, и тутъ же бросилъ его на солому, на произволъ судьбы.

»

Вот что писал бывший узник концлагеря Василий Ваврик[3]

« Это был лютейший застенок изо всех австрийских тюрем в Габсбургской империи.<…>

Смерть в Талергофе редко бывала природной: там ее прививали ядом заразных болезней. По Талергофу триумфально прогуливалась насильственная смерть. О каком-нибудь лечении погибавших речи не было. Враждебным отношением к интернированным отличались даже врачи.

О здоровой пище и думать не приходилось: терпкий хлеб, часто сырой и липкий, изготовленный из смеси самой подлой муки, конских каштанов и тертой соломы, красное, твердое, несвежее конское мясо дважды в неделю по маленькому кусочку, покрашенная начерно вода, самые подлые помои гнилой картошки и свеклы, грязь, гнезда насекомых были причиной неугасаемой заразы, жертвами которой падали тысячи молодых, еще вполне здоровых людей из среды крестьянства и интеллигенции.

Для запугивания людей, в доказательство своей силы тюремные власти тут и там по всей талергофской площади повбивали столбы, на которых довольно часто висели в невысказанных мучениях и без того люто потрепанные мученики.

»

События[править | править вики-текст]

За Талергофом утвердилась раз и навсегда кличка немецкой преисподней. И в самом деле, там творились такие события, на какие не была способна людская фантазия, забегающая по ту сторону света в ад грешников. До зимы 1915 г. в Талергофе не было бараков. Сбитый в одну кучу, народ лежал на сырой земле под открытым небом, выставленный на холод, мрак, дождь и мороз. Счастливы были те, которые имели над собою полотно, а под собою клапоть соломы.

В позднюю, холодную осень 1914 г. руками русских военнопленных талергофская власть приступила к постройке бараков в земле в виде землянок - куреней - и над землею в виде длинных стодол с расчетом, чтобы поместить в них как можно наиболее народа. Это как раз нужно было кровопийцам, вшам и палачам. В одном бараке набралось человек сотен три и больше. В сборище грязного люда и грязной одежды разводились миллионы насекомых, которые разносили по всему Талергофу заразные болезни: холеру, брюшной тиф, дифтерию, малярию, расстройства почек, печени, селезенки, мочевого пузыря, понос, рвоты с кровью, чахотку, грипп и проч.

Кроме нечистоты, эпидемиям в Талергофе отдавал большие услуги всеобщий голод. Немцы морили наших людей по рецепту своей прославленной аккуратности и системы, а, бросая кое-что, как собакам, ухитрялись, будто ради порядка, бить палками всех куда попало. Не спокойным, разумным словом, а бешеным криком, и палкою, и прикладом водворяли часовые "порядок", так что часто возвращались многие от выдачи постной воды, конского или собачьего мяса калеками. В голоде и холоде погибали несчастные рабы, пропадали в судорогах лихорадки, желтели, как восковые свечи, от желтухи, кровавились от бесконечных кровоподтеков, глохли от заворотов и шума головы, слепли от встрясок нервов, лишались рассудка от раздражений мозга, падали синими трупами от эпилепсий.

В скорбный перечень погибших в Талергофе занесем лучших народных деятелей из длинного ряда мучеников: доктора Романа Дорика, преподавателя Бродовской гимназии, основателя и воспитателя бурсы им. Ф.Ефиновича; Юлиана Кустыновича, профессора Перемышльской духовной семинарии; доктора богословия Михаила Людкевича; доктора медицинских наук Михаила Собина; священника Владимира Полошиновича из Щавного; священника Иосифа Шандровского из Мыслятич; священника Григория Спрыса из Дашовки; священника Александра Селецкого из Дошницы; священника Аполлинария Филипповского из Подкаменя возле Рогатина; священника Нестора Полянского; священника, доктора богословских наук Николая Малиняка из Сливницы; священника Корнилия Литвиновича из Братищева; священника Владислава Коломыйца из Лещан; священника Михаила Кузьмака из Яворника Русского; священника Евгения Сингалевича из Задубровец; священника Николая Гмитрика из Зандовицы; священника Ивана Серко из Искова; священника Иеронима Куновского из Бельча; священника Иоанна Дуркота из Лабовой; священника Михаила Шатынского из Тиравы; священника Олимпа Полянского из Юровец; священника Василия Курдыдика из Черниховец; священника Казимира Савицкого и много других интеллигентных работников.

В народную легенду перешло талергофское кладбище у соснового леса. Эта легенда передается из уст и по наследству перейдет из поколения в поколение о том, что на далекой немецкой чужбине в неприветливой земле лежит несколько тысяч русских костей, которых никто не перенесет на родную землю. Немцы повалили уже кресты, сравняли уже могилы. Найдется ли одаренный Божьим словом певец, который расскажет миру, кто лежит в Талергофе, за что выбросили немцы русских людей из родной земли?

Кроме мук на столбе были еще железные путы "шпанген", просто говоря - кандалы, из-под которых кровь капала. Феофил Курилло рисует такую картину: тридцать изнуренных и высохших скелетов силятся тянуть наполненный мусором воз. Солдат держит в левой руке штык, а в правой - палку и подгоняет ими "ленивых". Люди тянут воз за дышло и веревками и еле-еле продвигаются, ибо сил у них не хватает. Талергофскими невольниками в жаркое лето и в морозную зиму, избивая их прикладами, выправляли свои дороги, выравнивали ямы, пахали поле, чистили отхожие места. Ничего им за это не платили, а вдобавок ругали их русскими свиньями. В то же время вожди украинской партии во главе с разными Левицкими, Трилевскими, Ганкевичами, Барвинскими, Романчуками били тиранам поклоны и пели Австрии дифирамбы...

Исходя из ложного понимания патриотизма, вся власть в Талергофе, от наивысших до маленьких гайдуков, обходилась с людьми самым жестоким и немилосердным образом: их били палками, канчуками, тросточками, прикладами, кололи турецкими ножами и штыками, плевали в лицо, рвали бороды, короче говоря - обращались хуже, чем с дикой скотиной. С каждым днем, по мере приближения упадка Австрии, муки заключенных усиливались, удесятерялись. Внезапно, от поры до времени, вызывали того или другого, особенно из интеллигенции, в канцелярию лагеря и в Грац и по правилам инквизиции следственные судьи выпытывали о настроениях и взглядах на Австрию...

Муки в Талергофе продолжались от 4 сентября 1914 г. до 10 мая 1917 г. В официальном рапорте фельдмаршала Шлеера от 9 ноября 1914 г. сообщалось, что в Талергофе в то время находилось 5700 русофилов. Из публикации Василия Маковского узнаем, что осенью того же года там было около 8 тыс. невольников. Не подлежит, однако, сомнению, что через талергофское чистилище и горнило перешло не менее 20 тыс. русских галичан и буковинцев. Администрация Талергофа считала только живых, на умерших не обращала внимания, а число их, как выше сказано, было все-таки внушительным.

Рекорд и наибольший успех, достигнутый в состязаниях доносительства, стяжали политики: доктор Кость Левицкий, председатель парламентского клуба, львовский адвокат, свидетель на венских процессах, автор многочисленных устных и письменных доносов, и Николай Василько, австрийский барон, глава буковинского украинского парламентского клуба, бывший грозою на Буковине еще накануне войны. Доносами были заполнены все газеты украинских партий и в Галичине, и в Буковине, особенно "Дiло" и "Свобода" занимались этим неморальным ремеслом и были информаторами австрийской полиции и военных штабов.

Казненные в Талергофе. 1916.

Известные узники[править | править вики-текст]

29 августа 1996 года Архиерейский Собор Русской Православной Церкви За Границей причислил к лику святых казненного за веру отца Максима Сандовича.

Память[править | править вики-текст]

В 1934 году во Львове на Лычаковском кладбище при участии Талергофского комитета был установлен памятник жертвам Талергофа.

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Альбом снимков из концентрационного лагеря для военно-арестованных русских галичан и буковинцев в Талергофе, в Штирии, 1914−1917 гг. — Львов, Издание Талергофского комитета. 1923.
  2. Денисов А.
  3. 1 2 3 4 Ваврик В. Р.
  4. 1 2 McCormick M.
  5. 1 2 Talerhof  (англ.)
  6. 1 2 3 Bogdan Horbal Talerhof  (англ.)
  7. АВПРИ. Ф. 257, Оп. 556, Д. 56, Л. 6.
  8. Талергофскiй альманахъ, Вып. 3., Ч. 1. — Маковскій А. Талергофскій узникъ изъ Сокальщины.
  9. Лемки
  10. Пашаева Н. М., 2001, Гл. V. Между двумя мировыми войнами. 1918−1939.

Литература[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]