Шуман, Клара

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Клара Шуман
нем. Clara Schumann
Clara Schumann 1878.jpg
портрет кисти Франца фон Ленбаха
Основная информация
Имя при рождении

нем. Clara Josephine Wieck

Полное имя

нем. Clara Josephine Wieck Schumann

Дата рождения

13 сентября 1819({{padleft:1819|4|0}}-{{padleft:9|2|0}}-{{padleft:13|2|0}})

Место рождения

Лейпцигкоролевство Саксония, Германский союз[1]

Дата смерти

20 мая 1896({{padleft:1896|4|0}}-{{padleft:5|2|0}}-{{padleft:20|2|0}}) (76 лет)

Место смерти

Франкфурт-на-Майне, провинция Гессен-Нассау королевства Пруссия, Германская империя[2]

Страна

Германский союз
Германская империя

Профессии

пианистка, композитор, педагог

Инструменты

фортепиано

Жанры

классическая музыка

Commons-logo.svg Аудио, фото, видео на Викискладе

Клара Жозефина Вик Шуман (нем. Clara Josephine Wieck Schumann, 13 сентября 1819, Лейпциг — 20 мая 1896, Франкфурт-на-Майне) — немецкая пианистка, композитор и музыкальный педагог. Жена композитора Роберта Шумана.

Биография[править | править исходный текст]

Ранние годы[править | править исходный текст]

Отец Клары, Фридрих Вик (1785—1873), по образованию теолог, давал уроки игры на фортепиано и основал фортепианную фабрику. Её мать, Марианна Тромлиц (нем. Marianne Tromlitz), была концертирующей певицей и пианисткой. Клара родилась вторым ребёнком (её старшая сестра Адельгейда умерла во младенчестве), за ней следовали братья Альвин, Густав и Виктор; на момент рождения Виктора (1824) родители уже были разведены. В 1828 году Фридрих Вик женился на Клементине Фехнер (нем. Clementine Fechner), бывшей на 20 лет моложе него; в этом браке родилась дочь Мария, которую отец позже обучал игре на фортепиано. Марианна Вик вторым браком вышла за Адольфа Баргиля (нем. Adolph Bargiel); их сын Вольдемар Баргиль (нем.) (1828—1897) стал известным композитором.

Строгий, но справедливый отец[править | править исходный текст]

Фридрих Вик, посвятивший свою жизнь воспитанию детей, считался авторитарным и строгим, но справедливым. Всё внимание он уделял Кларе, намереваясь из-за её музыкального таланта как можно скорее заявить о ней как о вундеркинде и пианистке-виртуозе. Так, он забрал Клару из начальной школы и устроил ей приватные занятия, чтобы никакие внешние влияния не мешали концентрироваться на совершенствовании фортепьянной игры. Пока Клара не умела писать, он вёл дневник от её лица, как будто бы Клара была автором. И позже он таким образом влиял на ведение дневника Кларой, чтобы дневник был доступен ему для чтения.

Это объясняет записи дневника девятилетнего ребёнка, как, например:

Мой отец, который уже давно напрасно надеялся на изменение моего осознания, сегодня заметил ещё раз, что я все ещё так ленива, небрежна, беспорядочна, упряма, непослушна и т. д., что я проявила это в особенности в игре на фортепьяно, и я играла новые вариации (op. 26) Хюнтена (нем.), по его мнению, так плохо, … что он на моих глазах разорвал ноты, и с сегодняшнего дня он больше не хочет преподавать мне ни одного часа, и я ничего больше не могу играть, кроме гамм, этюдов Крамера и упражнений на трели Черни.

Его склонность полностью контролировать Клару впоследствии приняла прямо-таки тиранический характер, когда зашла речь об разлучении её с Робертом Шуманом.

Вик лично занимался с дочерью, и с немалым успехом, о чём свидетельствовали аплодисменты, сопровождавшие выступления его дочери. Клара была своеобразной «рекламой» его фортепианно-педагогического метода, который также сделал концертирующими пианистами Роберта Шумана и Ганса фон Бюлова. Тем не менее метод не был жёсткой пианистической тренировкой. Кроме того, общемузыкальное образование, которое получала Клара Шуман, было невелико. Согласно Еве Вайсвайлер (нем.), отцовское влияние можно оценить даже по концертной программе Клары. Только после того, как отцовское влияние уменьшилось, Клара Шуман исполняла на своих концертах произведения Бетховена, Баха и Шумана. До этого её программа состояла из произведений Фридриха Калькбреннера, Камиллы Плейель, Игнаца Мошелеса и Анри Герца.

Вик видел себя в качестве импресарио, который организовывал гастроли Клары, нередко связанные с трудностями. Он заботился о рассылке приглашений на концерт, выборе удобного зала и состоянии инструмента. Как раз последний пункт был особенным вызовом как для отца, так для дочери. В начале XIX века не было редкостью, что рояль — который нельзя взять с собой в почтовой карете — в месте концерта купить сложно, а имеющийся не настроен или не исправен. Перед каждым концертом возникал вопрос, «поучаствует» ли механика рояля в игре. Во время исполнения внезапно могла застрять клавиша или отказать демпфер, из-за чего звенящая струна разрушала всю игру. Поэтому Вик всегда возил с собой весь набор инструментов и перед концертом настраивал и ремонтировал рояль. Вскоре он перешёл к тому, чтобы заранее посылать специально выбранный инструмент к месту выступления, чтобы Клара могла играть на знакомом ей рояле.

Вундеркинд Клара[править | править исходный текст]

Известно, что Клара очень поздно научилась говорить. Это произошло, вероятно, в возрасте 4 лет, когда она провела один год отдельно от отца у своих бабушки и дедушки. Предполагается психическая причина такой задержки, но однозначного подтверждения нет. В возрасте 5 лет она начала интенсивно обучаться игре на фортепиано, а 20 октября 1829 (в возрасте 10 лет) впервые выступила публично — исполняла пьесу Ф. Калькбреннера с другой ученицей в четыре руки.

Лейпцигская Allgemeine musikalische Zeitung писала:

На том же концерте нам было особенно приятно слышать ещё только девятилетнюю, с большими музыкальными данными Клару Вик, исполнившую вариации в четыре руки на марш из «Моисея» Калькбреннера с общим и заслуженным одобрением. Под руководством её опытного в музыке, искусстве фортепианной игры, пожалуй, понимающего и при этом с любовью действующего отца мы можем ожидать от неё самые большие надежды.

Клара играла перед Гёте и была лично знакома с Никколо Паганини и Ференцем Листом. В юные годы она выступала во многих городах, а также в ближнем зарубежье. В Вене в 18-летнем возрасте она была удостоена чести быть назначенной императорско-королевским придворным виртуозом. Очень рано она стала активна как композитор. Четыре полонеза op. 1 были опубликованы, когда Кларе было 10 или 11 лет. Далее последовали Каприз в форме вальса, Романтические вальсы, Четыре характерные пьесы, Музыкальные вечера, фортепианный концерт и многое другое.

Первая влюблённость[править | править исходный текст]

Клара знала Роберта Шумана с детства. Когда ему было двадцать лет, он некоторое время жил у Виков и продолжал брать уроки у отца Клары. Он тепло относился к детям: так, он рассказывал Кларе и её братьям сочинённые им же сказки. Тогда он мечтал об ученице Вика, Эрнестине фон Фрикен, которая была на 3 года старше Клары. Он воздержался от помолвки, когда узнал, что она — принятый ребёнок и не имеет право на наследство. При всём том он посвятил Эрнестине «Карнавал». Клара всегда была поражена этим мужчиной и обожала его. Когда ей исполнилось 16 лет, они стали ближе; Роберт мечтал о первом поцелуе и в более поздних письмах. Она была его «Цилия», его «Кьяра», как он нежно называл её; он посвятил ей пьесу «Киарина».

Тем не менее, отец Клары совершенно не был готов отдать её неимущему, не имеющему профессии молодому человеку, который больше не мог быть пианистом, так как воспаление сухожилий безымянного пальца правой руки преждевременно закончило эту карьеру. Даже тот факт, что Роберт был успешным музыкальным редактором и основал собственный журнал (Neue Zeitschrift für Musik), не мог переубедить его. Вик запрещал влюблённой паре любой контакт. Свидания и переписка запрещались. Вик добился разлуки тем, что запланировал Кларе многочисленные концертные турне. Он наблюдал за ней почти круглые сутки; очевидно, он лишал её даже чернил, чтобы она не могла писать.

Письма Клары к Роберту показывают эти ограничения:

Только не обижайся на меня, что я так страшно плохо написала, представь себе, что я стою, а лист лежит на комоде, за которым я пишу. Чтобы макнуть перо в чернильницу, я каждый раз бегаю в другую комнату.

И в другом письме:

Я прошу тебя, не сердись, что письмо оказалось таким коротким, подумай, уже 10 ч., а я в полном смятении пишу стоя в своей комнате.
Клара Вик в 1840, незадолго до её бракосочетания с Робертом Шуманом

Наконец, в сентябре 1839 года Роберт и Клара подали жалобу в суд Лейпцига с заявлением либо обязать отца Клары согласиться с запланированным браком, либо официально дать согласие. Процесс затягивался, не в последнюю очередь также действиями Фридриха Вика, но 1 августа 1840 года суд дал, наконец, согласие на бракосочетание, которое состоялось 12 сентября 1840 года в деревенской церкви Шёнефельда (нем.) под Лейпцигом. Первые 4 года семейная пара жила в сегодняшнем доме Шумана (нем.) в Лейпциге. Такие персоны, как Феликс Мендельсон-Бартольди, Ганс Христиан Андерсен и Ференц Лист, были вхожи в дом; в концертном зале устраивались концерты и чтения. Примирение между Виком и супружеской парой Шуманов наступило в 1843 году; первый шаг к нему сделал отец.

С Робертом Шуманом[править | править исходный текст]

Счастье в браке и семейное счастье[править | править исходный текст]

Желанная домашняя общность с Робертом Шуманом представляла для Клары некоторые опасения. Годы разлуки сохраняли её любовь возвышенной; теперь ей предстояло существовать в будни. Хотя Клара освободилась от отцовского доминирования, брак также накладывал определённые ограничения. Роберт Шуман, наверное, не был деспотичен, всё же то время по-своему определяло отношения супругов. Тем не менее, в браке у Клары Шуман, наконец, появилась возможность восполнить пробелы общего образования, возникшие под отцовским режимом. Она читала Гёте, Шекспира и Жана Поля и интенсивнее, чем раньше, наряду с произведениями мужа изучала Л. ван Бетховена, И. С. Баха и Ф. Шопена.

Роберт без энтузиазма смотрел на желание Клары концертировать; он хотел, чтобы она больше времени уделяла ему. По его просьбе Клара ограничила занятия на фортепиано — иначе Роберт не мог концентрироваться на сочинении. Ситуация изменилась только тогда, когда они переехали в большую квартиру в Дрездене, где Клара могла играть на фортепиано в отдельной комнате. Кроме того, он хотел, чтобы Клара больше занималась композицией. И здесь Роберт пытался оказывать влияние, так как ему казались несерьёзными романтические сочинения, ограниченные в виртуозности и бравурности. Клара должна была сочинять, как он; его целью было музыкальное единство двоих. И таким образом опубликованный в 1841 году цикл песен супружеской пары Шуман привёл рецензентов в смущение, они не могли сказать, какую интонацию приписать Роберту, а какую — Кларе.

Роберт ввёл семейный дневник, в который супруги писали поочерёдно. Это было похоже на «из огня, да в полымя»: после дневника, контролируемого отцом, она участвовала в дневнике, который читал супруг! Всё же это нововведение известного своей молчаливостью Шумана было удобно для того, чтобы вписать сообщения и просьбы, когда не достаточно (устного) слова. Поэтому Клара извлекла пользу из дневника и использовала его, чтобы сообщать Роберту свою точку зрения. То, что не было доведено до конца в беседе, находило письменный путь и могло повлиять на некоторые его решения.

У четы Шуманов родились 8 детей: Мария (1841—1929), Элиза (1843—1928), Юлия (1845—1872), Эмиль (1846—1847), Людвиг (1848—1899), Фердинанд (1849—1891), Евгения (1851—1938) и Феликс (1854—1879). Их растили и воспитывали, как тогда было принято у буржуа, кормилицы или няни. После смерти Роберта Шумана Клара отпустила пятерых: Мария и Элиза отправились в Лейпциг, Юлия — в Берлин, Людвиг и Фердинанд — в Бонн; только Евгения и Феликс остались с ней. Наиболее жестокая судьба постигла через несколько лет Людвига, который был медлителен и по-своему неловок. Клара сетовала: «Людвиг мне — не опора» и после серьёзного ухудшения его состояния в 1870 году поместила молодого человека в психиатрическую больницу в замке Колдиц, где он умер ослепшим.

Продолжение карьеры[править | править исходный текст]

Скоро Клара снова осуществила своё желание гастролировать. Не в последнюю очередь этому способствовала и финансовая ситуация семьи; доходы от концертов Клары составляли существенную долю семейного бюджета. Впрочем, её концерты помогали также самому Роберту: так как из-за проблем правой руки он больше не мог выступать публично, она исполняла его произведения и сделала его известным во всей Европе. Таким образом, она заботилась большей частью о его композиторской славе.

Тяжёлые времена[править | править исходный текст]

В конце 1849 года Р. Шуман получил предложение стать генеральмузикдиректором Дюссельдорфа, куда семья и переехала в 1850 году. Клара давала концерты и помогала мужу в оркестре и хоре. Их удручала недисциплинированность музыкантов, вследствие которой репетиции и выступления не увенчались желаемым успехом. Серьёзным испытанием для супругов стал вынужденный переезд в пределах Дюссельдорфа, а также выкидыш.

В начале 1854 года заболевание Роберта и, соответственно, нагрузки Клары достигали нового апогея. У Шумана нарастали «аффекты слуха»: он описывал не просто шумы, а скорее назойливые звуки вплоть до полных музыкальных произведений, которые не давали ему спать, причиняли невыносимые боли и нередко доводили до галлюцинаций. Дневниковые записи Р. Шумана сообщают об этом до 17 февраля 1854 года; затем подобные записи больше не встречаются. 27 февраля он пытался покончить с собой, бросившись в Рейн с понтонного моста, но был спасён[3]; 4 марта 1854 года Роберта поместили в больницу в Энденихе близ Бонна. Клара в это время была беременна Феликсом, и врачи не рекомендовали ей видеться с мужем в его достойном сожаления состоянии.

Собственные пути[править | править исходный текст]

Любовное приключение?[править | править исходный текст]

Каждая новая биография о Кларе Шуман ставит вопрос: Что было между Кларой и Иоганном Брамсом? Клара познакомилась с композитором, который был на 14 лет моложе её, в 1853 году; в статье «Новые дороги» (нем. Neue Bahnen) для Neue Zeitschrift für Musik Р. Шуман был озабочен привлечением внимания к неизвестному до тех пор художнику. Вскоре после госпитализации Шумана в 1854 году контакты Клары и Брамса стали интенсивнее. Брамс был влюблён в Клару, об этом свидетельствуют многочисленные письма. Однако то, что происходило между ними в 1854—1856 годах, освещено мало. По взаимному согласию Клара и Брамс уничтожили почти всю переписку того времени, вплоть до 1858 года. Брамс полностью выполнил соглашение; Клара же сохранила несколько писем, которые дают представление об их отношениях.

Известно, что Брамс некоторое время жил вместе с Кларой в дюссельдорфской квартире. Весьма редко он сопровождал её на гастролях. По его записям, он часто хотел бы её близости, но не решался:

Как часто я думал идти к Вам. Но я боялся неподходящего. Всё попадает в газеты.

В его письмах можно встретить все формы обращения: вначале «уважаемая госпожа», затем «самая дорогая подруга», «искренне любимая подруга» и, наконец, «возлюбленная госпожа Клара». В письме от 25 ноября 1854 внезапно сообщается:

Дражайшая подруга, как заботливо смотрит на меня уютное «ты»! Тысяча благодарностей, что я могу не только достаточно рассматривать и читать его, всё же я только слышал его; редко мне нужно было слово так, как при чтении Вашего последнего письма.

Он как более молодой не решался предложить «ты», внезапно стал против и медленно подходил к такому интимному обращению. В письме от 31 мая 1856 года он пишет совершенно ясно:

Моя любимая Клара, я хотел бы, я мог бы писать тебе так нежно, как я люблю тебя, и делать столь много дорогого и хорошего, как я желаю это тебе. Ты настолько бесконечно дорога мне, что я вовсе не могу сказать это. Беспрерывно я хотел бы называть тебя любимой и всеми возможными [словами], не насыщаясь, льстить тебе. […] Твои письма мне как поцелуи.

Реакция Клары на восторг Брамса не передана. Как она хотела видеть себя, следует из сохранённых дневниковых записей: Клара должна была войти в историю как прославленная художница — и как любящая, но ограниченная персоной Роберта Шумана. Интенсивность переписки между нею и Брамсом после смерти Р. Шумана в 1856 году заведомо снизилась, о чём можно судить по существу только по письмам от Брамса, застывшим в сдержанной озадаченности.

Последующие годы[править | править исходный текст]

В 1863 году Клара переехала в Баден-Баден. Последующие годы были насыщены успешными гастролями в многочисленные города Германии и Европы. До самой смерти Клара оставалась знаменитой пианисткой. В 1878 году её пригласили в качестве «первого педагога фортепьяно» во вновь созданную консерваторию Хоха во Франкфурте-на-Майне (в которой она преподавала до 1892 года). Она была занята также редакцией произведений Р. Шумана и опубликовала ряд его писем. Свой последний концерт она дала 12 марта 1891 года в возрасте 71 года. 26 марта 1896 года Клара перенесла апоплексический удар и умерла спустя несколько месяцев в возрасте 76 лет. Согласно её желанию она была похоронена в Бонне на Старом кладбище рядом с мужем. Небольшая мемориальная доска на Мюлиусштрассе, 32 во Франкфурте-на-Майне напоминает о её последнем месте деятельности.

Композитор[править | править исходный текст]

Литература[править | править исходный текст]

Примечания[править | править исходный текст]

  1. Ныне — город в земле «Свободное государство Саксония», Германия.
  2. Ныне — крупнейший город земли Гессен, Германия.
  3. Reiber J. Ein Stück Leben im Spiegel der Wellen : Schumanns «Rheinische» // Musikverein : Ztschr. der Gesellschaft der Musikfreunde in Wien. — 2007. — № 12.  (нем.)  (Проверено 7 марта 2012)

Ссылки[править | править исходный текст]