Эрнандес, Хосе

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Хосе-Рафаэль Эрнандес-и-Пуэжрредон
José Hernández.jpg
Дата рождения:

10 ноября 1834({{padleft:1834|4|0}}-{{padleft:11|2|0}}-{{padleft:10|2|0}})

Место рождения:

Пуэжрредон (Буэнос-Айрес) , Аргентина

Дата смерти:

26 октября 1886({{padleft:1886|4|0}}-{{padleft:10|2|0}}-{{padleft:26|2|0}}) (51 год)

Место смерти:

Бельграно (Буэнос-Айрес), Аргентина

Страна:

Flag of Argentina.svg Аргентина

Род деятельности:

поэт

Язык произведений:

испанский

Логотип Викитеки Произведения в Викитеке
Commons-logo.svg Хосе-Рафаэль Эрнандес-и-Пуэжрредон на Викискладе

Хо́се-Рафаэль Эрна́ндес (исп. José Rafael Hernández y Pueyrredón; 10 ноября 1834, Пуэжрредон, провинция Буэнос-Айрес26 октября 1886, Бельграно, пригород Буэнос-Айреса) — великий латиноамериканский поэт, талантливый журналист. Учредитель газеты «El Rio de la Plata». Эрнандес обессмертил образ ла-платского скитальца-гаучо в поэме «Гаучо Мартин Фьерро». Творческое наследие Хосе Эрнандеса является общим достоянием народов Ла-Платы - аргентинцев и уругвайцев.

Происхождение Хосе Эрнандеса[править | править вики-текст]

Хосе-Рафаэль родился в нескольких милях от Буэнос-Айреса, в усадьбе Пуэжрредон[1], на подступах к аргентинской Пампе[2]. Усадьба, где родился поэт, являлась собственностью его тети Виктории Пуэжрредон. Родителями Хосе-Рафаэля были Рафаэль Эрнандес и Исабель де Пуэжрредон, племянница бывшего главы государства Хуана Мартина де Пуэжрредон[3]. Хосе-Рафаэль имел брата Рафаэля и сестру Магдалену. Был двоюродным братом художника и архитектора Прилидьяно Пуэжрредона и внучатым племянником вышеупомянутого Хуана-Мартина де Пуежрредон. Следует подчеркнуть, что Пуэжрредоны были унитариями (сторонниками экономического превосходства провинции Буэнос–Айрес)[4], в то время как Эрнандесы сражались на стороне федералистов (сторонников федерального устройства государства на основе экономического равноправия провинций)[5]... Известно, что в жилах Хосе-Рафаэля Эрнандеса-и-Пуэжрредона смешались испанская, ирландская и французская кровь.

Раннее детство[править | править вики-текст]

Крестили Хосе-Рафаэля 27 июля 1835 года в Церкви Милости Божьей Матери (которая в то время была известна как «Северный Собор»). Его родители имели обыкновение проживать в усадьбах на юге провинции Буэнос-Айрес[6] - и оставляли ребенка на попечение тети Виктории, которую он звал «Мама Тото». Когда по политическим соображениям тетя должна была эмигрировать, он остался под присмотром деда по отцу Хосе-Грегорио Эрнандес-Плата. Хосе-Грегорио был «эстременьо» - уроженцем испанской провинции Эстремадура. В 1790 году коммерсант Хосе-Грегорио Эрнандес-Плата осел в Буэнос Айресе[7].

В четыре года Хосе уже умел читать и писать. Учился Хосе в лицее соседнего района Сан-Тельмо, посещая в 1841 – 1845 годах уроки чтения и письма, христианской веры, истории древней, римской и испанской, арифметики, рисунка и грамматики. В 1845 году добавились курсы французского, геометрии и географии, без дополнительной оплаты (после проверки способностей и поведения). В 1842 году умер Хосе-Грегорио. Ребенок очень тяжело перенес смерть деда[8]. В следующем, 1843 году Хосе-Рафаэль потерял мать...

Эрнандес и Артигас: исторические параллели[править | править вики-текст]

Юный Эрнандес страдал заболеванием легких, обострившимся после нервных потрясений - и по предписанию медиков ребёнок должен был сменить климат. Это заставило Хосе в 1846 году оставить учебу. Не достигший еще и двенадцати лет, он был отправлен в степные районы провинции Буэнос-Айрес, в фамильное гнездо, которое ему предстояло наследовать, недалеко от «границы» (промежуточной зоны между миром индейцев и испано-креолов)[9]. Здесь будущий поэт близко соприкоснулся с миром гаучо, и этот момент стал поворотным в его жизни - также как и в жизни другого великого латиноамериканца: Хосе Хервасио Артигаса.

В 1776 году (как и Эрнандес, 12-ти лет от роду) Хосе Артигас перебрался из родного Монтевидео в сельскую местность и стал работать на фермах, принадлежавших родителям. Вскоре у городского мальчика завязалась дружба с лихими пастухами-гаучо. Артигас успешно овладел и метанием лассо, и работой с боевым ножом, а странствующие певцы-пайядоры научили его неплохо играть на гитаре… Европейские биографы Артигаса обычно утверждают, что получивший признание и самореализовавшийся среди гаучо Хосе Артигас по происхождению своему был "не гаучо": он - "кровный испанец" (как писал, в частности, русский дипломат А. С. Ионин). Дескать, они, гаучо - испано-индейские метисы; а он - горожанин из интеллигентной семьи; гаучо же представляли собой этносоциальную группу американских номадов, "кочующих мясников"... Однако, уругвайская историография (новейшая - в особенности) подчёркивает, что Артигас был лидером Нации Гаучо (Artigas era el lider de la Nación Gaucha). Ибо, как утверждает уругвайская историография, предками гаучо по мужской линии были гуанчи, переселившиеся в 1724-30 годах в район Монтевидео. Часть гуанчей обосновалась в самом городе - где они вскоре породнились с арагонцами Артигасами. А большинство включилось в процесс колонизации Ла-платской Пампы[10] И таким образом, Артигас, потомок "столичных гуанчей", попал не в чуждую ему, но в родную по крови среду - и прославился в этой среде!

«Я сын гаучо»[править | править вики-текст]

Что касается Хосе-Рафаэля Эрнандеса, то наблюдая за животноводческими работами, исполнявшимися гаучо в отцовском имении и в усадьбах Росаса (которыми управлял его отец), подросток и сам начал участвовать в этих работах, усваивая стиль жизни гаучо, присущий им язык и правила поведения. Бывали иногда и стычки с «нашими соотечественниками индейцами»[11], в которых Хосе-Рафаэль также принимал участие[12]. Всё это было так непохоже на жизнь Буэнос-Айреса и его предместий... Юный Эрнандес, принадлежавший к высокому социальному слою местных землевладельцев, знакомый с документами финансооборота, теперь познавал заботы и обычаи земледельцев и номадов; а параллельно - занимался самообразованием, поглощая книги из семейной библиотеки. Таких людей зовут «самоучками» те, кто затвердил только учебные программы... Динамичный и многогранный сельский мир встретил в лице подростка умного и жадного наблюдателя - способного, однако, держать дистанцию, дабы не быть поглощенным полностью этим миром (в соответствии с семейными инструкциями и привилегиями). Но в то же время Хосе ощутил своё единство с действующими лицами этого мира, его этническими группами, начал сопереживать им. В трудовом процессе юноша должен был решать их проблемы работников и компаньонов с позиций зрелого мужа, учитывающих интересы персональные и семейные...

И многоголосый сельский мир принял его:

  • В интенсивный поток имущества, известий, личностей, в установление сложных и разнообразных социальных и политических связей, и не просто взаимоотношений господства и подчинения, а еще и коммерческих отношений, вплоть до выяснений кражи скота;
  • В хитроумное развитие стратегий, соответствующих интересам партнерства в экономике и производстве как внутри, так и на границах проживания различных этносов;
  • В разные формы владения и захвата земель, торговлю землей и ее юридическое оформление, а также связанную с этим конфронтацию интересов;
  • В близкое присутствие далеких иностранных интересов, враждебных установке на самообеспечение этих провинциальных земель и возможность отвергать это иностранное присутствие, согласно распоряжениям правительства;
  • В разнообразие полевых и животноводческих работ, составляющих простую жизнь крестьянина;
  • В манеры и центры совместного проживания этносов, их культурных и идеологических вариаций;
  • В умение устанавливать взаимоотношения на границе этносов;
  • В религию, особенности и обыкновения повседневной жизни, в досуг и праздники;
  • В интригу взаимоотношений этносов, полов, поколений;
  • В открытость социальной жизни либо по принуждению, либо в поиске новых путей.

В конце концов, Хосе-Рафаэль научился «ходить по полю». Но не только в качестве «хозяина». Хосе-Рафаэль трудился и отдыхал вместе с гаучо: их идеалы стали его идеалами, их полукочевая жизнь - его образом жизни. Он носил широкополую шляпу, отделанные бахромой брюки и плащ-пончо, заменявший ему ночью одеяло. Хосе Эрнандес одинаково хорошо владел и лассо, и шарами-болас, и боевым ножом, и искусством игры на гитаре (а впоследствии - отлично овладел пером)[13]. Во времена Эрнандесовой юности, гаучо уже не был гордым «королём Пампы», - но ещё не стал тем гонимым социальным парией, в какого позднее превратили его Буэнос-Айресские политиканы-плутократы... Эрнандес напишет много позже, в 1881 году :

« После ассимиляции, если не по рождению, я сын гаучо, брат гаучо, и сам гаучо. Прожил годы в полевых лагерях гаучо, в пустынях и лесах, видя как они страдают, сражаются и умирают : самоотверженные, терпеливые, скромные, бескорыстные и героические. »

Итак, будучи, в отличие от Артигаса, "не гаучо" по крови, Эрнандес стал истинным гаучо по духу. Сопереживал, входил в положение других, и его перо заявляло, что рубцы и шрамы других гаучо болят как свои. Именно благодаря приобретенному в отрочестве чувству равенства и сострадания к работнику, Хосе Эрнандес всю жизнь отстаивал позицию экономического равноправия центральной и всех остальных провинций. Чуждой ему была и опора на иностранцев, стремившихся получать сырье на правах местных производителей и торговать без налогов.

В 1-ой половине XIX века большинство аргентинских гаучо поддерживало партию федералистов и её удачливого вождя Хуана-Мануэля Росаса. До Росаса и при нем, гаучо был свободным человеком, проводившим жизнь в седле среди полудиких стад. Когда в 1852 году к власти пришли противники Хуана Росаса и начали претворять в жизнь свою программу, в которой развитие сельского хозяйства Аргентины основывалось на политике массовой иммиграции, полoжение гаучо изменилось к худшему. Слишком бедный, чтобы купить землю, гаучо скитался по стране, а закон против бродяг превратил его в постоянного правонарушителя. Гаучо стал жертвой деспотизма : шерифы, судьи, полицейские - все стали преследовать, грабить его, бросать в тюрьмы или посылать в так называемые пограничные отряды этого сына свободы [13]...

Под знамёнами Буэнос-Айреса: Эрнандесы против Уркисы[править | править вики-текст]

Детство Эрнандеса закончилось одновременно с поражением генерал-капитана Росаса в битве при Касерос с войсками энтрерианского губернатора Хусто Уркисы (февраль 1852 г.). Росас эмигрировал в Англию. В мае 1852 года Уркиса, поддержанный губернаторами других провинций, стал временным правителем Аргентинской конфедерации. Кабинет Уркисы конфисковал имения Росаса... Однако, 11 сентября 1852 года в провинции Буэнос-Айрес вспыхнуло восстание против Хусто Уркисы и его приверженцев. Возглавил победоносное восстание реэмигрант Бартоломе Митре. Провинция Буэнос-Айрес вышла из состава Аргентины, а Митре занял ключевые должности в провинциальной администрации, сделавшись одновременно

  • депутатом законодательного собрания,
  • военным министром
  • и министром иностранных дел.

И хотя Бартоломе Митре был закоренелым унитарием, - Рафаэль Эрнандес взял его сторону, руководствуясь принципом: «Враг моего врага - мой друг!»... Уже в 1853 году Хосе-Рафаэль был в Буэнос-Айресе, его жизнь вступила в новую фазу. Вслед за отцом, Хосе-Рафаэль Эрнандес записался в ополчение Государства Буэнос-Айрес... В том же 1853 году про-Уркисовская Конституционная ассамблея приняла новую Конституцию Аргентины[14]. В соответствии с новой конституцией, Уркиса вступил в должность президента в марте 1854 года... В 1854 же году Буэнос-Айресское ополчение было разбито в битве при Сан-Грегорио. Однако, вскоре обстоятельства изменились. И, будучи лейтенантом армии Государства Буэнос-Айрес, Хосе Эрнандес принял участие в победоносном сражении в местечке Тала (Уругвай).

В 1856 году, вскоре после последней тщетной попытки Хиларио Лагоса присоединить Буэнос-Айрес к Аргентинской Конфедерации, Хосе-Рафаэль Эрнандес начал карьеру журналиста в газете «La Reforma Pacífica»[15]. Был принят в Федеральную Реформистскую Партию, которая поддерживала вхождение Буэнос-Айреса в Конфедерацию. Членов этой партии прозвали «чупандино» (чупар – посасывать) за предположительную привязанность к выпивке. Приверженцев противоположных взглядов называли, в свою очередь, «компанейцами» (пандижерос), поскольку те всегда ходили группами. В июне 1857 года ушёл из жизни дон Рафаэль Эрнандес. В заключении о смерти отца было сказано, что его убила молния, когда он догонял войско в своём имении на территории Буэнос-Айреса...

В 1858 году, после дуэли Хосе с руководителем противоположной политической партии, его заставили уйти из армии Буэнос-Айреса, а также из Национальной Администрации. Теперь ни служба, ни обязательства перед отцом уже не удерживали Эрнандеса в «Байресе».

Под знамёнами Уркисы[править | править вики-текст]

Хосе-Рафаэль переехал в Парану, столицу провинции Энтре-Риос, чтобы всецело посвятить себя журналистике. Однако, в 1859 году вспыхнула война между Буэнос-Айресом и Аргентиной. Эрнандес участвовал в битве на реке Сепеда[16] за присоединение Государства Буэнос-Айрес к Конфедерации, под командованием бывшего врага своей семьи - генерала Хусто Уркисы (октябрь 1859 г.). На сей раз Уркиса разгромил буэнос-айресские войска, которыми командовал Митре. Буэнос-Айрес принуждён был вернуться в состав конфедерации, присоединение было оформлено юридически.

В 1859 или 1860 году, там же, в Паране, Эрнандес вступает в Социалистический Клуб Аргентины. После битвы при Сепеде он работал стенографистом в Национальном Конгрессе Параны, которая была также столицей Конфедерации. В 1861 году вступил в масонскую ложу «Asilo de Litoral»[17] и вплоть до 1862 года был ее секретарем. В 1861 г. Эрнандес был назначен секретарем генерала Хуана-Эстебана Педернера, вице-президента Конфедерации, под управлением президента Сантьяго Деркù. Во время проживания в Паране Эрнандес регулярно публиковался в газете «El Nacional Argentino»[18]. С 22 сентября 1858 года в газете начали появляться статьи за подписью "Винча". Использование псевдонима объяснялось тем, что автор имел доступ к государственным документам. Всего опубликовал восемнадцать статей, из которых выделяется одна, где было сказано:

« Политическое объединение с Буэнос-Айресом осуществлено Пактами от 11 ноября и 6 июня, административная и управленческая независимость осуществится очень быстро. Для Республики открывается новая эра, эпоха мира, прогресса, торговой активности и развития морального и материального. Для осуществления этих ожиданий, для исполнения обещаний, данных президентом, существует основное и необходимое условие: стабильность институтов власти, уважение и подчинение власти исполнительной, которая отвечает за пути развития страны, ведет ее к счастью по дороге, прочерченной законом. »

Эрнандес поддерживал позицию Деркù - позицию интеграции страны, ожидая от ее объединения истинного мира и прогресса.

Однако, победа Конфедерации была краткосрочной и зыбкой, благодаря экономическому превосходству Буэнос-Айреса. И для ликвидации возникшей неопределенности потребовалась новая битва. Она произошла на реке Павон (юг провинции Санта-Фе), в сентябре 1861 года. Здесь Уркиса встретил армию Буэнос-Айреса, которую вновь возглавил Митре. Хосе Эрнандес вновь сражался под флагами Уркисы. Брат его, Рафаэль, часто участвовал в боях вместе с ним. По всеобщему мнению, Уркиса предал свои полки. Командуя центром фронта, Уркиса ухитрился «не заметить» победы своей кавалерии на флангах. И видя, как распадается сопротивление центра, которым он руководил и где находились менее обученные войска, - Уркиса покинул поле боя[19]. Необычное решение Уркисы оставило открытое поле войску Буэнос-Айреса. Бартоломе Митре решил укрепить позиции и двинуться далее вглубь провинции Санта-Фе. 4 октября он уже был в городе Росарио... Эрнандес разорвал отношения с Уркисой, отправив ему гневное послание :

« Никогда не были Эрнандесы предателями. В последние годы, которые не были для нас усыпаны розами, я мог бы искать прибежища на противоположной стороне, но никто и никогда не видел меня колеблющимся в политических убеждениях, или покидающим своих единомышленников, или опустившим руки в сражении, или просящим у врагов пощады. Не будет, наверное, ни одного врага, который понадеялся бы на мое отступничество от идеалов отца. »

Понимая, что страна захвачена, Деркù отрекся и укрылся в Монтевидео; несколькими неделями позже вице-президент Педернера объявил несостоятельным Национальное Правительство. Именно таким образом осуществилось возвращение Буэнос-Айреса в Конфедерацию, с условиями, предложенными столичной провинцией. Ибо Митре после победы при Павоне получил серьёзные уступки от армейских кругов, добившись, прежде всего, поправок к конституции 1853 года. Буэнос-Айрес обеспечил себе получение процента с таможенных поступлений в течение пяти лет. Митре упразднил Государство Буэнос-Айрес, включив его как провинцию в состав Республики Аргентина. Впоследствии историк Митре нарёк поправки губернатора Митре — Конституционной реформой 60-х годов.

Боевая журналистика Эрнандеса[править | править вики-текст]

Несмотря на победу унитариев, Эрнандес не падает духом - и продолжает проповедовать федерализм в оппозиционной газете «El Litoral»[20], издаваемой в Паране его другом Эваристо Карьего. Сотрудничество Эрнандеса с этим изданием относится к 1862 году. С середины июля до середины августа появляются предупреждения Эрнандесу от имени ревизора по банкротствам - судя по всему, инициированные властью... 14 августа 1862 года Эрнандес подписал своими инициалами J.H две статьи, которые появились в колонке издателя. Одна - по поводу грабежа на парагвайском пароходе. Вторая - "Обзор газет" - включала комментарии новостей, прибывающих на пароходе "Долорситас", которые говорили о проектах федерализации Буэнос-Айреса (то есть о превращении его в столицу всей федерации, а не только провинции Буэнос-Айрес), о подавлении революции в провинции Катамарка, о ситуации в Мендосе - а завершались выводом:

« Нет порядка ни в одной из частей страны, тревога и всеобщее возбуждение, хоть и медленно, но нарастают вновь. Хвалёная реорганизация страны всё ещё проблематична. Иногда кажется, что восстановление порядка, мира и гармонии идёт вспять. Искусству перестраивать не обучаются, разрушая! »

8 июня 1863 года Хосе Эрнандес вступил в брак с Каролиной-Росой Гонсалес де Соляр, от которой в дальнейшем у него родилось 8 детей. Первые трое родились в Паране, остальные – в Буэнос-Айресе. На жизнь Хосе зарабатывал куплей-продажей земель, а также имел жалованье в те времена, когда имел работу... Газета «El Argentino»[21] была основана Эрнандесом в 1863 году, после заключения им брака. 12 ноября того же года журналиста потрясло убийство генерала-федералиста Пеньялоса, чья голова была выставлена на площади города Ольта, в провинции Ла-Риоха. Событие оказало на Эрнандеса такое влияние, что он не раз обращался к этой теме в редакторских статьях своей газеты. В течение месяца после казни лидера Ла-Риохи, Эрнандес посвящал ему статьи, которые впоследствии объединены были в цикл «Жизнь Чачо или Штрихи биографии генерала Анхеля Пеньялоса». В этих статьях, хотя и указаны неизвестными обстоятельства гибели доблестного вождя, - но однозначно просматривается обвинение в его смерти как партийных унитариев, так и сотрудничавшего с ними литератора и офицера Доминго Сармьенто. А изменивший федерализму генерал Уркиса "деликатно" предупреждается о подобном же конце... В конце 1863 года «Аргентинец» перестал выходить. Эрнандес улаживал в Энтре-Риос свои финансовые дела.

После начала Войны с Парагваем в 1864 году, Эрнандес переехал в провинцию Корьентес, где брат его жены - Мелитон Гонсалес де Соляр - занимался врачебной практикой. Эрнандес был назначен Временно исполняющим обязанности государственного налогового инспектора вместо отказавшегося от должности доктора Томаса Лукэ. Более того, он начал сотрудничать в газете «El Eco de Corrientes»[22]. Случилось это в 1866 или в 1867 году, когда он стал сотрудником Национальной Библиотеки. В 1867 г. Эрнандес вступил в корьентесскую масонскую ложу «Constante Union»[23]. В 1868 г. возглавил «El Eco de Corrientes». На страницах «Эха» он дважды в месяц вступал в дебаты с газетой противоположного политического направления, которая посвящала ему свои строки как человеку публичному. Эрнандес подписывался полным именем или инициалами J. H. Последний выход газеты был 26 мая 1868 года: на следующий день был свергнут губернатор Эваристо Лопес, а его министры подверглись преследованию. Эрнандес вынужден был отказаться от инспекторской должности, а также оставить преподавание грамматики в колледже Святого Августина. Эрнандес переехал в Росарио, крупный город и речной порт провинции Санта-Фе, где Овидий Лагос, известный аргентинский журналист, предложил ему сотрудничать в своей газете «La Capital de Rosario»[24]. Которая была основана в поддержку проекта политика Мануэля Кинтаны учредить в этом городе столицу республики Аргентина - и в поддержку кандидатуры Мариано Кабаля (федералиста, основателя Банка-Росарио) как будущего губернатора провинции Санта-Фе. Основатель газеты Овидий Лагос, также как Эрнандес, сражался на стороне федералистов... Статьи Эрнандеса появлялись с подписью J. H.; первая вышла 20 июня и называлась "События в Корьентес и анархическая пресса". Статья анализировала проблему законности в провинции. Законность была нарушена переворотом, в результате которого был свергнут губернатор Эваристо Лопес, и который организовал не кто иной, как Бартоломе Митре, президент республики Аргентина. В последующих статьях Эрнандес отстаивал перенос столицы республики за пределы Буэнос-Айреса, в частности, в Росарио:

« Власть Буэнос-Айреса, будучи грозой для всех провинций, будет поддерживать только одну, в силу ее близости Национальному Правительству, которое будет подвергаться влиянию ее провинциальных властей и действовать в интересах только этой территории. Столица в Росарио могла бы дать всем нам удобное решение вопросов, которые разделяют и волнуют нас до сегодняшнего дня. Если Буэнос-Айрес не даёт никаких выгод ни одной из провинций, то он превращает в руины всю остальную страну. Если бы даже было возможным нелепое сосуществование в Буэнос-Айресе двух правительств, Национального и Провинциального, то само это сосуществование привнесло бы дублирование такой природы, которая превращает его в абсурд, в политическую экстравагантность! »

Сотрудничество Эрнандеса с газетой было ежедневным вплоть до 21 июля, когда он переехал в Буэнос-Айрес. 23 июля 1868 года Овидио Лагос посвятил ему прощальную статью в газете:

« Этот видный господин, друг и политический единоверец, уехал вчера в Буэнос-Айрес. Пусть счастливым будет его путь и спокойным пребывание в огромном городе. Сеньор Эрнандес, проживая в Корьентес, работал там в прессе, поддерживая всегда свободу и добрые идеи. Независимый от наших забот, он излагал их, тем не менее, с воодушевлением и знанием дела, так несвойственным всем нам.

Странник не по своей воле, из-за преследований осевший временно в Росарио, он подарил «Столице» выдающиеся статьи, которые донесли слово правды о нашей политической ситуации до сердца народа.

»

В октябре 1868 года к власти пришел первый официально беспартийный, но яростно поддерживавший идеи унитариев, президент Доминго Фаустино Сармьенто. В пику ему, Эрнандес на страницах газеты «El Río de la Plata»[25] поддерживал республиканский федерализм, доказывая, что благая идея была предана лукавым и трусливым Уркисой. Хосе-Рафаэль Эрнандес предложил схему мирной колонизации Патагонии путём распределения нарезанных участков земли - вместо военного захвата. И это в то время, когда в стране набирал обороты механизм призыва, чтобы формировать охрану границ. Считается, что Эрнандес был первым писателем, который заклеймил позором широко практиковавшиеся в те годы «отправки гаучо на границу». Когда всех "подозрительных лиц" (по-преимуществу, бродяг-гаучо) посылали сражаться против индейцев [13] Так президенты-унитарии Митре и его преемник Сармьенто "сталкивали лбами" две враждебные им этнические стихии[26]... Начальники погранотрядов почти не выдавали насильственно мобилизованным гаучо ни ружей, ни патронов - и солдаты шли в бой, вооруженные, зачастую, только палками. Если, отчаявшись, кто-либо из этих несчастных пытался уйти из отряда, его объявляли «дезертиром». И расправлялись с ним "по всей строгости закона"[13]...

Аргентинские унитарии были бесконечно далеки от того, что сейчас принято называть «политкорректностью». При Сармьенто в Буэнос-Айресе печатались карикатуры на гаучо, где эти мужественные скитальцы изображались со звероподобными (зачастую - крысоподобными) лицами... Что же касается издаваемой Эрнандесом «El Río de la Plata», то она старательно избегала как этнических, так и персональных нападок. Тем не менее, газета была закрыта 22 апреля 1870 года - и закрыта самим Эрнандесом - после убийства генерала Уркисы низвергнувшим его генералом Хорданом; в те же дни и президент Сармьенто отдал приказ о ее закрытии!

Под знамёнами Хордана: война и эмиграция[править | править вики-текст]

Эрнандес переехал в Энтре-Риос, где поддержал избрание генерала Рикардо Лопеса Хордана губернатором провинции после Уркисы, затем в январе 1871 года вступил в энтрерианское ополчение, сражался с вторгшимися в провинцию войсками Сармьенто. Вступил в Федеральную Партию, возглавляемую Лопесом Хорданом. В аргентинской историографии все три этапа Хорданистского движения, - как то:

  • Свержение и убийство Уркисы,
  • Избрание Хордана губернатором и
  • Вооружённое сопротивление Буэнос-Айресским агрессорам -

принято назывть Последним Восстанием Гаучо. Это была попытка защитить автономию провинции Энтре-Риос от диктата унитариев. 26 января 1871 года гаучо были разбиты, а Эрнандес и Лопес Хордан эмигрировали в Бразилию. В Бразилии Эрнандес прожил с апреля 1871 года до начала 1872 года. В Бразилии Эрнандес прожил с апреля 1871 года до начала 1872 года, затем выехал в Уругвай. В Монтевидео произошла историческая «встреча» двух великих федералистов, двух тёзок: Хосе-Рафаэля Эрнандеса и Хосе-Хервасио Артигаса. Последний ещё в 1850 году скончался изгнанником в Парагвае, а в 1856-м его останки вернули на родину и перезахоронили в Национальном Пантеоне. Стоя у могильного камня генерал-протектора Артигаса, Эрнандес прочёл скупые и торжественные слова: «Artigas: Fundador de la Nacionalitat Oriental».

«Гаучо Мартин Фьерро»[править | править вики-текст]

Когда Сармьенто вдруг объявил амнистию хорданистам, - Хосе-Рафаэль Эрнандес вернулся из Уругвая в Аргентину. Одним из условий амнистии был запрет на проживание в Буэнос-Айресе. И его Эрнандес нарушил. Поселился на улице Талькауано, а затем в Большом Отеле Аргентины на перекрестке улиц Ривадабьи и 25 Мая[27]. Изгнанник скрывался как раз напротив Здания Правительства!..

В отеле, на грубой коричневой бумаге записной книжки из маленького магазинчика, Эрнандес завершил набело некоторые поэмы о любви, а также семь песен, представляющих собою первую часть поэмы «Гаучо Мартин Фьерро»[28]. Главный герой поэмы назван в честь Мартина Гуэмеса - предводителя кавалеристов-гаучо, героя Войны за Независимость Южной Америки, который остановил войска испанского короля на Северо-Востоке, в то время как Сан-Мартин, при поддержке Пуэжрредона, присоединился к кампании на Северо-Западе, перешагнув через Анды... Первая часть книги, известная как «Прибытие», публиковалась в журнале «Republica»[29] отдельными главами, начиная с 28 ноября 1872 года. В дополнение к поэме было опубликовано письмо автора своему другу и редактору Хосе Мигенсу. Поэма представляет собой страстный протест против унижения и закабаления гаучо. Эрнандес взял под свою защиту эту нацию, не только подвергшуюся бесчеловечной эксплуатации, но и оказавшуюся под угрозой физического уничтожения в результате политики, проводившейся унитариями[30]. Хосе Эрнандес отлил трагедию народа в металле своей поэзии. Он создал образ Мартина Фьерро - бродячего певца, который, подобно средневековым трубадурам, странствует из деревни в деревню, рассказывая о том, что близко сердцу любого гаучо. Вначале Мартин повествует о себе, вспоминает счастливую жизнь, которую когда-то вели вольные гаучо, вспоминает и принесенные солдатчиной страдания. Жизнь на границе - это побои, это каторжный труд и всевозможные лишения![13]. Выразительностью своего языка, богатого на образы, взятые из жизни, история несчастий Мартина Фьерро слилась с народными традициями и превратилась в национальную поэму, глубокую и тревожно прижившуюся в народном сознании вплоть до наших дней.

« Едва появившись, поэма стяжала огромный успех у народа! В два месяца распродано первое издание. В течение двух лет вышло 9 изданий. В 1886 напечатано 62 тысячи экземпляров. «Мартин Фьерро» превратился в товар витрины, поскольку его просили лавочники. Успех Эрнандеса, однако, состоялся только в испаноязычной Америке. »

- писал в 1945 году Мануэль Гальвес.

Вторая эмиграция и возвращение Хосе Эрнандеса[править | править вики-текст]

Весной 1873 года Эрнандес возвратился в Уругвай - ибо 1 мая вспыхнуло Второе восстание хорданистов и его связь с мятежным генералом стала общеизвестной. 28 мая правительство Сармьенто объявило цену за головы мятежного вождя (100 000 песо) и его соратников, - Эрнандес в это время сопровождал армию Хордана в провинцию Энтре-Риос. К концу лета 1873-го Лопес Хордан оккупировал Энтре-Риос; правительство Сармьенто усилило давление на него и его соратников. Между тем, пути Эрнандеса и Хордана разошлись. Хосе-Рафаэль Эрнандес покинул Энтрерианские пределы[31] и, поскольку дорога в Буэнос-Айрес была ему теперь заказана, вновь обрёл убежище в Монтевидео. С 1 ноября 1873 г. Эрнандес возобновил журналистскую работу в газете «La Patria»[32]. А газета «La Politica» в Буэнос-Айресе (собственность Эваристо Карьего) воспроизводила все статьи Эрнандеса, публиковавшиеся в Уругвае!

9 декабря 1873 года смелый и безрассудный Лопес Хордан был разгромлен в битве при Дон-Гонзаго (Энтре-Риос); спасаясь бегством, он 25 декабря переплыл реку Уругвай... 10 марта 1874 года Эрнандес опубликовал в «Родине» манифест, где фундаментально пересмотрел хорданистские позиции. Объяснил причины восстания прошлого года и его поражения в Битве при Дон-Гонзаго. Он ясно видел, что менялась жизнь вокруг. Страна, несмотря на чьи-то незаслуженные привилегии, становилась все более единой. Народ устал от постоянной войны. Через несколько месяцев Эрнандес решительно порывает с Хорданом по стратегическим соображениям...

1 января 1875 года перестала выходить «La Patria». Эрнандес возвратился в Буэнос-Айрес по амнистии президента Николаса Авежанеды - человека сложной судьбы: унитария по семейному воспитанию, личного врага Х.-М. Росаса, - пересмотревшего, однако, многие концепции унитаризма... Через 3 года Эрнандес нашел работу в Буэнос-Айресе. В 1878 году он объединился с Рафаэлем Касагемасом и открыл на паях книжный магазин «La Librería del Plata»[33]. А также вступил в масонскую ложу «Obediencia»[34], членом которой состоял вплоть до самой смерти. И в том же году стал депутатом от своей родной провинции Буэнос-Айрес, а затем и сенатором. В 1879 г. участвовал в проекте освоения земель для строительства на них города Некочеа (провинция Буэнос-Айрес) и сотрудничал с Дардо Роча (губернатором провинции Буэнос-Айрес в 1881–84 годах) в проекте возведения провинциальной столицы - города Ла-Плата...

В конце своего президентства (1879 год) Авежанеда открыл кампанию Покорения пустыни (Conquista del Desierto, Campana del Desierto), а именно - Центральной Пампы, которой до этого распоряжались многочисленные индейские племена. Индейцам было предложено перейти на оседлый образ жизни, то есть возделывать какую-то часть принадлежавших им земель. Большинство племён не согласилось - и открыло боевые действия. Campana del Desierto, которой руководил генерал Хулио Рока, сопровождались целым рядом жестокостей. Хосе-Рафаэль Эрнандес воспринял эту кампанию как неизбежный итог прежней политики Буэнос-Айресских властей. К тому же, он был человеком весьма практическим. Поэтому - при всем сочувствии к индейцам - не мог не понимать, что выживание их полностью связано с их приспособлением к реалиям XIX века: к новым условиям жизни, к новому миру.

Основной костяк армии Рока составляли гаучо: не с палками в руках, как при Митре и Сармьенто, но вооружённые и экипированные надлежащим образом. И, хоть и не осуществилась мечта Хосе Артигаса о содружестве гаучо с индейцами, - но геноциду нации гаучо был положен конец. Индейские нации также получили шанс на выживание - в новых условиях, в контексте новых времён...

«Возвращение Мартина Фьерро»[править | править вики-текст]

В 1879 году, когда книга «Гаучо Мартин Фьерро» уже была переиздана много раз, Эрнандес опубликовал продолжение - «Возвращение Мартина Фьерро» (с иллюстрациями Карлоса Клéрисе). Обе части составляют единое произведение - «Мартин Фьерро» - обширную поэму аргентинских степей, которая является единственной в своем роде, поскольку описывает целую эпоху развития страны, объединяя лирическое, описательное, сатирическое и эпическое восприятие действительности и характеров в единую эпопею... Есть поэты, которых превозносят при жизни, а потом благополучно забывают. Есть поэты, которым на роду написано влачить жалкую жизнь - и быть превознесёнными после смерти... Хосе Эрнандесу повезло. Поэмы про Мартина Фьерро в первые же месяцы нашли массу поклонников и в аргентинской, и в уругвайской Пампе, и в элитных кварталах Буэнос-Айреса. Их сметали с прилавков, зачитывали до дыр, их цитировали и декламировали...

« Поэма использует некоторые фольклорные источники (диалоги гаучо, определенные комбинации строф), местные источники (аналогичные некоторым другим поэмам гаучо в прозе или стихах), произведения предшественников с их местным колоритом, непокорностью и экзальтацией персонажей, некоторыми стилистическими чертами, напоминающими произведения испанской литературы... »

- писал аргентинский филилог Лопрете (1978 г.).

Между тем, в апреле 1879 года Эрнандес получил неожиданное письмо от одного из своих читателей. Это был не кто иной, как экс-президент Аргентины Бартоломе Митре, сам успешно подвизавшийся на литературном поприще. Слог письма отличался неповторимым изяществом, цветистые похвалы политического врага сочетались с "конструктивной критикой" поэмы.

« «Мартин Фьерро» - это книга, завоевавшая право гражданства в литературе и в общественности Аргентины. (...) Это настоящая спонтанная поэма, нарезанное тесто из реальной жизни. (...) Бартоломе Идальго всегда будет Вашим Гомером! (...) Я думаю, впрочем, что Вы немного злоупотребили натурализмом, и местный колорит в стихах без меры. (...) Я не совсем согласен с Вашей социальной философией, которой наполнены глубины Вашей души. Это - горечь без корректирующей солидарности общества. Лучше примирить противоречия по любви. (...) Поздравляю Вас с уникальным успехом Вашей книги, о котором свидетельствуют многочисленные переиздания! Ваш соотечественник - Бартоломе Митре. »

- писал экс-президент своему политическому оппоненту...

В 1880 году, в компании с будущим президентом страны Иполито Иригоженом, Эрнандес основал Молодежный Клуб Буэнос-Айреса, агитировавший в поддержку кандидатуры Хулио-Аргентино Рока, который и выиграл президентские выборы с большим перевесом. Такая поддержка со стороны Эрнандеса объясняется тем, что именно генерал Рока защитил президента Авежанеду в момент его избрания, когда Бартоломе Митре развернул против него войска[35]. В 1880, будучи президентом Палаты Депутатов, Хосе Эрнандес защищал проект строго-федерального государства, по которому Буэнос-Айрес переставал быть столицей провинции. Во время мятежа 1880 года Эрнандес, вместе с поэтом Карлосом Гидо Спано, организовал помощь раненым с обеих сторон.

В том же 1880 году Национальная Исполнительная Власть вместе с Николасом Авежанедой, у которого завершался президентский срок, поставила под свою юрисдикцию территорию муниципалитета города Буэнос-Айрес. Разрыв политических связей столицы с той провинцией, где она была расположена, был постоянным требованием всех остальных провинций Аргентины, кроме самой провинции Буэнос-Айрес, которая энергично сопротивлялась потере своего исключительного положения среди других провинций в процессе формирования федерального национального государства. 6 декабря (в теперешний День Гаучо) 1880 года новый президент Рока официально объявил Буэнос-Айрес столицей республики, добившись согласия Законодательного Органа провинции (как то предписывал закон, выдвинутый им в сентябре того же года).

В 1881 г. Хосе-Рафаэль Эрнандес основывает федералистскую газету «El Rio de la Plata». На её страницах разоблачает тёмные плутни унирариев.

« Гаучо д.б. гражданином, а не парией, у него д.б. обязанности, но также и права, и его участь должна улучшаться путём его просвещения! »

- неизменно подчёркивал Эрнандес[36]. В том же 1881 году Эрнандес вновь был избран сенатором своей провинции и написал «Инструкции землевладельцу». Книга говорит об экономических возможностях аргентинских полей, содержит ценные советы владельцу земли. Его брат Рафаэль утверждал по поводу этой публикации:

« Его непререкаемый авторитет в сельскохозяйственных делах явился причиной того, что правительство доктора Роча хотело доверить ему миссию изучения предпочтительных животноводческих пород и методов Европы и Австралии, для чего он должен был проехать по миру с оплатой провинцией всех расходов путешествия и исследований. Ему предлагались ежемесячные выплаты в размере 17 тысяч песо в течение года и ставилась задача по возвращении представить информацию, которую правительство обязалось опубликовать. Столь привлекательной представлялась эта миссия, что распоряжение было обнародовано без консультации с избранником, который, узнав о нем из газет, предстал перед правительством, отклоняя подобную честь. Поскольку губернатор настаивал на том, что стране необходимо пособие для обучения созданию новых животноводческих хозяйств и содействию существующим, Эрнандес объяснил, что для этого совсем необязательны подобные траты, что европейская практика совсем неприменима к нашей стране из-за различных природных и производственных условий, что выведение пород не может быть однотипным с отдельными исключениями, поскольку зависит от климата и местонахождения выращиваемых пород, а также от изменений рынка сбыта. В конце концов, он сказал, что через некоторое время, не выходя из дома и не отягощая казну, напишет необходимую книгу. И, в самом деле, написал «Инструкции землевладельцу», которые отредактировал Касаваже. Приведенных там данных и методов достаточно для образования отличного мажордома или директора животноводческой фермы, а также для навыков контроля за персоналом со стороны хозяина. »

Советы, представленные в книге, полезны даже в настоящее время, с учетом изменившихся технологий, поскольку дают детальные планы ежедневных работ. И несмотря на это, в течение длительного времени книга была наименее известным трудом Эрнандеса.

Путешествие, предложенное Эрнандесу главой правительства, было затем предложено его брату Рафаэлю, который, уважая мнение брата, также отказался от предложения.

В 1885 г. Хосе Эрнандес снова был избран сенатором от провинции Буэнос-Айрес. Исполнял обязанности сенатора вплоть до своей кончины.

Смерть и посмертная слава[править | править вики-текст]

Хосе Эрнандес скончался неожиданно в четверг 21 октября 1886 года, на своей вилле в Буэнос-Айресском районе Бельграно, на улице Санта-Фе (Святой Веры), 468, от сердечного приступа. Оставил вдову и восьмерых детей - в возрасте от от семи до двадцати одного года. Его биографы едины во мнении, что последними его словами были: «Буэнос-Айрес! Буэнос-Айрес!» Одна газета в городе Ла-Плата написала о его смерти так:

« Умер сенатор Мартин Фьерро. »

Останки Хосе-Рафаэля Эрнандеса покоятся на элитном кладбище Реколета, в городе Буэнос-Айрес.

Есть поэты, которых благополучно забывают после смерти. Но Хосе Эрнандеса аргентинцы читают и перечитывают до сих пор. О нём спорят, его экранизируют[37], а роскошные издания «Гаучо Мартина Фьерро» принято дарить молодожёнам... Имя великого аргентинца-поэта носят район города Ла-Плата (столицы провинции Буэнос-Айрес), станция метрополитена города Буэнос-Айрес, а также улица района Бельграно, на которую выходит этот метрополитен. Носит его имя и станция железной дороги Генерал-Рока, которая уже не используется... 10 ноября, в день рождения Эрнандеса, в Аргентине установлен День Традиций, а 6 декабря, в день выхода первой части «Мартина Фьерро», празднуют День Гаучо. То, что не удалось автору в ходе политической борьбы, было достигнуто им посредством литературных произведений. Через поэзию он получил большой отклик на свои политические предложения, а Мартин Фьерро стал самым большим его вкладом в дело гаучо.

Основные сочинения Хосе Эрнандеса[править | править вики-текст]

  • Vida del Chacho, o Rasgos biográficos del general D. Angel V. Peñaloza, 1863. (Жизнь Чачо или Штрихи биографии генерала Анхеля Пеньялоса)
  • Los treinta y tres orientales, 1867. (Тридцать три ориентала)
  • El Gaucho Martín Fierro, 1872. (Гаучо Мартин Фьерро)
  • La Vuelta de Martín Fierro, 1879. (Возвращение Мартина Фьерро)
  • Instrucción del Estanciero, 1881. (Инструкции землевладельцу)

Библиография[править | править вики-текст]

  • Aguirre M. Anales de la Sociedad Rural Argentina. 1972.
  • Areco J.M. De las partes al todo y José Hernández multitarea. 2012.
  • Auza N.T. El periodismo de la Confederación (1852-1861). B.Aires, 1978.
  • Borges J.L. El "Martín Fierro". B.Aires, 1979.
  • Chávez F. José Hernández, periodista, político y poeta. B.Aires, 1959.
  • Chávez F. Vida y muerte de López Jordán. B.Aires, 1986.
  • Crocco M. Estudio histórico-biográfico de José Hernández, epílogo al Texto completo del Martín Fierro (Ida y Vuelta). 2011.
  • Gammalsson H. E. Jóse Hernández: Ubicación, historica, trayectoria, motivaciones ideológicas. B.Aires, 1972.
  • Jitrik N. Jose Hernandez. B.Aires, 1971.
  • Loprete C.A. Literatura española, hispanoamericana y argentina. 1978.
  • Lozada Guido A. Martin Fierro. Gauchoheroemito. B.Aires, 1967.
  • De Marco M.Á. Historia del periodismo argentino. Desde los orígenes hasta el centenario argentino. B.Aires, 2006.
  • Martinez Estrada Е. Muerte у transfiguracion de Martin Fierro. В.Aires, 1958.
  • Ortale M.C. Colaboración desconocida de José Hernández en El Litoral de Evaristo Carriego. 2010.
  • Perkins P., Eduardo J. El periodista José Hernández. 2011.
  • Pagés Larraya A. Prosas del Martín Fierro. B.Aires, 1952.
  • De Paoli P. Los motivos del Martín Fierro en la vida de José Hernández. 1949.
  • Villanueve A. Critica у pico. El sentido esencial del Martin Fierro. B.Aires, 1972.
  • Культура Аргентины. М., Наука, 1977.
  • Лакруа Д. Эпическая поэма Пампы. Курьер ЮНЕСКО, N-о 6, 1957.
  • Художественное своеобразие литератур Латинской Америки. М., 1976.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Ныне усадьба Пуэжрредон входит в черту города Сан-Мартин (округ Западной Виллы Бажестер). А сам город Сан-Мартин давно уже de facto вошёл в состав «Большого Буэнос-Айреса». Согласно декрету от 13 ноября 1972 года Nº 7105/72, дом, где родился Эрнандес, был объявлен Национальным памятником. Здесь в настоящее время функционирует исторический музей “Хосе Эрнандес – усадьба Пуэжрредон”... Другим историческим событием, выделяющим город Сан-Мартин, явилась битва в местечке Пердриэль (в окрестностях усадьбы Пуэжрредон) 1 августа 1806 года. С этой битвы началось сопротивление ла-платских креолов первому английскому вторжению в Буэнос-Айрес.
  2. Необходимо различать географическую область Пампа и одноименную ей (в испанском языке) аргентинскую провинцию. В русской литературе название Ла-Пампа применяется исключительно к данной провинции, созданной в 1945 году на базе федеральной территории Территорио-Насьональ-де-Ла-Пампа-Сентраль (создана в 1884 году). В каковом названии, надо сказать, было более точно отражено географическое положение последней: в центре Пампы
  3. Хуан Мартин де Пуежрредон, был с 1816 по 1819 гг. Верховным Правителем Объединенных Провинций Ла-Платы (теперешней Аргентинской Республики).
  4. «Пуэжрредон и его приближённые хотели превратить Буэнос–Айрес в новый Рим, в столицу империи, и управлять провинциями, посылая туда своих проконсулов. Стремясь лишить их всякого представительства, они не признали депутатов, которых выбрали жители Восточного Берега!» - писал Отец-Основатель Восточной Республики Уругвай Хосе Хервасио Артигас
  5. Один дядя Хосе-Рафаэля пал в Битве при Касерос, где он сражался под командованием федералиста Хуана-Мануэля де Росаса
  6. Принадлежавших Хуану-Мануэлю де Росасу
  7. Он владел магазинчиком в южном районе Капиталь-Федераль (Буэнос-Айрес без пригородов), рядом со знаменитым районом Бока (Рот). Ему же принадлежала вилла в районе Барракас у реки Риачуэло (практически в центре Буэнос-Айреса).
  8. Впоследствии поэт любил вспоминать, как они с дедом вместе коротали сырые, туманные зимние вечера, когда мать и отец жили в южных имениях Росаса
  9. Это место находится недалеко от современного города Мар-дель-Плата, в Родительской Лагуне. Там теперь расположен ещё один музей Эрнандеса
  10. К тому времени гуанчи уже забыли родной язык, но сохранили стойкое национальное самосознание. И в документах Рио-де-ла-Платы, относящихся к 1-ой половине XVIII века, то и дело фигурируют Guanches и Guanchos. Этноним гаучо также не имел единой транскрипции - и в более поздней Ла-платской документации то и дело мелькают Gaucho, Gahuchos, Gaúchos, Gauchos - а также Huacho и Huachus. Т.е. фонетический переход от одного к другому был довольно-таки плавным.
  11. Как определил их Сан-Мартин
  12. Индейцы тогда заселяли большую часть провинции, но с 1833 года были настроены мирно, поскольку Росас заключил договор с вождями, поставляя им оружие, инструменты, джин и одежду, которые не производило их хозяйство, - в обмен на мирное сосуществование
  13. 1 2 3 4 5 Доминик Лакруа, «Эпическая поэма Пампы» - «Курьер ЮНЕСКО», N-о 6/1957 г.
  14. Которая базировалась в основном на идеях Хуана Баутисты Альберди.
  15. «Мирная реформа».
  16. Эта река служила границей провинций Буэнос-Айрес и Санта-Фе
  17. «Прибрежный Приют»
  18. «Аргентинская Нация»
  19. И отступил в провинцию Энтре-Риос, которой управлял, покуда в возрасте 69 лет не был убит сторонниками Рикардо Лопеса Хордана.
  20. «Побережье»
  21. «Аргентинец»
  22. «Эхо Корьентеса»
  23. «Постоянный Союз»
  24. «Столица Росарио». Газета впервые вышла в 1867 г. Выходит она и по сей день, будучи одной из самых старых ежедневных газет Аргентины
  25. «Серебряная Река»
  26. Эдуардо Галеано, «Открытые вены Латинской Америки»
  27. Свою семью Эрнандес поселил в усадьбе Барадеро. Чтобы, во-1-х, быть более мобильным; а во-2-х, в столице свирепствовала желтая лихорадка.
  28. Сия записная книжка, позднее вручённая Эрнандесом одной его знакомой в Сан-Хуане, сохранилась до наших дней. Это, очевидно, второй черновик, поскольку исправления в ней не обильны. Оригинал же с финальной правкой, врученный издателю, - был, кажется, утерян. Но нет никаких оснований полагать, что он является более совершенным.
  29. Коий печатался в типографии «La Pampa»
  30. С.П.Мамонтов, Б.Ю.Субичус, «Культура Аргентины», М., Наука, 1977; Доминик Лакруа, «Эпическая поэма Пампы» - «Курьер ЮНЕСКО», N-о 6/1957 г.
  31. Предположительно, главной причиной их разрыва явилось решение Хордана начать войну ещё и с Бразилией. Эрнандес осудил оное как безумную авантюру.
  32. «Родина»
  33. В буквальном переводе: «Серебряный книжный магазин» или «Серебряная книжница». Впоследствии Эрнандес полностью выкупил «La Librería del Plata».
  34. «Послушание»
  35. Хосе Эрнандес в тот момент находился в Уругвае.
  36. Б.Ю.Субичус, "Культура Аргентины", М., Наука, 1977.
  37. «Первый крупный успех аргентинскому кино приносит в 1915 г. фильм "Благородство гаучо", снятый Умберто Каиро (по собст.сценарию), совместно с операторами Эдуардо Мартинесом де ла Пера и Эрнесто Гунче. Герой спасает свою возлюбленную, похищенную богатым помещиком. Интересно, что первая демонстрация фильма не увенчалась успехом. Тогда у создателей возникла оригинальная идея: титры своего фильма они заменили умело подобранными цитатами из "Мартина Фьерро".» - Л.В.Ростоцкая, "Культура Аргентины", М., Наука, 1977.

.

Ссылки[править | править вики-текст]