45 (альбом)

45
Студийный альбом «Кино»
Дата выпуска	1982
Записан	1982
Жанры	Русский рок Пост-панк
Длительность	43:07
Продюсер	Борис Гребенщиков
Страна	СССР
Лейблы	АнТроп
Профессиональные рецензии
Allmusic, Дмитрий Целиков А. Кушнир «100 магнитоальбомов советского рока»
Хронология «Кино»
45 (1982) 46 (1983)

«45» («Сорок пять») — дебютный студийный альбом советской рок-группы «Кино», записанный в 1982 году совместно с музыкантами «Аквариума». На тот момент группа состояла всего из двух человек, Виктора Цоя и Алексея Рыбина, музыканты не обладали широкой известностью и возможность записать накопленный за три года материал получили благодаря содействию Бориса Гребенщикова. Сведение альбома было произведено подпольно в Доме пионеров Красногвардейского района, переоборудованном Андреем Тропилло в звукозаписывающую студию «АнТроп».

«Сорок пять» стал одним из первых рок-альбомов в Советском Союзе, на которых вместо настоящей ударной установки применялась драм-машина. Для создания требуемого звука помимо акустических, электро- и бас-гитар активно использовались флейта, виолончель и колокольчики. Тексты песен получились практически полностью лишёнными злободневности и каких-либо идеологических призывов — из-за преобладания в них позитива и лиричности дуэт музыкантов часто называли «новыми романтиками». Презентация состоялась на концерте в Ленинградском рок-клубе ещё до завершения студийных работ. Альбом удостоился сдержанных отзывов и не пользовался большой популярностью среди критиков. Запись оказалась единственной студийной работой в дискографии группы, в которой принимал участие Рыбин. На почве идеологических разногласий он покинул «Кино» спустя некоторое время и никогда больше не виделся с Цоем.

В отличие от остальных альбомов группы, «Сорок пять» никогда не выходил на виниле. Во время записи была допущена серьёзная техническая ошибка, в будущем не позволившая переиздать материал в формате грампластинки, и до 1994 года он существовал только лишь на магнитной ленте. В середине 1990-х компания Мороз Рекордс произвела несколько переизданий в цифровом варианте на CD-носителе. Многие из песен альбома получили большу́ю популярность, вошли во множественные сборники и закрепились в концертном репертуаре группы вплоть до её распада в 1990 году.

Предпосылки записи

В середине 1970-х ученик художественного училища Виктор Цой начал интересоваться музыкой, но первое время самостоятельно петь «стеснялся», ограничиваясь игрой на бас-гитаре в группах «Палата № 6» и «Автоматические удовлетворители». Первые сольные выступления и активное сочинительство начались в 1979 году, в это время он подружился с Алексеем Рыбиным и Олегом Валинским, вместе с которыми летом 1981 года поехал отдыхать в Крым, где было принято решение о создании группы с рабочим названием «Гарин и гиперболоиды». Осенью группу зачислили в Ленинградский рок-клуб, после чего Валинский внезапно был призван в армию и покинул коллектив (на самом деле он уже давно прошёл медкомиссию, но просто не хотел огорчать друзей подобной новостью). Оставшись вдвоём, Цой и Рыбин принялись репетировать накопленный материал и готовиться к записи дебютного альбома, а также поменяли название группы на «Кино»:

Пусть будет — «Кино» — чего мы головы ломаем? Какая, в принципе, разница? А слово хорошее — всего четыре буквы, можно красиво написать, на обложке альбома нарисовать что-нибудь…

— Виктор Цой

Алексей Рыбин и Виктор Цой — основатели группы «Кино», 1982 год

Работа над записью альбома началась благодаря знакомству молодых музыкантов с «отцом-основателем» советской рок-музыки Борисом Гребенщиковым. Судя по воспоминаниям очевидцев, первая встреча произошла на концерте в честь тридцатилетия Андрея Тропилло, где помимо «Аквариума» выступали «Автоматические удовлетворители», с которыми Цой сначала поиграл на басу, а затем исполнил несколько своих вещей. Само же знакомство состоялось в электричке, на которой музыканты возвращались из Петергофа, с концерта, организованного Гребенщиковым в здании Ленинградского университета. У Цоя оказалась с собой гитара, и он спел две песни, в том числе и «Мои друзья», которая очень понравилась Б. Г.: «Когда слышишь правильную и нужную песню, всегда есть такая дрожь первооткрывателя, который нашёл драгоценный камень или там амфору Бог знает какого века — вот у меня тогда было то же самое». Следующая знаменательная встреча произошла на дне рожденья Рыбина — после распития большого количества спиртных напитков двое друзей исполнили почти весь свой тогдашний репертуар, который впоследствии и лёг в основу «Сорока пяти»:

Когда я слышу классическую песню, я её узнаю. И когда люди, практически никому не известные, садятся и поют подряд набор классических песен — это вводит в полное остолбенение. Я оттуда уехал с мыслью о том, что нужно немедленно поднимать Тропилло и, пока вот это чудо функционирует, — его записывать. И нужно это делать прямо сейчас.

— Борис Гребенщиков

Работа в студии

Вплоть до 1986 года в СССР монополией на запись музыкальных пластинок обладала государственная фирма «Мелодия», поэтому, чтобы обойти цензуру, многие рок-музыканты в то время писались на подпольных студиях. В частности музыканты «Аквариума» записывали свои альбомы в Доме пионеров Красногвардейского района, который Андрей Тропилло нелегально превратил в так называемую студию «АнТроп». По окончании сведения «Треугольника» Борис Гребенщиков сразу же пригласил туда участников группы «Кино» (Тропилло ранее уже видел их в деле, поэтому согласился записывать без предварительного прослушивания). «Попав в настоящую студию, мы слушали Тропилло, как бога-отца, и Гребенщикова, как бога-сына, — вспоминает Рыбин. — Мы выглядели послушными и боязливыми и были счастливы уже от того, что у нас есть возможность записываться». Так как группа на тот момент состояла всего из двух человек, Гребенщиков попросил помочь своих коллег по «Аквариуму»: Всеволода Гаккеля (виолончель), Андрея Романова (флейта) и Михаила Файнштейна-Васильева (бас-гитара). В связи с отсутствием барабанщика было решено использовать драм-машину, отечественный ритм-бокс «Электроника». Под механический звук этого электрического устройства, напоминавшего «самодельную партизанскую мину», записывались 12-струнная акустическая гитара Цоя и электрическая гитара, одолженная Рыбиным у Гребенщикова. Программированием драм-машины занимался Васильев.

Мы никак не предполагали, что с драм-машиной у нас будет столько возни. Тогда мы впервые столкнулись с этой штукой и никак не могли удержаться в нужном ритме — всё время улетали вперёд. Всё дело было в том, что машину было очень плохо слышно, и Витькина гитара забивала пшиканье этого аппарата, а когда возникала пауза, то выяснялось, что мы опять вылезли из ритма. Поскольку закоммутировать машину иначе было невозможно, то решение проблемы нашёл Фан (Васильев) — он стал размашисто дирижировать нам из аппаратной, мы смотрели на него и кое-как записали несколько болванок, придерживаясь нужного ритма.

— Алексей Рыбин

Сначала для всех песен были записаны инструментальные болванки, и уже потом на них накладывались вокал и гитарное соло (кроме того, для некоторых композиций Цой сыграл дополнительные партии на басу). В «Солнечных днях» и «Алюминиевых огурцах» Гребенщиков сыграл на колокольчиках, а в некоторых других песнях подыграл на электрогитаре. Тропилло вместе с остальными музыкантами демоническим голосом подпел в припеве «Время есть, а денег нет» (Б. Г. при этом играл на гитаре, пущенной через ревербератор), а в лирической композиции «Дерево» задушевно исполнил партию на блокфлейте. Во время записи «Восьмиклассницы» произошёл курьёз, вместо требуемой тридцать восьмой скорости была включена девятая, поэтому трек получился дефектным, и это обстоятельство в будущем помешало изданию альбома на виниле. Запись продолжалась на протяжении полутора месяцев, всего было сведено 14 композиций, 13 из которых попали на альбом.

Я думаю, что Цою хотелось, вероятно, не совсем того, что получилось. Скорее всего, ему хотелось рок-н-ролльного звука — звука «Кино», который возник на их альбомах впоследствии. Но из-за нехватки людей, из-за моего неумения сделать то, чего они хотят, и их неумения объяснить, чего именно они хотят, получилось 45.

— Борис Гребенщиков

История создания песен

Песня «Алюминиевые огурцы» была написана Цоем по следам осенних сельскохозяйственных работ, на которые его отправили от училища, где он в то время учился на резчика по дереву. Многие фанаты впоследствии пытались разгадать скрытый смысл «посадки алюминиевых огурцов на брезентовом поле», но в одном из интервью 1987 года Цой сказал, что никакого смысла в тексте нет, на самом деле это была попытка «полного разрушения реальности». В декабре 1981 года Ленинград завалило «белой гадостью», в результате чего родилась депрессивная песня «Солнечные дни», выказывающая неприязнь к холодному времени года: «Я раздавлен зимой, я болею и сплю, // И порой я уверен, что зима навсегда». «Бездельник № 2» был переработан из песни «Идиот», которую Цой написал ещё до создания «Кино», но ни на одном концерте никогда не исполнял. Также к написанию этой песни приложил руку Майк Науменко, посоветовав добавить в текст словосочетание «мама-мама». Обоим участникам группы утром приходилось рано вставать, чтобы вовремя приезжать на учёбу и работу, в результате чего появилась «полумистическая» и «жутковатая» песня под названием «Электричка» со словами «электричка везёт меня туда, куда я не хочу». Строчка «мне наверно с утра нужно было пойти к врачу» отсылается к психиатрам, которых Цой и Рыбин вынуждены были посещать, чтобы «откосить» от службы в армии. Песня построена всего на двух аккордах, а гитарное соло играется малыми «очень режущими слух» интервалами.

«Восьмиклассницей» Цой называл девушку, с которой познакомился в ПТУ. Время от времени он играл в небольшой рок-группе при училище, исполнявшей не только известные зарубежные хиты, но и песни собственного сочинения. Тогда-то у подобного творчества появилось несколько поклонниц, и с одной из них Виктор Цой сблизился — стал проводить с ней много времени, встречаться по вечерам и провожать до дома. После одной из таких романтических прогулок он вернулся особенно одухотворённым, сел и буквально за двадцать минут сочинил одноимённую песню. Как вспоминал Алексей Рыбин, он её даже не сочинял, а просто пересказал то, что в этот вечер с ним на самом деле произошло, переложил на стихи всё от «конфеты ешь» до «по географии трояк». «Никогда бы не подумал, что я способен ещё на такие романтические отношения», — прокомментировал происходящее сам автор. «Мои друзья» — одна из первых песен, написанных Виктором Цоем — появилась ещё во время сотрудничества с «Автоматическими удовлетворителями», когда музыканты в большом составе жили и ночевали в квартире Свина, а просыпаясь, сразу же шли к «пивным ларькам». Ситар из песни «Ситар играл» музыканты имели возможность наблюдать в Москве, в гостях у Сергея Рыженко: «В конце репетиции он дал нам ознакомиться с ситаром, и эта штука так нас увлекла, что мы готовы были просидеть с этим инструментом весь день, просто извлекая любые звуки и, приложив ухо к верхнему резонатору, медитировать». Оканчивающая треклист композиция «Я — асфальт» предположительно посвящена некому начальнику автодорожной службы, который дружил с участниками группы и всячески им помогал. По словам Андрея Тропилло, этот человек ассоциировал себя с асфальтом и считал, что текст написан про него. Песня создавалась уже на студии, строилась без какого-либо рефрена и всего лишь на одном гитарном риффе. Её запись изначально не была запланирована, однако Гребенщиков, услышавший мелодию из аппаратной, на этом настоял.

Цой очень скрупулёзно относился к написанию песен, подолгу перебирал слова в текстах, крайне серьёзно подходил к составлению аранжировок. «Витька заменял одни аккорды другими до тех пор, пока не добивался полной гармонии, — вспоминал Рыбин. — В ранних песнях „Кино“ нет сомнительных мест, и изменить в них что-то практически невозможно». Кроме всего прочего, в 1979 году была написана песня под названием «Вася любит диско, диско и сосиски», однако в среде рокеров и панков отношение к диско-музыке тогда было резко негативным, поэтому в альбом её решили не включать и вообще убрали из репертуара.

Оформление альбома

Название в виде числительного «45» принято в соответствии с общей длительностью песен, находящихся на альбоме — около 45 минут. Примечательно, что трёхминутная песня «Я — асфальт» в самый последний момент из списка композиций была удалена, поэтому альбому следовало бы называться «42». Оформлением занимался молодой фотограф и друг музыкантов Алексей Вишня, он сделал обложку, на которой был изображён Виктор Цой, держащий в руках слово «КИНО». Первоначально планировалось сфотографировать обоих участников группы во фраках, жабо и с пистолетами на фоне какого-нибудь купчинского пустыря, но позже от этого варианта отказались и оставили просто изображение Цоя. На обратной стороне обложки, помимо названий песен, поместили ещё две надписи: песни — Цой, продюсер — Гребенщиков. В 1994 году компанией Мороз Рекордс было произведено переиздание альбома, на обложку при этом была помещена одна из картин Цоя, на которой изображён плывущий по ночному морю жёлтый корабль. Переиздания 1996 и 1998 годов в отношении оформления ничем друг от друга не отличались, единственно только, вставленный внутрь коробки буклет содержал фотографии с участниками группы и тексты всех песен.

Концерт в рок-клубе

Алексей Рыбин и Виктор Цой выступают на сцене в образе «новых романтиков»

Весной 1982 года музыканты группы «Кино» впервые в своей истории выступили на концерте Ленинградского рок-клуба. Это выступление по сути и явилось презентацией будущего альбома, потому что участники «Аквариума» снова согласились помочь, и песни исполнялись в точно таком же составе, в каком записывались на студии. Борис Гребенщиков предложил использовать на концерте драм-машину, но так как под каждую песню аппарат нужно было долго настраивать, в итоге решили записать её звук на кассету и во время выступления просто включить фонограмму. Аккомпанемент был записан к семи наиболее «боевым» композициям, причём фонограмма песни «Когда-то ты был битником» писалась с некоторым запасом — во время её исполнения планировалось устроить небольшой джем. За день до концерта в Доме культуры имени Цюрупы состоялась генеральная репетиция (кто-то из «Аквариума» числился там руководителем какого-то вокально-инструментального ансамбля, и у него был доступ к достаточно большому помещению со всей необходимой аппаратурой). Чтобы не ходить на работу, Рыбин симулировал простуду и взял у врача больничный лист, Цой на несколько дней по семейным обстоятельствам отпросился из училища.

За внешний вид музыкантов отвечала Марианна Родованская: Цоя она одела в позолоченную жилетку с кружевами и поддельными бриллиантами, а из Рыбина с помощью грима, лака для волос и гардеробов Театра юного зрителя сделала Франкенштейна. Подобный имидж превалирующие в зале хард-рокеры восприняли крайне негативно, встретив группу выкриками типа «эстрада сопливая», однако уже после исполнения первой песни («Я — асфальт») недовольные зрители притихли, и в целом концерт прошёл удачно. Выступление продолжалось примерно тридцать минут, при этом перерывы между барабанными партиями на фонограмме составляли около семи-восьми секунд, плёнку не останавливали, и все песни пришлось играть непрерывно. Во время исполнения финальной композиции («Когда-то ты был битником») Борис Гребенщиков оставил магнитофон включённым и вышел на сцену с огромным барабаном на животе. Затем к группе присоединился Майк Науменко и сыграл энергичное гитарное соло в стиле Чака Берри. А закончил песню приятель музыкантов Игорь «Монозуб» Гудков, исполнив протяжную партию на саксофоне. Зрители были довольны, и руководство рок-клуба отозвалось о выступлении одобрительно.

Отзывы и критика

Первый отрицательный отзыв о творчестве только что образовавшейся группы поступил во время экзаменационного концерта при вступлении в Ленинградский рок-клуб. Тогдашняя его руководительница, Татьяна Иванова, после прослушивания шести-семи песен с альбома обвинила музыкантов в отклонении от идеалов рока:

Ну и что ты хочешь сказать своими песнями? Какова идея твоего творчества? Что ты бездельник? Это очень хорошо? И остановки только у пивных ларьков — это что, все теперь должны пьянствовать? Ты это хочешь сказать? А что за музыка у вас? Это, извините меня, какие-то подворотни…

— Татьяна Иванова Виктору Цою

Первое время ленинградская рок-тусовка воспринимала альбом без энтузиазма или не воспринимала вообще, а московский самиздатовский журнал «Ухо» назвал песни «расслабленным бряцаньем по струнам», в котором «серной кислотой вытравлены всякий смысл и содержание». Тем не менее более поздние рецензии были исключительно положительными. Александр Житинский, обозреватель подпольного журнала «Рокси», назвал получившийся материал «феноменальным по свежести и музыкальной самобытности». Известный продюсер-журналист Александр Кушнир включил «Сорок пять» в число наиболее значимых магнитоальбомов советского периода и охарактеризовал его одним из самых светлых и лиричных альбомов за всю историю русского рока. Песня «Восьмиклассница» попала в список «100 лучших песен русского рока в XX веке», составленный Нашим радио на основе выбора радиослушателей, поднявшись в нём до 47-й позиции. Коллеги-музыканты тоже высказывались об альбоме положительно:

Однажды обыденность наших регулярных встреч была нарушена. Вместо Beatles и Grateful Dead Боря (Гребенщиков) поставил плёнку с непривычной музыкой. Она сразу зацепила нас, да так, что и по сей день каждую зиму я смотрю на портрет брата в траурной рамке и включаю магнитофон с этой записью — «Солнечные дни» Виктора Цоя.

— Александр Липницкий

Несмотря на то что многие песни с альбома впоследствии стали хитами, сами участники группы «Кино» отзывались о нём довольно прохладно. Виктор Цой в интервью журналу «Рокси» назвал песни «45» «бардовским вариантом» и признался, что был против выпуска этого альбома, поскольку запись, с его точки зрения, получилась сырой. Спустя многие годы, не менее скептически оценил альбом и Рыбин: «Единственное, что в „45“ есть хорошего — это трогательная непосредственность песен. Сами же песни представлены на альбоме очень наивно, а аранжировки отсутствуют как класс».

Влияние на культуру

В 2000 году в память Виктору Цою был записан двойной трибьют-альбом под названием «КИНОпробы», в который вошли семь кавер-версий на песни из «Сорока пяти»: «Алюминиевые огурцы», «Солнечные дни», «Бездельник» (два варианта), «Электричка», «Восьмиклассница» и «Когда-то ты был битником». Сразу после релиза альбом был поддержан двумя масштабными стадионными концертами в Москве и Санкт-Петербурге, где одноимённые песни прозвучали ещё и в живом варианте. В 2002 году на концерте, организованном в честь дня рождения Виктора Цоя, группа «ДДТ» исполнила песни «Просто хочешь ты знать» и «Когда-то ты был битником», которые впоследствии были изданы на соответствующем концертном сборнике.

<Песню> «Алюминиевые огурцы» <я выбрал> по той простой причине, что я с удовольствием слушал альбом, где она была, в 1980-х годах, и когда поступило предложение, я с удовольствием её и обыграл.

— Эдмунд Шклярский о песне «Алюминиевые огурцы»

Мы записали песню «Солнечные дни», причём не только на русском языке, но ещё и на украинском, и на французском. Оба эти языка очень хорошо легли на музыку Цоя. У меня в голове сразу сложилось, как это будет звучать, я быстро набросал переводы на оба языка, даже с рифмами. Мы решили записать три версии, а потом выбрать, какая лучше. Но все версии получились хорошие, и тогда мы записали ещё и версию на трёх языках сразу.

— Олег Скрипка о песне «Солнечные дни»

«Кино» и «Аквариум» — вообще это были две записи русскоязычного рока, которые попались мне для прослушивания. Это, по-моему, было в 1983-84 году. И на одной бобине был записан с одной стороны альбом «Аквариума», а с другой стороны альбом «45» «Кино». Поэтому, в общем-то, выбор песни для трибьюта был вполне закономерен.

— Илья Лагутенко о песне «Восьмиклассница»

Песня «Время есть, а денег нет» попала в триллеры «Жесть» (2006) и «Груз 200» (2007), в первом случае она исполнялась двумя нетрезвыми героинями, а во втором была добавлена в саундтрек и звучала во время финальных титров. Кроме того, в 2006 году на экраны вышел фильм-концерт о творчестве Виктора Цоя «Просто хочешь ты знать», в который вошла одноимённая песня, а также «Бездельник».

Список композиций

Слова и музыка всех песен написаны Виктором Цоем. 

Сторона А
№	Название	Длительность
1.	«Время есть, а денег нет»	4:07
2.	«Просто хочешь ты знать»	3:28
3.	«Алюминиевые огурцы»	2:56
4.	«Солнечные дни»	3:12
5.	«Бездельник»	3:13
6.	«Бездельник № 2»	3:06
19:22

Сторона Б
№	Название	Длительность
1.	«Электричка»	2:36
2.	«Восьмиклассница»	2:45
3.	«Мои друзья»	4:26
4.	«Ситар играл»	1:34
5.	«Дерево»	1:43
6.	«Когда-то ты был битником»	3:41
7.	«На кухне»	3:03
8.	«Я — асфальт» (бонус-трек в переиздании 1996 года)	3:10
21:38

В записи участвовали

Кино Виктор Цой — вокал, акустическая гитара, бас-гитара Алексей Рыбин — лид-гитара Другие Андрей Тропилло — флейта, подпевки, сведение Алексей Вишня — фотографии, обложка

Аквариум Борис Гребенщиков — гитара, колокольчики, подпевки Михаил Васильев — драм-машина, подпевки Всеволод Гаккель — виолончель Андрей Романов — флейта

Примечания

Комментарии

Источники

Библиография

• Алексей Рыбин. Кино с самого начала и до самого конца. — Москва: Феникс, 2001. — 278 с. — ISBN 5-222-01924-1.
• Александр Кушнир. Кино 45 (1982) // 100 магнитоальбомов советского рока. — Москва: Крафт+, 2003. — 400 с. — ISBN 5-7784-0251-1.
• Марианна Цой, Александр Житинский. Виктор Цой. Стихи. Документы. Воспоминания. — Выпуск 1. — Санкт-Петербург: Новый Геликон, 1991. — 368 с. — (Звёзды рок-н-ролла). — ISBN 5-85-395-018-5.
• Артемий Троицкий. Рок-музыка в СССР: опыт популярной энциклопедии. — Выпуск 1. — Москва: Книга, 1990. — С. 156. — ISBN 5-212-00240-0.
• Анатолий Зуб. Виктор Цой. — Минск: Современный литератор, 1999. — 256 с. — (Жизнь знаменитых людей). — ISBN 985-6524-98-9.
• Последний герой. Виктор Цой и группа Кино. — Москва: Мороз рекордс, 1997. — ISBN 5-89267-014-7.
• Марианна Цой. Точка отсчёта. — Санкт-Петербург: Лениздат, Шок Records, 1997. — 15 с. — ISBN 5-289-01938-3.

Ссылки

• 45 (англ.) на сайте MusicBrainz
• 45 (англ.) на сайте Allmusic.
• Альбом «Сорок пять» на сайте Discogs
• Статья об альбоме «Сорок пять»