Et in Arcadia ego

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Et in Arcadia ego — крылатое латинское изречение, послужившее мотивом многих произведений живописи и литературы XVII—XIX веков[1]. Дословный перевод «И в Аркадии я» с отсутствующим глаголом. Такая фраза полностью допустима по правилам латинского языка[2], но оставляет два принципиально различных варианта понимания «я». В зависимости от интерпретации, встречаются различные варианты полного латинского выражения и его переводов.

И в Аркадии я есть[править | править вики-текст]

Гверчино Et in Arcadia ego, 1618—1622.

Исходным и наиболее распространённым в начале пониманием было[2] Et in Arcadia ego sum, то есть «И в Аркадии я есть» или «Даже в Аркадии я есть». В таком прочтении «я» — это Смерть, которая обращается к смертным с напоминанием, что и в самом счастливом и беззаботном месте всех когда-нибудь ждёт неминуемый конец. Именно так следует понимать первое произведение на данный сюжет: картину Гверчино «Et in Arcadia ego», написанную в 1618—1622. Нередко первоисточником указывается некая картина Бартоломео Скедони (Скедоне) (англ.)русск.[1][3]. Ошибка вызвана тем, что до 1911 данная картина Гверчино ошибочно приписывалась Скедони[4], а потом данные некритически копировались составителями крылатых фраз. На картине задан ставший каноническим сюжет: пастухи в Аркадии рассматривают старое надгробие с указанной латинской надписью. На надгробии лежит череп, как стандартный символ смерти.

Более открыты для различных интерпретаций две одноимённые картины Пуссена. На второй из них черепа уже нет, а аркадские пастухи то ли с искренним, то ли с отстранённым интересом пытаются разобрать надпись на старом надгробии. Кто обращается к ним через «я», остаётся загадкой для смотрящего на картину[2][5].


И я в Аркадии родился[править | править вики-текст]

И всё же истинную крылатось выражение получило[1][3] в переосмысленной в стиле романтизма форме Et ego in Arcadia fui, то есть «И я был в Аркадии». Теперь не Смерть, а сам умерший обращается к живущим, напоминая о бренности жизни и преходящести человеческого счастья. В русском языке был наиболее известен вариант «И я в Аркадии родился (родилась)», являющийся цитатой из стихотворения Фридриха Шиллера «Resignation» (1787) в переводе М. А. Дмитриева (1826)[1]:

Шиллер (полный текст)
Auch ich war in Arkadien geboren,
auch mir hat die Natur
an meiner Wiege Freude zugeschworen,
auch ich war in Arkadien geboren,
doch Tränen gab der kurze Lenz mir nur.
Дмитриев
И я в Аркадии родился!
Над колыбелию младенческой и мне
Природы приговор за радость поручился!
И я в Аркадии родился,
Но дар весны моей был — слёзы лишь одне…

Впрочем, переосмысленный вариант изречения встречается в литературе и до перевода Дмитриева. Например, ещё в драме в одном действии Карамзина «Аркадский памятник» (1789) Дафна читает на могильном памятнике «И я была в Аркадии»[1]. А у Батюшкова в его стихотворении «Надпись на гробе пастушки» (1810) это выражение цитируется как «И я, как вы, жила в Аркадии счастливой». Примечательно, что слова «И я... жила в Аркадии» комментаторы связывают с луврской картиной Пуссена, трактуя надпись на ней именно так, как это делает Батюшков. Стихотворение Батюшкова вошло в либретто «Пиковой дамы» Чайковского, став романсом Полины (действие I, картина 2).

При этом новое понимание латинской фразы не отменяло старого, если только выражение не было дополнено определённым глаголом. Майкапар по этому поводу напоминает[2] биографию Рейнолдса, изданную в Лондоне в 1865. В ней есть такой эпизод:

В 1769 году Рейнолдс показал своему другу д-ру Джонсону только что законченную картину. На ней изображены две леди, сидящие перед надгробием и изучающие надпись на нём. Эта надпись — наша латинская фраза. «Что бы это могло значить? — восклицает д-р Джонсон. — Совершеннейшая бессмыслица: Я — в Аркадии!» — «Полагаю, король мог бы объяснить вам, — возразил Рейнолдс. — Едва увидев вчера картину, он сразу же сказал: „Ах, там, в глубине — надгробие. Увы, увы, смерть есть даже в Аркадии“».

Памятник в Шагборо[править | править вики-текст]

Мемориальный памятник в поместье Шагборо.

В Шагборо (англ. Shugborough) в графстве Стаффордшир, на территории старого поместья, некогда принадлежавшего эрлу Личфилда, стоит мемориальный памятник середины XVIII века. На барельефе изображена копия 2-го варианта картины Пуссена «Аркадские пастухи» в зеркальном отражении и с классической надписью «ET IN ARCADIA EGO» в правильном отражении. Ниже барельефа высечены буквы O·U·O·S·V·A·V·V в обрамлении вынесенных ниже строки букв D и M. DM может означать Diis Manibus, центральная же аббревиатура остаётся непонятной.

Такой памятник не мог остаться незамеченным современными энтузиастами альтернативной истории и эзотерики. Авторы «Священной загадки», на которую опирался Ден Браун в своей книге «Код да Винчи», пришли к выводу, что латинское Et in Arcadia ego является незаконченной и потому грамматически неправильной фразой. Это не соответствует действительности[2], но для истинных энтузиастов достаточно любой исходной зацепки. Далее Бейджент, Ли и Линкольн приходят к выводу, что Et in Arcadia ego на самом деле является анаграммой и, после некоторых перестановок, они получают (отбрасывая одно i) Tego arcana dei — «Храню секреты бога».

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 4 5 Крылатые слова / Сост. Н. С. Ашукин, М. Г. Ашукина. — 3-е изд. — М.: Худлит, 1966. — С. 271.
  2. 1 2 3 4 5 Майкапар А. „Et in Arcadia Ego“: до и после Пуссена. Проверено 18 февраля 2012. Архивировано из первоисточника 15 августа 2012.
  3. 1 2 И я в Аркадии родился // Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений / Сост. В. В. Серов. — М.: Локид-Пресс, 2005.
  4. Et in Arcadia Ego. Galleria Nazionale d'Arte Antica. Palazzo Barberini. Проверено 18 февраля 2012. Архивировано из первоисточника 15 августа 2012.
  5. Холл Д. Словарь сюжетов и символов в искусстве = Dictionary of subjects and symbols in art / Перевод А. Майкапара. — М.: Крон-Пресс, 1996. — С. 642. — ISBN 5232003267