Авраамов завет

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

«Авраамов завет» — ветхозаветный апокриф, древний текст с легендой о смерти Авраама и небольшим авраамовым апокалиптическим видением[1]. Существует в разных версиях и переводах, славянский перевод был издан Н. Тихонравовым (1863)[1].

Согласно ЕЭБЕ, текст имеет много параллелей с еврейской письменностью, поэтому, если он был составлен христианином, то источником ему служил еврейский сборник легенд о патриархе Аврааме, и написан он был не ранее 1-й половины I века и не позже времени Бар-Кохбы (135 год), после чего христианская церковь совершенно порвала с еврейством.[1]

Публикации XIX века[править | править код]

Греческий текст «Завета» был издан[1]:

  • по одной рукописи Афанасием Васильевым[2];
  • по нескольким рукописям, в двух сильно расходящихся между собою греческих версиях, с введением и примечаниями — М. Р. Джеймсом[3].

Имелись также эфиопский, румынский и славянский переводы; из них последний был издан Н. Тихонравовым («Памятники отреченной русской литературы», СПб., 1863, т. I, стр. 79—90)[1].

Английский перевод «Авраамова завета» был напечатан в издании профессора Сент-Эндрюсского университета Аллана Мензиса[4] «Ante-Nicene Christian Library» ([5]).[1]

Содержание[править | править код]

Изложение «Авраамова завета» по обеим греческим версиям, изданным в XIX веке Васильевым и Джеймсом, (если восполнить одну другой)[1].

Когда настал последний час Авраама, Бог послал архангела Михаила, чтобы подготовить его к смерти. Михаил появляется перед Авраамом на поле, в виде простого странника, и Авраам с обычным своим гостеприимством приглашает его к себе. По дороге домой Авраам, понимающий язык деревьев, слышит, как огромный тамариск (в славянской версии — дуб), имеющий 331 ветвь, поёт песню, предвещающую несчастье.[1]

В доме Авраама

Когда Авраам, придя домой, омывает ноги архангелу, у него выступают слёзы на глаза; он говорит Исааку, что совершает омовение в последний раз. Исаак плачет, и Михаил плачет с ним, причём слезы его превращаются в перлы, которые Авраам быстро подбирает и прячет под мантию.[1]

Перед закатом солнца, когда в доме Авраама готовятся к вечерней трапезе, Михаил удаляется, так как он должен руководить пением ангелов (ивр.שירהּ‏‎‎) на небе; он заявляет Всевышнему, что поручения не исполнил, ибо не решился объявить о близкой смерти Аврааму, которому по доброте сердечной нет равного на земле. Бог тогда обещает сам сообщить Исааку во сне о предстоящей кончине его отца, так, чтобы патриарх мог узнать об этом от сына.[1]

В полночь Исааку снится, что его отец должен умереть, и он пересказывает свой сон Аврааму. Отец и сын горько плачут и своим плачем будят Сарру; она объявляет, что узнала в трёх странниках, которые ели под дубом Мамврийским, ангелов Божиих и в одном из них — Михаила, который приходил спасти Лота. Авраам подтверждает её слова, говоря, что он узнал в страннике ангела по его ногам (см. Иез. 1:7), когда омывал их. После этого странник открывает Аврааму, что он — архангел Михаил, стоящий перед лицом Бога (מיכאל שר הפנים‎), и требует, чтобы Авраам отдал ему свою душу, в чём последний отказывает.[1]

Михаил возвращается к Богу, который приказывает ему объяснить Аврааму, что все, рождённые от Адама и Евы, должны умереть, но что Аврааму Бог окажет особую милость и избавит его от предсмертных мук. Авраам смиряется, но просит Бога через Михаила, чтоб ему было дано видеть пред смертью весь мир, сотворённый одним Словом (במאמר‎). Господь внемлет его просьбе, велит Михаилу простереть облако света (ענן כבוד‎), посадить Авраама в колесницу херувимов (מרכבה‎) и вознести его к небу, откуда он увидит всю вселенную.[1]

Вознесение Авраама

Путь начинается с «реки, называющейся океаном». И когда Авраам видит с высоты мир земной с разнообразными преступлениями, совершаемыми в нём людьми (прелюбодеяния, убийства и т. п.), он приходит в ужас и просит Михаила послать небесный огонь и лесных зверей на этих злодеев, что Михаил и выполняет. Но тогда раздается глас с неба: «О, архангел Михаил, останови колесницу и уведи Авраама; иначе он, видя, как все живут во зле, разрушит весь мир. Ибо Авраам не жалеет никого, потому что не он сотворил людей. Я же, который создал мир, не хочу его разрушения и не спешу со смертью грешника, дабы он покаялся и жил».[1]

Тогда Михаил направляет колесницу на восток, к раю, который находится в непосредственной близости к аду. Там Авраам видит двое ворот, одни широкие, другие узкие, те и другие ведут к небу. Против них сидит на престоле богоподобный человек, Адам, окружённый сонмом ангелов, и перед ним проходят все души грешников — в широкие врата, а души праведников — в узкие, каждая по своим заслугам, а не вследствие первородного греха Адама.[1]

Видение суда над душами

Аврааму дано видеть также суд над душами за широкими воротами, и он видит там карающих ангелов (מלאכי חבלה‎) и книгу, в которую Энох, «небесный учитель и правдивый писец», записывает добрые и злые дела человека. Кроме того, людские дела кладутся на весы, так что если добрые дела перевешивают злые (не только количественно, но и качественно), душа попадает в рай, а если злые превышают добрые, душа попадает в ад; если же добрые и злые дела весят одинаково, душа очищается огнём. Ангел, взвешивающий дела людские, называется Докиель (דקיאל; «важник», от dak[6]).[1] В Авраамовом завете (XIII), упоминаются только два ангела, присутствующих на суде душ, второй — Пуруель («огненный и безжалостный ангел»)[6].

Авраам чувствует сострадание к некоей душе, которой недостает лишь одного доброго дела, чтобы попасть в рай; его заступничество и ангелов спасает эту душу от ада. Он сожалеет обо всех злодеях, которые были убиты Михаилом по его просьбе, но Господь успокаивает его заявлением, что «необычайная смерть даёт прощение всем грехам».[1]

Возвращение домой

После того как Авраам видел всё это, архангел Михаил возвращает его домой и получает в третий раз приказание взять его душу. Но Авраам отказывается отдать душу архангелу. Михаил возвращается тогда к Богу и говорит, что он не может наложить руку на друга Божия, который праведнее Иова, ибо Иов познал Бога в зрелом возрасте и служил ему из страха, Авраам же познал Бога ещё с трёхлетнего (по другой версии — с 13-летнего) возраста и служил ему из любви.[1]

Явление ангела Смерти

Тогда Бог посылает к Аврааму безжалостного и безобразного ангела Смерти (מלאך המות‎), который должен явиться в образе красивого юноши, чтобы Авраам не удалил его помощью святого имени Божия (שם המפוֹרש‎). Но патриарх догадывается по ужасу, который объял его при виде юноши, что перед ним злой ангел, и последний в конце концов открывает ему, что он — «горестное имя, плач и гибель для людей» и что настоящий его вид до того страшен, что он уже им одним убивает грешников. Авраам отказывается отдать ему душу и просит его предстать в настоящем виде.[1]

Ангел Смерти является тогда со своими 7 змеиными головами и 14 лицами; он так страшен, что один вид его убивает 7000 рабов и рабынь патриарха, а сам Авраам заболевает. Своей молитвой патриарх воскрешает этих 7000 умерших и заставляет ангела Смерти объяснить ему значение его 14 лиц и 72 родов смерти, которыми человек может умереть.[1]

Концовка

В конце концов Бог сам берёт душу Авраама «как бы во сне». Тогда приходит Михаил с сонмом ангелов, облекает Авраама в небесный саван, помазывает его райским бальзамом; по истечении трёх дней его хоронят под дубом Мамврийским (по другой версии — в «пещере, в селе Ефроновом»). И тогда уносится его душа на небо с гимнами и славословиями святых и, представши перед Богом, переносится в «шатры праведных».[1]

Гипотезы о происхождении текста[править | править код]

Христианское происхождение[править | править код]

Джеймс в своём введении к вышеупомянутому изданию греческого текста утверждал, что эта книга христианского, а не еврейского происхождения. Того же мнения придерживался и Шюрер[7], который полагал, что не было «основания считать эту книгу еврейскою по происхождению, ибо первые христианские века также были очень плодовиты в изобретении подобных легенд». И действительно, в «Авраамовом завете» много христианских мест, как явных, так и более или менее скрытых.[1]

Еврейское происхождение[править | править код]

Но против взгляда Джеймса и Шюрера высказались Л. Гинцберг[8] и Колер[9]. По их мнению, текст несомненно еврейского происхождения и лишь интерполирован христианами. Это мнение основывается на том, что большинство содержащихся в этой книге легенд встречаются целиком или имеют аналогии в еврейской агадической письменности. Примеры[1]:

  • ангелы поют гимны Богу — это есть в Талмуде (Хуллин, 91б);
  • Михаил руководит ими во время пения — это знает Мидраш (Ялкут, I, § 133).
  • Ангелы, представившиеся странниками и евшие у Авраама, только притворялись кушающими — это есть как в Талмуде (Бава Меция, 86б), так и в Мидраш (Берешит рабба, XLVIII).
  • Михаил встречается и в еврейской письменности, как «שר הפנים»‎ (Танхума, Берешит, изд. Бубера, стр. 17), который — по талмудическому сказанию — пришёл в дом Авраама (Иома, 37а), преимущественно к Сарре (Бава Меция, 86б).
  • Сотворение мира одним словом (במאמר אחד‎) — очень раннее еврейское представление, уже имеющееся в таннаитском мидраше «Мехильта»[10], а сотворение десятью словами, упоминаемое в Мишне (Абот, V, 1), есть лишь позднейшее представление.
  • О карающих ангелах (מלאכי חבלה‎) говорится в еврейской письменности очень часто (напр. Иерушалми Шебиит, VI, 3; Когелет рабба, IV).
  • Что грехи записываются в небесные книги, имеются два указания уже в Мишне[11] — более или менее метафорического характера, а в несколько более поздней талмудической агаде (Рош га-Шана, 16б) о таких записях говорится совершенно серьезно.
  • О взвешивании грехов упоминали таннаи (Иошуа бен-Перахья и Иоханан бен Заккай), употреблявшие выражения вроде «לכף זכות»‎ или «מכריע את הכף»‎, которые встречаются в Мишне (Абот, I, 6; II, 8).
  • Что заступничество (זכות‎) Авраама имеет значение для грешников — также встречается в Талмуде (Эрубин, 19а; ср. также Нидда, 21а), где именно такое заступничество (זכותוֹ של אברהם אבינו‎) играет роль во время суда над человеком, в дни Нового Года.
  • Что «необычная смерть (מיתה משונה‎) приносит прощение всем грехам», имеется в Мишне (Санхедрин, IV, 3: תהא מיתתי כפרה על כל עונוֹתי‎).
  • Что Авраам был «другом Божиим» — есть в Талмуде (Менахот, 53б: בן ידיד זה אברהם‎‎).
  • Что Авраам познал Бога, когда ему было всего три года, — также есть в Талмуде (Недарим, 32а).
  • Противопоставление служения «из страха» служению «из любви» встречается в Мишне (Санхедрин, V, 5), где говорится именно об Иове, который в «Авраамовом завете» сопоставляется в этом отношении с Авраамом; там древний таннай Иоханан бен Заккай утверждает, как и «Авраамов завет», что «Иов служил Богу только из страха» (לא עבד איוב את המקום אלא מיראה)‎, а несколько более поздний таннай, Иошуа бен-Ханания, утверждает, что «Иов служил Богу только из любви» (לא עבד איוב את הקב״ה אלא מאהבה‎).
  • В талмудической Барайте (Бава Батра, 17а) Авраам является одним из шести лиц, над которыми «ангел Смерти не имел власти» (מלאך-המות לא שלט בהן‎). Как Авраам, так и Моисей не отдают своей души ангелу Смерти. О появлении последнего не под своим настоящим видом говорится в позднейшей талмудической агаде (Моэд катан, 28а) и в эфиопско-фалашской книге «Смерть Моисея» (Mota Muse, издана с переводом на еврейский и французский языки, с примечаниями и арабскими параллелями, Я. Файтловичем, Париж, 1906, стр. 12—13), где ангел Смерти является Моисею также в образе юноши.
  • О страшном виде ангела Смерти говорится в более древней агаде (Авода Зара, 20б); ещё древнее — сказание о 72 родах смерти (см. Сифра, Тазриа, 2; Танна дебе-Элиагу рабба, V, и Vita Adam et Еvае, 34; ср. J. Ε., I, 95, примеч.).
  • В Талмуде (Бава Батра, 75а) есть упоминание специальных шатров для праведников.

Другие доказательства[1]:

  • тамариск в тексте имеет 331 ветвь, то есть столько, сколько составляет числовое значение еврейского слова для тамариска אשל‎ (של״א‎ = 331), который Авраам, согласно кн. Бытия (Быт. 21:33), посадил в Беерсебе;
  • имя ангела, взвешивающего грехи, — «דקיאל»‎ (от слова דק‎, упоминаемого в Исаии — 40, 15 и 21 рядом с מאזנים‎ = весы) и разные выражения, которые объясняются лишь изначальным еврейским оригиналом.

Оперирование еврейскими буквами, как числами, возможно лишь в том случае, если оригинал книги написан по-еврейски. На основании приведённых параллелей из еврейской письменности, а также доказательств, можно утверждать со значительной степенью достоверности, что если текст в том виде, в каком он дошёл до нас, составлен христианином, то свой легендарный материал составитель нашёл в еврейском сборнике легенд об Аврааме, который служил основой для «Авраамова завета».[1]

Гипотезы датирования и авторства[править | править код]

Время составления «Авраамова завета» трудно установить, но во всяком случае книга (вернее, её еврейский подлинник) составлена не раньше 1-й половины I-го христианского века и не позже времени Бар-Кохбы (135), после чего христианская церковь совершенно порвала с еврейством[1].

Автор «Авраамова завета» был, по мнению Кауфмана Колера, ессеем. Это весьма вероятно, так как саддукей не мог быть автором книги, в которой так много говорится о загробном воздаянии; фарисей же не мог написать книгу, в которой нигде не упоминается о законе и об исполнении обрядов, о чем говорится много и обстоятельно, когда дело касается жизни Авраама, как в талмудической агаде, так и в книге Юбилеев, принадлежащей к тому же роду литературы, что и «Авраамов завет».[1]

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 Авраамов Завет // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  2. Anecdota Graeco-Byzantina [Сборник литературных памятников византийской литературы], т. I, Москва, 1893, стр. 292—308 / Гугл-букс
  3. M. R. James, «The testament of Abraham, the Greek text now first edited with an introduction and notes», в Robinson’s «Texts and studies, contributions to biblical and patristic literature», т. II, № 2, Cambridge, 1892
  4. Allan Menzies (1845—1916)
  5. Ante-Nicene Christian Library: Переводы писаний св. Отцов до 325 года]; дополн. том, 1897, с. 182—201 / Гугл-букс
  6. 1 2 Ангелология // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  7. Gesch. des jüd. Volkes, т. 3, 252
  8. J. Е., I, 95—96
  9. Jew. Quart. Rev., VIII, 1895, 581—606
  10. глава Sifah, изд. Вейсса, стр. 52б
  11. Абот, III, 16 — от имени рабби Акибы, и II, 1 — от имени Иегуды I