БТ-5

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Изображение
БТ-5 у музея-диорамы «Прорыв блокады Ленинграда» возле Кировска
БТ-5
Классификация

лёгкий танк

Боевая масса, т

11,6

Компоновочная схема

классическая

Экипаж, чел.

3

История
Годы производства

19331934

Годы эксплуатации

19331945

Количество выпущенных, шт.

1884

Основные операторы

Флаг СССР

Размеры
Длина корпуса, мм

5580

Ширина, мм

2230

Высота, мм

2230

Клиренс, мм

350

Бронирование
Лоб корпуса, мм/град.

13

Борт корпуса, мм/град.

13

Корма корпуса, мм/град.

10

Днище, мм

6

Крыша корпуса, мм

10

Лоб башни, мм/град.

13

Маска орудия, мм/град.

13

Борт башни, мм/град.

13

Корма башни, мм/град.

13

Крыша башни, мм

10

Вооружение
Калибр и марка пушки

45-мм
20-К обр. 1937 г.

Тип пушки

нарезная

Длина ствола, калибров

46

Боекомплект пушки

115

Углы ГН, град.

—8…+25

Дальность стрельбы, км

По прицелу ТОП 6,4 из пушки и 1,6 из спаренного пулемета ДТ; по прицелу ПТ-1 3,6 из пушки и 1 из спаренного ДТ; 1 из кормового башенного и зенитного ДТ.

Прицелы

телескопический ТОП обр. 1930 г,
перископический ПТ-1 обр. 1932 г.

Пулемёты

1-3 7,62-мм ДТ

Подвижность
Тип двигателя

V-образный 12-цилиндровый карбюраторный жидкостного охлаждения М-5

Мощность двигателя, л. с.

365

Скорость по шоссе, км/ч

53 на гусеницах,
72 на колёсах

Запас хода по шоссе, км

150 на гусеницах,
200 на колёсах

Удельная мощность, л. с./т

34,8

Колёсная формула

8 × 2 / 2

Тип подвески

подвеска Кристи

Удельное давление на грунт, кг/см²

0,65 на гусеницах,
5,65 на колёсах

Преодолеваемый подъём, град.

37

Преодолеваемая стенка, м

0,55

Преодолеваемый ров, м

2

Преодолеваемый брод, м

0,9


БТ-5 — советский лёгкий колёсно-гусеничный танк. Серийный танк семейства БТ («Быстроходные танки»). Принят на вооружение в соответствии с военной доктриной, определившей преимущества скоростных крейсерских танков, способных в кратчайшие сроки покрывать большие расстояния и действовать на оперативных просторах. Выпускался серийно ХПЗ в 1933—1934 годах.

Является усовершенствованным вариантом танка БТ-2 в направлении усиления пушечного вооружения и двигателя советского производства, незначительно увеличена высота и масса. Предназначен для укомплектования механизированных и танковых корпусов РККА. Серийный выпуск организован на Харьковском паровозостроительном заводе (ХПЗ) в 1933 г. По вооружению, бронированию, средствам внешней связи и проходимости БТ-5 не уступал однотипному с ним по массе советскому танку Т-26, а по удельной мощности, подвижности и запасу хода значительно превосходил этот танк. Гусеничный движитель и подвеска опорных катков были проще чем у Т-26. Машина была не сложной в освоении, отличалась неприхотливостью в обслуживании и высокой подвижностью, благодаря чему пользовалась популярностью у танкистов. БТ-5 являлся одним из основных танков РККА довоенного периода. В 1934 г. создана его модификация БТ-7, обладающая более высокими тактико-техническими показателями.

Техническое описание[править | править код]

БТ-5 представлял собой «гибридную» модель, призванную заменить в войсках малоудачную конструкцию БТ-2. Корпус БТ-5 практически не отличается от своего предшественника (если не считать перехода на метрическую систему), что было следствием требования УММ РККА «переделки должны производиться, не вклиниваясь в серийное производство» (модификации БТ-4 и БТ-6, отличавшиеся от исходного образца конструкцией корпуса и рядом мелких доработок, до стадии серийного производства так и не дошли). Поэтому от «двойки» «пятёрка» отличалась прежде всего новой эллиптической башней на уширенном погоне с 45-мм пушкой 20К с боекомплектом 115 выстрелов и пулемётом ДТ; на некоторых танках был второй ДТ в нише башни, на некоторых ещё и зенитный ДТ на турели. Экипаж — 3 чел. БТ-5 выпускался в вариантах с рацией и без рации. Командирский танк был с рацией и уменьшенным боекомплектом.

БТ-5 сохранил компоновочную схему танка БТ-2: переднее расположение отделения управления, среднее расположение боевого отделения и кормовое расположение моторно-трансмиссионного отделения. Корпус и башня танка каркасные, бронирование противопульное. Башня цилиндрической формы с нишей в кормовой части устанавливалась на шариковой опоре крыши корпуса. Посадка экипажа производилась через люки, расположенные в лобовой части корпуса и крыши башни. Броневые катаные листы, толщиной 6÷13 мм, соединялись заклёпками. Лобовые листы корпуса наклонены под сравнительно большими углами к вертикальной плоскости, а передние листы бортов к продольной оси машины, что дополнительно повышало их защитные свойства. В передней части надгусеничных полок имелись козырьки, защищавшие смотровые приборы от попадания грязи и снега. Буксирные крюки, расположены в лобовой и кормовой частях корпуса.

Вооружение: включает 45-мм полуавтоматическую пушку, установленную в маске башни и спаренный с ней 7,62-мм танковый пулемёт ДТ. Пушка предназначена для ведения огня по танкам и бронемашинам, артиллерии, открыторасположенным огневым средствам пехоты и живой силе противника, бронебойными и осколочными снарядами, обладала хорошими потому времени тактико-техническими показателями. Длина ствола 46 калибров, дальность стрельбы прямой наводкой 3600 м, наибольшая — 4800 м. Бронебойный снаряд массой — 1,425 кг, начальная скорость — 760 м/с, пробивал броню толщиной 32 мм на дистанции стрельбы 1000 м при угле встречи 90º. Скорострельность пушки — 12 выстр./мин, с исправлением наводки. Наведение при стрельбе прямой наводкой из пушки и спаренного с ней пулемёта, наблюдение за результатами огня и его корректировка осуществлялись с помощью танковых оптических прицелов ТСМФ и ПТ-1. Конструкция башни обеспечила возможность ведения из пушки и пулемёта кругового обстрела в горизонтальной плоскости, углы наведения по вертикали от −6 до +25º. Боекомплект включает 115 артиллерийских выстрелов и 2709 патронов (43 магазина). В командирской машине размещалось 72 артиллерийских выстрела. В качестве приборов наблюдения в боевой обстановке применены смотровые щели со стеклоблоками, расположенные в лобовой части корпуса и боковых поверхностях башни.

Средствами внешней связи служили сигнальные флажки, а командирские машины были оборудованы танковыми приёмопередающими телефонно-телеграфными симплексными радиостанциями 71-ТК-1 с поручневой антенной, размещённой на башне. Радиостанция, установленная в нише башни обеспечивала связь при работе в режиме телефона на расстоянии до 15 км на ходу и до 30 км на стоянке, а в режиме телеграфа на стоянке — до 50 км. Внутреннюю связь обеспечивало танковое переговорное устройство ТПУ-3 на три абонента.

Двигатель авиационный, марка М-5: 12-цилиндровый, V-образный карбюраторный, жидкостного охлаждения, мощностью 294 кВт (400 л.с), позволял развивать скорость до 50 км/ч на гусеницах и до 72 км/ч на колёсах. Двигатель располагался продольно в кормовой части корпуса, носком коленчатого вала в сторону кормы, имел сравнительно небольшие массово-габаритные показатели, соответственно: 410 кг; 1754×691×1073 мм. Топливо — авиационный бензин.

Механическая трансмиссия состояла из: многодискового фрикциона сухого трения (сталь по стали), установленного на носке коленчатого вала двигателя, четырёх ступенчатой коробки передач, двух многодисковых бортовых фрикционов с ленточными тормозами (механизмов поворота), двух одноступенчатых бортовых передач и редукторов (гитар) для привода к задним опорным каткам, становившихся ведущими при движении машины на колёсном ходу. В гитаре расположены пять шестерён, передающих крутящий момент от вала ведущего колеса гусеничного движителя к заднему опорному катку. Картер гитары выполнял функцию балансира заднего опорного катка.

Гусеничный движитель (применительно к одному борту) состоял из: крупнозвенчатой гусеничной цепи гребневого зацепления с открытым шарниром, четырёх опорных катков диаметром 815 мм, направляющего колеса с механизмом натяжения гусеничной цепи, ведущего колеса заднего расположения с четырьмя ведущими роликами. Опорные катки имели наружную амортизацию в виде резиновых бандажей. Подвеска индивидуальная (независимая). В качестве упругих элементов использованы спиральные цилиндрические пружины (свечи), соединяющие балансиры опорных катков с корпусом. Пружины расположены внутри корпуса вертикально (у первого опорного катка — горизонтально).

При переходе с гусеничного хода на колёсный, гусеничные цепи снимали, укладывали на надгусеничные полки и закрепляли ремнями. В ступицы задних опорных катков устанавливали блокирующие кольца, соединявшие их с ведущим валом гитары. Нормативное время необходимое для перевода машины силами экипажа с гусеничного хода на колёсный (и наоборот) не превышало 30 мин. Для управления поворотом танка на гусеничном ходу в отделении управления имелись два рычага, связанные посредством продольных тяг с бортовыми фрикционами, а на колёсном ходу — рулевое колесо с реечным рулевым механизмом, соединённым тягами с передними управляемыми опорными катками. При движении на гусеницах рулевое колесо снималось.

Электрооборудование: выполнено по одно проводной схеме, напряжение бортовой сети 12 В. Система зажигания батарейная. Свечи зажигания каждого ряда цилиндров двигателя получали электроэнергию от своего трансформатора-распределителя, представлявшего собой комбинацию катушки высокого напряжения с прерывателем-распределителем. Пуск двигателя производился двумя электрическими стартерами или с помощью пусковой рукоятки, установленной на редукторе пуска в боевом отделении.

Система противопожарного оборудования: состоящую из стационарного тетрахлорного огнетушителя, соединённого трубопроводами с четырьмя распылителями, установленными в моторном отделении.

Состав экипажа, три человека: командир, наводчик и механик-водитель. Командир и наводчик размещались на сиденьях в боевом отделении по обеим сторонам от пушки, а механик-водитель — в отделении управления. Командир дополнительно выполнял обязанности заряжающего и радиста.

Тактико-технические характеристики:

Назначение / Танк группы дальнего действия;
Тип: Лёгкий колёсно-гусеничный с пушечным вооружением;
Год выпуска — 1933;
Боевая масса — 11,5 т;
Экипаж — 3 чел.;
Максимальная скорость, на гусеницах / на колёсах — 52/72 км/час;
Вооружение: 45-мм танковая пушка, 7,62-мм танковый пулемёт, установленные в башне;
Боекомплект: 115 артиллерийских выстрелов (в командирском — 72) и 2709 патронов;
Бронирование: противопульное: лоб, борт, корма, башня — 13 мм, крыша — 10 мм, днище −6 мм;
Тип гусеницы — крупнозвенчатая гребневого зацепления;
Число траков — 46;
Ширина трака — 260 мм;
Шаг трака — 255 мм;
Число опорных катков — 4 × 2;
Тип механизма натяжения гусеницы — кривошипный;
Длина опорной поверхности — 3000 мм;
Колея — 1970 мм;
Клиренс — 350 мм;
Среднее удельное давление — 0,066 МПа(0,66 кгс/см²);
Запас хода по топливу: по шоссе, на колёсах 330 км / на гусеницах 500 км;
Преодолеваемые препятствия: угол подъёма — 42°; угол крена — 35°; ширина рва — 1,8 м; высота эскарпа — 0,76 м; глубина брода — 1,0 м; толщина сваливаемого дерева / 0,35 м;
Габаритные размеры: длина — 5350 мм; ширина — 2230 мм; высота — 2200 мм; [1]

Производство и боевое применение[править | править код]

Выпуск БТ-5 на ХПЗ начался в марте 1933 года, когда были сданы последние 37 штук БТ-2. Благодаря преемственности конструкции, первые 16 машин были предъявлены военной приёмке уже 22 марта. Всего по итогам 1933 года было сдано 1005 единиц БТ-2 и БТ-5, однако в донесении, составленным военпредом ХПЗ, говорилось о том, что во втором полугодии, по сравнению с первым, значительно увеличился процент брака (9-41 % против 5-8 % машин в месяц). Улучшить качество сборки БТ-5 удалось только в середине 1934 года.

Башни машин первой серии были изготовлены из так называемой «технологической брони» (обычная сталь или незакалённая броня), всего было сдано 30 неброневых башен и 10 из незакалённой брони. Полностью заменить их броневыми удалось только в 1935 году.

Броневую сталь для башен подавали Ижорский (марки ПИ) и Мариупольский заводы (марки МИ). Оба типа башен имели 13-мм бронирование. Масса оборудованной сварной башни без вооружения и боеприпасов равнялась 675 кг, а с вооружением и боеприпасами — 1100 кг. Поворот башни осуществлялся вручную.

Броня МИ была двухслойная, что должно было обеспечивать большую пулестойкость по сравнению с однослойной бронёй ПИ. Всего «мариупольских» башен с малой нишей было выпущено 230 штук. Такие машины отправлялись в распоряжение учебных заведений и учебные батальоны механизированных бригад.

Но в июне-июле 1934 года, после обобщения данных об эксплуатации серийных БТ-5, было принято решение полностью перейти на ижорскую башню, изначально разработанную для установки на модернизированные танки Т-26, поскольку броня МИ обладала целым рядом скрытых дефектов, включавших сколы, трещины и недержание кромок. К тому моменту на Ижорском заводе была получена кремне-марганцево-молибденовая сталь повышенной вязкости, поэтому Постановлением Броневого Совета НКТП для производства танков БТ-5 принималась броня марки ИЗ.

Выпускался БТ-5 до конца 1934 года, причём на танках последних выпусков устанавливалась 45-мм пушка образца 1934 года, являющая улучшенным вариантом пушки 20К образца 1932 года. Всего произведено 1 884 машины.

Производство БТ-5:

1933 781

1934 1108

Единственным государством, куда поставлялись танки БТ-5, была Республиканская Испания.

28 июля 1937 г. начальник АБТУ РККА комдив Бокис подписал очередную справку на отправленное 17.07.37 г. имущество.

Машины БТ-5 линейн. с вооружением и ЗИП — 38 по 101.250 руб. (28.451 американских долларов);

То же, радио — 12;

Моторы М-5 с главным фрикционом в сборе — 50;

Коробок перемены передач к БТ-5 — 50;

Рация 71-ТК — 10 и т. д.

Производство БТ-5

1933—781

1934—1103

Погрузка танков 24 июля 1937 года в Севастополе на испанское транспортное судно «Kabo San-Augustin». Рейс осложнялся тем, что к тому времени франкисты (с помощью Германии и Италии) контролировали почти всё испанское побережье, но в этот раз всё обошлось. Вместе с БТ-5 отбыла группа сопровождающих специалистов во главе с А. А. Ветром. Для конспирации основная часть добровольцев-танкистов (в основном набранных из частей 5-го мк) во главе с полковником С. И. Кондратьевым отправилась в Испанию на другом судне из Ленинграда. Судно прибыло в Картахену 1 августа. После прибытия советских танкистов началось формирование 1-го отдельного интернационального танкового полка, полностью укомплектованного БТ-5, в танковые экипажи набирали испанцев и добровольцев из других стран. Но большинство должностей командиров и механиков-водителей занимали всё же советские танкисты. Боевое крещение 1-й оитп получил на Арагонском фронте. Приказ о передислокации получен ещё в конце сентября, но его выполнение затянулось почти на 2 недели. В итоге полк совершил за двое суток 630-километровый марш. Танки шли переменно на гусеничном и колесном ходу, почти без потерь по техническим причинам, что отчасти подтвердило надежность их смешанного движителя. К рассвету 13 октября основная часть полка сосредоточилась в 10 км юго-восточнее Фуэнтес-де-Эбро, этот городок представлял собой «крепкий орешек» даже для танков. Помимо нескольких линий траншей, франкисты подтянули сюда полевую артиллерию, так что бой обещал был жарким. Количество БТ-5 перед началом атаки оценивается в 40-48, но с другой стороны у мятежников не было танков. План наступления оказался бесхитростным. Республиканцы при помощи БТ-5 надеялись пробить брешь в обороне одним ударом, выйти противнику в тыл и учинить ему разгром. Для закрепления начального успеха на БТ-5 решили усадить десант из 24-го пехотного батальона 15-й интербригады под командованием капитана Агила. На флангах и в тылу располагались американские и британские добровольцы. Про десантирование с танков, как и про взаимодействие с ними, испанцы имели отдаленное понимание и потому дальнейшие их действия сыграли на руку противнику. Условия местности у Фуэнтес-де-Эбро — до первой линии окопов от 400 до 800 метров, но идти танкам предстояло по равнине, причем полк растянут по фронту почти на 4 километра. Перед началом наступления республиканцы провели «артподготовку», сделав двумя батареями несколько залпов в сторону противника. Обстрел не носил целенаправленного характера, но дал понять франкистам откуда ждать главный удар. Танковая атака стала неожиданностью для первой линии республиканской пехоты, которую никто не оповестили о прибытии танков. Приняв БТ-5 за танки мятежников, пехотинцы открыли по ним огонь — десант ответил тем же. Едва пройдя свою линию обороны танкисты оказались предоставленными сами себе, так как десант практически сразу покинул танки и попытался следовать под прикрытием их брони. Имея приказ провести атаку как можно быстрее, танки вырвались далеко вперед. А вот как события развивались дальше. «…Роберт Гладник закрыл башенный люк своего танка и посмотрел в перископ. Танк двигался по полю, заросшему травой, и все, что он видел — шпиль церкви Фуэнтес в 90 м впереди. Прыгая на ухабах, Гладник растерял почти весь свой десант, когда его танк угодил в глубокий овраг. По радио ему никто не отозвался, но танк мог двигаться, и ему удалось выбраться. Расстреляв весь боезапас в направлении церкви, он вышел из боя… Вильям Кардаш находился в центре наступающей танковой роты. Ему удалось удачно преодолеть овраг, но у самых вражеских позиций его танк был подожжен бутылкой с зажигательной смесью. Двигатель не заводился, пытавшихся приблизиться к горевшему танку националистов Кардаш отсекал огнем. Лишь тогда, когда огонь подобрался к боевому отделению, экипаж покинул машину и был спасен подоспевшим на выручку экипажем другой машины»… В подобную ситуацию с оврагами и ирригационными каналами угодило более десятка БТ-5, но отдельным танкам удалось прорываться через проволочное ограждение и войти в город. Здесь на узких улицах танки оказались в невыгодном положении и, потеряв ещё несколько машин, полк вынужден отступить. Итог этого наступления не в пользу республиканцев. Хотя интербригада заняла позиции между двумя линиями обороны франкистов, поддержки ей не оказывалось. Танковый десант уничтожен почти полностью. Потери танкового полка, по разным данным, от 16 до 28танквн, причем часть поврежденных БТ-5 удалось эвакуировать. Утверждается, что полностью погибло 16 танковых экипажей (по другим данным — 37 танкистов), включая заместителя командира полка Бориса Шишкова, который сгорел в своем танке. В любом случае, это самые тяжелые потери в танках за всю войну. Не менее драматично развивались события у города Теруэль. По сути это горная крепость, которую после нескольких попыток штурма франкисты укрепили ещё сильнее. Захват Теруэля его был целью не только стратегической, но и важной с точки зрения политического укрепления власти. Осенние поражения 1937 года внесли раскол в действия республиканцев и привели к потере значительной территории, включая Страну Басков. Эта «маленькая победа» могла вернуть утраченную надежду на перелом в ходе войны, однако стоила большой крови обеим сторонам и впоследствии обернулась против республиканцев. К октябрю 1937 года крепость Теруэль оборонял лишь 9-тысячный гарнизон из солдат, фалангистов и гражданских гвардейцев под командованием полковника д’Аркура. Против них республиканцы выделили 100.000 человек, 42 танка БТ-5 и Т-26, около 30 бронемашин и 125 орудий. Посильную поддержку с воздуха оказывала авиация. По политическим мотивам решено отказаться от помощи интербригад — взятие города должно было проводиться только испанцами. Учитывая, что количество Т-26 — две танковые роты, количество БТ можно оценить в 20-25. Операция началась 15 декабря 1937 года, за два дня до планируемого начала нового наступления франкистов на Мадрид. В пользу оборонявшихся играла холодная погода (временами температура падала до −20°), 30-40-сантиметровый слой снега и гористая местностьорой соны не бы. Впрочем, уже 17-го декабря крепость оказалась в полном окружении. Большую часть времени танки действовали из засад и совершали эпизодические контратаки, а под новый 1938 год им пришлось отбивать мощную атаку франкистов, которые начали оерацию по спасению гарнизона. В контрнаступлении приняло участие 8 пехотных батальонов при поддержке танкеток CV 3/35 и авиации. Не выдержав натиска 40-я испанская пехотная дивизия почти в полном составе оставила позиции и несколько часов западную окраину города удерживали только танки. Надо отдать должное советским и испанским танкистам — при отражении атаки им удалось подбить две танкетки и обратить в бегство остальных. Больше того, развивая успех экипажи 1-го оитп, действовавшие с Т-26 и бронемашинами, перешли в контратаку и рассеяли пехоту мятежников. Очередной штурм города 2-го февраля 1938 года и закончился для франкистов безрезультатно. Экипажи БТ-5 снова проявили себя с лучшей стороны — например, танковая рота под командованием капитана П.Сиротина сама атаковала противника, нанеся урон пехотным подразделением. В который раз также доказана слабость и неприспособленность к современной войне танкеток — в течение дня мятежники потеряли 6 CV 3/35, из них 3 безвозвратно. Гарнизон крепости Теруэль из 5.000 солдат, не выдержав долгой осады, вынужден был слаться. В то же время, к 8 февраля 1-й оитп лишился 15 танков, но часть из них удалось снова ввести в строй. Окончательно решить проблему взятия Теруэля франкисты решили 12-го февраля, предварительно стянув в этот район 11 пехотных дивизии и 40 танков Pz.I и CV 3/35. Республиканцы не получали почти никаких подкреплений, так что победа обещала быть легкой. Вместо этого мятежники больше чем на неделю увязли в локальных боях. Так, 20 февраля на северо-западном участке обороны города у Мансуето, республиканские танкисты сами атаковали противника. Отличилась на этот раз рота под командованием лейтенанта А.Разгуляева, которая прикрывая отход испанского батальона огнем из засады подбила 2 Pz.I. После этого 5 БТ-5 перешли в контратаку и подбили ещё 3 «панцера». Никакого серьёзного сопротивления танки франкистов оказать не смогли, поскольку их вооружение только из 7,92-мм пулеметов. Пехота противника попала под удар республиканских танков и в замешательстве . Если бы не артиллерия и авиация мятежников исход этого сражения мог оказаться для них плачевным. Потери полка тогда только 1 танк, который поврежден близким разрывом бомбы. Экипаж погиб, но подбитый БТ-5 удалось эвакуировать в тыл и восстановить. Битва за Теруэль завершилась 22 февраля — республиканцам пришлось оставить город, потеряв там около 55.000 человек. Как это ни странно, но полк БТ-5 всё ещё оставался достаточно боеспособным соединением. К тому моменту в нём насчитывалось 42 танка, но только 15 из них могли принять участие в дальнейших боях. По всей видимости, в общее число танков были также включены Т-26. После отвода в тыл танки встали на ремонт в районе Формиче-Бахо — надо было менять изношенные элементы трансмиссии, двигатели, заменять орудийные стволы и обновлять ходовую часть. К этому времени помощь из СССР сократилась и запасных частей недоставало. Ремонт удалось завершить к концу февраля, после чего полк перевели на Восточный фронт, где после мощного наступления франкистов образовалась «брешь» на участке 24-й и 30-й пехотных дивизий республиканцев от Фуэндетодос до Монтальбана (на севере от Теруэля). Выдвинувшийся первым отряд из восьми БТ-5 под командованием командира 1-й роты П.Смирнова, совершая 60-километровый марш, вблизи от Монтальбана встретился с колонной вражеской пехоты. Франкисты шли без тяжелого вооружения и боевого охранения, чем и решил воспользоваться Смирнов. Республиканские танки рассеяли пехоту, после чего их окопали на шоссе Мартин-дель-Рио — Вальдеконехос, где ожидался очередной удар противника. Утром следующего дня отряд атакован большим количеством пехоты при поддержке 20 танкеток. Республиканская танковая группа, подпустив противника на 500—800 метров, начала «отстрел» танкеток. После первых выстрелов подбито 2 CV 3/35. Пехота противника, находясь под ружейно-пулеметным огнем, вынуждена была залечь, чем облегчила задачу танкистам. Далее подбиты ещё две танкетки и франкисты отступили. Преимущество советских БТ-5 над немецкими Pz.I в очередной раз подтвердилось в бою в районе населенных пунктов Ихара — Альбасете-дель- Арсобиспо. Тогда единственный БТ-5 вступил в схватку с пятью «панцерами», один из которых подбил из пушки, а после того как был разбит орудийный прицел — таранил второй. Экипаж танка состоял только из двух советских танкистов (лейтенанта А. Разгуляева и механика-водителя М. Даниловым). В марте-апреле 1938 года советское присутствие на Пиренеях стало сокращаться. Этому способствовала внутриполитическая обстановка в Республике, где центральная власть не могла наладить взаимодействия с союзными партиями и организациями. Падение республиканского строя стало лишь делом времени и в такой ситуации советское правительство решило отозвать своих «добровольцев». Вслед за летчиками в конце марта на родину отправились и танкисты. К этому времени в 1-м интернациональном полку их осталось 22 человека при 18 танках. Из-за больших потерь полк вывели не переформирование, создав на его основе танковую бригаду. Летом 1938 года, оставшись без поддержки извне, республиканцы предприняли последнюю попытку переломить ход войны в свою сторону. В сражении на реке Эбро приняла участие основная масса уцелевших танков и около 70-75 самолётов. Наступление началось 25 июня и первое время развивалось для республиканских сил удачно. Войска под командованием полковника Хуана Модесто (Juan Modesto) постепенно продвигались к главной цели — городу Гандеса в 25 км от реки, но уже через несколько дней ситуация переменилась. Местность для действия танков была неблагоприятной — изобиловала заболоченными и каменистыми участками. Ближе к городу начинались холмы, где быстроходным БТ негде было реализовать своё преимущество в маневре и скорости. К тому же, франкисты после начала сражения располагали 550 самолётами, создав внушительный перевес и тем предопределив исход этой битвы. Немногие оставшиеся танки БТ-5 впоследствии использовались в боях эпизодически и после капитуляции 1 апреля 1939 года перешли к франкистам. Предположительно, им досталось порядка 5 машин в боеспособном состоянии, причем как минимум одна из них оснащена башней раннего типа. Но франкисты начали использовать эти машины ещё годом ранее. Например, на Арагонском фронте в течение некоторого времени в составе итальянской Raggruppamento Carristi имелось пять Т-26 (обр.1933 г.), которые были сведены в одну «русскую» группу. В ходе боевых действий три танка потеряны безвозвратно и заменены на трофейные БТ-5. По всей видимости, до победы франкистов ни один танк из «русской» группы не дожил, так как сведения об их действиях в 1938—1939 гг. отсутствуют. [2]

К 3 декабря 1939 г. один танк БТ-2, находившийся в составе 2-й Краснознамённой армии ДВФ, был переделан заводом в БТ-5.

До начала Великой Отечественной войны безвозвратно потеряно 122 БТ-5: на Халхин-Голе (1939) - 75, в походе в Польшу (1939) - 1, в советско-финской войне (1939-1940) - 46.

  • Бои на Халхин-Голе (1939) — При равном бронировании БТ-5 сильнее основным японских танков. Впрочем, главные проблемы касались именно защищенности советских танков. Как показала оценка боевых повреждений БТ-5 основная часть пробоин в борта корпуса (77 попаданий), ходовую часть (64), башню (57) и лоб корпуса (35). Снаряды 37-мм японских ПТО и танковых орудий пробивали 13-мм броню насквозь, вызывая вторичные осколки. Также зафиксировано одно прямое попадание авиабомбы и 8 пробоин от крупных осколков. В общем 11-я танковая бригада потеряла 84 БТ-5 безвозвратно. За время боевых действий текущий ремонт прошли 82 БТ-5, 14 – средний и 12 – капитальный. Как правило танки ремонтировались силами полевых бригад. [1]
  • Освободительный поход в Польшу (1939) — В количественном отношении танки БТ-5 находились далеко не на первом месте, поскольку основу танковых бригад составляли Т-26 и БТ-7. Впрочем, при вторжении в Польшу были задействованы более старые БТ-2, средние Т-28, а также плавающие Т-37А и Т-38. На Белорусском фронте в наступлении участвовали пять танковых бригад (6, 22, 25, 29 и 32) в основном оснащенные БТ-7. Около 150 танков БТ-5 имелось в составе шести танковых полков кавалерийских дивизий, но в сентябре 1939 года они в боях не участвовали и находились в местах постоянной дислокации. В составе Украинского фронта действовало четыре танковые бригады (10, 24 36 и 38) входившие в состав подвижной армейской группы, но на этом направлении им оказывали содействие конно-механизированная группа состоявшая из следующих соединений: 25-й танковый корпус (58 БТ-5 включительно), 23-я и 26-я танковые бригады, а также части 4-го кавалерийского корпуса и 3, 5 (29 БТ-5 в составе 32-го танкового полка) и 16-й кавалерийских дивизий (31 БТ-5 в 39-м танковом полку). [1]
  • Советско-финская война (1939—1940) — Несмотря на идущую модернизацию танкового парка быстроходных танков в количественном отношении БТ-5 не уступали БТ-7. Одним из первых в боях на “линии Маннергейма” приняла 1-я легкотанковая бригада, действовавшая в подчинении 10-го танкового корпуса. В общей сложности бригада располагала 7 Т-26, 83 БТ-5, 82 БТ-2 и 6 БТ-7А, не считая 18 бронемашин БА-10 и 5 БА-20. В районе Ладожского озера против финских войска из крупных танковых частей действовала только 34-я лтбр, которая на 30 ноября 1939 года располагала 143 БТ-5, 28 БТ-7, три ХТ-26 и 25 бронемашинами БА-20. Финские войска здесь оказались быстрее – 4 января они перерезали дорогу между Южным и Северным Леметти, в результате бригада разрезана на три части, а связь между группами была нарушена. В этот момент шансы на прорыв ещё оставались. Даже с учетом потерь танкисты находились в явном численном преимуществе, поскольку на этом участке фронта у финнов танки отсутствовали совсем. Можно было, оставив немногочисленные БА-20 и часть грузовиков, организовать прорыв, однако уполномоченный Особого отдела НКВД запретил выход из окружения. Дело закончилось расстрелом командира 179-го мотострелкового батальона, что привело к трагическим последствиям. [1]
  • Великая Отечественная война - На июнь 1941 года танковые части РККА с 1270 “линейными” и 402 радиофицированными БТ-5. За 5-6 лет интенсивной эксплуатации техника порядком износилась, поэтому на капитальный ремонт пришлось поставить 302 и 58 танков соответственно. В состоянии среднего ремонта находилось 119 “линейных” и 49 “радийных” танков БТ-5. То есть, боеспособными можно считать только 1075 “пятерок” обоих вариантов. В западных военных округах 632, считая учебные и находившиеся в ремонте. Наверное, с наибольшим количеством танков БТ-5 1-й механизированный корпус, дислоцировавшийся до войны в районе Пскова. Управление корпуса формировалось на базе управления 20-й тяжелой танковой бригады имени С.М.Кирова, 3-я танковая дивизия – на основе 13-й лтбр, а 1-я танковая – на основе 1-й лтбр. Входившая в корпус 163-я моторизованная дивизия переформирована из стрелковой в 1939 году и получила 229 танков Т-26 и 25 БТ-5. Кроме того, 89 “пятерок” в составе 1-й тд, а всего корпус с (предположительно) 187 танками этого типа. Вообще, в 1-м мехкорпусе новой техники было мало – весной-летом 1941 года получено лишь несколько легких танков Т-50 и ожидалось прибытие КВ-1 и КВ-2. В ходе обороны Киева, где героически сражалась 37-я армия, танки БТ-5 если и присутствовали, то в крайне малых количествах. По крайней мере, в составе 1-й и 129-й танковых бригад присутствовали только БТ-7, Т-34 и КВ-1. Кроме того, армейская группировка располагала несколькими десятков танков Т-37А и Т-26, включая двухбашенные модификации, а также химические ХТ-26 и ХТ-130. На центральном участке, во многом из-за стягивания сил к Киеву, фронт стабилизировался к концу сентября. Впрочем, вместо создания плотной эшелонированной обороны, командование Резервного и Брянского фронтов занялось подготовкой к новым контрударам. Сравнительно с летним периодом общее количество танков и бронемашин едва дотягивало до уровня одного “полнокровного” мехкорпуса по штату 1940 года. В качестве примера можно привести Западный фронт, где насчитывалось всего 475 танков, причем 298 из них составляли различные модификации Т-26 и ещё 101 относились к БТ-5 и БТ-7. Быстроходные танки были распределены между двумя мотострелковыми дивизиями (101-й и 107-й) и четырьмя танковыми бригадами (126, 127, 128 и 143-я). На всем Брянском фронте имелось 245 танков, но здесь БТ входили в состав 1-й танковой дивизии (1 ед.) и 141-й танковой бригады (22 ед.). Правда, практически все они относились к вариантам БТ-7 и БТ-7М. Прооо новому штату №010\306 от 9 октября 1941 года каждая танковая бригада должна была состоять из двух танковых батальонов, одного мотострелкового батальона и четырех отдельных стрелковых рот. Всего в ней полагалось иметь 10 тяжелыв КВ-1, 26 средних Т-4 и е 20 легкив Т-40, Т-26 или БТ. При отдельных мотострелковых бригадах числился танковый батальнй из 12 Т-34 и 20 легких танков того же состава. Прибывшая на фронт в качестве подкрепления 18-я танковая бригада была хорошо укомплектована, но половину её танков составляли БТ и Т-26 прошедшие капитальный ремонт. Всего в дивизии было 24 БТ-5, 3 БТ-7, 5 БТ-2, 1 Т-26, 29 Т-34 и 7 бронемашин. Несмотря на это, в боях 9-11 октября бригада уничтожила 10 вражеских танков, 2 противотанковых орудия и до 400 солдат. Собственные потери тоже 10 танков. Далее, в ходе 9-часового боя у села Ивники, 18-я тбр попала в частичное окружение. Большинство уцелевших танков БТ-5 пришлось бросить в прорыв, где они все погиблит. Со стороны противника действовало около 40 танков. К вечеру 12 октября, когда остатки бригады вышли из окружения мелкими группами, в бригаде осталось пять Т-34, один БТ-7 и один Т-26. Потери немецких частей 20 танков. На московском направлении в районе Калинина оборону держала 21-я танковая бригада. Эта часть имела довольно пестрый состав – помимо Т-34 с пушками Ф-34 бригада с 10 Т-34 с пушками ЗИС-4, 2 химических ХТ-26, 5 БТ-2, 15 БТ-5 и БТ-7, 10 Т-60 и 4 противотанковых самоходки ЗИС-30, 14-17 октября 21-я тбр наступала в направлении населенных пунктов Тургиново, Пушкино, Трояново и, по докладам командования, добилась значительных успехов. За 4 дня боёв уничтожено 34 танка противника, 210 автомашин и 31 орудие. Правда бригада лишилась при этом 7 БТ, 21 Т-34, 1 Т-60 и 1 ЗИС-30. На 28 октября 1941 года на передней линии Западного фронта осталось всего 45 БТ-5 (в составе 1-й мсд, 4, 18, 22 и 24-й тбр) и ещё 21 в резерве главного командования. Часть БТ-5 после ремонта на подмосковных заводах возвратили на фронт, другие закапывали в землю и использовали в качестве БОТ. Достаточно долго воевали танки БТ-5 на Ленинградском фронте, так в составе 3-го орб 42-й А имелось 2 танка БТ-5 (по состоянию на 1 июля 1942 г.), в составе 86-го отб 55-й А — 6 танков БТ-5 (по состоянию на 1 сентября 1942 г.), а по состоянию на 1 июня 1943 г. в составе Ленинградского фронта еще насчитывалось 28 боеспособных танков БТ-5. Еще один танк находился в составе Волховского фронта. К концу войны 23 танка БТ-5 имелись в различных учебных заведениях. 156 танков БТ-5 находилось на Дальнем Востоке, где некоторой части из них пришлось ставить точку во Второй мировой войне — участвовать в разгроме Квантунской армии. 49 танков БТ-5 в составе войск Забайкальского фронта в августе 1945 г. последний раз продемонстрировали свои быстроходные качества на территории Монголии. Правда, до 30 процентов машин при проведении операции вышли из строя по техническим причинам (сказался длительный срок эксплуатации). Из-за боевых повреждений не было выведено из строя ни одной машины.[3]

Модификации[править | править код]

  • БТ-5 — линейный танк,
  • БТ-5РТ — танк с радиостанцией 71-ТК-1 (71-ТК-3),
  • БТ-5-ИС — в 1936 г. переделано 10 танков
  • БТ-5/В-2 — экспериментальный БТ-5 с дизельным двигателем В-2, также машина называлась БДТ-1
  • ХБТ-5 — химический танк, в 1936-1937 гг. переоборудовано 12 танков под оборудование ТДП-3 и один танк — под огнемёт.
  • РБТ-5 — ракетный танк,
  • БТ-5ПХ — танк подводного хождения.

Сохранившиеся экземпляры[править | править код]

До наших дней сохранилось несколько экземпляров танка БТ-5:

Модификация Местонахождение Краткая Характеристика Изображение
БТ-5 Бронетанковый музей в Кубинке, Московская область В ангаре музея BT-5 in the Kubinka Museum.jpg
БТ-5
с цилиндрической башней от танка БТ-2[4]
На открытой площадке возле входа в музей
Images.png Внешние изображения
Image-silk.png [1]
БТ-5 Кировск, Ленинградская область Поднят со дна Невы и отреставрирован в 2007 году[5] BT tank in the Breakthrough of the Siege of Leningrad Museum 4.jpg
У диорамы"Прорыв блокады Ленинграда".
Вид слева-сзади.
БТ-5
вып. 1933
(мариупольская башня с малой кормовой нишей)
Музей города Чита Первоначально был установлен в качестве памятника в городе Борзя, в настоящее время передан в музей города Чита BT-5 (1933), Chita.jpg
На территории ПКиО ОДОРА, Чита
БТ-5 Ростов-на-Дону Танк восстановлен буквально по винтику и носит имя «Хмаровец» в честь Станислава Сергеевича Хмары
Images.png Внешние изображения
Image-silk.png БТ-5 «Хмаровец» в ходе реконструкции событий ВОВ
БТ-5 В составе памятника у дачного поселка Новые Новоселки Ступинского района Московской области
5 экземпляров танка БТ-5 установлены в качестве памятников в Монголии — на горе Баин-Цаган, в городах Ундэр-Хан, Сумбер и др.[6]

В массовой культуре[править | править код]

Стендовый моделизм[править | править код]

Легкий танк БТ-5 не представлен широко в стендовом моделизме. Единственная сборная пластиковая модель-копия посредственного качества в масштабе 1:35 выпускается фирмой Звезда (Россия). Модели нескольких модификаций танка БТ-5 в масштабе 1:72 выпускает украинская фирма UM, также фирма «Звезда» выпускает модель в масштабе 1:100 в качестве игровой фишки-юнита для настольной игры «Великая Отечественная».

Модель танка БТ-5 можно приобрести вместе с 24 выпуском журнала «Русские танки». Сборная модель танка БТ-5 из бумаги, масштаб 1:35. Производитель «Умная бумага». Подвижные элементы: башня, пушка. Сборка модели происходит без использования ножниц и клея.

Компьютерные игры[править | править код]

В игре WarThunder БТ-5 являтется резервным танком СССР.

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 БТ-5 Легкий танк
  2. Павлов М. В., Желтов И. Г., Павлов И. В. Танки БТ. с. 98.
  3. Павлов М. В., Желтов И. Г., Павлов И. В. Танки БТ. с. 101.
  4. The BT-5 Fast Tank // Сайт «www.Tank-Hunter.com» (tank-photographs.s3-website-eu-west-1.amazonaws.com)  (Проверено 15 ноября 2017)
  5. Танк БТ-5, поднятый со дна Невы, стал памятником героям «Невского пятачка»
  6. Сохранившаяся до наших дней техника 1930-х — начала 1940-х годов.

Ссылки[править | править код]

Павлов М. В.; Желтов И. Г., Павлов И. В. Танки БТ. М.: «Экспринт», 2001. 184 с. ISBN 5–94038–019–0. и militera.lib.ru/tw/pavlov_zheltov_pavlov/index.html

Фотографии музейного БТ-5