Берроуз, Эдгар Райс

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эдгар Райс Берроуз
англ. Edgar Rice Burroughs
Эдгар Берроуз в 1916 году[1]
Эдгар Берроуз в 1916 году[1]
Дата рождения 1 сентября 1875(1875-09-01)
Место рождения Чикаго, Иллинойс, США
Дата смерти 10 марта 1950(1950-03-10) (74 года)
Место смерти Энсино, Лос-Анджелес, Калифорния
Гражданство  США
Род деятельности прозаик
Годы творчества 1912—1950
Направление массовая литература
Жанр научная фантастика, фэнтези, приключенческая литература, вестерн
Язык произведений английский
Дебют «Под лунами Марса» (1912)
Награды
Автограф Изображение автографа
edgarriceburroughs.com​ (англ.)
Логотип Викитеки Произведения в Викитеке
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе
Логотип Викицитатника Цитаты в Викицитатнике

Э́дгар Райс Бе́рроуз (англ. Edgar Rice Burroughs; 1 сентября 1875 года, Чикаго, — 19 марта 1950 года, Энсино, Калифорния) — американский писатель «эры макулатурных журналов»; наиболее известны его серии книг о Тарзане и Джоне Картере. Оказал значительное влияние на развитие жанров научной фантастики и фэнтези в XX веке, прямое его влияние на собственное творчество отмечали Рэй Бредбери, Филип Фармер, Карл Саган.

Происходил из семьи военного, однако не преуспел ни на армейской службе, ни в предпринимательской деятельности. В 1912 году в возрасте тридцати семи лет дебютировал романами о Тарзане и Джоне Картере, которые публиковались с продолжением. Получив значительный успех во всём мире, Берроуз эксплуатировал разнообразные жанры коммерческой литературы, опубликовав около семидесяти объёмных произведений. Особенно часто писатель обращался к жанрам «планетарного романа» и «sword and planet[en]», а также повествованиям о затерянных мирах и цивилизациях. Всего Берроуз написал 11 романов в «Марсианском цикле», 26 романов о Тарзане, 7 романов о находящемся внутри полой Земли Пеллюсидаре (один из них входит в цикл о Тарзане), 4 романа о Карсоне Нэпере и его приключениях на Венере, и множество других серийных и внесерийных книг, среди которых вестерны, исторические романы о каменном веке, средневековье, и прочее. Многие произведения Берроуза были экранизированы.

Критики отмечали, что литературный уровень произведений Эдгара Берроуза был неровным (или даже «слабым»), зачастую герои были антипсихологичны, а нагромождение приключений было ничем не мотивированным, некоторые постоянные идеи Э. Берроуза могли характеризоваться как «странные». Однако писатель обладал буйным воображением, умел «заразить» читателя, и стал одним из создателей мифологии современной массовой культуры. Творчество Берроуза несколько десятилетий было востребованным на литературном рынке, и не забыто после смерти, он стал первым американским писателем, создавшим собственную корпорацию («Edgar Rice Burroughs, Inc.»). Компания издавала книги Берроуза между 1931—1967 годами. На месте бывшей фермы Берроуза возникло городское поселение Тарзана, названное в честь его литературного героя[2][3]. В честь писателя назван марсианский кратер[en].

Биография[править | править код]

Ранние годы (1875—1897)[править | править код]

Происхождение. Первоначальное образование[править | править код]

Эдгар Райс Берроуз родился 1 сентября 1875 года в Чикаго в большой и процветающей семье бизнесмена. Отец — Джордж Тайлер Берроуз — родился в 1833 году в Массачусетсе, мать — Мэри Эвалина Зиглер — родилась в 1840 году в семействе голландских эмигрантов в Айову. Позднее Берроуз приписывал матери английское происхождение. Джордж Берроуз-старший во время Гражданской войны дослужился до майора в армии Северного союза, после войны сделался процветающим бизнесменом, занимаясь винокурением: он стал вице-президентом Phoenix Distilling Company. Эд был самым младшим братом (после Джорджа, Гарри и Фрэнка), имя ему дали в честь предка — пуританского проповедника XVII века[en]. Ещё двое братьев умерли в младенчестве. Кирпичный трёхэтажный семейный дом располагался на Вашингтонском бульваре в Вест-Сайде. Начальное образование все братья Берроузы получали в старой школе Брауна; школьное образование Эдгара пришлось на возраст от 6 до 14 лет. Позднее он сам вспоминал, что «предполагалось выучить английскую грамматику при изучении греческой и латинской, и в результате не получалось ни того, ни другого». Хотя будущий писатель открыл для себя письменную коммуникацию в шестилетнем возрасте, по словам биографа Майкла Орта, ни в одной из книг Берроуза не существует ни единого намёка на полученное им классическое образование. Отец, по словам Эдгара, был лишён воображения и не принимал в сыне артистических склонностей. В 1885 году старшие братья были отправлены учиться в Йельский университет, и это стимулировало Эда в эпистолярном жанре. Из этой переписки следует, что младший Берроуз в десятилетнем возрасте открыл для себя древнегреческую мифологию. Здоровье его было стабильно плохим: он часто простужался и пропускал школу. Во время эпидемии дифтерии родители решили забрать Эда из пятого класса и перевести в частную школу, однако поблизости была только школа миссис Кули для девочек. Судя по той же переписке, Берроуз-младший был не в восторге от такой перспективы. Однако примеру Беррузов последовали не менее шести семейств их соседей, у которых были сыновья. Судя по сохранившимся табелям за апрель и май 1888 года, Эдгар отличался успеваемостью, получив средний балл по географии «98» (по стобалльной системе) и «95» за чтение. Родители и старшие братья всячески поощряли физическую активность, у Эда был велосипед[4][5].

В 1890—1891 годах Эдгар обучался в так называемой «Гарвардской школе», в которой успеваемость резко упала. В сохранившемся итоговом табеле указаны оценки: «62» по арифметике и «79» по алгебре, «67» по английскому и «83» по латыни. Старшие братья к тому времени окончили высшее образование и устроились в отцовской фирме «American Battery Company», которая производила гальванические элементы для ручных фонарей и освещения поездов; на Колумбовой выставке 1893 года Берроуз-старший даже продемонстрировал электромобиль. Поскольку Эд страдал тяжёлым кашлем, семейный врач прописал смену климата. Отец принял решение приобрести ранчо в Айдахо, чтобы сын мог заниматься физическим трудом на свежем воздухе. Земля находилась примерно в 30 милях от Американ-Фолс, братья-управляющие назвали ранчо «Y» в честь университета, и так же назвали вновь основанное почтовое отделение. Не приспособленный к сельскому труду Эдгар выучился ездить верхом и служил окружным почтальоном, преодолевая иногда до 60 миль в сутки[6][7]. Затем его стали привлекать к перегону скота, что требовало навыков и было довольно опасным занятием, учитывая, что соперничество овцеводов и производителей крупного рогатого скота часто заканчивалось стрельбой и поножовщиной[8]. Майкл Орт отмечал, что многие американские писатели того времени, например, Нед Бантлайн, Джек Лондон или Прентис Ингрэм, получили похожий опыт в молодые годы[9].

Академия Филлипса и военная академия[править | править код]

Проведя в Айдахо летние вакации, 15-летний Эдгар сразу после возвращения сделал предложение руки и сердца дочери соседей — Эмме Сентенни Халберт, на которую явно не произвели впечатления рассказы о ковбойском опыте. В дальнейшем Берроуз делал Эмме предложения каждый год, пока не добился согласия на брак в 1900 году. Джордж Тайлер Берроуз также был намерен вывести сына в люди, и определил его (вместе с братом Фрэнком) в престижную Академию Филлипса в Андовере, стоимость обучения в которой составляла огромную по тем временам сумму 150 долларов в месяц. Как отмечал Майкл Орт, вплоть до достижения 36-летнего возраста Эдгар Берроуз не имел дохода, сопоставимого с расходами отца на его образование. Сохранилась анкета, заполненная Эдгаром при поступлении крупным, хорошо сформировавшимся почерком, в ней дано неверное название отцовской фирмы, и поставлен жирный прочерк в графе «церковная деноминация». Эдгар продемонстрировал замечательные социальные навыки, был избран президентом ученического совета, быстро стал редактором и иллюстратором школьной газете, в которой вышли первые публикации, подписанные его именем, в том числе сатирическое стихотворение на макаронической латыни. На этом фоне успеваемость Эда была настолько плохой, что 15 января 1892 года его отец получил приказ дирекции об отчислении. После серьёзного скандала Эдгара отдали во вновь открытую Инженерную школу при Мичиганской военной академии[en], в которой он провёл пять лет. Вступительные испытания (вероятно, по упрощённой программе) включали английскую грамматику, обществознание, арифметику и сочинение. В программе первого и второго семестра были включены риторика и композиция. Вместе с Эдом поступили двое его давних друзей — Роберт Лэй и Герберт Уэстон. В военном обучении и верховой езде Берроуз показывал немалые успехи и относительно спокойно отучился пять положенных лет, хотя неоднократно получал дисциплинарные взыскания — в основном из-за противодействия «дедовщине» и самовольных отлучек. Однажды Эд и его друзья сбежали в городок, расположенный в 12 милях от казармы, чтобы попасть на танцы. В переписке младший Берроуз не скрывал восхищения временным начальником школы — капитаном Чарльзом Кингом[en], — который публиковался как автор романтических рассказов на военную тему[10][11]. Успехи Берроуза, в том числе как нападающего в футбольной команде, привели к тому, что его включили в батальон охраны Всемирной выставки в Чикаго 1893 года, также он получил награду как наездник. На выставке в Чикаго Берроуза назначили водителем электромобиля, произведённого фирмой его отца. Далее он получил звание второго лейтенанта и вошёл в редколлегию журнала «Адъютант», выпускаемого военной академией. В отчёте, отправленном отцу, указаны следующие достижения: 16 поощрений, рейтинг 89,4 %, оценки: физика «87», французский язык «86», риторика «92», дебаты «92», военная наука «90»[12].

Несмотря на случившийся весной 1894 года скандал (Эд ввязался в дуэль со старшим по званию, да ещё пытался мобилизовать сокурсников для отмщения), Берроуз закончил курс обучения, и 10 мая 1895 года получил письмо военного министерства с рекомендацией в Вест-Пойнт. Биограф Ирвин Порджес предполагал, что рекомендация была пролоббирована помощником конгрессмена от Айдахо Альбертом Брунцелем (хотя Эдгар имел к этому штату косвенное отношение) и конгрессменом от Чикаго Уилсоном по просьбе Джорджа Берроуза. На экзаменах в июне 1895 года в группе Эда из 118 кандидатов на поступление прошли только 14, в числе которых фамилии Берроуза не было. Это вызвало гнев отца, который пришёл к выводу, что 20-летний Эдгар всё ещё несерьёзно относится к жизни, не ставя перед собой целей и задач[13]. В конце концов на осенний семестр 1895—1896 года его оставили инструктором при академии, когда он должен был помогать новичкам в обучении верховой езде и освоении картечницы Гатлинга. За это он получал жалованье 35 долларов в месяц с проживанием, обмундированием и питанием в академии. Заодно ему поручили занятия по геологии, что принудило Берроуза к изучению этого предмета, и он находил, что «чрезмерно занят» для своих лет. Полученные сведения о доисторических животных впоследствии пригодились для приключенческих романов. Тогда же проявилась характерная черта характера Эдгара Берроуза, которая определила следующие пятнадцать лет его жизни, все его последующие инициативы шли по одному шаблону. Отличаясь бурным темпераментом, он быстро начинал скучать, когда оказывался «на плато возможностей», ибо к успеху в американском понимании был равнодушен. Как только на его горизонте возникала некая авантюра, Эдгар резко менял поле деятельности. Не нравилась ему и социальная изоляция: по должности Берроуз должен был обыскивать личные вещи курсантов в поисках «контрабанды»: жевательного табака, алкоголя или иных запрещённых уставом вещей, что препятствовало неформальным отношениям[14][15].

Кавалерия[править | править код]

Уход Берроуза с должности помощника коменданта военной академии весной 1896 года, по словам И. Порджеса, «случился неожиданно». Эдгар продолжал числиться в редколлегии журнала, не имел взысканий по службе, открывавшиеся карьерные перспективы также были уверенными[16]. В то же время И. Порджес цитировал согласие Дж. Берроуза, выписанное сыну ещё 1 декабря 1894 года, на вступление того в ряды армии США в кавалерийскую часть; вероятно, эти планы были перечёркнуты надеждой на поступление в Вест-Пойнт. Уволившись в мае 1896 года, Эдгар отправился в рекрутинговое бюро в Детройт, где его встретили без всякого энтузиазма: в те времена хватало скандалов с несовершеннолетними сыновьями политиков и бизнесменов. После ожидания Эдгар был принят на службу и определён в Седьмой кавалерийский полк[en], располагавшийся в Форт Гранте[en], территория Аризона. Сержант-вербовщик откровенно предупредил молодого человека, что худшего места службы не существует. Добираться до места назначения пришлось за собственный счёт, в конце пути в карманах Эда оставался один доллар. На месте обнаружилось какое-то подобие каторжной колонии, поскольку рядовые в основном занимались дорожными и дренажными работами, а офицерская служба являлась откровенной синекурой. Офицеры занимались рукоприкладством, в свою очередь, не покидая своих квартир после наступления темноты. Навыков Берроуза, полученных в предыдущие годы, было вполне достаточно, если не считать того, что он не умел обращаться с саблей, но быстро научился строевым приёмам. В Форт Гранте к 1896 году дождей не было уже в течение семнадцати лет; после пыльной бури источник питьевой воды оказался загрязнён, и Эдгар заболел дизентерией. Полковой врач страдал алкоголизмом и вообще не занимался лечением, предложив уволить Берроуза с военной службы с диагнозом «заболевание сердца». Эдгар добился приказа из Вашингтона о повторном медицинском освидетельствовании, и пришёл к выводу, что «им дешевле было похоронить меня в Аризоне, чем за казённый счёт возвращать в Детройт»[17].

Освободившись из госпиталя, Берроуз был отправлен на поимку банды апачей. Патрулирование территории и выполнение запросов местных жителей повергло его в уныние: в конце жизни Эдгар вспоминал, что «расхлябанность и безответственность» были повседневной частью армейской жизни. Во время посещения Дункана[en] Берроуз проиграл в покер все свои деньги, и непосредственный начальник Томпкинс выдал ему 75 центов — ровно половину оставшейся наличности, — чтобы отыграться. Жалованье младшего офицера составляло 13 долларов в месяц. Далее разразилась гроза, и из-за разлива реки пришлось срочно обходить это место на дистанцию 50 миль. После патруля так и не выздоровевшего Эдгара поставили на конюшню, где он в одиночку заботился о 14 лошадях, выгребал навоз и возил сено и фуражное зерно. Военнослужащие ожидали Дня Благодарения, в который устраивалось роскошное угощение. В сохранившемся в берроузовском архиве меню от 26 ноября 1896 года упоминались устрицы, жареная оленина и кабанятина, а на Рождество офицеры упились пивом. Именно в эти дни Эдгар навсегда распрощался с романтикой военной службы и собственным идеализмом[18]. Вскоре в Форт Гранте разместили ещё и 24-й пехотный негритянский полк, и Берроузу пришлось исполнять некоторые поручения чёрных офицеров. Впоследствии он вспоминал, что офицеры и сержанты-негры были во всех отношениях лучше и компетентнее его белых коллег, и никогда не пытались использовать своего служебного положения для расовой дискриминации. Ещё одной отдушиной для Берроуза стало рисование акварелью, для любителя он был неплохим художником, который умел реалистично изображать лошадей и пейзажи[19].

Первые письма отцу с просьбой вызволить его из Форт Гранта были отправлены Эдгаром в июле или августа 1896 года. В те времена практиковался выкуп из военной службы, и Берроуз-младший, несомненно, надеялся на помощь отца. Тот никогда не был в восторге от военной карьеры сына и пошёл ему навстречу и в этот раз. 11 марта 1897 года через своего друга из компании «Griffin Wheel» Джордж Берроуз обратился к военному министру Элджеру, и уже 19 марта телеграфировал сыну, что приказ о его переводе из Аризоны запущен в производство. 23 марта вместо этого вышел приказ об увольнении 22-летнего Эдгара с военной службы по причине сердечного заболевания. В послужном списке, приложенном к приказу, офицер Томпкинс дал Берроузу отличную оценку[20]. На обратном пути он встретился с братом Гарри в Ногалесе, где тот закупал породистый скот для ранчо в Айдахо, именовавшееся тогда по именам совладельцев «Sweetser & Burroughs». Предстояло загрузить его в поезд и сопровождать до Канзас-Сити. Переезд был тяжёлым: к семи вагонам Берроузов — Свитцера добавились другие, все животные были в плохом состоянии, обезвоженные и недокормленные, и на каждой станции приходилось выбрасывать по семь-восемь туш павших быков и коров, а единственным помощником Эдгара был чахоточный старик[21].

Эдгар Берроуз не распрощался с идеей осуществить военную карьеру. После начало испано-американской войны он обратился к бывшему начальнику в Мичиганской военной академии с просьбой помочь восстановиться в армии, однако отказался отправляться на Филиппины в числе добровольцев из Покателло. Далее он предполагал отправиться в Китай инструктором по верховой езде и даже написал командиру Первого кавалерийского добровольческого батальона полковнику Теодору Рузвельту. 19 мая пришёл ответ из Сан-Антонио[22]:

Дорогой сэр, я был бы рад принять вас на службу, однако опасность превышения численности личного состава батальона не даёт мне возможности отвечать согласием на предложение добровольца, живущего так далеко от места моей дислокации.

В поисках призвания (1898—1911)[править | править код]

Потерпев окончательную неудачу с армией, Эдгар согласился с идеей брата Гарри, который в июне 1898 года одолжил ему деньги на канцелярский магазин в Покателло; предыдущий владелец (он ушёл на войну добровольцем) торговал там газетами, табаком, фотоплёнками и химикалиями, и сам проявлял фотографии. Дело было налаженным, продавщица хорошо справлялась, а свежие газеты на дом доставлял сам Эдгар, купив себе вороного коня. У него оказались хорошие способности к рекламе и понимание запросов горожан, но всё-таки дело провалилось после многообещающего старта. Дело, вероятно, было в обычной для Эдгара скуке, как только дальнейший ход событий оказывался предсказуемым. В начале 1899 года Берроуз продал дело предыдущему владельцу магазина[23]. Зимовка на ранчо братьев оказалась тяжёлой, вдобавок, зимой во время драки в салуне он получил удар по голове, из-за которого пару месяцев был жертвой галлюцинаций: его постель «окружали фигуры в саванах», и он считал, что лучшим средством от них будет запирать все помещения в доме на замки. После выздоровления эти явления никогда не повторялись. В марте 1900 года он ещё раз попробовал обратиться в военное министерство (рассматривался вопрос о призыве 25 000 добровольцев, впоследствии отложенный). Дальнейшая переписка с друзьями и полковником Роджерсом велась из Нью-Йорка, где Берроуз-младший, вероятно, находился по делам отцовской фирмы гальванических элементов[24]. К зиме 1899—1900 годов относятся первые литературные опыты Эдгара Берроуза: по воспоминаниям племянницы Эвелин Маккензи в тот период он вкладывал в письма «вздорные стишки», иллюстрируемые собственными карикатурами, возможно, некоторые из них увидели свет в городской газете Покателло, например, пародия на «Несите бремя белых» Киплинга. В январе 1899 года на титульном листе «Происхождения видов» Дарвина Эд нарисовал карикатуру, изобразив собственного деда в виде обезьяны. Вероятно, это было первым свидетельством направления интересов Берроуза, которые привели его к написанию «Тарзана». В переписке упоминается некая «историческая сказка» с претенциозным названием «Minidoka 937th Earl of One Mile Series M»[25][26].

Работая в «American Battery Company», Эдгар зарабатывал 15 долларов в неделю. Тем не менее, в январе 1900 года Эмма Сентенния Халберт наконец согласилась выйти за него замуж. Фирма переживала не лучшие времена, и отец увеличил ему жалованье лишь до 80 долларов в месяц, молодая чета частенько обедала в домах у свёкра и свекрови или тестя и тёщи для экономии. Родители Эммы подарили молодожёнам набор мебели для дома. Наконец, в 1903 году братья Берроузы ввязались в очередную авантюру с добычей золота в Айдахо: Джордж арендовал участок в долине Стэнли, а Эдгар был вынужден лично рубить и сплавлять лес для постройки «базы», то есть хижины, плота для промывочного снаряда, и тому подобного. Потерпев неудачу на этом участке, Берроуз-младший присоединился к брату Генри, который пытался мыть золото в долине реки Снейк в Орегоне. Его капитал составлял на тот момент 40 долларов (не считая мебели и пса породы колли) и он решил пустить эти средства в карточную игру. В результате остался только пёс, а набор сделанной на заказ мебели пришлось продать, чтобы оплатить билеты до Чикаго. Очередное предприятие Берроузов-Свитсера потерпело крах. Не желая возвращаться домой, Эдгар устроился охранником в железнодорожную компанию в Солт-Лейк-Сити, а Эмме пришлось терпеть крайнюю нужду и исполнять при муже обязанности прислуги. После полугода подобной жизни супруги всё-таки вернулись в Чикаго. Начиная с 1905 года Эдгар сменил восемнадцать мест работы, которые плохо оплачивались: отец передал дела Джорджу и ушёл на покой, а дела фирмы не позволяли держать младшего брата на синекуре. Больше всего Эдгар не любил место коммивояжёра[27]. Далее он целый год был бухгалтером в фирме лакокрасочных материалов, а далее сумел каким-то образом устроиться в Sears, Roebuck and Company, где проработал два годастенографистом — вплоть до рождения их с Эммой дочери Джоан 12 января 1908 года. Используя полученный опыт, Эдгар открыл собственную фирму торговли по почте, хотя на самом деле это было разновидностью финансовой пирамиды: потенциальные покупатели завлекались огромными скидками и доставкой заказанных товаров до двери. Sears предложили ему вернуться на старое место, но Эдгару требовалось повышение жалованья хотя на 25 долларов в месяц, в чём ему было отказано. При этом неугомонный Берроуз никогда не был уволен работодателем: он уходил сам, если считал, что новое место будет перспективнее. Когда у Эдгара родился сын Харберт (в 1909 году), Гарри Берроуз пристроил его на должность распространителя патентованного средства от алкоголизма, который должен был выкупать место под рекламу в бульварных журналах. По-видимому, это и стало основной причиной обращения Эдгара Берроуза к литературе[28]. Позднее в статье «Как я писал книги о Тарзане» Берроуз утверждал, что когда он стал всерьёз работать с дешёвыми журналами, его воодушевило, что «людям платили за написание чуши», и он был твёрдо уверен, что сможет написать рассказы, по крайней мере, ничуть не хуже, чем публикующиеся. Далее он вернулся к идее пирамиды, и основал фирму по продаже точилок для карандашей, в которой всю деятельность осуществляли наёмные агенты. Берроуз в это время занимался в офисе сочинительством. Его деловое предприятие закончилось тем, что пришлось отдать собственные часы и драгоценности Эммы в заклад. Эдгар, таясь и от родителей, и от жены, написал роман, названный им «Дея Торис, принцесса Марса». Работа велась всю первую половину 1911 года, и прошла несколько стадий, которые последовательно именовались «Моё первое приключение на Марсе» и «Зелёные марсиане»[29].

Писательская деятельность (1912—1950)[править | править код]

Определение нового призвания[править | править код]

Обложка октябрьского номера «All-Story Magazine», за 1912 год, в котором началась публикация самого успешного литературного сериала Берроуза — про Тарзана

В августе 1911 года Берроуз счёл, что у него готова первая половина романа, которая имел объём 43 000 слов. Рукопись была отправлена в Munsey’s All-Story Magazine и уже через десять дней (24 августа 1911 года) был получен ответ редактора по самотёку Томаса Ньюэлла Меткафа, что если рукопись будет иметь объём 70 000 слов, а вводная часть будет сокращена, роман вполне может быть опубликован. Эдгар откровенно ответил, что его интересует не слава, а заработок, и поинтересовался размером гонорара, а также аванса на переработку текста. Получив удовлетворивший его ответ (0,5 цента за слово для неизвестных публике авторов), Эдгар открылся Эмме, и работал чуть ли не круглосуточно. 28 сентября рукопись объёмом 63 000 слов была отправлена в редакцию. 4 ноября начинающему писателю был предложен гонорар в 400 долларов (примерно 11 800 долларов в ценах 2021 года) с сохранением за ним прав (и с запросом на рекомендации, что история не является плагиатом). Текст был поставлен в план на 1912 год и должен был публиковаться в шести номерах от февраля до июля. Также Меткаф посоветовал Берроузу попробовать реализовать историко-романтический сюжет в духе «Айвенго». Полученный гонорар Берроуз назвал «первым крупным событием» своей жизни. Редактор переименовал роман в «Под лунами Марса» («Under the Moons of Mars»); авторский вариант затем был использован в книжном издании. Берроуз попросил поставить вместо имени автора псевдоним «Normal Bean», но корректор или наборщик изменил его на «Норман»[30].

Поскольку предприятие по продаже точилок обанкротилось, Берроуз решился написать исторический роман, который был бы более респектабельным для его социального круга, и соответствовал его собственным вкусам. Он даже некоторое время читал в публичной библиотеке книги по истории Англии в XIII веке, и в результате уже 29 ноября 1911 года отправил Меткафу роман «Изгнанник из Торна». В декабре роман был отвергнут, не помогла и вторичная переработка в феврале 1912 года. Редакция предложила продолжать марсианскую серию: читатели требовали продолжения[31]. В период работы над «Изгнанником» брат Гарри пристроил Эдгара в канцелярскую фирму «Чамплин-Ярдли», а весной 1912 года он перешёл заведующим отделом писем в журнал «System: The Magazine of Efficiency». В обоих случаях жалованья не хватало на содержание семьи. В журнале «Систем» Берроуз должен был вести переписку с бизнесменами, которые были целевой аудиторией. По вечерам он усердно писал романы, откровенно говоря, что работал, «ненавидя бедность», поскольку она демонстрировала «неэффективность». Результатом стало начало нового сериала, получившее название «Тарзан. Приёмыш обезьяны». Как обычно, Эдгар не делился с женой своими планами, но переживал создаваемый сюжет почти физически, что иногда вызывало беспокойство родных[32]. Рукопись объёмом 83 000 слов была отправлена Меткафу 11 июня 1912 года на прежних условиях — с сохранением всех прав за автором. Пока шло ожидание, Берроуз активно работал над продолжением марсианской серии — «Боги Марса», — так как принял решение сделаться профессиональным литератором. Владелец журнала принял решение поднять цену за выпуск с 10 до 15 центов, поэтому наличие увлекательных текстов, предполагающих продолжение, стало для редакции вопросом выживания. Было решено принять и «Тарзана», начало публикации которого было запланировано на октябрьский номер[33].

Рождественский выпуск «All-Story Weekly», в котором началась публикация «Владыки Марса»

Успех Берроуза приобрёл материальное измерение: за «Богов Марса» писатель получил 750 долларов, на которые приобрёл автомобиль «Бьюик» и совершил поездку в Калифорнию: ветреные чикагские зимы навевали на него тоску. Зиму 1912—1913 годов семейство провело в Сан-Диего и Коронадо. Тем временем поток писем в редакцию «All-Stories» принял невиданные ранее масштабы, и у Берроуза срочно были запрошены продолжения как марсианского, так и тарзанского циклов. 1 января 1913 года Берроуз окончательно уволился из офиса и отправил Меткафу рукопись нового романа о Тарзане, которая, впрочем, была написана настолько торопливо, что редакция её отвергла[34]. Несмотря на разочарование, в феврале Эдгар отправил рукопись конкурентам — в журнал «The New Story Magazine», где роман был переименован в «Возвращение в джунгли»; гонорар составил 1000 долларов. Это вызвало возмущение Меткафа, которому Берроуз ответил, что пишет единственно для того, чтобы обеспечить жену и трёх детей — к тому времени семейство пополнилось сыном Джоном Колмэном[35]. Джон Колмэн появился на свет 28 февраля 1913 года — через две недели после кончины своего деда Джорджа. Убедившись в собственных возможностях, до 1919 года Эдгар Берроуз интенсивно экспериментировал, перебирая жанры и редакции журналов. За это время он создал семь романов о Тарзане, четыре в марсианском цикле (ещё «Владыка Марса» и «Тувия, дева Марса»), два романа о подземном мире Пеллюсидар, и ещё дюжину книг на другие темы. Из 25 романов десять были выпущены книжными изданиями и ещё четыре были экранизированы. Уже в 1915 году Берроуз стал самым продаваемым фантастом англоязычного мира, опередив Герберта Уэллса и Конан Дойла. Сил писателя хватало на три романа в год, которые он пристраивал в бульварный журнал, а в 1920-е годы он ежегодно подписывал контракт на экранизацию или инсценировку, и выпускал как минимум одно книжное издание. Получился своеобразный «конвейер», который приносил постоянный и большой доход[36]. Берроуз не любил собственных произведений и не считал их относящимися к литературе (исключение он делал только для «Изгнанников», которые не нравились ни публике, ни редакторам), работая по законам рынка, а заодно приучая широкую читательскую массу к новым жанрам массовой литературы[37]. В 1913 году Берроуз завёл литературного агента — У. Чепмена, и активно зондировал рынок. Оказалось, что романы о Тарзане могут быть опубликованы в газетах: The New York Evening World печатала первого «Тарзана» в 46 номерах. Он оставлял все права на все издания за собой: журнальная публикация «Возвращение Тарзана» принесло ему 729 долларов и ещё 300 долларов — газетный сериал[38]. Всего через год после начала публикации его первой книги за новые тексты Берроуза шла конкурентная борьба и разные журналы заказывали ему продолжения разных сериалов. Совокупный гонорар за 1913 год составил примерно 15 000 долларов — за пять романов объёмом 413 000 слов, не считая переизданий. «All-Story» стал платить ему по два с половиной цента за слово при ограничении объёма романа пятьюдесятью тысячами слов. Образ жизни Берроуза мало изменился в условиях резкого увеличения заработков. Он писал быстро, но тратил на работу только по несколько часов в день, так что в среднем на один роман уходило два-три месяца. Зиму семья проводила в Калифорнии, где Эдгар пристрастился к гольфу[39].

Успех[править | править код]

Объявление 1921 года в «Los Angeles Times»

В сезон 1914 года Берроуз мог позволить себе поселиться в фешенебельном районе Оак-Парк и вёл переговоры с издателями. Наилучшие условия предложила фирма A. C. McClurg[en], выпустившая «Тарзана» отдельным изданием, и начав многолетнее сотрудничество с писателем. Первый тираж в 5000 экземпляров, вышедший в июне, пришлось повторить трижды; текст практически не отличался от журнального. В продажу книги поступали по цене 1 доллар 30 центов, а Берроузу полагался стандартный гонорар в 10 % от продаж. Для Берроуза открывался огромный потенциальный рынок приключенческой литературы, так как до Второй мировой войны он позиционировался писателем для взрослой аудитории. В серии для подростков «Тарзана» впервые стало печатать издательство Grosset & Dunlap[en] в 1922 году[40].

В 1918 году он смог на гонорары купить ранчо в Калифорнии, которое назвал Тарзана. Начиная с 1929 года, его компания Edgar Rice Burroughs, Inc. начинает сама выпускать книжные издания романов Берроуза, управлять правами на экранизации, комиксы и так далее.

Во время Второй мировой войны Берроуз был самым старым (и самым знаменитым) военным корреспондентом на тихоокеанском театре военных действий.

Эдгар Райс Берроуз скончался 19 марта 1950 года в Энсино (Калифорния) от инфаркта миокарда.

Творчество[править | править код]

Метавселенная: шаблон Берроуза[править | править код]

Экслибрис Эдгара Берроуза, изображающий разных персонажей его книг. Самым крупным показан Тарзан, держащий в руках Барсум

По словам Брайана Эттибери, уже к середине XX века творчество Эдгара Берроуза перешло в разряд детской литературы. Исследователь находил много общего в писательской биографии и содержательных особенностях циклов Берроуза и книг Фрэнка Баума, которые были шапочно знакомы: оба «написали гораздо больше, чем нужно для репутации у критиков», и при этом «сложно провести различие между их лучшими и худшими вещами». В объёмном романном наследии Эдгара Райса можно насчитать несколько фантастических миров. В первую очередь, это Марс, именуемый его обитателями Барсумом; во-вторых, Африка Тарзана, которая частично соприкасается с реальным земным миром; в третьих, Пеллюсидар, расположенный в недрах полой Земли (но это наша Земля); в-четвёртых, Венера, именуемая её аборигенами Амтор; в-пятых, берроузовская версия доисторической Европы «Вечного возлюбленного». Полноценных сериалов, действие которых разворачивается на Луне и Юпитере, и в другой галактике, развернуть писателю не удалось, поэтому описания этих миров не цельные. Однако, если не считать вариаций на тему имён и некоторых деталей антуража, все локации составляют единую фантастическую метавселенную. По мнению Б. Эттибери, наиболее ярко эта Вселенная представлена в начальных книгах про Барсум и Тарзана, в дальнейшем дополняясь лишь в незначительных деталях[41].

Рассматривая марсианский цикл, Б. Эттибери отмечал, что вполне возможно подогнать «Принцессу Марса» под пропповскую морфологию сказки. Фантастический мир Барсума вводится как мир иной, недоступный средствами техники нашего пространства и времени. Джон Картер не путешествует на Марс, а появляется на нём полумистическим-полумагическим образом. При желании, можно трактовать его перемещения как спуск в подземное царство или, напротив, в рай, волшебную обетованную страну, пройдя перед этим холод и тьму. На Барсуме он оказывается в рамках коллизии «герой получает принцессу и королевство в придачу». Однако на самом деле Берроуз следовал шаблону уже разработанному в англоязычной приключенческой литературе того времени, представленному в романах Бульвер-Литтона, Конан Дойля и, в особенности, у Райдера Хаггарда. Шаблону присущи следующие морфологические элементы[42]:

  1. Протагонист не принадлежит своему времени и социуму. Он изначально богат, красив и успешен, но что-то томит его, и тянет в неизведанные дебри на окраинах мира или вообще за его пределы.
  2. Явление таинственного посланника, который по ведомым только ему одному резонам выбирает героя, намекая на некую важную цель, которую можно отыскать в дебрях Африки или космосе.
  3. Мотив странствия и преодоления трудностей в обширных просторах, неважно, пустынь Арктики (хотя бы и марсианской — Окара) или дебрей Африки (или марсианского Каола).
  4. Захват героя воинами — хранителями таинственного царства.
  5. Протагонист оказывает покровительство девице, которую третируют воины. Она может быть привлекательной или непривлекательной, никогда не является главной героиней, не является объектом романтических устремлений протагониста, но любит и служит ему «с собачьей преданностью», не рассчитывая на вознаграждение. Именно она помогает адаптации героя в новом мире.
  6. Явление принцессы — альтер-эго главного героя. Она может быть доброй или злой, но непременно обладает экзотической, почти божественной красотой. Обитатели фантастического мира поклоняются ей, как богине, и все остальные героини меркнут перед нею.
  7. Любовь принцессы и протагониста.
  8. Мотив захвата страны и битвы. Обычно это война диких племён с государством, откуда происходит принцесса, или восстание горожан против принцессы-жрицы. Протагонист находится в центре событий и выходит победителем, получая руку и сердце принцессы в награду.
  9. Финал, предполагающий полный разрыв протагониста с миром, откуда он явился. Финал может быть счастливым (свадьба) или трагической «вагнеровской любовью-смертью». Данный мотив полностью отличает фэнтезийный сюжет от сказочного, так как сказка предполагает возвращение героя обратно к себе.

В британской приключенческой литературе данному шаблону полностью соответствует роман Хаггарда «Она». Эдгар Берроуз успешно осуществил адаптацию шаблона к американской коммерческой литературе, особенно в жанре «затерянных миров»; последующие писатели так или иначе отмечены его влиянием[43]. Клишированным является образ главной героини, наиболее известной из которых в творчестве Берроуза предстаёт Дея Торис. Внешность её предстаёт как экзотическая, что только усиливает её красоту и стати, описания в последующих книгах цикла не становятся менее экспансивными, но ничего не добавляют к созданному в «Принцессе Марса» первому впечатлению. Описания героинь второй книги «Боги Марса» — Файдоры и Тувии — построены по тому же шаблону, как и экзотических дам Пеллюсидара и Венеры, и десятков иных книг Берроуза, что создаёт «острое чувство дежавю». В последующих томах первой трилогии марсианского цикла (ещё «Владыка Марса») использованы вариации сюжета первого романа, в котором Джон Картер вновь насильственно разлучён с Деей Торис, которую неоднократно похищают, и в поисках которой он буквально исходил весь Марс от полюса и до полюса, пока, наконец, не провозглашён военным владыкой всей планеты. Б. Эттибери заявил, что фэнтезийный протагонист Берроуза сильно отличается от протагониста волшебной сказки (в отличие от типизированной принцессы). И землянки, и марсианки — своего рода «полуведьмы, полубогини». Обычный герой сказки имеет некое прошлое, даже семью, которая, впрочем, мало что значит для основного действия. Джон Картер (как и Карсон Непер с Венеры, и многие иные) — парадоксальное соединение «благородного аристократа и безродного бродяги». Джон Картер — некое сочетание бессмертного Агасфера и мелвилловского Измаила. Одновременно он истинный американец, воплощающий традицию южных джентльменов-плантаторов, причём все привычные ему этикетные условности находят полные аналоги на Марсе. Тарзан — не просто приёмыш обезьян, а сын английского лорда, чьё благородство «сияет через все препоны, создаваемые обстоятельствами». Иными словами, Эдгар Берроуз активно пропагандировал теорию «природного аристократизма», и, именуя себя в предисловиях племянником Джона Картера, претендовал на компенсацию своего ничем не примечательного происхождения. Спутником главного героя обязан быть «благородный дикарь» (Тарзан содержит этот элемент в себе самом), при этом марсианский зелёный гигант Тарс Таркас — это проекция Зелёного Рыцаря, с которым сражался сэр Гавейн[44]. Шаблонность неуклонно возрастала в позднем творчестве Берроуза, образовав целый жанр «sword and planet[en]». Искусство Берроуза-рассказчика на этом этапе Б. Эттибери издевательски сравнивал с «бульдозером», что не мешало многочисленным подражателям 1930—1940-х годов[45].

Марсианский цикл[править | править код]

Обложка книжного издания «Владыки Марса» (1919 год)

Профессор Иллинойского университета Роберт Маркли отмечал параллелизм двух американских мифов о Марсе: «Ни один историк или философ науки ничего не сделал для защиты Лоуэлла, и ни один литературный критик не пытался аргументировать эстетической значимости марсианских романов Эдгара Райса Берроуза и его эпигонов». При этом марсианские каналы занимали внимание и воображение целого поколения учёных, равно и Барсум и вариации в период 1912—1964 годов доминировали в жанре «планетарной фантастики». Сам по себе миф об умирающей планете был создан Лассвицем, Уэллсом и Богдановым, но лишь Берроуз открыл в этой проблематике «героический архетип». Более того, «Война миров» очень долго не имела в США успеха, а в рецензиях «жёлтой прессы» роман замалчивался или освещался в крайне негативном ключе. Всего через шесть недель после начала журнальной публикации романа Уэллса, журналист Гарретт Сервисс начал печатание «продолжения»: «Эдисоновское завоевание Марса». В этом романе на Марс был перенесён американский фронтир, а аборигены Красной планеты сравнивались с индейцами, то есть сатира Уэллса на европейский колониализм была полностью нивелирована. Берроуз в плане конструирования марсианского мифа был противоположен Лассвицу и Богданову: немецкий и русский писатели использовали вымышленный ими Марс для исследования политического и социального развития западной цивилизации, тогда как американец попытался воскресить героизм отошедшего в прошлое фронтира, используя форму рыцарского романа, дополненного идеями технократии и социального дарвинизма. Равным образом, Джон Картер, по-видимому, явился первым супергероем, которые больше века доминировали в американской массовой культуре. При этом для американской критики характерен разрыв между огромными продажами и неизменным успехом у разных поколений книг Берроуза, их высокой оценкой со стороны учёных (уровня Карла Сагана) и писателей-фантастов (уровня Рэя Бредбери), и неизменно пренебрежительным отношением со стороны критиков и профессиональных литературоведов. Р. Маркли пояснял, что это общий для американской культуры «зазор» между эстетическими ценностями, определяемыми реалистической (так называемой «высокой») литературой и клише, тиражируемыми массовой культурой[46].

Р. Маркли писал, что марсианские фантазии Берроуза демонстрируют отсутствие у автора политически определённых взглядов при соответствии американской «одержимости расовой чистотой и нечистотой» и «недоверия маленького человека ко всем формам государственного и церковного авторитета». В известной степени исследователь соглашался с тезисами Р. Лупоффа о «компенсаторной» фантазии Берроуза, в которой физическая доблесть главного героя, укоренённого в мире любви и чести, должны были заместить социальную немощь обычного человека, не способного преодолевать сложности жизни во всё более и более бюрократизированной Америке, погружённой в моральный хаос. «Принцесса Марса» резко отличалась от «империализма навыворот» Уэллса, утопического дидактизма Богданова и сложных политических переплетений мира Лассвица. Не помнящий своей юности Джон Картер, обладающий «отсроченным бессмертием» (ограниченным его смертью на Земле и воскрешением на Марсе) знаменовал решительный разрыв с традицией использовать Марс для демонстрации религиозных или политико-философских систем своего автора. Джон Картер, несомненно, мифологический герой, но лишённый всякой христианской подоплеки, в отличие от марсианских романов Перси Грега или Камиля Фламмариона (у которых Марс также является обителью воскресших душ). Берроуз, отказавшись дать Барсуму идеологическое обоснование, сумел максимально драматизировать концепцию умирающей планеты, предложенной Лоуэллом. Общественная организация, экономика и даже личностные качества берроузовских марсиан всецело подчинены безжалостному закону старения и умирания миров. Эскапистская фантазия транслируется на пустынный мир, безразличный к человеку, в котором максимально высвечиваются достоинства и недостатки героя, ибо только герой способен с миром совладать. Зелёные марсиане, среди которых оказывается Картер, прямо соотносятся с индейцами, с их родоплеменной структурой, стоицизмом натуры и пренебрежением к «цивилизованным» ценностям. Однако они живут среди руин брошенных городов, терзаемые ностальгией по угасшему величию прошлого, и преследуемые этим прошлым. Этот мотив был доведён до крайности в романе «Тувия, дева Марса», в котором сын Картера — Карторис — попадает в древний город Лотар, немногие жители которого умеют вызывать призраки своих предков, служащие им воинами; некоторые из таких призраков обретают существование как «постоянные материализации». Берроуз явно отвергает пустые умствования и абстракции в пользу материального мира. В общем, Берроуз однозначно описывает природу Марса как враждебную, что позволяет обеспечить бесконечную серию испытаний воли, мужества, мастерства и чести. Героизм во всей барсумской серии предстаёт как мифологическая инициация, непременными условиями для которой являются убийство чудовища, чтобы получить в награду возлюбленную. Это хорошо соотносится с метанарративом вестерна, в котором ковбой сталкивается с аналогичным рядом испытаний: победить индейцев и спасти из их рук (или от банды разбойников) прекрасную белую женщину, которая затем вернётся к добропорядочному существованию или будет скакать на коне рядом с героем навстречу следующим приключениям. При этом читатель (а затем и зритель) вестерна понимает, что героическое прошлое обречено и умирает: фронтир дотянется до океана, уцелевших индейцев загонят в резервации, и, фактически, ковбой сопротивляется нашествию цивилизации[47].

Умирающий Барсум описан Берроузом чёрно-белым, «манихейским»: Гелиум — родной город Деи Торис — является воплощением всего светлого и благородного, тогда как город Зоданга, подверженный всевозможным порокам, является «империей зла», которую необходимо победить. Это своего рода «моральная экономия», делающая ненужным сложный выбор для героев. Злодеи стремятся монополизировать («подгрести под себя») невеликие ресурсы истощённой планеты, носители добра стремятся упорядочить социальную структуру, максимально щедро обеспечив носителей цивилизации. Эскапизм Барсума двойной — и в прошлое и в будущее: родоплеменная структура бронзового века соседствует с футуристическими технологиями: дирижаблями, телескопами, позволяющими рассмотреть на Земле даже черты лица отдельного человека, и венец всему — атмосферная фабрика, позволяющая компенсировать утечку воздуха с красной планеты[48].

Примечания[править | править код]

  1. Server, 2002, p. 45.
  2. Bleiler, 1990, pp. 95.
  3. Server, 2002, pp. 45—46.
  4. Orth, 1973, p. 6—8.
  5. Porges, 1975, p. 9—15.
  6. Orth, 1973, p. 13.
  7. Porges, 1975, p. 16—20.
  8. Porges, 1975, p. 21—23.
  9. Orth, 1973, p. 10.
  10. Orth, 1973, p. 11—14.
  11. Porges, 1975, p. 25—30.
  12. Porges, 1975, p. 33, 36—39.
  13. Porges, 1975, p. 46—47.
  14. Orth, 1973, p. 21—23.
  15. Porges, 1975, p. 47—49.
  16. Porges, 1975, p. 51.
  17. Porges, 1975, p. 53—57.
  18. Porges, 1975, p. 58—60.
  19. Porges, 1975, p. 60—62.
  20. Porges, 1975, p. 63—65.
  21. Porges, 1975, p. 66.
  22. Porges, 1975, p. 69—70.
  23. Porges, 1975, p. 71—72.
  24. Porges, 1975, p. 74—75.
  25. Orth, 1973, p. 19—20.
  26. Porges, 1975, p. 73—74.
  27. Orth, 1973, p. 19—22.
  28. Orth, 1973, p. 24—28.
  29. Orth, 1973, p. 29—31.
  30. Orth, 1973, p. 30—35.
  31. Orth, 1973, p. 47, 50—52.
  32. Orth, 1973, p. 55—58.
  33. Orth, 1973, p. 93—95.
  34. Orth, 1973, p. 93—100.
  35. Orth, 1973, p. 103—105.
  36. Orth, 1973, p. 106—109.
  37. Orth, 1973, p. 117—118.
  38. Orth, 1973, p. 119—120.
  39. Orth, 1973, p. 131—134.
  40. Orth, 1973, p. 145—148.
  41. Attebery, 1980, p. 110—111.
  42. Attebery, 1980, p. 113—114.
  43. Attebery, 1980, p. 114.
  44. Attebery, 1980, p. 115—117.
  45. Attebery, 1980, p. 118.
  46. Markley, 2005, p. 182—184.
  47. Markley, 2005, p. 187—189.
  48. Markley, 2005, p. 190—191.

Литература[править | править код]

  • Arewa O. B. Tarzan, primus inter primates: Difference and hierarchy in popular culture : Dissertation… for the Degree of Doctor of Philosophy. — Berkeley : University of California, 1988. — vi, 324 p.
  • Attebery B. The Fantasy Tradition in American Literature: From Irving to Le Guin. — Bloomington (IN) : Indiana University Press, 1980. — ix, 211 p. — ISBN 0-253-35665-2.
  • Bainbridge W. S. Dimensions of science fiction. — Cambridge, Massachusetts : Harvard University Press, 1986. — 278 p. — ISBN 0-674-20725-4.
  • Biggs J. National Identity and Speculative Fiction: Images of Nation and Character in the Early Fiction of Edgar Rice Burroughs : A dissertation… for the degree of Doctor of Philosophy. — Claremont, 2013. — viii, 340 p.
  • Bleiler E. F. Science-fiction, the early years : a full description of more than 3,000 science-fiction stories from earliest times to the appearance of the genre magazines in 1930 : with author, title, and motif indexes / with the assistance of Richard J. Bleiler. — Kent, Ohio, and London : The Kent State University Press, 1990. — xxiii, 998 p. — ISBN 0-87338-416-4.
  • Boerst W. J. Edgar Rice Burroughs : Creator of Tarzan. — Greensboro, North Carolina : Morgan Reynolds, Inc., 2000. — 112 p. — (World writers). — ISBN 1-883846-56-0.
  • DeGraw S. The Subject of Race in American Science Fiction : Dissertation… for the degree of Doctor of Philosophy. — Michigan State University, 2004. — vii, 324 p.
  • De Silva J. Edgar Rice Burroughs, Tarzan, and pulp fiction: The making of modern American manhood : A Dissertation… for the degree of Doctor of Philosophy. — Emory University, 2004. — 394 p.
  • Holtsmark E. B. Tarzan and tradition : Classical Myth in Popular Literature. — Westport, Connecticut : Greenwood Press, 1981. — xv, 196 p. — (Contributions to the study of popular culture ; no. 1). — ISBN 0-313-22530-3.
  • Holtsmark E. B. Edgar Rice Burroughs. — Boston : Twayne Publishers, 1986. — [20], 133 p. — (Twayne’s United States authors series; TUSAS 499). — ISBN 0-8057-7459-9.
  • Lupoff R. Edgar Rice Burroughs : Master of Adventure. — L. : Gollancz, 2015. — 283 p. — ISBN 978-1-473-20871-1.
  • Markley R. Dying Planet : Mars in Science and the Imagination. — Duke University Press, 2005. — x, 444 p. — ISBN 0-8223-3600-6.
  • Orth M. P. Tarzan's Revenge: A Literary Biography of Edgar Rice Burroughs : A Dissertation… for the degree of Doctor of Philosophy. — Claremont, 1973. — xviii, 390 p.
  • Porges I. Edgar Rice Burroughs: the man who created Tarzan / Introduction by Ray Bradbury. — Provo, Utah : Brigham Young University Press, 1975. — xix, 819 p. — ISBN 0-8425-0079-0.
  • Server L. Encyclopedia of pulp fiction writers. — N. Y. : Facts On File, Inc., 2002. — xvi, 304 p. — ISBN 0-8160-4577-1.
  • Vaughn M. R. Radical Pulp: Popular Print Culture and the Anxiety of Modernist Authorship : A dissertation… for the degree of Ph. D.. — The University of Tulsa, 2012. — 205 p.
  • Zeuschner R. B. Edgar Rice Burroughs : the exhaustive scholar’s and collector’s descriptive bibliography of American periodical, hardcover, paperback, and reprint editions / with a foreword by Philip Jose Farmer. — Jefferson, North Carolina, and London : McFarland & Company, Inc., Publishers, 1996. — xi, 287 p. — ISBN 0-7864-0183-4.

Ссылки[править | править код]