Эта статья входит в число хороших статей

Битва на Кровавом поле

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Битва на Кровавом поле
Основной конфликт: Крестовых походов
Битва на Кровавом поле. Изображена гора тел франков после боя. Paris, BnF, Français 9081, f.132
Битва на Кровавом поле. Изображена гора тел франков после боя. Paris, BnF, Français 9081, f.132
Дата 28 июня 1119
Место Долина Сармада у деревни Телль-Акибрин
Итог Победа мусульман
Противники

Алеппо

Княжество Антиохии

Командующие

Иль-Гази бен Артук

Рожер Салернский

Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Битва на Кровавом поле (лат. Ager Sanguinis; фр. Bataille du Champ du Sang; араб. معركة ساحة الدم‎), Битва при Сармаде или Битва при Балате — произошедшее 28 июня 1119 года сражение недалеко от городов Балат и Сармада между войском княжества Антиохии под командованием Рожера Салернского и армией эмира Мардина и Алеппо Артукида Иль-Гази.

Причиной конфликта были обоюдные претензии на пограничную зону между Антиохией и Алеппо. Заносчивость и самоуверенность Рожера, не ставшего ждать союзников (Балдуина II Иерусалимского и Понса Триполитанского) привели к его поражению. Армия Рожера была окружена и уничтожена, сам он погиб. В результате поражения христиан в этой битве, княжество Антиохийское потеряло контроль над важной пограничной зоной между Антиохией и Алеппо. Потеря ключевых территории и правителя превратило Антиохийское княжество, ранее одно из самых могущественных латинских государств на Востоке, в одно из самых слабых.

Самое подробное описание битвы оставил канцлер Антиохии (Готье Канцлер[en]), очевидец событий. Катастрофический масштаб поражения христиан в битве позднее нашёл отражение в названии битвы — Кровавое поле (лат. Ager Sanguinis)[1].

Проповедь кади Алеппо Ибн аль-Хашшаба[en] перед боем, вдохновившую бойцов, по мнению К. Хилленбранд[en] «можно считать первым „пробным шаром“» и «началом [медленного] процесса пробуждения [у тюрок] идей джихада»[2].

Предпосылки[править | править код]

На протяжении всего периода своего существования государства крестоносцев находились в состоянии перманентной войны с соседними мусульманскими государствами северной Сирии и Месопотамии. Окрестности Алеппо граничили с княжеством Антиохийским и графством Эдесским, поэтому конфликты с ним были самыми частыми. В 1113 году умер правитель Алеппо Рыдван[en], после чего наступило относительное спокойствие на несколько лет. После смерти Рыдвана к власти в Алеппо пришел его сын Альп-Арслан аль-Ахрас[en] при регентстве евнуха Лулу[en] и Ибн аль-Хашшаба[en]. В 1114 году в итоге конфликта с Лулу Альп-Арслан был убит. Вместо него Лулу сделал правителем его шестилетнего брата[3].

В 1114/15 году регент Антиохии при малолетнем Боэмунде II, Рожер Салернский, заключил союз с Иль-Гази из Мардина и Тогтегином из Дамаска. Они договорились о совместных действиях против сельджукского султана Мухаммеда Тапара и командующего его армией эмира Ак-Сонкора[4][5][6]. К Рожеру присоединились король Иерусалима и граф Эдессы. Иль-Гази участвовал в кампании, потому что был смертельным врагом Ак-Сонкора[7]. В сентябре 1115 года они нанесли Ак-Сонкору поражение[4][5][6].

Территории между Алеппо и Антиохией

В Алеппо войска Алп-Арслана, его брата, и Лулу были достаточны только для поддержания их господства в городе, но были бессильны против внешних врагов, и не годились для обеспечения безопасности территории. Альп-Арслан был настолько слаб, что платил дань Рожеру. Фактически, правители Апеппо стали просто военачальниками цитадели, державшими казну, а настоящими лидерами были вожди населения. Но они тоже не имели войск, достаточных для защиты от врагов[3]. В мае 1117 года, устав от смены правителей, каждый из которых грабил город, но не имел возможностей противостоять набегам, жители Алеппо пригласили Иль-Гази. Иль-Гази вошел в город, хотя ему не удалось занять цитадель. После того, как Иль-Гази ушёл, он оставил сына Тимурташа, который остался в городе, скорее, не как заместитель отца, а как заложник[8].

В 1118 году Рожер напал на Азаз и осаждал его 30 дней, вынудив сдаться без боя[9][10]. Иль-Гази предложил Рожеру выкупить город, но Рожер не только не согласился отдать Азаз, но и потребовал сдать ещё Телль Харак. В дополнение он захотел ещё половину суммы, поступавшей Иль-Гази из Алеппо и разграбил на юго-востоке окрестности Бузаа. Набеги Рожера остановили лишь зимние холода[11]. Матвей Эдесский писал, что из-за захвата Азаза Иль-Гази и Рожер стали врагами: «В это время глубокая ссора возникла между эмиром Иль-Гази и Рожером. Оба были ранее очень близкими друзьями, но теперь стали врагами, потому что и Алеппо, и Азаз принадлежали турецкому эмиру Иль-Гази, сыну Артука. Это вызвало гнев Иль-Гази»[9].

Подготовка[править | править код]

Иль-Гази заключил союз с Тогтекином, договорившись о походе против Рожера в мае 1119 года[11][12]. Они решили нападать не сразу, а вернуться в свои земли, чтобы мобилизовать все силы[12]. В союзе с Иль-Гази были эмир Дамаска Тогтекин, зять Дубайс бен Садака, «самый могущественный арабский сатрап»[13], бедуинский вождь Килабита Мубарак ибн Чибла[12] и крупнейший вассал Иль-Гази, эмир Битлиса и Эрзена Тоган Арслан[14]. В 1119 году жители Алеппо опять призвали Иль-Гази, и к началу похода он установил свою власть в городе и цитадели Алеппо[10].

Место битвы[k 1]


Узнав о сборе армии Иль-Гази, Рожер послал за помощью к королю Иерусалимскому Балдуину II, Жослену Эдесскому и Понсу Триполитанскому, которые обещали прибыть, и собрал всех имевшихся у него франкских и армянских воинов. Иль-Гази выступил в апреле 1119 года. Поскольку наместник Балдуина в Эдессе, Галеран из Биры, совершил несколько набегов на Амид, Иль-Гази повёл армию сначала к Эдессе[12][22]. По словам Матвея Эдесского он «простоял здесь четыре дня, но не смог причинить городу какой-либо вред»[15]. Но Иль-Гази, угрожая блокадой, добился от жителей освобождения заключённых в городе мусульманских пленников и обещания не помогать Рожеру. Армии Иль-Гази и Тогтекина должны были встретиться в Киннасрине. По пути ими были захвачены замок Кастун, Харим, Суммак[14][12]. По описаниям и христианских, и мусульманских хронистов, войска Иль-Гази разоряли территории, по которым проходили, грабили и убивали население[k 2].

Чтобы обезопасить Антиохию, Рожер выступил на север к железному мосту и разбил лагерь в Артахе, где напрасно прождал Балдуина и Жослена, а затем решил перебраться к Балату, несмотря на то, что патриарх и другие советовали ему ждать союзников в крепости Артаха. Он не внял их советам и заявил, что больше ждать не будет"[13][21]. Рожер выбрал равнину Сармеда — хорошо защищённую холмистую местность, окружённую с двух сторон горами и доступную только по узкой тропинке[10][21]. Лагерь Рожера находился в местечке Телль-Акибрин на восточном краю равнины[12].

Матвей Эдесский утверждал, что «Рожер был надменным и горделивым человеком, целиком уверенным в своих силах, он пренебрёг всякой предосторожностью [для защиты]. Более того, уверенный в силе своих людей, он презирал турецкие войска»[15]. Он не предпринял никаких мер предосторожности и не собрал достаточного числа войск[15]. Туркмены, наоборот, приготовились к битве, устроили засады[15]. Гийом Тирский сообщал, что у Иль-Гази в лагере Рожера был замаскированный под торговца шпион, доносивший важную информацию[21]. Рожер был настолько уверен в своём превосходстве и в том, что управляет ситуацией, что в письме Иль-Гази предлагал не торопиться, и писал, что сам придёт к нему. Он был уверен, что сам определит время и место битвы[21].

Смерть Рожера Салернского в бою
(определяется по золотому льву на попоне и щите, упряжи с золотыми кольцами).
Paris, BnF, Français 22495, f.105

Силы сторон[править | править код]

Армию Иль-Гази хронисты называли великой и огромной[k 3]. Матвей Эдесский писал, что в ней было 80 000 человек[15], но он преувеличивал её размер. В действительности у Иль-Гази было не восемьдесят, а около двадцати тысяч бойцов, в основном — традиционные для туркменского войска конные лучники. Возможно, в армии было некоторое число воинов из Алеппо, но они, скорее всего, не принимали участия в битве, а были посланы осаждать Атареб[10].

Армия Рожера была существенно слабее, поскольку он не дождался Балдуина, Жослена и Понса. Ибн аль-Каланиси писал, что у Рожера было более 20 тысяч конных и пеших воинов[17], но это тоже преувеличение. Матвей Эдесский писал, что у Рожера было 600 франков и 500 армян в коннице, 400 пехотинцев и «толпа из 10 тысяч [спешно созванного] сброда» (11,5 тысяч человек)[15]. Г. Ват называл примерно такие же цифры (3000 всадниками и 9000 пеших — 12 тысяч человек)[21], Мюррей — существенно меньшие (700 рыцарей и 3000 пехоты)[10].

Битва[править | править код]

Иль-Гази собирался дождаться Тогтекина, но туркменов было трудно удерживать в течение долгого времени на месте без добычи[12][21]. Как писал Камаля аль-Дин «эмирам наскучило долгое стояние»[16]. Это побудило Иль-Гази действовать быстро[12][21]. 27 июня 1119 года армия Иль-Гази была в Киннасрине, но франки не подозревали, что враги так близко: «И не знали они до утра, что уже прибыли отряды мусульман и окружили их со всех сторон»[16]. Иль-Гази направил своих людей подняться на все окружающие высоты пастушьими тропами[12]. 27 июня небольшой туркменский отряд напал на Атариб, и Рожер послал помощь под командованием Алена и Роберта де Вьё-Пон, но они были рассеяны мусульманами[10]. Узнав о поражении у Атариба своего отряда, Рожер решил на следующий день перебросить в Атариб всю армию. Он отправил отряд под командованием Може де Отвиля и Уго Форестмустье, чтобы узнать о передвижениях врага, но было поздно — туркменские всадники уже прошли по горным тропам и были совсем близко к лагерю Рожера. Они рассеяли сорок рыцарей, посланных Рожером в разведку[10][12]. Утром 28 июня вернувшиеся разведчики сообщили Рожеру, что противник их окружает[12][21][k 4].

Иль-Гази дарует Готье Канцлеру[en] жизнь, чтобы он предостерег других.
Гюстав Доре

Туган Арслан взял на себя задачу атаковать христиан со стороны единственно возможного прохода[21]. Захватив дорогу у Сармеды, Тоган Арслан отрезал франкам пути отступления. «И обошёл Туган Арслан их (франков) сзади», писал Камаль аль-Дин[16]. Рожер поспешно послал констебля Райнальда Мазуара к Сармеде[12]. Также, возможно, Рожер планировал, что Райнальд сможет атаковать туркменов с фланга, после того, как основные силы франков будут окружены[10].

Источники описывали подготовку к битве, как к священной войне. Христиане целовали крест, архиепископ Апамеи Петр причащал их[12][21]. В лагере Иль-Гази произносил пламенную проповедь кади Ибн аль-Хашшаб[12][21]: «И выступил кадий Абу-л-Фадль ибн ал-Хашшаб, побуждая людей к борьбе, а он сидел на кобыле с копьём в руке, и произнёс красноречивую проповедь, в которой призывал их к терпению и поднимал дух находившихся в строю; <…> он вызвал у людей слёзы и возвысился в их глазах»[16].

Франки построились двумя «батальонами» по две линии. Справа в первой линии стоял элитный корпус Св. Петра, а во второй — Жоффруа Монах, граф Мараша; слева в первой линии Робер де Сен-Ло с туркополами и местными воинами, а на второй — сам Рожер[12]. Резервный корпус возглавлял Ги де Френель из Харима[12].

Сначала франки успешно атаковали[12]. По словам Матвея Эдесского, «обе стороны вступили в страшную и яростную битву[15]». Но туркмен было слишком много[12][15]. Готье Канцлер утверждал, что туркмены Иль-Гази хлынули в долину с трёх сторон[25]. Несколько атак франков не смогли сломить строй туркмен, которые постоянно перестраивались и осыпали противника градом стрел[12][10] («шквал копий и стрел» — писал Готье Канцлер[26]). Согласно Камаль аль-Дину, «начали тюрки объединённое нападение со всех сторон, и стрелы, подобно саранче, поражали коней и толпу» [16]. «Мусульмане набросились на врагов, окружили их со всех сторон и стали осыпать ударами сабель и тучами стрел», писал Ибн аль-Каланиси[24]. Свидетели описывали, что после боя на поле остались лежать лошади «утыканные стрелами, напоминая ежей»[24][10], а когда жители окрестных деревень сжигали тела франков, то обнаружили «в пепле одного рыцаря 40 наконечников стрел»[16].

Битва завершилась быстро[25]. В этот день стояла жара и дул изнурявший бойцов горячий сухой ветер[12]. Ветер изменил направление и пронеслась короткая пыльная буря, ослепляя франков[25][27]. Первыми запаниковали местные пехотинцы (сирийцы и армяне)[27]. Почти в начале боя левый фланг франков не выдержал, а правый фланг охватило замешательство[25]. Когда лёгкая кавалерия под командованием Роберта Сен-Ло бежала, армия начала разбегаться. Несмотря на начавшееся бегство, сам Рожер с несколькими приближёнными продолжал биться, пока не был сражен ударом меча в лицо[10][12]. Вместе с Рожером пало большинство его рыцарей[28][12]. Часть франков укрылась на холме поблизости, но по словам Гийома Тирского «туда отправились их [мусульман] когорты, и в течение часа все [франки] были убиты»[29]. Хронисты и мусульманские, и христианские писали, кто со скорбью, кто с ликованием, о полном уничтожении армии Рожера и его гибели, о том, что спасшихся было очень мало, при том, что потери противника были несоизмеримо малы[k 5].

Готье Канцлер : «в одной атаке нечестивые воины ударили приговоренных смертоносными мечами, и они не прекращали убивать, пока не осталось целой части частей узников; и там они катались по пролитой крови, как свинья валяется в грязи»[30]. Paris, BnF, Latin 4915, fol.359v

Все выжившие в битве франки — 70 рыцарей и 500 простых воинов — были взяты в плен. Многие из них были казнены на поле боя[10] (Готье писал «пятьсот или более»[31]). Если рыцарей оставляли в живых ради выкупа, то жизнь простых людей ничем не была защищена. Возможно, Иль-Гази даже поощрял жестокое с ними обращение[25][12]. Среди пленников оказался и Готье Канцлер[en], описавший, как Иль-Гази развлекался пытками пленников: «наблюдая за этим, нечестивец был в восторге от их мучений и смеялся <…>. И всё же он не был удовлетворён и придумывал более жестокие вещи»[30]. Позднее крестоносцы дали долине Сармада название «Кровавое поле» (лат. Ager Sanguinis)[28]. 70 рыцарей были отправлены в тюрьму Алеппо к сыну Иль-Гази, ожидать, пока за них заплатят выкуп. По словам Готье «их привели к позорному столбу в Алеппо, где они подвергались постоянным ударам и различным пыткам»[32].

Отряд Райнальда Мазуара, ушедший к Сармаде, не попал в окружение. Райнальд смог атаковать туркмен и нанести армии противника ущерб, но, тяжело раненый, был вынужден искать спасения в башне Сармады после разгрома основных сил франков. Башня находилась в плохом состоянии, в ней не было запасов продовольствия, поэтому отряду Мазуара пришлось сдаться на милость победителя[29][10][12][33]. Иль-Гази сохранил Рейнальду жизнь[27].

Последствия и значение[править | править код]

Иль-Гази послал сообщение о своей победе султану и халифу аль-Мустаршиду, который прислал ему почётный халат[34][28]. С. Рансиман писал, что в связи с победой над Рожером халиф дал Иль-Гази титул «Наджм ад-Дин» (Звезда Религии)[34], хотя по словам Г. Вата арабские источники не упоминали этого факта[28].

Ибн аль Каланиси выразил мнение современников-мусульман о победе: «Это была одна из величайших побед, и за все прошлые века никогда больше исламу не оказывалась такая божественная помощь[24]». Победив франков, Иль-Гази выиграл борьбу за контроль над приграничной территорией между городами Антиохия и Алеппо[35]. Но значение битвы заключается не только в больших территориальных потерях Антиохийского княжества, но также и в кризисе престолонаследия в княжестве, последовавшем за гибелью Рожера[35]. По словам Г. Вата «смерть Роджера положила конец нормандскому влиянию в Сирии и Палестине. В последующие годы их позиции заняли рыцари из центральной и восточной Франции»[28].

По мнению Т. Эсбриджа «сокрушительное поражение франков в битве изменило ход ранней истории княжества Антиохия и пошатнуло сами основы франкского присутствия в Леванте»[35]. К. Каэн писал, что «катастрофа „Ager Sanguinis“ знаменовала начало нового периода»[12]. Антиохийское княжество потеряло армию и лидера, оно едва ли могло защитить себя[10]. Из одного из самых могущественных латинских государств на Востоке Антиохийское княжество превратилось в одно из самых слабых[36]. Э. Гибб писал: «Потеряв своих верных воинов, Антиохия осталась беззащитной — добыча для нападающего и возможность для ищущего[24]».

Территориальные потери Антиохийского княжества вследствие битвы на Кровавом поле.

Иль-Гази навряд ли стремился всеми силами завоевать Антиохию. Он не смог бы удерживать её, базируясь в Мардине[28]. Поэтому он спокойно позволил своим туркменам после битвы заняться тем, ради чего они сражались — грабежом: «И рассеялись войска мусульман по областям Антиохии, Сувайдии и прочим, убивая, грабя и забирая в плен. <…> И взяли мусульмане пленных, добычу и верховых животных несметное число. И не осталось ни одного тюрка, руки которого не были бы наполнены добычей и у которого [не было бы] пленных»[37]. Христианские местные жители были убиты или захвачены в плен, женщины изнасилованы, имущество разграблено, скот убит, поля вытоптаны. Никакой мотивации воевать дальше у туркменских воинов не было. Они лишь желали доставить огромную добычу домой[38][12].

Некоторые историки осуждают Иль-Гази за то, что он не пошел дальше, на Антиохию, которая была практически обескровлена, и не захватил её до прибытия Балдуина[k 6]. Но Антиохия была хорошо укреплена, туркменское войско не смогло бы быстро взять её штурмом[10]. Брат Иль-Гази, Сукман, принимал участие в неудачной осаде Антиохии Кербогой в 1098 году[39], так что Иль-Гази понимал, что не сможет удерживать туркменских кочевников у стен длительное время[10].

Армия Балдуина II и Понса Триполитанского прибыла лишь в августе[10]. Балдуин вступил во владение Антиохией[19], переданной ему вдовой Рожера Салернского[38]. 14 августа у Телль-Данита состоялась битва между армиями Иль-Гази и Балдуина. Исход битвы историки оценивают по-разному. Мюррей полагал, что Иль-Гази проиграл[10], а Т. Эсбридж считал, что ни одна из сторон не одержала полной победы. Так или иначе, но битва вынудила Иль-Гази отступить к Алеппо, что временно снизило непосредственную опасность для княжества[40].

Комментирии[править | править код]

    • Матвей Эдесский (? — 1144): «После этого он ушел к Бузаа и разбил здесь лагерь»[15] или «в пределах крепости аль-Атариб[15]".
    • Камаль аль-Дин (1192—1262): «Рожер расположился в ал-Балате, между двумя горами, рядом с горным проходом Сармада, севернее ал-Асариба»[16].
    Три современных событиям автора, писавшие со слов участников: Г. Ват указывал, что Рожер встал возле Балата, «в Телль Африн»[21], Мюррей так же называл «Балат к востоку от Сармады»[10]. С. Эдингтон помещала место битвы "в долину Рудж (Сирия)"[1]. К. Каэн определил место боя как «Телль-Акибрин, на восточном краю равнины Сармеда»[12].
    • Матвей Эдесский (? — 1144), живший в Эдессе: «разорил много мест <…> захватывал крепости, села, монастыри и убивал всякого, включая стариков и детей»[15].
    • Камаль аль-Дин (1192—1262), живший в Алеппо: «И распространились войска по областям Телль Башира и Телль Халида и вблизи них, убивая, грабя, уводя в плен и захватывая в качестве добычи все, что было возможно»[16].
    • Матвей Эдесский: «Иль-Гази собрал великое войско. В этот год Иль-Гази пошел против Рожера во главе огромного войска»[15].
    • Камаль аль-Дин: «образовалось огромное войско, и двинулся Иль-Гази с войском более чем в 40 тысяч в 513 году (1119/20 г.)».[16]
    • Михаил Сириец: «Он собрал множество тюрок, потому что они были ему подчинены. Говорят, что их хотели сосчитать, но не смогли. Среди них была тысяча эмиров»[23].
  1. Ибн аль-Каланиси - ещё до рассвета 7-го (17-го) дня в субботу первого месяца раби 513 года[24], Усама ибн Мункыз - в пятницу пятого числа первой джумады пятьсот тринадцатого года[18], в четверг пятого числа первой джумады пятьсот тринадцатого года[19], Камаль аль-Дин: в субботу в полдень (28 июня 1119 года — отсчет от пятницы 9-го [числа] месяца раби I 513 г. х.
    • Матвей Эдесский: «Великий граф франков Рожер погиб вместе с его войсками. Вместе с ним погибла почти вся его армия, лишь немногие избежали [избиения]. Все христиане пали от острия меча»[15].
    • Михаил Сириец: «владетель Антиохии не ожидал их прихода…, он был разрублен на части, и Неджм-ад-дин достиг триумфа»[23].
    • Гийом Тирский: «Он сам, в сопровождении нескольких из его свиты, мужественно сражался, как доблестный воин, посреди врага. Но когда он собирался атаковать превосходящие силы врага, он получил удар мечом, который убил его. <…> едва ли кто-нибудь из многих тысяч человек, последовавших за своим господином в тот день, смог сбежать, чтобы рассказать эту историю. С другой стороны, мало кто из врагов был убит»[29].
    • Усама ибн Мункыз: «Он убил его и перебил все войско. Он совершенно уничтожил их. Рожер, владыка Антиохии, был убит вместе со всеми своими рыцарями»[18], «в Антиохию вошло не больше двадцати человек из его бойцов»[19].
    • Камаль аль-Дин: «Рожер был убит в бою. Франки оказались поверженными наземь в одной куче, конные и пешие, со своими лошадьми и оружием, и ни один из них не спасся, чтобы позже рассказать об этом. <…> из франков спаслось не более 20 человек, а некоторые из их знати бежали. И было убито в бою около 15 тысяч франков <…> из мусульман погибло 20 человек»[16].
    • Ибн аль-Каланиси: «Их предводителя нашли распростёртого на земле среди мертвых[24]».
    • Фульхерий Шартрский: «Рожер <…> пал убитым возле форта Артасия, погибли семь тысяч жителей Антиохии <…> неверные даже не проиграли двадцать человек»[20].
  2. Например: «Но он не развил свою победу ни с какой целью. Он позволил своим силам рассредоточиться для выполнения мелких дел»[25]. «После победы Иль-Гази не смог воспользоваться моментом, можно предположить, что Иль-Гази удалось бы взять город до прибытия короля»[28]. «Ильгази не довел дело до конца»[34].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Edgington, 2011.
  2. Hillenbrand, 2000, p. 108—109.
  3. 1 2 Cahen, 1940, Seconde partie. Chapitre II. Le développement territorial des états francs (1100-1119): § IV.
  4. 1 2 Hillenbrand (b), 1981, p. 262.
  5. 1 2 Sevim, 1962, p. 668.
  6. 1 2 Sussheim, 1987.
  7. Matthew of Edessa, с. 122.
  8. Hillenbrand (b), 1981, p. 265—268.
  9. 1 2 Matthew of Edessa, с. 124.
  10. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 Murray, 2010.
  11. 1 2 Väth, 1987, p. 75.
  12. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 Cahen, 1940, Seconde partie. Chapitre III. Les années tournantes (1119-1128):A..
  13. 1 2 William of Tyre, 1943, p. 528.
  14. 1 2 Väth, 1987, p. 76.
  15. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 Matthew of Edessa, с. 125.
  16. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Камаль аль-Дин, 1990, с. 150.
  17. 1 2 Гибб, 2009, с. 114.
  18. 1 2 3 Усама ибн Мункыз, 1958, с. 89.
  19. 1 2 3 4 Усама ибн Мункыз, 1958, с. 196.
  20. 1 2 Foucher de Chartres, 1825, p. 194.
  21. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Väth, 1987, p. 77.
  22. Väth, 1987, p. 76—77.
  23. 1 2 Михаил Сириец, 1979, с. 137.
  24. 1 2 3 4 5 6 Гибб, 2009, с. 115.
  25. 1 2 3 4 5 6 Stevenson, 1907, p. 104.
  26. Asbridge, 1999, p. 131.
  27. 1 2 3 Runciman, 1951, p. 150.
  28. 1 2 3 4 5 6 7 Väth, 1987, p. 78.
  29. 1 2 3 William of Tyre, 1943, p. 530.
  30. 1 2 Asbridge, 1999, p. 133—134.
  31. Asbridge, 1999, p. 132.
  32. Asbridge, 1999, p. 135—136.
  33. Asbridge, 1999, p. 128—129.
  34. 1 2 3 Runciman, 1951, p. 151.
  35. 1 2 3 Asbridge, 1997, p. 301.
  36. Asbridge, 1997, p. 306.
  37. Камаль аль-Дин, 1990, с. 151.
  38. 1 2 Väth, 1987, p. 79.
  39. Väth, 1987, p. 42.
  40. Asbridge, 1997, p. 303.

Литература и источники[править | править код]

Источники[править | править код]

Литература[править | править код]

  • Hillenbrand C. The Career of Najm al-Dīn İl-Ghāzī (англ.) // Der Islam. — 1981. — Vol. 58. — Iss. 2. — P. 250—292.