Большие Бобруйские манёвры 1929 года

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Большие Бобруйские манёвры 1929 года» (также называемые «Всесоюзными Бобруйскими большими манёврами») — общевойсковые учения Рабоче-Крестьянской Красной Армии, проводившиеся в сентябре 1929 года на территории Белорусского военного округа. По сути дела, это был первый после Гражданской войны смотр технической оснащённости Красной Армии, боевой выучки и политической зрелости её личного состава[1]. По своему размаху Большие Бобруйские манёвры превзошли прошедшие в 1928 году большие манёвры войск, которыми также руководил командующий БВО А. И. Егоров[2].

Подготовка к манёврам[править | править код]

В подготовке и проведении этих всеармейских учений участвовала большая группа партийных, советских и комсомольских работников республики. От их помощи во многом зависело, насколько эффективно пройдут манёвры[1]. В августе 1929, на осенние бобруйские манёвры, по просьбе ПУР РККА, Центральная секция коротких волн (ЦСКВ) выделила 6 коротковолновиков в качестве операторов для радиостанций по связи специальных военных корреспондентов газет со своими редакциями[3].

Наблюдатели[править | править код]

На манёврах присутствовала большая группа руководящих командиров штаба РККА во главе с Народным комиссаром обороны К. Е. Ворошиловым[2]. За поведением танков Т-18 наблюдали несколько комиссий, от конструкторского бюро завода «Большевик» комиссией руководил инженер Л. С. Троянов[4]. Так как впервые в истории РККА в манёврах участвовал опытный механизированный полк (а в 1930 году — это была уже механизированная бригада), присутствовали в качестве руководителей, вместе с Народным комиссаром обороны, начальник Штаба РККА Б. М. Шапошников и начальник Оперативного управления Штаба РККА В. К. Триандафиллов[5].

Ход манёвров[править | править код]

На Всесоюзных Бобруйских больших манёврах, состоявшихся в сентябре 1929 года с участием войск Белорусского, Московского, Ленинградского, Украинского и Северокавказского военных округов, авиация выполняла следующие задачи: наносила удары по оборонявшемуся «противнику», развивала успех штурмовыми действиями совместно с конницей и мотомеханизированными частями, прикрывала свои войска, наносила бомбовые удары по железным дорогам и транспортным узлам с целью срыва оперативных перевозок «противника», вела борьбу с воздушным «противником» для достижения собственной свободы в действиях[6].

Итоги[править | править код]

Оценки[править | править код]

Подводя итоги манёвров, нарком обороны К. Е. Ворошилов говорил о хорошей постановке оборонной работы в республике, чёткости транспорта, связи и прочих служб, непосредственно обеспечивавших ход военных учений. Особо была отмечена большая подготовительная работа, проведённая парторганизацией республики, Центральным Комитетом КП(б)Б и его секретарём, членом Военного совета БВО Я. Б. Гамарником. Спустя месяц после окончания манёвров, Гамарник был назначен начальником Политуправления РККА[1].

Материально-техническая часть[править | править код]

В ходе манёвров танки Т-18 зарекомендовали себя неплохо. Несмотря на тяжёлые условия эксплуатации, Т-18 почти в полном составе прошли все испытания, однако, обнаружили множественные мелкие поломки материальной части (полный список неисправностей и путей их возможного устранения содержал более 50 пунктов). Этот перечень послужил дополнительным стимулом для модернизации танка, проведённой в 1929—1930 годы[4].

Обобщение опыта[править | править код]

Опыт этих манёвров был затем обобщён в труде военного теоретика Александра Лапчинского «Воздушные силы в бою и операции». В нём автор исследовал вопросы применения авиации — как во взаимодействии с сухопутными войсками, так и при самостоятельных действиях. Особое внимание он уделил борьбе за господство в воздухе. По мнению Лапчинского, абсолютное господство в воздухе недостижимо, можно достичь лишь временного или местного превосходства в воздухе.

Опыт использования механизированных частей на всеармейских и окружных учениях в Белорусском военном округе явился базой для дальнейшей разработки теории и практики применения механизированных войск[5].

Источники[править | править код]

  1. 1 2 3 Голуб П. А. Жизнь — Подвиг. К 85-летию со дня рождения Я. Б. Гамарника // Камунистычная партыя Беларуси. Тсэнтральны камитэт Коммунист Белоруссии : Журнал. — Мн.: Звязда, 1979. — № 5. — С. 87. — Тираж 35362 экз. — ISSN 0023-3102.
  2. 1 2  // Вопросы истории : Межвузовский сборник. — Мн.: Изд-во БГУ им В. И. Ленина, 1977. — Вып. IV. — С. 43. — ISSN 0134-9678.
  3. Члиянц Г. Из истории становления отечественной военной радиосвязи // Радиомир. КВ и УКВ : Журнал. — 2002. — № 12. — С. 2. (недоступная ссылка)
  4. 1 2 Свирин М., Бескурников А. Первые советские танки // Армада : Журнал. — М.: Экс-принт, 1995. — № 1. — С. 5.
  5. 1 2 Захаров М. В. Глава 2. Стратегическое руководство и военно-научная работа // Генеральный штаб в предвоенные годы. — М.: Воениздат, 1989. — С. 99, 100. — 318 с. — (Военные мемуары). — 65 тыс. экз. — ISBN 5-203-00615-6.
  6. Институт военной истории Министерства обороны РФ. Развитие теории ведения стратегических операций // История военной стратегии России / Под редакцией академика РАЕН, генерал-майора В. А. Золотарёва. — М.: Куликово поле, 2000. — С. 243. — 592 с. — (Российская военно-историческая библиотека). — 3 тыс. экз. — ISBN 5-8609-0064-3.