Гадания

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Гада́ния — ритуал, направленный на установление контакта с потусторонними силами с целью получения знаний о будущем[1]. Разновидность магии. Включают оккультные методики, приёмы и обряды, существующие в культурах многих народов и якобы позволяющие узнать будущие или просто неизвестные факты. Верящие в гадания люди считают, что гадания действительно позволяют что-то узнать, остальные относятся к ним как к народному развлечению. Часто оба подхода в некотором соотношении присутствуют в одном человеке.

В отличие от других видов магии и колдовства, имеющих в сознании пользующихся ими характер принудительности по отношению к природе и сверхъестественным силам, гадания являются лишь средством пассивного якобы узнавания скрытых от человека тайн.

История гаданий[править | править исходный текст]

Гадатель с клиенткой возле таоистского храма «Чанчунь» в г. Ухань

Гадания наблюдались и наблюдаются до сих пор у всех народов. Яркая картина поразительных совпадений видов и способов гадания дана в книге Тейлора «Первобытная культура». Основа гадания кроется в свойствах мышления по внешним ассоциациям. Верящий в гадания убеждён, что сходство между двумя в действительности совсем разнородными явлениями означает их внутреннюю связь. Установление аналогий между наблюдаемыми во время гадания предметами или явлениями с лицами или фактами, по поводу которых происходят гадания, создаёт целую вереницу знаков и символов, у некоторых народов в известные эпохи слагавшихся в сложные системы прорицательского искусства.

Широко было развито искусство гадания в Ассирии и Вавилоне, в Египте, в древней Греции и Риме.

В последнем гадания играли большую роль и в государственной жизни. По преданию, в эпоху Тарквиния Гордого малоазиатский оракул из г. Кум был перенесён в Рим, причём будто бы прославленная тогда кумская прорицательница Сивилла принесла несколько так называемых «Сивиллиных книг», заключавших в себе очень много изречений пророческого характера. Эти книги долгое время служили основным источником государственных гаданий, производившихся специальной коллегией жрецов.

Как в Греции, так и в Риме подобные касты прорицателей и жрецов должны были оказывать большое влияние на сохранение суеверных представлений людей. С принятием христианства как официальной религии гадания, подобно многим другим явлениям языческой культуры, подвергались осуждению и гонению со стороны церковной и светской власти. Гадание из разряда священных явлений переносилось в разряд явлений дьявольских и нечистых, простонародных, суеверных.
При этом, в XII веке Анна Комнина отмечала[2], что предсказания — «Это новейшее изобретение — такой науки не существовало в древности. Способы предсказаний не были известны во времена ученейшего астронома Евдокса, не имел понятия об этом Платон, и даже астролог Манефон не был искушен в этой науке»

Многие христианские проповедники и практические деятели, с горячностью нападая на гадателей, вместе с тем не подвергали сомнению действенность их «дьявольских» поступков. В иных случаях допускалась возможность признавать и объективную правду за некоторыми языческими прорицаниями, если удавалось истолковать их в желательном для христианства смысле. Так, например, в Западной Европе была признана авторитетность некоторых глав из «Сивиллиных книг», а изображения Сивиллы иногда украшали стены христианских храмов и страницы благочестивых рукописей. В средние века наблюдается та же двойственность в отношениях церкви и литературы к гаданиям. С одной стороны, гадания приравниваются к греховным колдовским поступкам, а с другой — чрезвычайно развивается гадательная литература.

В средние века как на Западе, так и в России была очень популярна библиомантия, существовало большое количество гадательных книг; в России, например, переписывались переводные «лунники», «колядники», «трепетники», «лопаточники», «сносудцы», «громники», а также и разные астрологические книги: «планетники» и др.

Эта литература, распространяясь в народных массах, в течение ряда веков оказывала огромное влияние на народные суеверия, поддержав многие из тех, которые корнями уходят в первобытный анимизм, и, с другой стороны, прививая ложные выводы средневековых тайных наук[источник не указан 153 дня].

Но и в более позднее время — в XVIII—XIX века — широкие слои населения получают достаточные запасы суеверных представлений из популярных книг. Так, например, совершенно исключительную популярность в мещанской, ремесленнической и крестьянской среде в XVIII веке получил изданный в 1709 знаменитый Брюсов календарь, наряду с точными календарными сведениями дававший таблицу разных предсказаний по планетам.

Среди лубочных изданий гадательного характера нужно указать так называемое «Коло» (колесо фортуны), «Случаи описания» и «Голову Соломона», являющиеся по своему типу продолжениями средневековых «рафлей».

Принцип гадания во всех этих рукописных и печатных изданиях — бросание зерна по разграфлённым листам бумаги, на которых в клеточках обозначены цифры изречений или самые изречения. Одной из разновидностей таких гаданий, по изречениям, являются известные способы вынимания счастья попугаем, щеглом, мышью из ящиков бродячих шарманщиков.

При помощи лубочных изданий был сильно поддержан интерес к толкованию сновидений посредством «сонников», один из которых (Мартына Задеки) помянут в «Евгении Онегине».

В «высшем» обществе гадания уже издавна превращались в светскую забаву, в салонное развлечение. Интересна в этом отношении французская книжка XV века, изданная по рукописи А. Бобринским и охарактеризованная А. Н. Веселовским в «Вестнике Европы» за 1886. Такова судьба и многих других гаданий: от серьёзного, хотя и наивного стремления познать мир и судьбу — к культурному переживанию в форме лёгкого суеверия, развлечения, игры.

Что касается элементов словесного поэтического творчества в разных видах, так называемых народных гаданий, то многие из них довольно тесно связаны с некоторыми из соседних фольклорных жанров, в первую очередь с заговорами. Подобно тому как в заговорах словесная формула зачастую является лишь пояснением магического обряда, произносимая при гадании формула (прозаическая или песенная) описывает нередко лишь совершаемое при гадании действие. Например, при завивании венков девушка произносит:

Вью, вью колечко на барашка,
Другое колечко на матушку,
Третье колечко сама на себя,
Четвертое колечко на своего жениха.

Так называемые подблюдные песни, исполняемые на святочных гадания с кольцами, поочерёдно вынимаемыми из покрытого платком блюда, иногда тоже содержат в себе описание действия.

Как и в заговорах, словесная формула, с течением времени оторвавшись от обряда, становится самостоятельной. Например, первоначальная форма гадания требовала, чтобы девушка, желающая увидеть во сне жениха, запирала на замок колодец[источник не указан 152 дня] со словами: «Суженый, ряженый, приходи ко мне за ключом (от колодца) коня поить», затем стали делать из лучинок модель колодца и класть её под подушку, далее ограничивались лишь тем, что под подушку клали какой-либо ключ; наконец всё гадание было сведено к произнесению приведённой словесной формулы. Так закономерно совершается переход от обрядового синкретизма к обособленному словесному творчеству.

При гаданиях часты молитвенные обращения к сверхъестественной силе — как к христианской, так и к «нечистой»: например, «черти, черти, не утайте, мне милого покажьте». Многие из гадальных формул имеют ритмический строй и рифмы: «пояс мой, пояс, покажи мне милого поезд» или «кольцо, кольцо, покажи мне милого лицо» и т. д.

Тематика ряда подблюдных песен и других гадальных формул содержит в себе яркие указания на направленность житейских желаний и устремлений той среды, в которой гадания в настоящее время бытуют. Среда эта — преимущественно крестьянство во всех своих слоях и прослойках, затем городское мещанство.

В виде уже только игры или забавы гадания практиковались и в широких слоях интеллигенции, по существу воспроизводящей традиционные формы народных гаданий. Но, рассматривая гадания, бытующие в крестьянстве, зачастую, как и в других фольклорных жанрах, легко вскрыть элементы психологии и быта иных социальных групп древности: боярства, купечества и т. д.

Большинство гаданий, сопровождающих их словесных формул и своим содержанием уходит вглубь чисто крестьянского быта с думами об урожае, приплоде, удачном браке. Сам обряд оформляется в действиях, обусловленных явлениями крестьянского быта и хозяйства — гадания у колодца, у овина, у сарая, в бане, в поле на перекрёстках, на меже и т. д., с привлечением домашнего и рабочего, крестьянского инвентаря: сохи, бороны, прялки, кудели, льна; и домашней живности: петуха, курицы, коровы, лошади, овцы и пр.

Бурное развитие компьютерных технологий и интернета, в наше время, внесли существенный коррективы в способы гаданий, да и в гадательную культуру в целом. В интернете есть огромное количество сайтов, посвященных гаданиям. Особую популярность приобрели виртуальные гадания, которые приняли столь уникальные формы, что оставили далеко позади своих прародителей.

Гадания у славян[править | править исходный текст]

Крестьянки гадают на курах. Лубок XIX века

В древних письменных источниках о славянах сохранились сведения о некоторых видах гадания Прокопий Кесарийский (VI в.) свидетельствовал, что склавины и анты совершали гадания во время жертвоприношении божествам. О бросании жребия перед началом ответственных деянии говорится в хронике Титмара (XI в.) и в сочинениях Константина VII Багрянородного (X в.). Большое разнообразие способов гадания упоминается в западнославянских актах процессов XVI—XVII вв. о колдовстве: бросание костей, бобов, литье воска или олова, гадание по внутренностям животных, по тени, по Псалтыри и т. п. Эти и другие приемы средневековых гаданий нашли отражение в памятниках славянской книжности, специально предназначенных для предсказаний будущего (см. Гадательные книги).

По своему функциональному назначению к гаданию примыкают приметы — получаемые извне случайные знаки, используемые человеком для угадывания будущего. Например, форму примет имеют гадания по природным явлениям (по обилию звезд на небе, первому грому, прилету птиц и т. п.), по случайной встрече, сновидениям, поведению животных и насекомых и т. п.

Дело нечистое и опасное[править | править исходный текст]

Поскольку, по народным представлениям, для угадывания будущего было необходимо посредничество духов, нечистой силы, умерших, ритуалы гадания осмыслялись как дело нечистое, грешное и опасное. В чешских средневековых источниках говорится о церковных запретах вызывать умерших для предсказаний будущего. Специальные словесные формулы, призывающие нечистую силу явиться и открыть будущее, широко распространены в севернорусских ритуалах гадания, ср.: «Дедушка-домовой, покажи мне будущего мужа!», «Лешие лесные, болотные, полевые, все черти, бесенята, идите все сюда, скажите, в чем моя судьба?», «Черти, лешие, бесы, дьяволы, приходите ворожить!».

Чтобы установить контакт с духами, гадающие снимали с себя крест и пояс, развязывали все узлы на одежде, девушки распускали косы, выходили из дома, не перекрестясь, шли к месту гадания молча, иногда босиком или в одной рубашке, тайком, чтобы никто не видел, исполняли ритуал, зажмурившись, прикрыв лицо платком[3].

Места гадания[править | править исходный текст]

В соответствии с этими поверьями для гаданий избирали нечистые места, где обычно обитали или появлялись духи. Ими считались заброшенные дома, нежилые помещения (баня, овин, хлев, подвал, чердак, сени), а также места, осмысляемые как пограничное пространство между «своим» и «чужим» миром (печь, порог, внешний угол дома, забор, ворота, места возле колодца, источника, проруби, перекрестки, расходящиеся дороги, межи, кладбища и т. п.)[4].

Время гаданий[править | править исходный текст]

Время, считавшееся благоприятным для гадания, также имело отношение к переломным, пограничным периодам, которые считались наиболее опасными. Основная масса гаданий была приурочена к зимнему (святки) и летнему (Иванов день) солнцеворотам. Для русской традиции гадание после святок — редкое явление. Большая группа украинских, белорусских и западнославянских гаданий была характерна для предрождественского периода, т. е. для дней «зимних» святых: Екатерины, Варвары, Андрея, Люции, Николая. Некоторые виды гаданиий были растянуты во времени: например, за 12 дней до Рождества ставили в воду ветки плодовых деревьев, загадывая, расцветут ли они к Рождеству. Западные славяне в день св. Люции (13.XII) набирали в кувшин проточную воду и ежедневно в течение 12 дней понемногу отливали, а в Сочельник остатками воды умывались перед сном, чтобы приснился вещий сон. В меньшей степени гадания характерны для весенне-летнего периода: для Пасхи, Троицы, дня Божьего Тела. В южнославянской традиции типичным временем гадания кроме святок и Иванова дня были Юрьев день, масленица, 1 марта и некоторые другие.

Вечер и ночь считались наиболее подходящими для гадания. Восточные славяне считали, что гадать можно только до первых петухов, дальше уже ничего не угадывается. Для гадания предназначался именно канун праздников. Русские объясняли это тем, что праздничная церковная служба изгоняет бесов, поэтому к их помощи следует прибегать накануне[5].

Отношение церкви[править | править исходный текст]

Христианская церковь крайне негативно относится к гаданиям, относя их к проявлениям оккультизма, которые искажают смысл церковного вероучения. В публичных проповедях с амвонов и в письмах священство многократно обрушивались с обличением тёмных народных нравов и заблуждений[6] В обоснование такой позиции приводится еще ветхозаветная Библейская заповедь Моисея, данная ему Богом: «Не должен находиться у тебя проводящий сына своего или дочь свою через огонь, прорицатель, гадатель, ворожея, чародей, обаятель, вызывающий духов, волшебник и вопрошающий мертвых; ибо мерзок пред Господом всякий, делающий это, и за сии-то мерзости Господь Бог твой изгоняет их от лица твоего; будь непорочен пред Господом Богом твоим; ибо народы сии, которых ты изгоняешь, слушают гадателей и прорицателей, а тебе не то дал Господь Бог твой»  (Втор. 18:10–14).

См. также[править | править исходный текст]

Примечания[править | править исходный текст]

  1. Виноградова, 1995, с. 481
  2. Анна Комнина КНИГА VI // АЛЕКСИАДА. — Второе издание (стереотипное). — М.: НАУКА, 1965. — С. 186.
  3. Виноградова, 1995, с. 482
  4. Виноградова, 1995, с. 482—483
  5. Виноградова, 1995, с. 483
  6. Святые отцы о ворожбе, гадании, заговорах, чародеях

Литература[править | править исходный текст]

В статье использован текст Юрия Соколова, перешедший в общественное достояние. Статья основана на материалах Литературной энциклопедии 1929—1939.

Ссылки[править | править исходный текст]