Голод в Казахстане (1932—1933)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Куб на месте будущего памятника жертвам голода в Казахстане. Алма-Ата, 2009 год
Памятник жертвам голодомора Павлодар, 2012 год

.

Голод в Казахстане 1932-33 годов — часть общесоюзного голода 1931—33 годов, вызванного официальной политикой «уничтожение кулачества как класса», коллективизацией, увеличением центральными властями плана заготовок продовольствия, а также конфискации скота у казахов[1]. В Казахстане также принято называть этот голод «голощёкинским».

Причины[править | править код]

В 1925 году первым секретарём Казкрайкома был назначен известный деятель ВКП(б) Филипп Голощёкин. В первые два года своего правления (1925—1927 годы) он провёл в Казахском крае т. н. «Малый Октябрь». В результате этих мер у людей отнимали скот, имущество и под конвоем милиции направляли в «точки оседания». Скот, реквизируемый для нужд колхозов, забивали на месте, так как невозможно было прокормить собранные в одном месте большие стада. К 1933 году из 40 млн голов скота осталась примерно одна десятая часть. От таких действий в первую очередь пострадали казахи, так как скот был главным, а нередко единственным источником их пропитания.

Оценки числа жертв[править | править код]

В результате, в течение 19311933 гг. умерло от 1 млн чел. (оценка Роберта Конквеста) до 1,75 млн чел. (оценка Абылхожина, Козыбаева и Татимова, 1989). Около 1 миллиона казахов вынуждены были откочевать в сопредельные Казакской АССР регионы Российской Федерации, в том числе Киргизскую АССР, Каракалпакскую АССР, Саратовский, Сталинградский и Средневолжский края, Оренбургскую, Челябинскую, Омскую области, а также Западно-Сибирский край. Имели место откочёвки и в сопредельные союзные республики: Туркменскую ССР и Узбекскую ССР. За пределы СССР значительное число казахов откочевало в Китай, Монголию, Иран и Афганистан. Впоследствии 0,4 млн казахов совершили обратную откочевку в Казахстан. Насильственные меры по переводу кочевников на оседлый образ жизни привели к огромным жертвам, в основном, — среди коренного населения.

Первым мероприятием в Казахстане были конфискации, проведенные весной 1920 и осенью 1928 годов. Под конфискацию попали 11260 хозяйств, у которых было отобрано около 4500 тысяч голов скота (в переводе на крупнорогатый скот). По признанию самого Голощекина, первоначальные замыслы Советской власти были вдвое масштабнее, и собирались конфисковать хозяйства до 15,0 млн голов (все далее, согласно статистике 1920-х годов, в переводе на крупнорогатый скот), и общее число голов скота для «баев-полуфеодалов» должно было составить не более −150 голов на хозяйство. Но при утверждении плана конфискации 1928 года в ЦК ВКП(б) и ВЦИК СССР, Голощекина одёрнули, и установили другие нормы: 400 голов — кочевые хозяйства, 300 — полукочевые, 150 — оседлые. Общее число хозяйств, подлежащих конфискации, снизилось до 7000.

Эта катастрофа подтверждается советскими переписями — так, по официальным данным, согласно Всесоюзной переписи населения СССР 1926 года, казахов в СССР насчитывалось 3 968 289 человек[2], а уже в 1939 году согласно переписи 1939 года — всего 3 100 949 млн человек. То есть за период с 1926 года по 1939 годы после голода численность казахов на территории СССР по официальным данным сократилось на 867 340 человек.

Казахи только к 1970 г. восстановили внутри Казахстана свою численность на уровне 1926 г[3]. До голода в Казахстане в 1932—1933-х годах в Казахстане в этническом отношении доминировали казахи, но только к концу 1990-х они снова стали большинством в республике. На освободившиеся места в период 1938-44 гг. переселялись ссыльные и депортированные народы: ингуши, чеченцы, крымские татары, корейцы, балкарцы, курды, турки, карачаевцы, немцы[4]. Также население Казахстана пополнилось узниками ГУЛАГа: КАРЛАГа, АЛЖИРа и др., часть которых остались жить впоследствии в Казахстане.

По мнению же А. Н. Алексеенко[5] «…с учётом всех возможных поправок потери казахского населения составили не более 1840 тысяч человек или 47,3 % от численности этноса в 1930 году. Более всего пострадали казахи севера республики. Потери составили здесь 879,4 тысячи человек или 74,5 % от численности этноса в 1930 году. В данном регионе наблюдалась наиболее значительная миграция, в первую очередь в пограничные районы Российской Федерации и Китая. Более половины представителей этноса было потеряно в Восточном Казахстане — 410,1 тысячи человек или 52,3 %. Западный Казахстан потерял 394,7 тысячи казахов или 45,0 % этноса, Южный — 632,7 тысячи или 42,9 %. Наименьшие потери были в Центральном Казахстане — 22,5 тысячи человек или 15,6 % этноса данного региона.»[6]

Положение с голодом усугублялось ещё жестким подавлением частями Красной Армии любой попытки избежать грабительской конфискации всего скота, которое являлось единственным источником пропитания и выживания. Когда некоторые аулы и роды (племени) начали откочёвывать, пытаясь спасти свой скот, то на их перехват посылались отряды Красной Армии для ареста и уничтожения якобы «басмаческой банды». На самом деле, это были обычные мирные люди, которые пытались спастись от голода в населённых казахами территориях сопредельного Китая, или пытавшиеся мигрировать в те регионы РСФСР, где голода не было. Попытки остановить переселение в Китай активно предпринимали и пограничники, пытающиеся остановить их пулеметным огнём. Но, тем не менее, сотни тысяч казахов (иногда аулами целиком) смогли бежать от голода в Китай.

Казахский голодомор получил в народе название — ашаршылық.

В своем послании начальник Казнархозучёта (аналог нынешнего управления статистики) Мухтар Саматов сообщает, что население Казахстана уменьшилось всего… на 971 тысячу человек. Как оказалось, советские руководители намеренно занижали потери населения от голода. По окончании переписи 1937 года Сталин вместо прироста населения обнаружил его убыль. Выразив возмущение и недоверие итогом работы переписчиков, Сталин приказал засекретить данные переписи, а всех, кто принимал в ней участие, объявить врагами народа. В числе первых был казнен Мухтар Саматов и его непосредственный начальник, руководитель Всесоюзного нархозучёта Караваль. Кроме того, в Казахстане были расстреляны все без исключения областные и районные руководители нархозучёта — якобы они намеренно уменьшали количество населения и тем самым сыграли на руку врагам СССР[7].

Национальный состав Казахстана в 1897—1970 г. Наиболее крупные этносы. Серым размечены периоды голодов 1920-х и 1930-х годов. Численность казахов и украинцев сильно сократилась в 1932—1933 гг. В то же время численность русских неуклонно шла вверх
Представители самых многочисленных этносов на территории СССР по материалам переписей 1926, 1937 гг. (выдержка)[8] Численность населения СССР по национальностям в 1926 году
Национальность 1926 г. 1937 г. 1937 в % к 1926
русские 77 791 124 93 933 065 120,7 %
украинцы 31 194 976 26 421 212 84,7 %
белорусы 4 738 923 4 874 061 102,9 %
узбеки 3 955 238 4 550 532 115 %
татары 3 029 995 3 793 413 125,2 %
казахи 3 968 289 2 862 458 72,1 %
евреи 2 672 499 2 715 106 101,6 %
азербайджанцы 1 706 605 2 134 648 125,1 %
грузины 1 821 184 2 097 069 115,22 %
армяне 1 568 197 1 968 721 125,5 %
мордва 1 340 415 1 248 867 93,2 %
немцы 1 238 549 1 151 601 92,9 %

Голод в искусстве[править | править код]

  • 1992 — «ВЕЛИКИЙ ДЖУТ», на казахском «НӘУБЕТ» (Документальный) производства (Казахфильм) — режиссёр. Калила Умаров
  • 1997 — «ЗАМАНАЙ», фильм производства (Казахфильм), режиссёр Болат Шарип. Фильм поставлен по роману Сакена Жунусова «Горные тропы».
  • Роман «Одинокая юрта» Смагула Елубаева.
  • Коллективизации и голоду в Казахстане посвящено несколько эпизодов киносаги Ахана Сатаева «Дорога к матери»
  • Фильм «Жат» Ермека Турсунова

Память о жертвах[править | править код]

  • Алма-Ата. Куб-камень на месте будущего памятника жертвам голода в Казахстане. Закладка камня была произведена в 1993 году в парке на пересечении улиц Наурызбай батыра (бывш. Дзержинского) и Карасай батыра (бывш. Виноградова), находящимся рядом со зданием бывшего НКВД.
  • Астана. Памятник жертвам голодомора, представляющий монументальную скульптурно-художественную композицию «1932-1933 жылдардағы ашаршылық құрбандарының рухына тағзым». Установлен в 2012 году на пересечении проспектов Республики и Абая.
  • Павлодар. Памятник жертвам голодомора. Установлен в 2012 году у входа на старое мусульманское кладбище, на котором проводились массовые захоронения погибших от голода[9].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. ФЭБ: Шолохов — Сталину И. В., 20 апреля 2003
  2. Национальный состав населения по республикам СССР, 1926
  3. [Поляков Ю. А., Жиромская В. Б., Киселев И. Н. Полвека молчания (Всесоюзная перепись населения 1937 г.) // Социологические исследования, 1990. № 6. С. 21.]
  4. ИСТОРИЯ КАЗАХСТАНА
  5. «Население Казахстана в 1926—1939 годах» // Компьютер и историческая демография / Ред. В. Н. Владимиров. Барнаул, 2000. 210 с
  6. Демографические последствия голода в Казахстане начала 30-х годов (оценка потерь казахского этноса)
  7. Великий Джут (Голодомор у Казахстані)
  8. [ВСЕСОЮЗНАЯ ПЕРЕПИСЬ НАСЕЛЕНИЯ 1937 ГОДА: ОБЩИЕ ИТОГИ//Сборник документов и материалов//М., РОССПЭН, 2007, 320 страниц]
  9. Памятник жертвам голодомора воздвигнут в Павлодаре. МИА «Казинформ». Проверено 31 мая 2012. Архивировано 21 июля 2016 года.

Источники[править | править код]

  • Несвоевременные заметки. О голодоморе, о горе, о трагедиях эпохи. (недоступная ссылка)
  • Азимбай ГАЛИ, доктор исторических наук, политолог
  • Хроно.ру
  • Абылхожин Ж. Б., Козыбаев М. К., Татимов М. Б. Казахстанская трагедия.
  • Поляков Ю. А., Жиромская В. Б., Киселев И. Н. Полвека молчания (Всесоюзная перепись населения 1937 г.) // Социологические исследования, 1990. № 6
  • Максудов С. Потери населения СССР. Benson // Vermont: Chalidze Publications, 1989
  • Андреев Е. М., Дарский Л. Е., Харькова Т. Л. Население Советского Союза. 1922—1991 // М., 1993
  • Татимов М. Б. Социальная обусловленность демографических процессов. Алма-Ата, 1989. С. 124.
  • ЦГАРК. Ф. 698. Оп. 14. Д. 219. Л. 104.
  • Асылбеков М. Х. Внешняя миграция и её влияние на национальную структуру Казахстана в XX в. // Уроки отечественной истории и возрождение казахского общества. Материалы научной сессии учёных Министерства науки — Академии наук Республики Казахстан, посвященной году народного единства и национальной истории. Алматы, 4 июля 1998 г. Алматы, 1999.
  • Асылбеков М. Х., Галиев А. Б. Социально-демографические процессы в Казахстане. С. 106.
  • Казахское хозяйство в его естественно-исторических и бытовых условиях. Алма-Ата, 1926. С. 61.
  • Sahni, Kalpana. Crucifying the Orient: Russian orientalism and the colonization of Caucasus and Central Asia. Bangkok: White Orchid Press, 1997
  • Марта Олкут. Процесс коллективизации в Казахстане. «Русское ревю», 40, апрель 1981
  • Коллективизация сельского хозяйства Казахстана. Т. 2. Алма-Ата, 1967, с.222.
  • А. Кучкин. Советизация казахского аула. М., 1962.
  • С. Пидхайни, т. 2, с.243.
  • «Большевик Казахстана», № 1, 1939, с.87.
  • Коллективизация сельского хозяйства Казахстана, т. 2
  • Давид Титиевский, Роберт Конквест. Жатва скорби: Overseas Publications, Interchange Ltd; London, England; 1988 ISBN 1870128 95 8
  • Conquest, Robert, «The Harvest of Sorrow: Soviet Collectivization and the Terror — Famine», (Edmonton: The University of Alberta Press in Association with the Canadian Institute of Ukrainian Studies, 1986).
  • I. Ohayon, La sédentarisation des Kazakhs dans l’URSS de Staline, collectivisation et changement social, Paris, maisonneuve et Larose, 2006
  • Казтаев Алихан

Ссылки[править | править код]