Горячковская, Мария Александровна

Мария Александровна Горячковская
Суд над Горячковской (обозначена крестиком) по делу о покушении на Красина
Имя при рождении	точно неизвестно (встречаются версии «Шафир/Шаффир»)
Псевдонимы	Элеонора (Элеонора Николаевна/Марцельевна) Диксон; Мария Евгеньева
Дата рождения	около 1879 или 1883
Место рождения	Винница, Подольская губерния, Российская империя
Дата смерти	после 1929
Гражданство (подданство)	Российская империя  СССР
Род деятельности	писательница, журналистка, переводчица
Жанр	публицистика, проза, драматургия, поэзия
Язык произведений	русский

Мари́я Алекса́ндровна Горячко́вская (псевдонимы: Элеонора Диксон, Мария Евгеньева; 1879 или 1883, Винница, Российская империя — после 1929 года) — русская писательница, журналистка и переводчица. Автор стихов, прозы, публицистики (с противоположных политических позиций), популярных книг, изданных на волне Февральской революции 1917 года, в том числе беллетризованного памфлета «Любовники Екатерины», неоднократно переиздававшегося в 1980—1990-е годы. Страдавшая психическим расстройством Горячковская совершила в 1910 году убийство собственного ребёнка, а позже стала персонажем газетной хроники 1920-х годов в связи с покушениями на Красина и Эйнштейна.

Биография

Происхождение и ранние годы

Сведения ранней жизни Горячковской неполны. В исследовательской литературе указывается, что она родилась в Виннице в семье врача-еврея Исаака-Александра Осиповича Шафира (1852—?), в 1890-е годы служившего врачом при Винницком двухклассном начальном еврейском училище; имя при рождении и точная дата рождения не установлены (встречаются разные версии, в частности, Амалия Шафир или Надежда). В юности она, по-видимому, покинула семью, приняла христианство и стала носить имя Мария. Она вышла замуж за военного врача Алексея Васильевича Горячковского (1868—?), в 1907 году переведённого в Киев, и сохранила фамилию и после расставания с ним.

1905—1910: эмиграция, журналистика и детоубийство

В 1905 году Горячковская упомянута в среде русской эмиграции в Женеве и Париже; к этому времени относится публикация пьесы «Последний день кровавого царя» (Париж, 1905), изображающая расправу над Николаем II. Позднее она перебралась в США, где родился её сын Николай, а политические взгляды резко изменились: она начала выступать как правый публицист и сотрудничала с русской прессой, в том числе с газетой «Новое время», в частности, брала интервью у П. А. Столыпина.

К 1909—1910 годам в источниках описываются выраженные признаки тяжёлого психического расстройства (бред преследования и «всемирного заговора», связываемый ею с кадетами, евреями, П. Н. Милюковым и Е. Ф. Азефом, которого она считала отцом своего ребёнка). «Её основная мания — международная сеть торговцев живым товаром, поставляющая девушек и мальчиков в гаремы и дома терпимости Турции и Ближнего Востока».

Летом 1910 года, во время морского переезда из Англии в Россию, она задушила малолетнего сына (спасая его, как ей представлялось, от неких педофилов) и по прибытии была направлена на психиатрическое лечение, где провела несколько лет (с перерывами).

1915—1916: «Элеонора Диксон» в Туркестане

В годы Первой мировой войны она сумела покинуть лечебницу (это первый из минимум четырёх её побегов из психбольниц) и оформила документы на имя польской дворянки «Элеоноры Диксон». Под этим именем она жила в Средней Азии (Мерв и Ташкент), печаталась как поэтесса и прозаик. Тематика её творчества среднеазиатского периода также частично связана с борьбой против сексуальной эксплуатации детей, но большая часть посвящена страданиям восточной женщины. Современные исследователи относят её к тем поэтессам Серебряного века, которые смотрят «на восточную культуру … глазами европейского человека, в первую очередь, замечающего вокруг греховное начало (например, содомский грех)». Известны её контакты с опальным великим князем Николаем Константиновичем, который жил в Ташкенте, и продолжение начавшейся ещё в 1909 году переписки с В. В. Розановым, который рецензировал одну из её ташкентских книг. На разных этапах переписки она использовала разные имена, и Розанов скорее всего не подозревал, что убившая ребёнка журналистка «Нового времени» и поэтесса из Ташкента — одно лицо. В 1916 году «Диксон» была выслана из Ташкента в Оренбург по обвинению в попытке шантажировать великого князя.

1917—1924: Москва, массовая литература и советские учреждения

Обложка популярного памфлета-очерка Марии Евгеньевой (М. А. Горячковской) «Любовники Екатерины»

После Февральской революции Горячковская жила в Москве и выпускала книги под псевдонимом «Мария Евгеньева» в издательстве «Воля». За короткий срок она опубликовала несколько популярных изданий, включая беллетризованный очерк-памфлет «Любовники Екатерины», позднее многократно переиздававшийся в конце 1980-х — начале 1990-х годов общим тиражом более миллиона экземпляров. С «февральским» спросом на сенсационные, разоблачительные и пикантные книги о Романовых связаны также книжки Горячковской-Евгеньевой «Романовы. История династии» и «Роман цесаревича» о Матильде Кшесинской. Ей же написан роман о духовенстве «Любовники в рясах» и научно-просветительные очерки «Борьба за землю в истории» и «Якобинский клуб».

Псевдоним «Евгеньева» был ей выбран в честь Евгения (Евно) Азефа, которому она в 1917—1918 годах посылала в Германию любовные письма и подарки («3 коробки конфект от Елисеева, 1⁄2 фунта хорошего русского чая, 1⁄2 фунта какао Эйнем, коробку бисквитов, 3 лимона и букет совсем засохших цветов»), обращаясь к нему как к знакомому и бывшему партнёру; в реальности скорее всего они никогда не встречались. До адресата дошли подарки (Азеф сидел тогда в Моабитской тюрьме и очень удивился посылке), но не письма, отложившиеся в полицейском архиве: к тому моменту Азеф уже вышел из тюрьмы и вскоре после этого умер. Это не мешало «возлюбленной» считать, что Азеф (в том числе и уже после смерти) ей отвечает, и упрекать его за холодный тон в новых посланиях.

В 1920-е годы она работала в различных советских структурах (упоминаются должность судебного следователя в Саратове, затем возвращается в Москву и служит в Рабкрине и Коминтерне). В архивном фонде в НИОР РГБ хранятся документы, связанные с её деятельностью как писательницы, корреспондента «Нового времени» (1908—1910) и переводчицы — сотрудницы Коминтерна. Она продолжала писать стихи; известен лаконичный внутренний отзыв Валерия Брюсова на рукопись её сборника под псевдонимом «Элеонора Диксон»: «Элементарно плохие стихи во всех отношениях». Позже журналист «Огонька» указывал, что Диксон писала «рассказы и драматические произведения, которые ценятся в литературных кругах, а пьесы принимаются к постановке. В литературном и театральном мире она считается талантливым и уж, конечно, вполне нормальным человеком. Одновременно с писательством она работает в советском учреждении, где служит переводчицей при членах-иностранцах, так как свободно владеет 6 языками».

Темпераментная и настойчивая, Горячковская добилась личных приёмов у самых высокопоставленных деятелей советского государства, включая В. И. Ленина и наркома просвещения А. В. Луначарского. 22 июля 1920 г. Луначарский писал Ленину: «Мною получена от Вас копия письма писателя М. Арцыбашева, в котором он просит через некую Элеонору Диксон отпустить его за границу»; по-видимому, она лично вручила письмо Арцыбашева Ленину.

В то же время, до поры до времени, не проявляя явных признаков психического нездоровья на службе и в литературных кругах, она приставала с подозрениями и угрозами к своим соседям по коммунальной квартире, которые в 1921 году подавали жалобу, требуя её госпитализации, но тогда «со всех сторон посыпались протесты на это распоряжение — с ручательствами, удостоверениями о несомненной нормальности гр. Горячковской». Год спустя она всё же была с декабря 1922 по апрель 1923 года госпитализирована в московскую больницу им. Кащенко, откуда дважды бежала. По заключению психиатра, она «страдала душевным расстройством в форме dementia praecox paranoides (раннее слабоумие в параноидной форме, выражающейся в бреде преследования и бреде отношения)».

Луначарский позже рассказывал о «мадам Диксон» как о навязчивой посетительнице Наркомпроса, подробно изложившей в записке на его имя свой бред, а затем «выбросившей из квартиры» присланного наркомом здравоохранения Н. А. Семашко психиатра. В 1923—1924 годах Луначарский содействовал её отъезду на юг «для поправления здоровья», а затем — получению документов для выезда из СССР через Батуми в Италию.

1924—1929: покушения в Европе и последние сведения

Прибытие полпреда СССР Л. Б. Красина в Париж, Северный вокзал, 4 декабря 1924

11 декабря 1924 года в Париже Горячковская (скомбинировавшая оба псевдонима — «Мария Евгеньева из Риги, вдова англичанина Диксона») была задержана у советского посольства с револьвером; на допросах заявляла о намерении убить полпреда Л. Б. Красина. Французский суд признал её виновной в незаконном ношении оружия и назначил краткий срок заключения с последующей высылкой. После высылок из Франции и Бельгии она оказалась в Германии; 31 января 1925 года она совершила попытку нападения на Альберта Эйнштейна в Берлине (детали в разных сообщениях расходятся). Согласно наиболее распространённой версии, она пришла к нему на квартиру и стала размахивать шляпной булавкой — этот предмет, достаточно острый и прочный (15-20 см), в начале века мог использоваться женщинами как оружие. Сразу после её прихода жена физика Эльза, заподозрив неладное, вызвала полицию, которая как раз подоспела к моменту нападения и задержала нападавшую. Эйнштейн не пострадал.

Покушения были связаны с реактивацией бреда, преследовавшего её с дореволюционных лет и приспособленного к новым историческим обстоятельствам. На допросах Горячковская сообщила, что «большевики главную часть своих доходов извлекали из продажи детей для турецких гаремов». Эйнштейна же она отождествляла со своим «возлюбленным» Азефом:

Взволнованная и улыбающаяся, с припухшими слезящимися глазами, подымается г-жа Евгеньева и в длинной путанной речи, на плохом французском языке, заявляет, что она «брошенная жена Эйнштейна», а Эйнштейн не кто иной, как скрывшийся в своё время Азеф. Бежав из России и поселившись в Германии, он «изобрёл теорию относительности». Для подтверждения теории необходимы были опыты. Эйнштейн-Азеф вступил для этой цели в переговоры с французскими масонами («Гранд Ориан»). «Гранд Ориан» командировал в распоряжение Эйнштейна Ленина, и Ленин в России, по поручению и под руководством Эйнштейна, произвёл «грандиозный опыт теории относительности»Дело о «покушении» на Красина // Последние новости. 1924. 27 дек. № 1434. С. 1.

Существует рассказ, что Эйнштейн якобы посетил Горячковскую в заключении, и та была вынуждена признать, что он не Азеф, так как у него гораздо короче нос.

После известия о покушении на Красина Луначарский опубликовал в советской прессе мемуар о несостоявшейся террористке, саркастически назвав его «Шарлотта Корде». М. А. Булгаков сделал запись в своём дневнике в ночь с 20 на 21 декабря 1924 г.:

Приезд monssieur Красина ознаменовался глупейшей в «style russe» историей: полоумная баба, не то журналистка, не то эротоманка, с револьвером приходила к посольству Красина — стрелять. Полицейский инспектор её немедленно забрал. Ни в кого она не стреляла, и вообще это мелкая, сволочная история. Эту Диксон я имел удовольствие встречать не то в 22-ом, не то в 23-ем году в милой редакции «Накануне» в Москве, в Гнездниковском переулке. Толстая, совершенно помешанная баба. Выпустил её за границу père Луначарский, которому она осточертела своими приставаниями.Михаил и Елена Булгаковы. Дневник мастера и Маргариты. М., Вагриус, 2004, с. 45

Затем она вновь появлялась во Франции; последние известные сведения относятся к концу 1929 года, когда она пыталась бежать из психиатрической лечебницы близ Амьена и была возвращена обратно. Дальнейшая судьба неизвестна.

Творчество

Современники и исследователи отмечают необычную продуктивность Горячковской и множественность подписей: под разными фамилиями и псевдонимами ей приписывают около полутора десятков книг (поэзия, пьесы, романы, публицистика). Валерий Шубинский в своей статье указывает, что опубликованные произведения Диксон/Евгеньевой ничем не выдают психического расстройства автора, а «евгеньевские» книжки 1917 года выглядят «расчётливо-конъюнктурными».

Наиболее известным массовому читателю стало произведение «Любовники Екатерины», переиздававшееся в позднесоветскую и постсоветскую эпоху «от Барнаула до Баку» огромными тиражами. Эту «уличную, бульварную… панельную книжку» (по оценке историка О. И. Елисеевой) использовал как источник в своих телепередачах о Екатерине Эдвард Радзинский.

Три стихотворения Элеоноры Диксон («Бача», «Сартская девочка», «Старый шарманщик») были включены в трехтомную антологию «1001 поэтесса Серебряного века» (М., Престиж Бук, 2019, т. 1), а «Сартская девочка» — также в один из томов многотомной антологии «Серебряный ковчег» («От С. Бехтеева до П. Сухотина», М., Престиж Бук, 2022).

Избранные издания

Год	Название	Жанр	Подпись/псевдоним	Источник
1905	Последний день кровавого царя	пьеса	Мария Горячковская
1908	Антирусская агитация в Америке	публицистика	М. А. Горячковская
1916	Гюлльхана	сборник (стихи и рассказы)	Элеонора Диксон
1916	Песни степного тюльпана	поэзия	Элеонора Диксон
1917	Дочь Иродов	пьеса	Элеонора Диксон
1917	Любовники Екатерины	исторический очерк	Мария Евгеньева

Примечание: перечень неполон; атрибуция части текстов и точные выходные данные нуждаются в дополнительной проверке по каталогам и экземплярам изданий.

В культуре

Фигура Горячковской/Диксон упоминается во многих статьях и фельетонах 1900—1920-х годов (от Аркадия Аверченко до Ильи Ильфа), а также дневниках Булгакова и воспоминаниях Луначарского. Особую роль играет сюжет беседы Луначарского с Эйнштейном, где история «мадам Диксон» при позднейшей встрече стала одной из центральных тем разговора наркома с великим физиком. Много писавший о Горячковской Михаил Эдельштейн сравнил её с Форрестом Гампом — «странным маленьким человеком», постоянно сталкивавшимся со знаменитыми современниками.

Литература

• Эдельштейн М. Ю. «Отделаться от мадам Диксон оказалось невозможным…»: о ком беседовали Луначарский и Эйнштейн // Писатели и критики первой половины XX века: предшественники, последователи (незабытые и забытые имена): коллективная монография / Колобаева Л. А.; Кормилов С. И.; Назарова А. В.. — Москва : Common Place, 2021. — P. 262–269.
• Az Nevtelen. Из «России» в Коминтерн. Судьба Марии Горячковской  (рус.). ru_history — LiveJournal (20 мая 2019). Дата обращения: 4 марта 2026.
• Ф.080 Горячковская Мария Александровна. Горячковская-Диксон Мария Александровна (псевдоним М. Евгеньева): архивный фонд, 1910-е—1920  (рус.). Российская государственная библиотека. Дата обращения: 4 марта 2026.
• Валерий Шубинский. «Низкий обман, построенный на ужасных преступлениях»  (рус.). Горький (8 января 2024). Дата обращения: 4 марта 2026.

Ссылки

• Архивный фонд М. А. Горячковской-Диксон в НИОР РГБ (описание)
• Очерк «Из „России“ в Коминтерн. Судьба Марии Горячковской» (ru_history)