Деструктивный культ

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Деструктивная секта»)
Перейти к: навигация, поиск

Деструкти́вный ку́льт, деструкти́вная се́кта (англ. Destructive cult) или се́кта-уби́йца[1] — термин, используемый социологами, психологами, криминалистами, публицистами, богословами по отношению к религиозным, неорелигиозным и другим группам и организациям, причинившим (причиняющим) вред обществу или своим членам (материальный, психологический или физический), а также подозреваемым в потенциальной опасности причинения такого вреда[2][3]. Большая энциклопедия «Терра» рассматривает данное понятие как крайнюю форму тоталитарной секты, когда подобные секты обвиняются в доведении до самоубийства и убийствах людей[1].

История понятия[править | править вики-текст]

Во французском языке в форме термин фр. secte destructive был распространён, по крайней мере, с начала XIX века[4].

В английский язык словосочетание англ. destructive cult (букв. деструктивный культ) широко вошло во второй половине XX века[5][6].

История появления понятия в русском языке по И. Я. Кантерову[2][править | править вики-текст]

В начале 1990-х годов в России появилось большое количество новых для страны религиозных организаций и сект в частности. За пределами постсоветского пространства с таким явлением в 1960-е годы столкнулись США, а затем страны Западной Европы. В России религиозные новообразования появлялись и распространялись в основном в результате усилий иностранных миссионеров, но некоторые неорелигиозные объединения зародились исключительно на российской почве.

После появления новых религиозных движений возникла проблема их наименования. Традиционно такая проблема решается посредством отнесения новых религиозных образований к какой-то уже существующей религиозной традиции, либо (если религиозное новообразование не вмещаются в принятую типологизацию) его включают в новый тип религиозных организаций. Классификация религий является сложным и ответственным делом, так как причисление конкретной группы или общества верующих к категории, носящей негативный оттенок, служит причиной дискриминации и даже преследований. Именно по этой причине, в научном религиоведении и социологии религии классификация религии является важнейшей и сложнейшей проблемой.

В начале 1990-х годов в России вошла в моду методология классификации новых религиозных образований, главным образом заимствованная из трудов западных социологов, психологов и протестантских богословов. Их труды были опубликованы на русском языке и начался процесс перенимания используемой ими для описания религиозных и неорелигиозных групп терминологии. В широкий оборот вошли такие термины, как «культ», использовавшийся с начала XX века в США и Великобритании для обозначения либо нетрадиционных религиозных объединений, либо отклонившихся от догматики исторического христианства. В образовавшемся термине «деструктивный культ» акцент был перенесён на вред личности, семье и обществу в целом. Поскольку среди исследователей не существует единого определения чётких и устойчивых признаков «культа» и «деструктивного культа», то в круг деструктивных культов в СМИ и околорелигиозной публицистике зачастую относится множество самых разнообразных религиозных вероучений и образований.

Признаки деструктивного культа[править | править вики-текст]

Согласно определению, принятому в антикультовом движении, деструктивный культ — это группа или движение, демонстрирующая значительную, глубокую или чрезмерную приверженность либо увлечённость, преданность определённому человеку, идее или вещи и использующие неэтичные манипулятивные методики убеждения и управления (например, изоляция от бывших друзей и семьи, истощение тела, применение специальных методов, разработанных с целью усиления внушаемости и слепого повиновения, мощное групповое давление, управление информацией, временное отключение индивидуальности или приостановка действия критического здравого смысла, поощрение полной зависимости от группы и боязни её покинуть и т. д.), предназначенные для того, чтобы способствовать реализации целей лидеров группы с фактическим или возможным ущербом для членов данной организации, их семей или общества[7].

Согласно антикультовой литературе, деструктивные культы представляют собой религиозные и неорелигиозные объединения, которые практикуют «промывание мозгов» и «управление сознанием» своих последователей, их члены обвиняются в доведении до самоубийства и убийствах других людей. Часть авторов другого — контркультового — направления отмечает, что для вероучения некоторых деструктивных культов характерно апокалиптическое ожидание скорого Конца Света и Последнего Суда, что иногда является толчком для совершения убийств и самоубийств. По мнению священнослужителей, апокалиптические настроения могут возникать и в традиционных христианских течениях, например православии, служа исходным материалом для возникновения псевдоправославных деструктивных сект[8].

В своих трудах критики культов указывают на то, что руководители деструктивных культов часто являются личностями психопатического склада со склонностью к доминированию и психологическому насилию. По мнению большинства критиков, лидеры культов имеют материальную или политическую заинтересованность в подчинении большого количества людей и используют такие методы воздействия на своих последователей, как «промывание мозгов», наркотики, секс, групповые «радения», лишение свободного времени, ограничение внешних контактов и пр.

Как общий признак деструктивных сект отмечается их конфронтация с традиционными религиозными воззрениями и вероучениями и церквами и сектами[9].

Среди критиков пока не существует единой точки зрения относительно того, являются ли террористические и военизированные организации деструктивными культами. Некоторые авторы относят к деструктивным культам исламистов и Армию сопротивления Господа. Деструктивными культами также иногда именуют такие военизированные группы, как Тамильские Тигры и Аль-Каида.

Употребление термина[править | править вики-текст]

В 1996 году Европейский парламент в своём решении постановил, что свобода религии не должна нарушать прав человека. Им была дана рекомендация руководителям государств-членов Совет Европы не предоставлять и в определённых случаях отзывать статус «религиозное объединение» у нетрадиционных сект деструктивной направленности.[10]

В 2006 году кандидат богословия, кандидат философских наук, доцент кафедры библеистики ПСТГУ, ответственный секретарь Совета по теологии УМО по классическому университетскому образованию иерей К. О. Польсков подчеркнул, что в случае, если государство самоустраняется «от участия в создании адекватной системы традиционного конфессионального обучения» и отказывается «от возможности теологического образования в государственных вузах» то это приводит к потере действенных рычагов в нравственном воспитанием молодёжи, «к неготовности государства противостоять проявлениям крайнего религиозного фундаментализма, тоталитарным сектам, демоническим и иным деструктивным культам», которые, как указывает Польсков, осуществляют на территории Российской Федерации «хорошо спланированную антигосударственную деятельность».[11]

В 2006 году кандидат педагогических наук, доцент кафедры социальной психологии Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов Н. А. Леванькова отмечала, что во время случившегося 1990-е годы бурного социального реформирования «произошёл стремительный отрыв общества от тех духовных исторических корней, которыми оно держалось и питалось», что привело к возникновению «бездуховности и безыдейности», а российское общество впало «в опасное состояние временной утраты способности противостоять идеологической интервенции со стороны деструктивных тоталитарных сообществ». Ей определены ясно обозначившиеся взаимосвязи новых общественных условий и направлений воспитания в семье, к которым среди прочего отнесены криминализация общества и «распространение идеологически окрашенных деструктивных движений, культов, сект».[12]

В 2008 году религиовед, философ, культуролог и правовед И. А. Арзуманов указывал, что «Понятийное определение угроз религиознообусловленной толерантности, как правило, ограничивается терминами „секта“, „деструктивный культ“, „тоталитарная религиозная секта“, увязываемыми и с проблемой религиозного экстремизма».[13]

В 2009 году по итогам расширенного заседания Комиссии Общественной палаты Российской Федерации по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы в резолюции «О мерах по противодействию различным формам насилия над детьми» от 27 января 2009 года была дана рекомендация Правительству Российской Федерации ввести в уголовное законодательство определение понятия «тоталитарная секта» («деструктивный культ») и установление уголовной ответственности за их деятельность[14].

В 2009 году кандидат социологических наук, доктор политических наук, профессор кафедры гуманитарных и социальных дисциплин Старооскольского филиала Воронежского государственного университета, заместитель начальника департамента образования, культуры и молодёжной политики Правительства Белгородской области - начальник управления по делам молодёжи Белгородской области Беспаленко П. Н. и доктор философских наук, профессор и заведующий кафедрой философии БелГУ В. П. Римский подчёркивали, что для всех тоталитарных сект целью является «не только завербовать ничего не подозревающих граждан, но и получить доступ к влиянию на власть». Исследователи отмечают, что тоталитарные секты «не стремятся к немедленной прибыли: они вкладывают средства в экономику стран, дают значительное „благотворительное пособие“ в валюте государственным чиновникам, наращивают своё влияние в СМИ». Это рассматривается, как религиозный фактор в духовной войне Запада против России, Украины и других стран бывшего СССР использующийся для подрыва духовных и нравственных устоев.[15] Беспаленко и Римский указывают, что с целью успешно внедрить в России самые опасные тоталитарные сект были проведены «„обработка“ и „операции по привлечению на свою сторону“ преподавательского состава школ и иных учебных заведений».[16]Также они отмечали, что тоталитарные секты (деструктивные культы)делают усиленные попытки «проникнуть и внедриться в органы образования, здравоохранения, государственного управления, производства и коммерции».[17] Учёные замечают, что у членов тоталитарных сект «формируется тоталитарное мировоззрение, что приводит к преобладанию групповых интересов над личными и развитию синдрома „мы/они“, разделяющего мир на два враждебных лагеря: „мы“ (культисты) и все остальные люди, не принадлежащие к данному культу». Отсюда происходит преобладание групповой воли над индивидуальной, а также «внушается чувство элитарности и взгляд на мир с позиции поляризованности: культ — хороший, мир вне культа — плохой, спасения в нем нет, а значит, и нет пути назад».[18]. К числу наиболее известных деструктивных культов, которые действуют на территории стран СНГ Беспаленко и Римский относят: Церковь унификации (муниты), Церковь саентологии (дианетика, Хаббард-колледжи), Трансцендентальная медитация (ТМ), «Белое братство», «Богородичный центр» (Марианская церковь); «Церковь последнего завета» (Виссарион); Шри Чинмой; «Дети бога» («Семья любви»); группы движения Нью эйдж (Новая Эра), сатанинские организации «Южный крест», «Чёрное братство».[19]

В 2009 году кандидат психологических наук, доктор философских наук, профессор кафедры социально-гуманитарных дисциплин РАНХГиС при Президенте РФ (Брянский филиал), профессор и заведующий кафедрой психологии развития БирГСПА Д. Г. Курачёв отметил, что о деструктивных культах в России стали говорить всерьёз после прошедшей в начале перестройки волны интереса вообще к религии, как и в виде её экзотических, нетрадиционным форм.[20] Так он указал, что уже явно наметилось очень сдержанное и отрицательное отношение к нетрадиционным деструктивным культам со стороны государственной власти и широкого общественного мнения.[10]

В 2010 году в журнале «Социологические исследования» Д. Г. Курачев отметил, что деструктивными культами называются религиозные группам, которые «используют методы манипулирования сознанием для вербовки и ассимиляции членов, тотально контролируя своих адептов». Ещё он указывал на то, что большинство исследователей деструктивных культов, основываются на умозрительных построениях и поверхностном наблюдении, а также «лишены эмпирико-верифицируемой базы с использованием методик в рамках конкретной культовой общности».[21]

В 2012 году кандидат социологических наук, доцент кафедры истории и теории социологии социологического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова С. О. Елишев подчеркнул, что если для традиционных для того или иного общества, культуры, нации или группы религий свойственно благоприятное влияние на жизнедеятельность общества, то деятельность целого ряда религиозных новообразований, которые усиленно распространяют своё влияние на молодёжь Запада и постсоветского пространства, в значительной имеет признаки антиобщественного и антигосударственного содержания, и по отношению к ним постепенно входят в научный обиход термины «тоталитарная секта» и «деструктивный культ». В качестве примера таких новообразований он приводит «АУМ Синрикё, различные сатанинские культы и секты».[22]

Критика употребления термина[править | править вики-текст]

В 2001 году религиовед, профессор Игорь Кантеров в статье «Деструктивные, тоталитарные и далее везде» в журнале «Религия и право» утверждал, что в западном и в российском законодательстве не существует какого-либо определения термина «деструктивный культ» или «деструктивная секта»[2]. Это понятие также практически не используется в научном религиоведении — вместо терминов «секта» и «культ» для обозначения религиозных организаций и групп, отличающихся по вероисповеданию от «традиционных» религий, в настоящее время широко применяется термин «новое религиозное движение» (НРД), популярность которому обеспечили труды английского социолога профессора Айлин Баркер[2][23][24]. На Западе НРД вначале воспринимались настороженно, но за последние двадцать лет отношение к ним заметно улучшилось[24]. Большинство из них социально адаптировались и вписались в современное общество, заполняя незанятые традиционными Церквями ниши[24].

В 2001 году Кантеров в журнале «Религия и право» высказывает уверенность в бессодержательности понятий «деструктивная секта» и «тоталитарная секта»[2]. В силу размытости определяющих характеристик, к «деструктивным культам» и «тоталитарным сектам» «можно причислить практически любое религиозное новообразование, религиозно-философское учение, культурно-образовательное учреждение», считает Кантеров[2]. По его мнению, термины «деструктивный культ» и «тоталитарная секта» используются главным образом с идеологическими целями — для создания негативного образа религиозных объединений[2]. В то же время, сам Кантеров открыто использовал термин в своих публикациях изданных в советское время.

В 1995 году профессор Айлин Баркер отметила, что антикультовое движение в своей критике «деструктивных культов» обобщает все новые религиозные движения, при этом «нарушения в деятельности одного движения автоматически при­писываются деятельности всех остальных». Критические же аргументы против такой точки зрения антикультовое движение чаще всего игнорирует[25].

В 1997 году религиовед Н. А. Трофимчук высказал мнение, что термин «деструктивные культы» во многом политический и по сути сводящийся к фразе «кто не с нами, тот против нас»[26].

В 1998 году Судебная палата по информационным спорам при Президенте РФ отметила в своём рекомендательном решении, что понятие «секта» даже без дополнения «деструктивная» содержит «безусловно, негативную смысловую нагрузку, способную оскорбить чувства верующих»[27].

В 2000 году социолог Марат Штерин отметил, что ярлык «деструктивный культ» в России и некоторых других странах используются для любого нового религиозного движения из-за уверенности в том, что оно обязательно имеет негативные качества. Также Штерин охарактеризовал термин как «социальное оружие», нацеленное на политические изменения, что приводит к тому, что термин «вряд ли можно считать полезным инструментом в научных исследованиях»[28].

В 2000 году религиовед Л. Н. Митрохин высказал мнение, что нетрадиционные религии в России «фигурируют под научно неприемлемыми наименованиями „тоталитарные секты“, „деструктивные культы“»[29].

В 2003 году религиовед Б. З. Фаликов посчитал, что, как правило, в список «тоталитарных сект» и «деструктивных культов» «входят практически все известные новые религиозные движения», в результате чего «проблема отбора отпадает сама собой». По мнению религиоведа, всё это является не проявлением заботы «о духовном и психическом здоровье населения», а попыткой «избавить от успешных конкурентов традиционные религии, отяжелевшие под грузом лет и растерявшие миссионерскую прыть»[30].

В 2003 году Уполномоченный по правам человека в РФ, доктор юридических наук, профессор Олег Миронов рассмотрел по жалобе пастора адвентистов седьмого дня из Костромы ряд документов Министерства юстиции и в докладе о своей деятельности высказал к ним замечания, из-за, по его оценке, некорректного использования в них таких понятий, как «деструктивные, тоталитарные, нетрадиционные культы и секты», указав на отсутствие их правовых определений и на отсутствие терминов в нормативных актах, регулирующих деятельность религиозных объединений[31].

В 2003 году профессор кафедры истории и регионоведения Томского политехнического университета Л. И. Сосковец отметила, что в 90-е годы деструктивными культами «были названы практически все новые для России религиозные образования», в том числе не только некоторые «действительно одиозные» (Аум Синрикё, Ананда Марга) и псевдорелигиозные (Церковь сайентологии), но много других (Церковь объединения, Международное общество сознания Кришны, Богородичный центр, Белое братство), мормоны, методисты, иеговисты, включая даже пятидесятников. Про методистов и иеговистов исследовательница отмечает, что они существовали в России ещё в конце XIX века, также как и бахаисты с большим множеством её приверженцев. Также, по мнению Сосковец, РПЦ «в целом выиграла» устроенную ей кампанию против «деструктивных культов», хотя большую роль сыграли субъективные и объективные факторы, не позволившие состояться буму «нетрадиционных религий».[32].

В 2004 году к. ф. н., доцент Воронежского филиала Современной гуманитарной академии журналист Михаил Жеребятьев и к. ф. н. Всеволод Феррони в своём анализе НРД в сборнике ИАЦ «Сова» «Пределы светскости. Общественная дискуссия о принципе светскости государства и о путях реализации свободы совести» отмечают, что словосочетание «деструктивный культ» применяется «антикультистски ориентированными исследователями» вместо термина «новое религиозное движение»[33].

В 2006 году религиовед, профессор по кафедре социологии и управления социальными процессами АТиСО Е. С. Элбакян в своём экспертном заключении о деятельности организации «Новый Акрополь», размещённом в интернет-издании Портал-Credo.Ru, написала, что понятия «деструктивный культ» или «деструктивная секта» абсолютно неприменимы к организации «Новый Акрополь», поскольку считает, что термины «деструктивные секты и культы» в научном религиоведении характеризуются как антинаучные и необъективные, поэтому в научном религиоведении они не применяются[34].

В 2007 году С. А. Попов, член Комитета Госдумы РФ по конституционному законодательству и государственному строительству, по поводу произошедшего при участии организации Богородичный центр инцидента в Липецке отметил, что понятие тоталитарных, или деструктивных сект «до сих пор не имеет корректного юридического определения, остаётся термином журналистского лексикона». Отсюда Попов делает вывод что для принятия необходимых правоохранительных мер против подобных организаций «нужно предъявить чётко выявленные и документированные факты нарушения устава, факты принуждения, психологического насилия над свободой совести». В противном случае он полагает, что если таковые «не установлены и не предъявлены, то действует не закон, а идеологическое предпочтение, то есть беззаконие»[35].

В 2009 году кандидат юридических наук, доцент Р. Н. Муру и аспирант А. А. Со отметили, что в настоящее время вследствие «религиоведческой безграмотности» деструктивными культами обычно называют «все те религиозные объединения, которые представляют интересы религиозного меньшинства» и имеют отличающуюся от традиционных религий структуру. Они считают, что действующее законодательство России обладает достаточным набором средств для воздействия на объединения связанные с «нарушением прав и свобод человека, посягательством на безопасность личности, общества и государства». Они также отмечают, что использование «объединениями агрессивных методов воздействия на личность (гипноз, кодирование, употребление медикаментов и прочее), принуждение к разрушению семьи, нарушение общественной безопасности и иные незаконные действия влекут за собой ответственность, предусмотренную законодательством о свободе совести и противодействии экстремистской деятельности»[36].

В 2011 году доктор социологических наук, профессор С. И. Самыгин высказал мнение, что термин «деструктивный культ» находится полностью вне научной сферы и не должен там появляться. Также он отметил, что термин используется антикультовым движением, и что в США он тождественен термину «тоталитарная секта»[37].

В 2011 году социолог М. Ю. Смирнов отметил, что понятие «деструктивные» в контексте новых религиозных движений связано с идеологическим пафосом и находится вне области науки и объективных аргументов[38].

В 2013 году председатель правления некоммерческого партнёрства Гильдии экспертов по религии и праву, заместитель директора Института религии и права главный редактор журнала «Юридическое религиоведение», юрист некоммерческого партнёрства Славянского правового центра И. В. Загребина отметила предвзятость и необъективность понятия «деструктивный культ» при использовании его в религиоведческой экспертизе. Также Загребина отметила то, что некоторые старые и новые известные «религиозные образования» отрицают сам термин «культ», и то, что разрушительный аспект в религиозных организациях бывает «чрезвычайно редко», в то же время «наибольшая общественная опасность чаще всего связана именно с созидательной установкой, вопрос лишь в том, что созидается»[39].

В 2013 году уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин написал в докладе о своей деятельности за прошлый год, что «обличительные определения, такие как „деструктивный“, „тоталитарная секта“ не имеют никакого правового содержания, не предусмотрены законом, а значит, недопустимы в публичных выступлениях должностных лиц и в официальных публикациях государственных органов»[40][41].

В 2014 году кандидат исторических наук В. Б. Яшин указывал, что значительная часть современных научных публикаций на тему НРД является «информационным шумом», состоящим из «публикаций-клонов, в которых отсутствует какая бы то ни было научная новизна, но бесконечно повторяются (зачастую дословно) одни и те же клишированные формулы по поводу „тоталитарных сект“, „деструктивных культов“, „зомбирования“ и тому подобные штампы, уместные в пропагандистских текстах, но не в академических изданиях»[42].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 БЭ, 2006, Крайней формой тоталитарной секты являются деструктивные секты или деструктивные культы, иначе называемые секты убийцы. Эти секты обвиняются в самоубийствах и убийствах других людей. Имеются свыше десяти сект, случаи самоубийства и убийств и убийств членами которых хорошо задокументированы и, как правило не оспариваются; среди них такие как «Аум синрикё», «Ветвь Давидова», Армия сопротивления Господа и др., с. 435.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 Кантеров И. Я. «Деструктивные», «тоталитарные»… и далее везде (возникновение новых религиозных организаций) // Религия и право. Информационно-аналитический журнал. — М., 2002, № 1. — С. 27-29
  3. Clark J. G., Langone M. D., Schechter R. E., Daly R.C.B. Destructive Cult Conversion: Theory, Research and Practice. — Weston, Massachusetts: American Family Foundation, 1981.
  4. См. [1] (1804), [2] (1812)
  5. John Painter Jr. Scientology termed 'destructive cult'. The Oregonian. 27 июля 1979.
  6. Una McManus, John Charles Cooper. Dealing with destructive cults. Zondervan Pub. House, 1984.
  7. Термин определён Нейропсихиатрическим институтом Университета Калифорнии (Лос-Анджелес), Американским семейным фондом и Фондом Джонсона. Опубликован: Singer M.T., Temerlin M. & Langone M.D. Psychotherapy Cults // Cultic Studies Journal. 7(2). 1990. P. 102. Перевод дан на странице 51 сборника «ИСЦЕЛЕНИЕ от РАЯ»: реабилитация и самопомощь при социальной зависимости / Под науч. ред. Е. Н. Волкова. — СПб.: Речь, 2008. —392 с.
  8. Священнослужители об апокалиптических настроениях//ИА «REGIONS.RU/Новости Федерации», 28.11.2007 г.
  9. Мухит Асанбаев, Лязат Умирзакова (2009). «Новая форма религиозного экстремизма в казахстане: деструктивные секты и культы». Журнал социально-политических исследований «Центральная Азия и Кавказ» (Институт центральноазиатских и кавказских исследований Швеции и Институт стратегических исследований Кавказа Азербайджанской Республики) 1 (61): 47–54.. Проверено 2011-9-01. Мухит Асанбаев, кандидат политических наук, вице-президент Казахстанского центра гуманитарно-политической конъюнктуры (Алматы, Казахстан), Лязат Умирзакова, кандидат философских наук, доцент кафедры социально-гуманитарных дисциплин Алматинского технологического университета (Алматы, Казахстан) копия 1 копия 2, копия 3
  10. 1 2 Курачев, 2009, с. 119.
  11. Польсков, 2006, с. 22.
  12. Леванькова, 2006, с. 113.
  13. Арзуманов, 2008, с. 112.
  14. Резолюция «О мерах по противодействию различным формам насилия над детьми» // Психологическая газета — регулярное электронное издание
  15. Беспаленко, Римский, 2009, с. 9-10.
  16. Беспаленко, Римский, 2009, с. 10.
  17. Беспаленко, Римский, 2009, с. 12.
  18. Беспаленко, Римский, 2009, с. 11.
  19. Беспаленко, Римский, 2009, с. 7.
  20. Курачев, 2009, с. 117.
  21. Курачев, 2010, с. 99.
  22. Елишев, 2012, с. 7.
  23. Massimo Introvigne The Future of Religion and the Future of New Religions//Center for Studies on New Religions, 2001.
  24. 1 2 3 Алексей Муравьев, Михаил Ситников Ph. D ДВОРКИН Александр Леонидович//Портал-Credo.Ru, 29.08.2009 г.
  25. Баркер, 2003, с. 104.
  26. Иваненко С. И. Свидетели Иеговы — традиционная для России религиозная организация. — М.: Арт-Бизнес-Центр, 2002. — С. 11. — 208 с. — ISBN 5-7287-0226-0.
  27. Муру, 2009, с. 87.
  28. Штерин, 2000, с. 150—152.
  29. Митрохин Л. Н. Нетрадиционные религии // Новая философская энциклопедия: в 4 т./ Ин-т философии РАН; Нац. обществ.-науч. фонд; Предс. научно-ред. совета В. С. Стёпин. — М.: Мысль, 2000—2001. — ISBN 5-244-00961-3. 2-е изд., испр. и допол. — М.: Мысль, 2010. — ISBN 978-5-244-01115-9.
  30. Фаликов Б. З. Наш ответ Керзону. «Мир Религий». Проверено 28 января 2014.
  31. Миронов О. О. Доклад о деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации О.О. Миронова в 2002 году. «Российская газета». Проверено 28 января 2014.
  32. Сосковец, 2003, с. 130—131.
  33. Жеребятьев М., Феррони В. Феномен новых религиозных движений // ИА Сова-центр,28.10.2004
  34. Элбакян Е. С. Документ: Экспертная оценка организации «Новый Акрополь». «Портал-Credo.Ru» (15 декабря 2006). Проверено 28 января 2014.
  35. Кротков А. Психологическая диверсия «богородичников». Парламентская газета (18 мая 2007). Проверено 22 октября 2010. Архивировано 27 августа 2011 года.
  36. Муру, 2009, с. 87—88.
  37. Эгильский, Матецкая, Самыгин, 2011, с. 80, 84.
  38. Смирнов, 2011, с. 171.
  39. Загребина, 2013, с. 171—172.
  40. Опубликован годовой доклад уполномоченного по правам человека в РФ. Информационно-аналитический центр «СОВА» (5 апреля 2013). Проверено 31 января 2014.
  41. Лукин В. П. Письмо губернатору Мурманской области Ковтун М. В.. Официальный сайт Уполномоченного по правам человека в РФ (21 января 2014). Проверено 31 января 2014.
  42. Яшин, 2014, с. 152.

Литература[править | править вики-текст]

Энциклопедии[править | править вики-текст]

Научная[править | править вики-текст]

Публицистика[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]