Засуха в СССР (1972)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Засуха в СССР 1972 года
Тип погодной аномалии

аномально высокая температура воздуха
засуха

Дата

1972 год

Причина

установление блокирущего антициклона

Район охвата

Союз Советских Социалистических Республик Вся европейская часть РСФСР, УССР, БССР

Длительность погодной аномалии

начало июля — начало сентября

Критическая дата

конец июля

Погибших

>100

Последствия

Сильные пожары в Центральной России, смог, гибель урожая
Экономический ущерб: 22 млрд $ (по нынешнему курсу) — только от засухи

Засуха в СССР 1972 года — наблюдавшийся в июне-августе 1972 года комплекс неблагоприятных погодных условий в средней полосе европейской части России. Лето 1972 года было на всей европейской части России небывало жарким и засушливым[1], в некоторых районах областей центра России не выпало практически ни капли осадков.

1972 год стал в Москве единственным, где все три летних месяца (июнь, июль и август) были теплее нормы. Также засуха в этом году стала самой жестокой за весь XX век[2].

Жестокая засуха стала причиной сильных лесных пожаров. В 1972 году в РСФСР сгорело 6500 квадратных километров леса (примерно седьмая часть площади Московской области). В одном только Подмосковье огонь сжёг 19 деревень, погибло 104 человека[3].

Анатолий Дьяков предсказал засуху на основе наблюдения за Солнцем[4].

Предпосылки засухи[править | править код]

Зима 1971—1972 годов была суровой и относительно малоснежной.[5] Сильные морозы держались в Москве вплоть до середины марта.[6] В итоге почва не смогла накопить большие количества запасов влаги.

Уже в мае-июне 1972 года начала наблюдаться почвенная засуха. Из-за засухи погибла яровая пшеница, ячмень, овёс. Озимые выстояли в отдельных местах, где был зимой достаточно большой снежный покров.

Июль и август 1972 года[править | править код]

Небывалая жара пришла в среднюю полосу России после формирования так называемого «блокирующего антициклона», что произошло в первой декаде июля. В это же время выпали последние осадки[7].

За лето 1972 года температура превысила +30 °C в Москве 26 раз,[8] и выпало летом всего 82 мм осадков, из них 62 мм — в июне. За июль и август выпало всего 20 мм осадков.

Засуха разразилась вскоре после прихода антициклона. За полтора месяца не выпало практически ни капли осадков.[1] Начались пожары торфяников и лесов, и Москву на длительный срок заволокло дымом. К тушению пожаров привлекли армию, но пожары уничтожали целые деревни.[9]

Смог был настолько плотный, что нельзя было увидеть с одного берега Москвы-реки другой.[10]

Засуха охватила небывалую территорию — Поволжье, где зной достигал почти 40 °C[11], Урал[12], и в несколько меньшей степени — Северо-Запад России[13]. Однако в Москве, вероятно из-за сильнейшего задымления, температура не достигала 35-градусной отметки, а по ночам иногда опускалась ниже +10 градусов[1][7].

Август 1972 года стал небывало тёплым и сухим на всей европейской территории страны и является одним из самых теплых для Москвы (средняя температура +20,6 °C, теплее только в 1938 и 2010), Харькова (средняя температура +23,9 °C) и ряда других городов. Июль 1972 года был самым тёплым до 2010 года в Ленинграде (Санкт-Петербурге) (средняя температура +22,1 °C).

Аномально сильная жара охватила также и юг России. Местами не выпало ни капли осадков[14].

Засуха постепенно продвигалась с южных районов России на север, по мере распространения и усиления антициклона.

Борьба со стихией[править | править код]

Из-за торфяных пожаров Москву заволокло смогом. В 1972 году в Московской области сгорело 6000 гектаров леса, и было зафиксировано более 3000 лесных и торфяных пожаров. Смог держался в Москве не менее месяца. Люди c трудом выходили из дома, нечем было дышать[15].

Критическая ситуация была с торфяными пожарами. Для тушения их были привлечены многочисленные части советской армии в нескольких военных округах, но ситуация была преломлена только 23 августа, когда блокирующий антициклон распался[1], а окончательно все пожары были потушены только к 10 сентября[16].

Для Советского Союза засуха стала настоящим бедствием. Были резко увеличены закупки зерна за границей, а в Баку впервые был открыт завод по производству кондиционеров[17]. На закупку зерна были потрачены золотовалютные резервы — 486 тонн золота было продано за рубеж (≈22 млрд долларов по современной стоимости золота)[18].

Для тушения огня было привлечено больше 30 тысяч добровольцев, включая работников колхозов и совхозов, городских жителей, милиционеров и 24 тысячи пожарных. Использовались землеройные машины (почти 15 тысяч самоходных землеройных машин) и более двух с половиной тысяч пожарных машин и насосных устройств, которые работали непрерывно по 14—20 часов в сутки. Объём воды, который выливали на очаги пожаров сверху и закачивали в горящие торфяники с помощью трубопроводов, составлял около 90 тысяч тонн в сутки.

Борьбу с огнём контролировало Политбюро ЦК КПСС, а возглавлял тушение министр обороны СССР маршал Гречко, который почти на два месяца поселился в подмосковной Шатуре, ставшей центром пожаров. Наиболее тяжёлая ситуация складывалась в Шатурском, Орехово-Зуевском, Егорьевском, Ногинском и Павлово-Посадском районах Московской области[19]. Помимо Подмосковья, огонь бушевал в Тверской, Владимирской, Рязанской, Костромской, и в меньшей степени, в других областях РСФСР.

Освещение в СМИ[править | править код]

Советские печать и телевидение уделяли относительно мало внимания засухе. Фотографии этого стихийного бедствия редко публиковались в газетах, на телевидении скупо освещали события, связанные с пожарами. Однако полностью информация о происходящем от населения не скрывалась. Иногда тиражировались отдельные случаи героического поведения при тушении пожаров (например, история с трактористом Мерзловым)[20].

Был организован сбор отрядов добровольцев для тушения пожаров. Масштабной пропаганды относительно медицинской стороны происшествия не велось, но рекомендации всё-таки были — не выходить без надобности на улицу, носить марлевую повязку и пить побольше жидкости.

Примечания[править | править код]