Земское ополчение 1812 года

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Земское ополчение 1812 года
Father, bless his son in the militia (Ukhtomsky).jpg

Гравюра Ухтомского по картине Лучанинова
«Отец, благословляющий сына в ополчение»
Годы существования

18121814

Страна

РоссияFlag of Russia.svg Россия

Тип

Иррегулярные войска

Включает в себя

Округа:
1-й (Московский)
2-й (С.-Петербургский)
3-й (Резервный)

Численность

Более 400 тыс. человек

Командиры
Известные командиры

Ф. Ростопчин (1-й округ)

⚙️ ✰ Отечественная война 1812 года

Земское ополчение 1812 года — иррегулярные воинские формирования, организованные для защиты России от наполеоновских войск в Отечественной войне 1812 года.

Всего было выставлено более 400 тысяч ополченцев[1], из которых были образованы округа́: 1-й — для обороны Москвы, 2-й — для обороны Санкт-Петербурга и 3-й — для составления резерва. Ратники ополчения были сведены в пешие и конные полки и дружины, делившиеся на батальоны, сотни и десятки. Часть ополчения действовала в 1813—1814 годах даже за пределами России — под Данцигом и при блокаде Дрездена и Гамбурга.

Формирование ополчения из крестьянства шло крепостным путём по образу и подобию рекрутских наборов (так называемый «налог людьми»)[2]. Представители дворянского сословия (офицерские кадры) записывались в ополчение добровольно. Ополчение принимало участие в отдельных боевых действиях, но в основном выполняло черновую работу в виде строительства бастионов, палисадов, копания рвов и т. п.[2]

Московское народное ополчение[править | править вики-текст]

6 июля 1812 года был издан высочайший манифест императора Александра I, предписывавший дворянам формировать ополчение из своих крепостных, самим вступать в него и выбирать командующего над собой. В один день с манифестом вышло воззвание «Первопрестольной столице нашей Москве», содержащее призыв к москвичам организовать ополчение. То, что специального обращения более не удостоился ни один город империи, не только льстило москвичам, но и указывало на особое внимание к древней столице со стороны верховной власти.

12 июля 1812 года Александр I прибыл в Москву. Немедленно был составлен комитет по организации московского ополчения, состоявший из Аракчеева, Балашова и Шишкова, председательствовал в котором Ростопчин. Комитет выработал положение об организации московской военной силы, впоследствии послужившее образцом для других губерний. Согласно ему, создавались два подкомитета: первый — для организации приёма ополченцев, второй — для организации приёма денег, провианта, фуража, оружия и прочего необходимого имущества. Председательствовал в обоих военный губернатор.

Московская военная сила должна была быть представлена конными и пешими казацкими и егерскими полками. Для ополченцев назначалась особая форма одежды: русские серые кафтаны длиной до колена, длинные шаровары, рубашки с косым воротом, шейный платок, кушак, фуражка и смазные сапоги. Зимой под кафтан полагалось надевать овчинный полушубок. На головной убор помещалась кокарда с девизом: «За веру и царя». Офицеры носили обычный армейский мундир. Полковым и батальонным командирам жалование не назначалось «по важности звания… и из усердия к Отечеству». Офицеры ополчения награждались так же, как и армейские, для рядовых ополченцев назначалась особая медаль за храбрость, с пожизненным денежным содержанием. Всем изувеченным ополченцам, не имеющим достатка, назначалась пенсия. В ополчение принимались крепостные, добровольно предоставленные дворянами. Отставные офицеры сохраняли своё прежнее звание, а гражданские чиновники вступали с потерей одного классного чина.

Исходной точкой сбора народного ополчения стало собрание московского купечества и дворянства по случаю приезда в древнюю столицу императора, состоявшееся в Слободском дворце 15 июля 1812 года. Представители благородного и купеческого сословий были размещены в разных залах. Многие современники после с восторгом вспоминали это событие, считая его вершиной проявления русского патриотизма. Вот, как описывал поведение московских купцов Ростопчин:

…Я был поражен тем впечатлением, которое произвело чтение манифеста. Сначала обнаружился гнев; но когда Шишков дошел до того места, где говорится, что враг идет с лестью на устах, но с цепями в руке — тогда негодование прорвалось наружу и достигло своего апогея: присутствующие ударяли себя по голове, рвали на себе волосы, ломали руки, видно было, как слезы ярости текли по этим лицам, напоминающим лица древних. Я видел человека, скрежетавшего зубами. За шумом не слышно было, что говорили эти люди, но то были угрозы, крики ярости, стоны. Это было единственное, в своем роде, зрелище, потому что русский человек выражал свои чувства свободно и, забывая, что он раб, приходил в негодование, когда ему угрожали цепями, которые готовил чужеземец, и предпочитал смерть позору быть побежденным.

Другой участник собрания, Сергей Николаевич Глинка, вспоминал: «Жалостью сердечной закипели души русского купечества. Казалось, что в каждом гражданине воскрес дух Минина. Гремел общий голос: „Государь! Возьми все — и имущество, и жизнь нашу!“ Вслед за удалявшимся государем летели те же клики и души ревностных граждан».

Было предложено выставить одного ратника с десяти душ, обеспеченного продовольствием на три месяца. Богатейшие дворяне: граф Дмитриев-Мамонов и граф Салтыков выступили с инициативой сформировать два казачьих полка за свой счёт и из своих крестьян. Помещики Демидов и князь Гагарин взяли на финансирование формирующиеся 1-й егерский и 2-й пехотный полки. Результаты собрания превзошли ожидания. Дворяне были готовы выставить 32 000 ополченцев, а купцы собрали 2 400 000 рублей. Поэтому царь высоко оценил работу московского главнокомандующего Ростопчина, пожаловав ему эполеты с собственным вензелем.

16 июля московские дворяне вновь собрались, теперь для избрания командующего ополчением. Результаты голосования были следующие: из 490 депутатов за Кутузова проголосовали 243, за Ростопчина — 225, Гудовича — 198, Моркова — 58, Татищева — 37, Толстого — 19 и Апраксина — 17. Максимум голосов собрал Кутузов, популярный в то время по всей России, но он 17 июля был избран командующим Петербургским ополчением, что исключало его из списка претендентов. Ростопчин также не мог замещать место командующего в связи с тем, что ранее уже был назначен начальником первого округа ополчений. Его предшественник, фельдмаршал Гудович не мог исполнять обязанности по старости. Поэтому командующим московской военной силой был назначен граф Ираклий Иванович Морков.

Обер-офицер, урядник и казак 1-го Пешего Казачьего полка Тульского ополчения.

Высочайшим манифестом от 18 июля 1812 года для организации ополчения назначались 17 губерний, разделённых на три округа: первый — для защиты Москвы, начальником которого был назначен Ростопчин, второй — для охраны Санкт-Петербурга и третий резервный. В московский округ, кроме непосредственно Москвы и Московской губернии входили ещё Тверская, Ярославская, Владимирская, Рязанская, Тульская, Калужская и Смоленская губернии.

Московская губерния в июле-сентябре дала наибольшее по России ополчение — около 28 000, против 12—15 тысяч в сопредельных губерниях, и это при том, что помещичьих крестьян в ней (305 248) было меньше чем в Тверской (332 656), Владимирской (312 935), Рязанской (353 225), Тульской (400 812), Калужской (318 353) и Смоленской (373 277).

Пропагандистская деятельность Ростопчина немало способствовала патриотическому подъёму среди москвичей, что позволило столичной губернии выставить максимальное по России земское войско. Ополчение Московской губернии было собрано всего за месяц, и к 26 августа его формирование практически завершилось, хотя и продолжалось до 30 августа, когда 5 уездов губернии перешли под управление военного командования. 18 августа в Рузе, Можайске и Верее, то есть городах непосредственно приближенных к месту будущего генерального сражения, находилось восемь пехотных и три егерских полка, общей численностью 24 709 ратника, а ко дню сражения около 28 тысяч. На 20 августа по Московской губернии в недоборе числились до 2200 ополченцев, то есть не более 8% от предполагаемого количества.

10 августа граф Морков вступил в командование московской военной силой. На следующий день три полка выступили к Можайску. 14 августа Ростопчин рассчитывал направить туда уже 16 000 ратников. Уже к 26 августа в распоряжение русской армии поступило около 25 тысяч ополченцев, не менее 19 тысяч из которых приняли непосредственное участие в Бородинском сражении. Московское ополчение было вооружено практически всем исправным огнестрельным оружием (около 30% личного состава), имевшимся в городском арсенале.

Многие ополченцы геройски проявили себя при Бородине. Подполковник Рославлев со своим батальоном 2-го егерского полка несколько раз отражал нападения неприятеля и был ранен осколком ядра; камер-юнкер Баранов, капитаны Лулудака и князь Волконский, подполковник Караулов и ещё ряд офицеров ополчения названы достойными подражания за беспримерную храбрость в сражении. Образец мужества показали майор Корсаков, подпоручик Дуров. Не меньше отличились и рядовые ратники: Анисим Антонов, Кондрат Иванов, Савелий Кириллов и многие другие неизвестные герои.

В момент оставления войсками древней российской столицы ополчения соседних губерний уже были на пути к ней. Если бы русская армия отступила к Москве хотя бы на неделю позже, то она была бы значительно усилена людьми.

Петербургское народное ополчение[править | править вики-текст]

Торжественное возвращение С.-Петербургского ополчения на Исакиевскую площадь, где было воздано Богу благодарственное моление. Июня 12 дня 1814 г.

В Санкт-Петербурге первое (11-тысячное) ополчение было собрано в мае 1806 года. В боевых действиях оно участия не принимало, занималось охраной побережья Финского залива на случай нападения Наполеона на северную столицу и было распущено в мае 1809 года.

В июле—августе 1812 года в столице было организовано второе народное ополчение, в которое записались 16,5 тысяч человек, и среди них некоторые известные впоследствии писатели (М. Н. Загоскин, И. И. Лажечников и др.). Ополченцы или, как их тогда называли, «ратники» были распределены по 18 пехотным и 2 кавалерийским полкам. Петербургское ополчение было передано в распоряжение корпуса Витгенштейна, который защищал подходы к столице империи.

Петербургское ополчение ярко проявило себя при преследовании наполеоновских войск, в том числе при форсировании Березины и особенно при взятии Полоцка. Во время зарубежного похода русской армии принимало участие в осаде Данцига, Дрездена; многие ополченцы дошли и до Парижа. По возвращении в Санкт-Петербург в 1814 году ополчение было распущено; на месте его торжественной встречи жителями города воздвигнуты Нарвские триумфальные ворота.

Примечания[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

  • Народное ополчение в Отечественной войне 1812 года. Сб. док. Под ред. Л. Г. Бескровного. М., 1962
  • Апухтин В. Р. Народная военная сила. Дворянские ополчения в Отечественную войну. М., 1912.
  • Глинка С. Н. Записки о 1812 годе. Спб., 1836
  • Горностаев М. В. «Генерал-губернатор Москвы Ф. В. Ростопчин: страницы истории 1812 года»
  • Троицкий Н. А. Россия в XIX веке. Курс лекций. — М.: Высшая школа, 1997. — 431 с. — ISBN 5-06-003210-8.

Ссылки[править | править вики-текст]