Эта статья входит в число хороших статей

Золотая осень (картина Остроухова)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Ostroukhov Golden Autumn 1886 gtg.jpg
Илья Остроухов
Золотая осень. 1886
Холст, масло. 48,2 × 66,3 см
Государственная Третьяковская галерея, Москва
(инв. 1467)
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

«Золота́я о́сень»пейзаж русского художника Ильи Остроухова (1858—1929), написанный в 1886 году. Принадлежит Государственной Третьяковской галерее (инв. 1467). Размер — 48,2 × 66,3 см[1]. Замысел картины родился у Остроухова в 1885 году[2], когда он жил в усадьбе Абрамцево, а сюжет связан с видами, которые он наблюдал в приусадебном парке[3]. Как и некоторые другие картины Остроухова, «Золотая осень» может быть отнесена к «пейзажу настроения»[4][5].

Полотно «Золотая осень» было представлено на 15-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок («передвижников»), открывшейся в феврале 1887 года в Санкт-Петербурге. В том же году его приобрёл у автора коллекционер и меценат Павел Третьяков[1]. Пейзаж Остроухова получил хорошие оценки посетителей передвижной выставки[3], а также критиков, среди которых были Павел Ковалевский[6] и Владимир Стасов[7].

Художник и критик Александр Бенуа ставил картину «Золотая осень» в ряд произведений, являющихся «самыми близкими и по духу, и по времени предшественниками Левитана»[8]. Искусствовед Фаина Мальцева отмечала, что полотно Остроухова продемонстрировало «успехи в живописи и, главное, самостоятельность молодого пейзажиста»[9]. Обсуждая «Золотую осень», искусствовед Виталий Манин отмечал декоративность живописи, достигнутую «благодаря активному цвету», и то, что она «упрочена добросовестным описанием предметного ощущения, то есть чисто натурным подходом к теме»[10].

История[править | править код]

В. И. Суриков. Художник за мольбертом — И. С. Остроухов (бумага, акварель, графитный карандаш, 1884, ГТГ)[11]

Илья Остроухов систематического художественного образования не получил[12][13]. В 1880 году, решив заняться изобразительным искусством, он стал брать уроки у пейзажиста Александра Киселёва. В 1881—1882 годах Остроухов принимал участие в воскресных рисовальных вечерах у Ильи Репина, а затем, в 1882—1884 годах, обучался в Санкт-Петербурге в частной мастерской Павла Чистякова. В 1886 году Остроухов был воль­но­слу­ша­те­лем Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Помимо этого, он поль­зо­вал­ся со­ве­та­ми художников Василия По­ле­но­ва и Ивана Шиш­ки­на[12][14].

В 1874 году Остроухов познакомился с предпринимателем и меценатом Саввой Мамонтовым, а с 1880 года стал участвовать в деятельности Абрамцевского художественного кружка, созданного при подмосковной усадьбе Мамонтова[13][15]. С 1884 года картины Остроухова экспонировались на выставках Московского общества любителей художеств (МОЛХ)[16], а в 1886 году состоялся его дебют на выставках передвижников — на 14-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок (ТПХВ) экспонировался его пейзаж «Последний снег» (нынешнее местонахождение неизвестно)[9][17], также известный под названиями «Весна» и «Ранняя весна»[18][16].

Осень в Абрамцевском парке (холст, масло, 32 × 46 см, 1887, Абрамцево)[19]

Замысел картины «Золотая осень» относится к 1885 году[2]. В тот период Остроухов проводил много времени в усадьбе Абрамцево, владельцем которой был Савва Мамонтов. По-видимому, сюжет полотна связан с видами, которые художник наблюдал в приусадебном парке[3]. Именно там в 1885 году был написан этюд к будущей картине[2], а над самим полотном художник работал зимой 1885—1886 годов[20]. К серии осенних пейзажей Остроухова также относятся его более поздние работы — «Осень в Абрамцевском парке» (1887), «Вечер» (1887—1888) и «Поздняя осень» (1888)[13].

Картина «Золотая осень» была представлена на 15-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок[1][13], открывшейся в Санкт-Петербурге 25 февраля 1887 года, а в апреле того же года переехавшей в Москву[21][22]. Поскольку в то время Остроухов ещё не был полноправным членом ТПХВ, его картина, как и произведения других экспонентов, должна была пройти через конкурсный отбор. Сам художник скептически относился к вероятности попадания «Золотой осени» на выставку — в письме к Виктору Васнецову он сообщал: «…я кончаю свою картину почти с уверенностью, что её не примут на Передвижную[,] и знаю даже мотивы почему: скажут, что она больше похожа на этюд, чем на картину. Всё же повезу её в Питер — что будет, то будет»[23]. Тем не менее пейзаж Остроухова был принят на выставку и получил хорошие оценки посетителей[3], а также критиков, среди которых были Павел Ковалевский[6] и Владимир Стасов[7].

В том же году картина была приобретена у автора Павлом Третьяковым[1][24]. По словам искусствоведа Софьи Кудрявцевой, «для молодого живописца это было вдвойне важно — Третьяков и вместе с ним все ценители русского искусства признали в Остроухове подлинный талант и самобытность»[25].

Описание[править | править код]

На картине изображены клёны и другие деревья (липы и дубы), покрытые жёлтой осенней листвой[3][26]. Справа на переднем плане находятся два раскидистых дерева, через листву которых, «словно сквозь золотистую сетку», просвечивают более удалённые планы пейзажа[20]. Вверх, к веткам больших деревьев тянутся начинающие желтеть побеги. В левой части картины видна тропинка, за которой расположена «группа деревьев с корявыми стволами и большими кронами»[27]. Тёмные стволы деревьев написаны «весомо и материально», а яркие кленовые листья, тщательно выписанные художником, придают картине нарядный вид[20].

Сороки (деталь картины)

На тропинке находятся две сороки, чёрно-белое оперение которых выделяется на фоне цветов осеннего леса и подчёркивает пространственный эффект[3]. По мнению искусствоведа Виталия Манина, сороки представляют собой «бытовой» элемент, который «придаёт картине особую задушевность, характер интимного человеческого переживания»[10]. Изначально птиц на пейзаже не было, и они были внесены туда по предложению художника Валентина Серова, близкого друга Остроухова[3]. Есть даже предположение, что Серов написал птиц сам — оно основано на фразе из письма Серова к Остроухову от 18 декабря 1888 года, в котором тот, перечисляя свои произведения в галерее Третьякова, добавил: «нет! ещё сороки». В примечании к письму написано: «Видимо, Серов упоминает некоторые детали в картинах приятелей, которые он написал по их просьбе. Наверное, к таковым относятся и сороки в „Золотой осени“ Остроухова»[28].

Для того, чтобы сфокусировать внимание зрителя на сверкающем золотом лиственном уборе, Остроухов пользуется опытом импрессионистов («композиционная фрагментарность»), а также собственной фотографической практикой («стоп-кадровая остановка мгновения»). Лиственный убор главенствует в композиции и превращается в «метафору календарной поры»: опадающие жёлтые листья символизируют движение времени — переход от цветущей красоты к угасающему блеску, «неизбежность конца праздника»[29].

Цветовая гамма картины насыщена жёлто-оранжевыми тонами с усиленной огненностью красок[29] — «живопись жёлтым по жёлтому трудна, но Остроухов тонко нюансирует желтизну световыми оттенками»[10]. В центральной части картины лиственный убор «„пылает“ всеми золотистыми и багряными оттенками», но по мере приближения к краям полотна он ослабевает и блёкнет, становится более холодным[29].

Как и некоторые другие картины Остроухова, «Золотая осень» может быть отнесена к «пейзажу настроения», наиболее известными представителями которого в русской живописи были Исаак Левитан и Алексей Саврасов[4][5].

Этюды[править | править код]

Золотая осень (этюд, холст, масло, 34 × 47,7 см, 1885)

В каталоге Государственной Третьяковской галереи упоминается написанный в 1885 году этюд для картины «Золотая осень», под названием «Осень», который хранится в Национальном художественном музее Белоруссии[1]. В более ранней литературе есть информация об этюде «Золотая осень», или «Осень» (холст, масло, 34 × 47,7 см, 1885)[30][31], из собрания Д. Я. Черкеса (Москва)[32][33]. Изображение, представленное на этюде, соответствует правой и средней частям картины. По словам Юрия Русакова, «этюд привлекает своей непосредственностью и свежестью»; по сравнению с картиной, «всё здесь как бы приближено к зрителю и написано шире, свободнее»[27].

Также встречаются упоминания других этюдов Остроухова — «Золотая осень» (холст, масло, 1885, из собрания Н. М. Молевой, Москва)[33] и «Этюд осени» (холст, масло, 1886, из архива РГАЛИ)[34].

Отзывы и критика[править | править код]

В статье «Выставка передвижников», опубликованной в номере «Новостей и Биржевой газеты» от 1 марта 1887 года, критик Владимир Стасов дал оценку ряду представленных на выставке пейзажей. В частности, он писал, что «у экспонентов Первухина и Остроухова также выставлены были очень милые этюды: „Золотая осень“ и „Осень на исходе“»[7].

Картина «Золотая осень» в ГТГ

В обзоре, опубликованном в апреле 1887 года в журнале «Русская мысль», писатель Павел Ковалевский, обсуждая важность правильного выбора колорита картины, писал: «Как прелестна в этом отношении „Золотая осень“ г. Остроухова! В ней золото листьев клёна — действительно золото, и весь золотой мотив этюда горит красками действительно золотой осенней рощи»[6].

В книге «История русской живописи в XIX веке», первое издание которой вышло в свет в 1902 году, художник и критик Александр Бенуа писал: «В 1887 году в первый раз обратил на себя серьёзное внимание Остроухов своими замечательными картинами „Золотая осень“ и „Весна“, являющимися самыми близкими и по духу, и по времени предшественниками Левитана»[8].

По мнению искусствоведа Фаины Мальцевой, созданное в 1886 году полотно «Золотая осень» продемонстрировало «успехи в живописи и, главное, самостоятельность молодого пейзажиста»[9]. По словам Мальцевой, в основе картины Остроухова «много пристального наблюдения натуры»[20], в этом произведении художнику удалось передать «ощущение света, воздуха и пространства, заполненного в основном раскинувшимися кронами пожелтевших осенних клёнов»[9]. В то же время Мальцева отмечала, что пейзажу Остроухова «свойственна ещё некоторая разобщённость, которая вредит цельности художественного образа»[20].

Искусствовед Юрий Русаков называл «Золотую осень» одним из наиболее значительных произведений Остроухова 1880-х годов[35]. По словам Русакова, изображённый на картине пейзаж представляет собой «целостный образ осеннего леса»: он «согрет большим горячим чувством художника», а «в зелёной траве и золотой чаще деревьев есть дыхание жизни»[27].

По мнению искусствоведа Виталия Манина, такие картины Остроухова, как «Золотая осень» и «Первая зелень», «говорят о чуткости художника к дыханию природы». Манин отмечал ощущение естественности «Золотой осени», возникающее за счёт кажущейся случайности вида, запечатлённого на полотне. Обсуждая «Золотую осень», Манин также писал о декоративности живописи, достигнутой «благодаря активному цвету», и о том, что она «упрочена добросовестным описанием предметного ощущения, то есть чисто натурным подходом к теме»[10].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 2, 2006, с. 31.
  2. 1 2 3 С. В. Кудрявцева, 1982, с. 19.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 Е. Н. Евстратова, 2013, с. 336.
  4. 1 2 Энциклопедия «Искусство», т. 3, 2007, с. 188—190.
  5. 1 2 М. И. Ткач, 2002, с. 262.
  6. 1 2 3 П. М. Ковалевский, 1887.
  7. 1 2 3 В. В. Стасов, 1950, с. 227.
  8. 1 2 А. Н. Бенуа, 1995, с. 324.
  9. 1 2 3 4 Ф. С. Мальцева, 1968, с. 146.
  10. 1 2 3 4 В. С. Манин, 2012, с. 306.
  11. Н. Ю. Семёнова, 2020.
  12. 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 2, 2006, с. 30.
  13. 1 2 3 4 Е. А. Царёва, 2008, с. 460.
  14. С. М. Грачёва. Остроухов Илья Семёнович (HTML). Большая российская энциклопедия — bigenc.ru. Дата обращения 12 января 2020. Архивировано 12 января 2020 года.
  15. Д. А. Перова, 2011, с. 23.
  16. 1 2 Т. А. Рымшина, 2001, с. 344.
  17. Ф. С. Мальцева, 2001, с. 31.
  18. Т. А. Рымшина, 2001, с. 54.
  19. Т. А. Рымшина, 2001, с. 370.
  20. 1 2 3 4 5 Ф. С. Мальцева, 2001, с. 32.
  21. Ф. С. Рогинская, 1989, с. 251.
  22. Ф. С. Рогинская, 1989, с. 419.
  23. Т. А. Рымшина, 2001, с. 64.
  24. С. В. Кудрявцева, 1982, с. 18.
  25. С. В. Кудрявцева, 1982, с. 18—19.
  26. Т. А. Рымшина, 2001, с. 66—67.
  27. 1 2 3 Ю. А. Русаков, 1962, с. 11.
  28. Серов в переписке и пр., т. 1, 1985, с. 126—127.
  29. 1 2 3 Т. А. Рымшина, 2001, с. 67.
  30. Ю. А. Русаков, 1962, с. 11—13.
  31. Т. А. Рымшина, 2001, с. 256—257.
  32. Т. А. Рымшина, 2001, с. 256.
  33. 1 2 Т. А. Рымшина, 2001, с. 363.
  34. Т. А. Рымшина, 2001, с. 365—366.
  35. Ю. А. Русаков, 1962, с. 10.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]