Иларион (Троицкий)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
В Википедии существуют статьи о других людях с именем Иларион и фамилией Троицкий.
Архиепископ Иларион
Архиепископ Иларион
Епископ Иларион (Троицкий) в ссылке в Архангельске. 20 марта 1923
Архиепископ Верейский,
викарий Московской епархии
25 мая 1920 — 28 декабря 1929
Предшественник Сильвестр (Братановский)
Преемник Евгений (Решетников)

Имя при рождении Владимир Алексеевич Троицкий
Рождение 13 (25) сентября 1886
село Липицы, Каширский уезд, Тульская губерния
Смерть 28 декабря 1929(1929-12-28) (43 года)
Похоронен
Принятие священного сана 2 июня 1913
Принятие монашества 28 марта 1913
Епископская хиротония 25 мая 1920
Логотип Викитеки Произведения в Викитеке
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

Архиепи́скоп Иларио́н (в миру Влади́мир Алексе́евич Тро́ицкий; 13 (25) сентября 1886, село Липицы, Каширский уезд, Тульская губерния, ныне Серпуховского района Московской области — 28 декабря 1929, Ленинград) — епископ Русской православной церкви, архиепископ Верейский, богослов, проповедник, духовный писатель.

Прославлен в лике святых Русской православной церкви в 1999 году.

Биография[править | править код]

Родился 13 (25) сентября 1886 года в селе Липицы Каширского уезда Тульской губернии (ныне Серпуховского района Московской области) в семье священника[1].

Рано изучил церковнославянский язык, в возрасте пяти лет уже читал в храме часы и шестопсалмие.

В одном из своих сочинений в самых тёплых словах рассказывает о своей родине:

С детства привык я <…> видеть такую именно картину на своей родине, на берегах родной Оки. Выйдешь у нас в Липицах на горку позади села, посмотришь на долину Оки, — вёрст на сорок видно вдаль. Только в ближайших деревнях своего и соседнего прихода разбираешь отдельные дома, а дальше заметны лишь здания Божиих храмов: красная тешиловская церковь, белая церковь в Лужках, в Пущине, в Тульчине, а на горизонте в тумане высятся каширские колокольни… Приедешь, бывало, домой на Пасху. Выйдешь к реке… И слышишь по воде со всех сторон радостный пасхальный трезвон во славу Христа Воскресшего: и с нашего тульского берега, и с московского несётся звон, будто две церкви, две епархии сливаются в одном торжественном гимне. Ярко и ласково светит весеннее солнышко, шумно бегут по канавам мутные потоки, важно расхаживают по земле грачи, вся земля будто проснулась и начала дышать, зеленеет уже травка. Оживает природа, и смиренный народ справляет праздник Воскресения. Слышишь, бывало, как несётся над рекой пасхальный звон, — будто волны новой жизни вливаются в душу, слёзы навёртываются на глазах. Долго и молча стоишь зачарованный[2].

Окончил Тульское духовное училище (1900), Тульскую духовную семинарию (1906)[1] и Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия за сочинение «История догмата о Церкви» (1910). Был лучшим по успеваемости студентом за последние 50 лет существования академии[3]. За время учёбы был удостоен премии митрополита Московского Макария за лучшее семестровое сочинение и премии митрополита Московского Иосифа за лучшую кандидатскую работу. С августа 1910 по август 1911 года — профессорский стипендиат Московской духовной академии.

С августа 1911 года преподавал в академии Священное Писание Нового Завета. В декабре 1912 года защитил диссертацию на степень магистра богословия по теме «Очерки из истории догмата о Церкви»[1], которая была удостоена Макарьевской премии за 1912—1913 годы. В январе 1913 года был утверждён в должности доцента; 28 марта 1913 года пострижен в монашество с именем Иларион; с 11 апреля — иеродиакон, со 2 июня — иеромонах, с 5 июля — архимандрит. С декабря 1913 года — экстраординарный профессор по 1-й кафедре Священного Писания Нового Завета Московской духовной академии. С мая 1913-го — инспектор академии, в мае — сентябре 1917 года — исполняющий обязанности ректора академии.

Награждён орденом Святой Анны II степени (1915), делегат Всероссийского съезда учёного монашества (1917).

Основные богословские работы посвящены учению о Церкви. Концепция Церкви, предложенная святителем, опирается на Священное Писание и учение святых отцов, причём святоотеческие представления пережиты им изнутри. В большинстве его сочинений можно проследить развитие мысли о Церкви как «союзе любви», как организме, мистическом Теле, члены которого объединены общей благодатной жизнью, имя которой — любовь. Считал, что Запад отпал от Церкви, что на Западе с 1054 года нет Церкви, а отпадение от Церкви означало отпадение от Христа — главы Церкви — и от христианства вообще. Единственной святой, соборной и апостольской церковью является православная церковь, вне которой таинства недействительны. Был убеждённым славянофилом и антизападником. Упрекал русскую интеллигенцию в отрыве от Церкви и русских корней благодаря насаждению западноевропейских культуры, образования и воспитания с петровских времён. Критиковал схоластику и призывал к очищению богословия от западного влияния: «На борьбу с этим-то вредным латинско-немецким засильем и его печальными плодами в нашем богословии я и считаю своим нравственным долгом вас призвать в эту грозную годину отечественной освободительной войны. Борьба уже началась»[4].

Участие в Поместном соборе[править | править код]

Был активным сторонником возрождения патриаршества. В октябре 1917 года в лекции в Московской духовной академии говорил: «Теперь наступает такое время, что венец патриарший будет венцом не „царским“, а скорее, венцом мученика и исповедника, которому предстоит самоотверженно руководить кораблём Церкви в его плавании по бурным волнам моря житейского».

Был членом Поместного собора 1917—1918 годов, членом II, X, XII, XIX, XXIII отделов[5], докладчиком отдела о высшем церковном управлении (ВЦУ), заслужил благодарность от имени Собора за деятельность в качестве докладчика отдела о ВЦУ[6]. 23 октября произнёс яркую речь в защиту идеи о восстановлении патриаршества. В её основу он положил своё убеждение в том, что «патриаршество есть основной закон высшего управления каждой поместной церкви», и что «если мы не хотим порывать с вековым церковным преданием, мы не имеем права отвергнуть патриаршество». В завершение сказал: «Есть в Иерусалиме „стена плача“… В Москве, в Успенском соборе, также есть русская стена плача — пустое патриаршее место. Двести лет приходят сюда православные русские люди и плачут горькими слезами о погубленной Петром церковной свободе и былой церковной славе. Какое будет горе, если и впредь навеки останется эта наша русская стена плача! Да не будет!…». Выступление архимандрита Илариона сыграло значительную роль в принятии Собором решения о восстановлении патриаршества. Протоиерей Владислав Цыпин писал об этом выступлении как о «прославленном» и «хрестоматийном»[7].

Ближайший помощник патриарха[править | править код]

После избрания патриарха Тихона стал его секретарём и главным консультантом по богословским вопросам. Одновременно продолжил исполнять обязанности инспектора (эта должность получила название «проректор» академии), официально освобождён от этой должности в 1920 году. Регулярные занятия в академии прекратились в 1919 году, но преподаватели, в том числе и архимандрит Иларион, читали лекции и позднее.

Вопрос об архиерейском рукоположении архимандрита Илариона встал ещё в 1918 году, когда отцу Илариону было 32 года. 1 апреля 1918 года епископ Орловский и Севский Серафим (Остроумов) в своём рапорте Священному синоду просил организовать викарную Брянскую кафедру и предлагал архимандрита Илариона сделать епископом-викарием своей епархии с титулом «Брянский и Мценский», однако эти планы не осуществились[8].

Весной 1919 года в течение приблизительно трёх месяцев находился в заключении в Бутырской тюрьме. Своим близким писал из тюрьмы: «В камере собралось у нас три профессора. Читаем время от времени лекции; прошли курс стенографии. Прямо считаю нужным сказать, что эти два месяца прожил я не без пользы, и даже интереснее, чем жил вне тюрьмы»[9].

В апреле — мае 1920 года назначен настоятелем Сретенского монастыря[10]. 25 мая 1920 года хиротонисан во епископа Верейского, викария Московской епархии. Хиротонию возглавил патриарх Тихон. В речи при наречении во епископа сказал: «Церковь Божия стоит непоколебимо, лишь украшенная, яко багряницею и виссоном, кровьями новых мучеников. Что мы знали из церковной истории, о чём читали у древних, то ныне видим своими глазами: Церковь побеждает, когда ей вредят… Силы государства направились против Церкви, и наша Церковь дала больше мучеников и исповедников, нежели предателей и изменников».

Несмотря на многочисленные поручения, которые ему приходилось выполнять как помощнику патриарха Тихона, епископ Иларион часто служил в храмах Верейского уезда[11].

22 марта 1922 года был арестован, в июне выслан в Архангельск на год. В 1923 году вернулся из ссылки, возведён в сан архиепископа.

Вёл переговоры от имени церкви с представителями государства, добиваясь смягчения его политики в отношении религии. Когда началось массовое возвращение в церковь обновленцев, благодаря именно святителю Илариону церковная жизнь в Москве была налажена в кратчайший срок. Он разработал чин покаяния и сам принял исповедь сотен обновленцев — священников и мирян. Участвовал в публичных диспутах с атеистами.

Соловецкий узник[править | править код]

Активная деятельность владыки вызвала недовольство большевиков. Осенью 1923 года был арестован, приговорён к трём годам лагерей. 1 января 1924 года был привезён на пересыльный пункт на Поповом острове, а в июне отправлен в Соловецкий лагерь особого назначения. На берегу залива Белого моря он работал сетевязальщиком и рыбаком; был лесником, живя в Варваринской часовне; как сторож жил в Филипповской пустыни. В лагере святителя не оставляли бодрость и духовная радость. Находясь на Соловках, он сохранил в себе все те добрые качества души, которые он приобрёл посредством подвигов и до монашества, и в монашестве, и в священстве. Те, кто в это время находились вместе с ним, являлись свидетелями его полного монашеского нестяжания, глубокой простоты, подлинного смирения, детской кротости. Он просто отдавал всё, что имел, что у него просили.

Автор книги «Неугасимая лампада» Борис Ширяев, также бывший соловецким узником, вспоминал: «Силе, исходившей от всегда спокойного, молчаливого владыки Илариона, не могли противостоять и сами тюремщики: в разговоре с ним они никогда не позволяли себе непристойных шуток, столь распространённых на Соловках, где не только чекисты-охранники, но и большинство уголовников считали какой-то необходимостью то злобно, то с грубым добродушием поиздеваться над „опиумом“. Нередко охранники, как бы невзначай, называли его владыкой. Обычно — официальным термином „заключённый“. Кличкой „опиум“, попом или товарищем — никогда, никто».

По словам ещё одного узника, священника Павла Чехранова, «в лагере владыка пользовался великим почётом. Многие видели в нём духовного отца; а в отношении душ, уже отравленных неверием, он был миссионером. Авторитет святителя был так высок, что вскоре сведения о его лагерной деятельности дошли до эмиграции. И благодаря, в частности, ему Соловецкий лагерь в 20-х годах был своеобразным духовным очагом, возле которого многие нашли спасение».

В 1925 году был временно переведён в ярославскую тюрьму, где власти убеждали его в обмен на свободу примкнуть к одному из лояльных большевикам церковных направлений — григорианству — но безрезультатно (владыка безусловно считал приверженцев этого течения раскольниками). Более того, сообщил другим заключённым об этом предложении. За «разглашение» данной информации был приговорён к новому трёхгодичному сроку заключения и отправлен обратно на Соловки.

Являлся одним из авторов так называемой «Памятной записки соловецких епископов» (27 мая/9 июня 1926 года), выразившей волю группы заключённых архиереев. «Записка» имела целью разработать основы для сосуществования Церкви и государственной власти в тех условиях, когда их духовные принципы противоположны, несовместимы; она продолжала линию церковной политики, которую вёл патриарх Тихон. Составители «Записки» заявили о систематических гонениях на Церковь в Советском Союзе и обличили неправду обновленчества. Они призвали к последовательному проведению в жизнь закона об отделении Церкви от государства; речь шла, в сущности, о желании Церкви действовать без опеки государственных чиновников.

Отрицательно отнёсся к «Декларации» заместителя патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), однако последовательного отстаивал необходимость сохранения молитвенно-канонического единства с ним[12]:

всем отделяющимся, я до крайней степени не сочувствую. Считаю их дело совершенно неосновательным, вздорным и крайне вредным. Не напрасно каноны 13—15 Двукр. Собора определяют черту, после которой отделение даже похвально, а до этой черты отделение есть церковное преступление. А по условиям текущего момента преступление весьма тяжкое. То или другое административное распоряжение, хотя и явно ошибочное, вовсе не есть «казус белли». Точно так же и все касающееся внешнего права Церкви (то есть касающееся отношения к государственной политике и под.) никогда не должно быть предметом раздора. Я ровно ничего не вижу в действиях митр. Сергия и Синода его, чтобы превосходило меру снисхождения или терпения. Ну, а возьмите деятельность, хотя бы Синода с 1721 по 1917 г. Там, пожалуй, было больше сомнительного, и, однако ведь, не отделялись.

Осенью 1929 года его вновь осудили — к трём годам ссылки в Среднюю Азию.

Смерть, похороны[править | править код]

Был отправлен в Среднюю Азию по этапу — от одной пересыльной тюрьмы к другой. В дороге заразился сыпным тифом, вспыхнувшим среди заключённых. Без вещей (в пути его обокрали), в одном рубище, кишащем насекомыми, в горячке его привезли в Ленинград и поместили в тюрьму. Через день тяжело больной владыка был отправлен в больницу (куда был вынужден идти пешком), где скончался через несколько дней. В бреду говорил: «Вот теперь я совсем свободен!» Врач, присутствовавший при его кончине, был свидетелем того, как владыка благодарил Бога, радуясь близкой встрече с Ним.

Ленинградский митрополит Серафим (Чичагов) добился у властей разрешения похоронить святителя в соответствии с его саном. Когда ближайшие родственники и друзья увидели его тело, святителя с трудом узнали: годы лагерей и тюрем превратили молодого, цветущего человека в седого старика. Похоронен священномученик был в Ленинграде на Новодевичьем кладбище Воскресенского Новодевичьего монастыря у Московской заставы, в 1990-е годы его могила была местом почитания.

Канонизация и почитание[править | править код]

При подготовке канонизации новомучеников и исповедников, совершённой РПЦЗ в 1981 году, его имя было в несено в черновой список поимённый новомучеников исповедников российских. При издании поимённого списка новомучеников и исповедников РПЦЗ в конце 1990-х годов имя епископа Илариона не было включено в него наряду с именами других архиереев из числа сторонников митрополита Сергия[13].

8 апреля 1998 года Священный синод Русской православной церкви одобрил доклад председателя Синодальной комиссии по канонизации святых митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия и постановил передать на решение очередного Архиерейского собора вопрос о канонизации архиепископа Илариона (Троицкого)[14]. 24 июля 1998 года честные останки Илариона были обретены и помещены в Казанскую церковь Воскресенского Новодевичьего монастыря[15].

10 мая 1999 года в Сретенском монастыре патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершил его прославление в лике местночтимых святых. Накануне честные останки архиепископа Илариона были перевезены из Петербурга и помещены в соборный храм Сретенского монастыря.

Владыка Иларион причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском соборе Русской православной церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Прославление священномученика Илариона продолжалось и за пределами России. 14 января 2006 года в Германии собиралась группа верующих, которые служили литургию в честь священномученика Илариона. Из этой группы образовался настоящий приход, который решением Священного синода Русской православной церкви от 21 августа 2007 года был включён в Берлинско-Германскую епархию[16]. Первый настоятель этого прихода — иеромонах Серафим (Стандхардт), а первая староста — София Хейнзе, дальняя родственница священномученика Илариона[17]. В 2007 году было куплено здание, в котором построили первую церковь в честь Илариона.

В Южно-Сахалинске есть улица имени священномученика Илариона[18].

Труды[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 Иларион / свящ. Алексей Шеберг // Излучение плазмы — Исламский фронт спасения. — М. : Большая российская энциклопедия, 2008. — С. 94. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 11). — ISBN 978-5-85270-342-2.
  2. Дата и место рождения священномученика Илариона Верейского Архивная копия от 8 марта 2016 на Wayback Machine — Sazonow.Ru — Библиотека Дмитрия Сазонова.
  3. Митрополит Сергий (Страгородский). Штрихи к портрету. Дата обращения: 11 февраля 2013. Архивировано 15 февраля 2013 года.
  4. Священномученик Иларион Троицкий. Преображение души. — М.: Ин-т рус. цивилизации, 2012. Архивная копия от 6 марта 2016 на Wayback Machine
  5. Документы Священного Собора Православной Российской Церкви 1917—1918 годов. Т. 27. Члены и делопроизводители Собора: биобиблиографический словарь / отв. ред. С. В. Чертков. — М.: Изд-во Новоспасского монастыря, 2020. — 664 с. — ISBN 978-5-87389-097-2.
  6. Деяния Собора 1917—1918 гг. — Т. 5. — С. 117; Т. 6. Кн. VI: Деяния LXVI-LXXVII. — С. 141, 246, 261.
  7. Цыпин Владислав, протоиерей. Русская Церковь: 1917—1925. — М.: Изд-во Сретенского монастыря, 1996. — С. 40.
  8. Дмитрий Сафонов. Архиерейское служение священномученика Илариона (Троицкого) в 1920 — первой половине 1923 гг. Архивная копия от 22 октября 2012 на Wayback Machine Православие.Ru.
  9. Житие священномученика Илариона (Троицкого), архиепископа Верейского. — Тверь: Булат, 2002. — С. 28.
  10. Иеромонах Иоанн (Лудищев). Сретенский монастырь в 1920 году. Архивная копия от 25 марта 2019 на Wayback Machine
  11. Подвижник на прицеле // Фома : журнал. — Октябрь 2012. — С. 34—35.
  12. Об авторстве одного письма, приписываемого священномученику Илариону Архивная копия от 7 марта 2016 на Wayback Machine. Pravoslavie.Ru
  13. Кострюков А. А. Первоначальный список новомучеников, подготовленный Русской Зарубежной Церковью для канонизации 1981 года Архивная копия от 21 апреля 2021 на Wayback Machine // Церковь и время. 2020. — № 2 (91). — С. 51—116.
  14. Очередное заседание Священного Синода Архивная копия от 6 августа 2016 на Wayback Machine. Русская Православная Церковь
  15. Православная энциклопедия, 2009.
  16. См. Журналы заседания Св. синода РПЦ от 21 августа 2007, журнал 63.
  17. Дар «Русского Дома» Архивная копия от 12 октября 2012 на Wayback Machine // Русский дом : журнал.
  18. Улица священномученика Иллариона Троицкого на Яндекс.Картах. yandex.ru. Дата обращения: 24 июля 2021. Архивировано 24 июля 2021 года.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]