Интерпретативная теория перевода

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Интерпретативная теория перевода (ИТП) [1] - это одна из концепций в области переводоведения. Она была создана в 1970-х французским переводоведом и бывшим директором Высшей Парижской школы перевода Даницей Селескович (EcoleSupérieured’Interprètes et deTraducteurs (ESIT), UniversitéParis 3 - SorbonneNouvelle). Селескович [2] работала устным переводчиком и оспаривала господствующее в то время мнение, что перевод - не более чем языковая деятельность, при которой один язык лишь перекодируется в другой. Она описывала перевод как трехчастный процесс: переход от одного языка к смыслу и от смысла к другому языку. Селескович ввела название «интерпретативная теория перевода» и, еще до того, как переводоведение стало самостоятельной дисциплиной, включила процесс перевода в обширную область когнитивных исследований. Для того, чтобы подтвердить полученные на практике наблюдения, Селескович принялась за написание докторской дисертации. Вскоре в Высшей школе переводчиков к ней присоединилась группа заинтересованных в исследовании устных переводчиков.

Основные принципы[править | править код]

Согласно ИТП, процесс перевода делится на три этапа: понимание, девербализация и перевыражение. При этом, среди данных этапов огромное значение приобретает процесс девербализации. Изначально ИТП была разработана на основе эмпирической практики и наблюдения за процессом перевода. Устный перевод  поддается детальному изучению когнитивного процесса перевода лучше чем письменный. Устная речь исчезает, ее звуки быстро пропадают, но остается смысл. Формулировки переводчиков на другом языке ясно демонстрируют, что смысл это последствие понимания, которое состоит из двух элементов: контекстных значений языка и когнитивных дополнений. Таким образом разработка ИТП началась с изучения устного перевода, при котором пристальное внимание уделялось пониманию. Однако, вскоре практикующие переводчики и переводоведы признали справедливость данной теории в отношении письменного перевода и расширили область исследования до изучения прагматических, технических, а также художественных текстов. [3] ИТП находит объяснение процессу понимания, основываясь на принципах ассимиляции и аккомодации по Пиаже, согласно которому, чтобы понять мы интегрируем новую информацию в предыдущее знание и это знание подстраивается к новой ситуации. Понимание означает добавление экстралингвистических знаний языковым знакам.При этом, новая информация постоянно обогащает экстралингвистические знания.  Позже этот факт был отмечен при исследовании процессапонимания в психологии и философии языка[4]. ИТП признает тот факт, что смысл не содержится в любом языке или тексте как данное, но возникает благодаря сигналам, которые подает язык письменного текста или устная речь в совокупности с когнитивным вкладом потенциального читателя или слушателя. Позже различные ученые подтвердили эту точку зрения. Sperber, D. & D. Wilson, Relevance – Communication and Cognition, Oxford: Basil Blackwell, 1986. Fauconnier, G. & M. Turner, The Way We Think - Conceptual Blending and the Mind’s Hidden complexities, Basic Books, 2002. Hofstadter, D. & E.Sander, Surfaces and Essences –Analogy as the Fuel and Fire of Thinking, Basic Books, 2013. Так как проявление смысла зависит от когнитивного вклада отдельных читателей, слушателей или переводчиков, оно в некоторой степени индивидуально. Его глубина будет зависеть от знаний, восприятия мира и идеологии каждой отдельной личности.  Однако, зачастую смысл, который понимает каждый из участников коммуникации, совпадает, что позволяет ей состоятся. В процессе письменного перевода (то же самое верно и для устного), переводчики, действуя в качестве посредников между авторами, которые хотят общаться и читателями, которые хотят их понять, работают в вышеназванной области совпадения. Читатели перевода привносят свой собственный когнитивный вклад в переведенный текст.  Интерпретация переводчика позволяет им понять текст либо поверхностно, либо глубоко, также как и читателям оригинала. Как и читатели оригинала, они могут дать тексту собственные интерпретации, но эти интерпретации наслаиваются на смысл и их нельзя с ним путать. Полисемия, двусмысленность, так часто упоминаемая в переводоведении, появляется в устной и письменной речи, только если она использована автором сознательно.  ИТП всегда настаивала, что, хотя большинство слов в языковых системах являются полисемичными, они теряют полисемю в конкретном контексте; это также истинно для двусмысленности в дискурсе, так как читатели привносят в текст необходимые релевантные экстралингвистические знания. Из всех различных возможных значений слова, только одно становится очевидным при использовании в тексте.  В то же время любая двусмысленность исключается, когда соответствующие знания соединяются с контекстными значениями слов, что выражается в ситуативном смысле. Это утверждение также было подтверждено различными исследователями.[5]

ИТП добавляет один дополнительный элемент (девербализацию) к пониманию и перевыражению (двум этапам перевода, которые чаще всего описываются исследователями): Большинство звуков или графических знаков исчезают как только приходит понимание.[6] Мы все испытываем девербализацию в ежедневном общении: мы можем держать в уме факты, понятия, события, переданные словами, но мы не сохраняем эти слова в памяти. ИТП обнаружила доказательство этому постулату в нейропсихологии, согласно которой язык и мысли находятся в разных областях мозга.[7] Предвосхищение смысла, которое часто имеет место при устном общении и устном переводе,[8] -это еще одно доказательство того, что в контексте и в ситуации полная словесная поддержка не всегда необходима для понимания.

Ясно заметную в устном переводе девербализацию тяжелее наблюдать в письменном переводе, так как оригинальный текст не исчезает, в отличие от звуков в устной речи. Графические знаки остаются на странице и требуют прямых соответствий в другом языке.  Девербализация - это естественная черта устной коммуникации, поэтому письменным переводчикам необходимо прилагать дополнительные усилия для ее достижения. Однако, когда графические знаки погружаются в контекст, переводчики интерпретируют их непосредственно в смысл.  Этот смысл остается в виде знания, в то время как знаки исчезают. Это позволяет переводчикам открыть в языке перевода способы выражения, у которых мало или вообще нет общего со знаками языка оригинала.[9]

В отношении этапа перевыражения в предыдущих исследованиях переводабыло сделано строгое разграничение между буквальным и свободным переводом, или буквализмом и воссозданием. Тем не менее, исследование ИТП в области корпусной лингвистики показало, что перевод это всегда комбинация слов-соответствий и смысловых эквивалентов. Первоначально,Селескович отмечала существование в устном переводе (позже также продемонстрированное для письменного перевода) двух переводческих стратегий: перевод с тщательно контролируемыми соответствиями нескольких языковых элементов между двумя языками, а также создание в контексте эквивалентов между речевыми или текстовыми сегментами. Из-за различий языков полностью буквальный перевод невозможен. Тем не менее, соответствия часто необходимы и тот факт, что соответствия и эквиваленты сосуществуют во всех продуктах перевода, вне зависимости от типа речи, может рассматриваться как универсальный закон переводческого поведения. Принимая во внимание «неопределенность языка»,[10] ИТП ссылается на «синекдохическую природу» языка и речи (часть для целого). Точные формулировки редко имеют смысл, если они не дополнены имплицитной частью, которая сознательно остается невысказанной авторами или говорящими, но понимается читателями и слушателями. Эксплицитный слой текстов представляет собой серию синекдох. Отдельно взятая языковая формулировка не раскрывает полный смысл, она только указывает на целое.[11] ТТак как языки отличаются не только в лексике и грамматике, но также в способах выражения мыслейих носителями, в любых двух языках сочетание эксплицитных и имплицитных частей не одинаково, хотя они могут обозначать одно и то же целое.  Тот факт, что язык недоопределен - это еще один элемент в поддержку девербализации. Это дает устным или письменным переводчикам значительную степень свободы и творчества в перевыражении подразумеваемых авторами и говорящими значений. Следовательно, ИТП это не просто абстрактная концепция. Она уходит корнями в практику. Практика обогащает теорию, которая, в свою очередь просвещает профессиональных устных и письменных переводчиков. Таким образом, они осознают, что и зачем делают.  Объясняя процесс устного и письменного перевода простыми словами, ИТП предназначена для практикующих переводчиков, а также особенно подходит для обучения.[12] С момента создания ИТП является основой обучения в парижской Высшей школе переводчиков,подготовившей множество устных и письменных переводчиков. Они продолжают применять принципы теории в повседневной работе. ИТП также привлекает аспирантов по всему миру, чьи исследования демонстрируют ее состоятельность для всех языковых пар и всех типов текстов. Главная цель ИТП - изучение перевода, но при этом она проливает свет на работы по языку и коммуникации.  Как комплексная модель перевода ИТП освещает различные этапы процесса перевода, включая ожидания и потребности читателей. Ряд других моделей [13] изучают процесс с определенных углов и добавляют некоторые детали к теории.  Однако никакая из них не доказывает несостоятельность ИТП, которая со временем расширилась до художественных и поэтических произведений,[14] до сурдоперевода и открыта для дальнейшего развития.

Литература[править | править код]

DELISLE, J., Translation: an Interpretive Approach, University of Ottawa Press (first published in French 1980) translation by Logan, E. & M. Creery, 1988.

DEJEAN le FEAL, K., “Simultaneous Interpretation with Training Wheels”, META, Vol.42.4, 1997: 616-21. DROZDALE-AMMOUR, E., “The Theory and practice of Training Translators”, Hommage à E.A. Nida, Presses de l’Université de Nijni-Novgorod, 1998.

DURIEUX C., Fondementdidactique de la traduction technique, Paris : Didier Erudition, 1988.

HENRY, J., La Traduction des jeux de mots. Paris : PSN, 2003.

HURTADO A., La notion de fidélité en traduction, Paris : Didier Erudition, 1990.

ISRAEL, F., “ Traductionlittéraire et théorie du sens ”, in LEDERER, M. (ed) : Etudes traductologiques, Paris : MinardLettresModernes, 1990 :29-44.

ISRAEL, F., “ La créativité en traduction, ou le texteréinventé ”, Raders, M. y Martin-Gaitero, R. (eds), IV EncuentrosComplutenses en torno a la traduccion, Madrid : Editorial Complutense, 1991 :105-117.

ISRAEL, F., « Principes pour unepédagogieraisonnée de la traduction : le modèleinterprétatif », Folia Translatologica, Vol. 6, ‘Issues of Translation Pedagogy’, 1999 : 21-32.

LAPLACE C., Théorie du langage et théorie de la traduction : les concepts clefs de trois auteurs, Kade (Leipzig), Coseriu (Tübingen), Seleskovitch (Paris), Paris : Didier Erudition, 1994.

LAVAULT E., Fonctions de la traduction en didactique des langues, Paris : Didier Erudition, 1985, 2° éd. 1998.

LEDERER, M. “Simultaneous Interpretation – Units of Meaning and Other Features”, Gerver, D. & H. W. Sinaiko (eds) Language Interpretation and Communication, New York: Plenum Press, 1978: 323-332.

LEDERER, M., La traductionsimultanée, expérience et théorie, Paris ;MinardLettresModernes, 1981.

LEDERER, M., “ The role of Cognitive Complements in Interpreting ”, BOWEN D. & M. (eds), Interpreting - Yesterday, Today, and Tomorrow, ATA Scholarly Monograph Series, Vol. IV, SUNY, 1990: 53-60.

LEDERER, M., Translation – The Interpretive Model, Manchester: St. Jerome (first published in French as La Traductionaujourd’hui – Le modèleinterprétatif, 1994), translation by N. Larché, 2003. Also translated in Korean 2001, Hungarian 2006, Russian 2010, Arabic 2012, Georgian 2013.

LEDERER, M. ,”Can Theory Help Interpreter and Translator Trainers and Trainees?”, The Interpreter and Translator Trainer, Vol.1.1., 2007:15-36.

PELAGE J., La traductionjuridique :problématique et solutions appliquées au passage des languesromanes au français, autoédition, 2001.

PLASSARD, F. Lire pour Traduire, Paris : PSN, 2007.

ROUX-FAUCARD, G. Poétique du récittraduit, Caen :MinardLettresModernes, 2008.

SALAMA-CARR M., La traduction à l’époqueabbasside -L'école de Hunayn Ibn Ishaq, Paris : Didier Erudition, 1990.

SELESKOVITCH, D., Langage, langues et mémoire, Introduction de Jean Monnet, Paris :MinardLettresModernes, 1975.

SELESKOVITCH, D., Interpreting for International Conferences – Problems of Language and Communication, Washington DC, Pen and Booth (first published in French as L’Interprètedans les conférencesinternationales –Problèmes de langage et de communication, 1968). Translation by Dailey, S. & E.N. McMillan, 1978. Also translated in Chinese 1979, German 1988, Serbian 1988, Korean 2002, Japanese 2009.

SELESKOVITCH, D. et LEDERER, M., Interpréter pour traduire, Paris : Didier Erudition, 1984. Fifth edition, Paris: Les Belles Lettres, 2014.Translated in Chinese 1990, Arabic 2009, Georgian 2009.

SELESKOVITCH, D. and LEDERER, M., A Systematic Approach to Teaching Interpretation, RID, Washington DC, (first published in French as Pédagogieraisonnée de l’interprétation, 1989. 2nd. augmented edition 2002). Translation by J. Harmer, 1995. Also translated in Chinese 2005, Serbian 2007.

Примечания[править | править код]

  1. See Handbook of Translation Studies, John Benjamins, 2010 and Routledge Encyclopedia of Interpreting Studies, 2015.
  2. Seleskovitch, D., [1968] 1978. See under Publications.
  3. См. нижеприведённые источники
  4. Riesbeck, C. K. & R. C. Schank. 1978, “Comprehension by Computer : Expectation-based Analysis of Sentences in Context” in Studies in the Perception of Language, ed. by Willem J.M. Levelt, and Giovanni B. Flores d’Arcais,.John Wiley & Sons, pp. 247-294. Searle, J. 1979. Expression and Meaning – Studies in the Theory of Speech Acts, Cambridge University Press. Le Ny, J.-F., 1989, Science cognitive et compréhension du langage, Paris : PUF.
  5. Winograd , T., Language as a Cognitive Process, Vol. 1 Syntax, London: Addison-Wesley, 1983 1983. Dehaene, S. Consciousness and the Brain –Deciphering how the Brain Codes our Thoughts, New York: Viking Press, 2009.
  6. Seleskovitch, D., 1968, 1975. Lederer, M., 1978, 1981.
  7. Barbizet, J., Etudes sur la mémoire, deuxième série, Paris : L’Expansion scientifique française, 1966. Weiskrantz L., (ed) Thought Without Language, London : Clarendon Press, 1988. Pinker, S., The Language Instinct – The New Science of Language and Mind, London: Penguin Books, 1994.
  8. Chernov, G.V., Inference and Anticipation in Simultaneous Interpreting, Amsterdam: John Benjamins, 2004.
  9. Delisle,J., 1980/1988, Israël, F., 1990, Plassard, F. 2007.
  10. Quine, W., Word and Object, MIT Press, 1960, Searle, J., Expression and Meaning – Studies in the Theory of Speech Acts, Cambridge University Press, 1979, Atlas, D. Logic, Meaning and Conversation – Semantical Underdeterminacy, Implicature and their Interface, Oxford University Press, 2005.
  11. Grice, P. “Logic and Conversation”. Cole P. & J. L. Morgan, Syntax and Semantics, Vol. III Speech Acts. New York: Academic Press, 1975: 41-58. Eco, U. Lector in Fabula, Milano: Bompiani, 1979. Sperber, D. & D. Wilson., Relevance – Communication and Cognition, Oxford: Basil Blackwell, 1986.
  12. The European Commission recognized the fact and commissioned Seleskovitch and Lederer to write Pédagogie raisonnée de l’interprétation (1984/2002), translated into English under the title A Systematic Approach to Teaching Interpretation (1995). This work was designed to help adhering countries to improve their teaching of interpretation and translation. See also under Publications.
  13. Skopos Theory (Nord C. 1997), Attention Model (Gile D. 1995), Relevance Theory (Gutt E.A. 1991, Setton R. 1999).
  14. Israël, F. 1990,1994,2002,2006, Henry, J. 2003, Roux-Faucard, G. 2008. See under Publications.