Кавад I

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Кавад I
KavadhIGoldenCoinHistoryofIran.jpg
Изображение Кавада I на золотом динаре
шахиншах Ирана и не-Ирана
488 — 496
Предшественник: Балаш
Преемник: Замасп
 
Рождение: 473
Смерть: 13 сентября 531({{padleft:531|4|0}}-{{padleft:9|2|0}}-{{padleft:13|2|0}})
Род: Сасаниды
Отец: Пероз

Кавад I — царь царей (шахиншах) Ирана, правил в 488496 и 499531 годах. Из династии Сасанидов.

Вступление на престол и первые годы правления[править | править вики-текст]

События, происходившие в роду Сасанидов после смерти Пероза, запутаны. Прокопий Кесарийский, рассказывая о гибели Пероза в сражении с эфталитами, упоминает, что вместе с шахом пали и его сыновья, числом около тридцати.[1] Фирдоуси говорит о семерых знатных, павших вместе с царём. Ат-Табари пишет, что вместе с шахиншахом пали четыре его сына и четыре брата, которые все титуловались царями.[2] Кавад был сыном Пероза и остался в живых — значит, либо погибли не все (Фирдоуси прямо говорит, что Кавад — единственный из родственников царя, выживших в том сражении), либо кто-то из них не принимал участие в походе. Так или иначе, Кавад оказался старшим из оставшихся в живых детей покойного царя и, возможно, был объявлен шахом ещё в 484 году, сразу после гибели отца (такие предположения сделаны в наше время). Вопрос о номинальном правлении Кавада в 484 году спорный, в любом случае в том же году на троне утвердился Балаш, брат Пероза. По другим версиям, Кавад до 488 года находился в плену у эфталитов. Ясно одно: к 488 году Кавад был уже в Иране и его возвели на трон сразу после свержения предшественника.

Фирдоуси сообщает, что страной по прежнему управлял всесильный Суфрай (он же Сохр, по другим источникам).

« Не шаху Кобаду подвластен был край,
Дела за него пахлаван совершал,
Близ шаха воссесть никому не давал.
Без голоса шах, и мобедов лишён,
Суфрая веленьями край полонён...
О нём же (то есть Каваде) твердили: «Владыкой страны
Зовётся, но войска лишён и казны.
Ни власти, ни права решать, властелин
над всею державой Суфрай лишь один».
»

Фирдоуси. «Шахнаме»

Всё это тяготило Кавада, однако пойти путём прямого конфликта он не мог — Суфрай из рода Каренов был очень влиятелен и имел сильную дружину. Только примерно через четыре года, лишь сумев натравить на него другого знатного и могущественного человека — Шапура из рода Михран, Кавад добился казни Суфрая.

Движение маздакитов[править | править вики-текст]

Тем временем в Иранском государстве происходили важные события — набирало силу маздакитское движение, к которому примкнул и шах Кавад I. Однако получить какие-то точные сведения об этом учении невозможно. Собственно маздакитские источники (если они и были) уничтожены, упоминания о нём изъяты из Сасанидских хроник. Историкам приходится довольствоваться рассказами откровенных врагов этого движения, рассыпанным по арабским и персидским книгам.

Кратко говоря, внутри зороастризма существовала секта, возможно отчасти манихейского толка, проповедавшие идеи, в социальном отношении чем-то сходные с коммунистическими, в религиозном же близкие мистическому гностицизму. Его члены претендовали на понимание истинного смысла Авесты, намеренно искажаемого жрецами.

Во время Кавада лидером секты стал некто Маздак, сын Бамдада, мобед, который и дал имя всему движению. Сердцевина социального учения маздакитов состояла в идее, что Бог даровал человеку блага жизни с тем, чтобы ими пользовались все поровну, но это было нарушено людьми. Маздак надеялся при поддержке царя восстановить справедливость, установив централизованное распределение благ. Фирдоуси так передаёт учение Маздака:

« Твердил он: «Тому, кто живёт богачом,
Бедняк обездоленный равен во всём.
Не должно, чтоб некто господствовать мог;
Богатый — основа, а бедный — уток.
Да будет у всех достоянье равно,
А если в избытке, запретно оно!
Всем надобны блага, и дом, и жена,
Природа богатых и бедных одна».
»

Фирдоуси. «Шахнаме»

Однако Фирдоуси был одинок в своём терпимом отношении к маздакизму; другие средневековые писатели высказываются о нём единодушно отрицательно, не скупясь на нелестные эпитеты.

Среди иранских бедняков идеи Маздака нашли самый живой отклик, и он стал популярной фигурой. Когда именно шах обратил своё внимание на проповедника, неизвестно. По «Шахнаме», вначале Маздак убедил Кавада в необходимости делиться зерном с бедняками во время голода. Однако многие исследователи полагают, что Кавад приблизил к себе Маздака, желая использовать его авторитет против сильной и враждебной аристократии. Конечно, столь однозначно объяснять увлечение Кавада идеями Маздака — упрощение. Царь, как и всякий образованный человек того времени, не мог искренне не интересоваться новыми религиозно-философскими концепциями. Кроме того, сам Маздак наверняка был человеком незаурядным и вызывавшим симпатии.

Видимо, придворные кланы слишком поздно обратили внимание на этого человека, а когда спохватились было поздно. Влияние маздакитов окрепло, они стали воплощать своё учение революционными методами. Историческая традиция приписывала маздакитам даже требование общности жён[3][4][5], хотя ряд исследователей допускает, что в действительности общность жён означала просто возможность мужчине найти жену за пределами своей социальной группы. Ат-Табари писал:

«Кобaд ... примкнул к человеку, по имени Маздак, и его последователям, которые учили, что Бог создал блага на земле для того, чтобы люди поровну поделили их между собой, но люди при этом причинили друг другу обиду. Последователи Маздака утверждают, что они отбирают у богатых в пользу бедных и возвращают неимущим то, что отбирают у имущих, ибо если у кого-нибудь есть избыток денег, жён и прочего имущества, то из этого не следует, что ему принадлежит преимущественное право на всё это. Простой народ использовал этот удобный случай, примкнул к Маздаку и его сторонникам и сплотился вокруг них. Людям пришлось много претерпеть от маздакитов, положение которых настолько упрочилось, что они могли врываться в дом человека и отбирать у него жилище, жен и достояние, тогда как он не имел возможности сопротивляться им. Они побудили Кобaда одобрить эти их действия, угрожая в противном случае низложить его. Недолго продолжалось такое положение вещей, а уже не знал человек своего ребенка, и ребенок не знал своего отца, и не оставалось у человека ничего, чем бы он мог разжиться.
Этой проповедью он (то есть Маздак) восстановил простой народ против знати; смешались всякого рода низменные люди с благородными, и легко стало любителям чужой собственности насильно присваивать себе таковую, беззаконникам — совершать беззакония, прелюбодеям — утолять свою страсть и овладевать женщинами благородного происхождения, о которых они ранее не помышляли, и одолело людей такое бедствие, подобного которому они ещё не видели никогда».
[6]

Не отстаёт от него и автор «Сиасет-наме» («Книги о правлении»), известный нам как Низам аль-Мульк:

«Кубад позвал Маздака к себе; с каждым часом он всё более и более сближался с ним, пока в него не уверовал. Он приказал ставить во время приемов для него золотое сиденье, изукрашенное драгоценными камнями. Кубад садился на трон, а Маздака усаживал на то сиденье, бывшее много выше, чем трон Кубада. Люди переходили в веру Маздака, иные по влечению и прихоти, иные в угоду царю, направлялись в столицу тайно и явно из краев и областей, принимали веру Маздака. Воины мало проявляли склонности, но не говорили ничего из уважения к власти государя. Увидав, что государь принял веру Маздака, люди вдали и вблизи откликнулись на призыв и разделили имущество. Маздак говорил: «Имущество есть розданное среди людей, а эти все — рабы всевышнего и дети Адама. Те, кто чувствуют нужду, пусть тратят имущество друг друга, чтобы никто не испытывал лишения и нищеты, все были бы равными по положению». Когда же Кубад пошёл дальше, согласился на общность имущества, Маздак начал заявлять: «Ваши жены — ваше имущество. Следует вам считать жен как имущество друг друга, чтобы никто не оставался без участия в наслаждениях и вожделениях мира, чтобы двери желания были открыты перед всеми людьми». Многие люди всё больше увлекались его учением по причине общности имущества и женщин, в особенности простонародье. Установился такой обычай: если какой-нибудь мужчина приводил в свой дом двадцать мужчин-гостей и угощал хлебом, мясом, вином, закусками и музыкой, под конец все по одному соединялись с его женой, и это не ставили в грех. Был такой обычай; когда кто входил, чтобы соединиться с какой-нибудь женщиной, клал у двери дома головной убор; когда припадало желание другому и он видел головной убор положенным у дверей дома, возвращался и дожидался, пока тот не выйдет».[7]

«Этот пёс (то есть Маздак) растащил имущество людей, сорвал покрывало с гаремов, простонародье сделал властвующим»[8] — негодовал далее автор «Сиасет-наме», вкладывая эти слова в уста Хосрова Ануширвана.

Свержение с престола[править | править вики-текст]

Однако до полного истребления «благородных» в Иране не дошло. Террор, устроенный сторонниками Маздака и приведший Иран к катастрофической ситуации, вынудил сасанидскую знать, объединившись, сместить в 496 году покровительствующего маздакитам Кавада. На его место был посажен его брат Замасп. Судьбу шаха должен был решать придворный совет. Вот что рассказывает по этому поводу Прокопий Кесарийский:

«Кавад, помимо того, что правил, прибегая к насилию, ввёл в государственную жизнь свои новшества и, между прочим, издал закон, предписывающий, чтобы женщины у персов были общими. Это многим пришлось совсем не по душе. Поэтому они восстали против него, отрешили его от власти и, заключив в оковы, держали под стражей.
Его брат ... собрал знатных персов и, стал совещаться с ними относительно участи Кавада, ибо большинству не хотелось, чтобы этот человек был казнён. Много было высказано мнений в пользу того и другого предложений. Тогда вышел один из влиятельных персов, по имени Гусанастад, по чину ханаранг (у персов это как бы стратиг), имевший под своим управлением отдаленные области Персии, расположенные на границе с землей эфталитов, и показал нож, которым персы обычно подрезают ногти и который имеет длину с человеческий палец, а ширину — меньше трети пальца. «Видите, — сказал он, — как короток этот нож. Его, однако, вполне достаточно, чтобы совершить сейчас дело, с которым, да будет вам известно, любезные персы, немного спустя не смогут справиться и двадцать тысяч одетых в панцири мужей». Так он сказал, намекая на то, что если они не уничтожат Кавада, то тот, оставшись в живых, вскоре доставит персам немало хлопот. Но они совсем не хотели предавать смерти человека царской крови и решили заключить его в крепость, которую называли Замком забвения. О том, кто попадал сюда, закон запрещал в дальнейшем упоминать, и смерть была наказанием тому, кто произнесёт его имя. Потому-то этот замок и получил у персов такое название.
Когда Кавад был заключен в крепость, попечение о нём имела его жена: она приходила к нему и доставляла ему всё необходимое. Начальник тюрьмы принялся соблазнять её, так как она отличалась удивительно красивой наружностью. Кавад, узнав об этом со слов самой жены, повелел ей отдаться этому человеку, как только тот пожелает. Когда же начальник тюрьмы сошёлся с этой женщиной, он безоглядно влюбился в неё, можно сказать, обезумел от любви. С того времени он позволял ей приходить к мужу, когда ей будет угодно, и уходить от него, не встречая никаких препятствий. Среди знатных персов был некто по имени Сеос, безгранично преданный друг Кавада, который поселился недалеко от крепости, выжидая удобного момента, чтобы каким-либо образом вызволить его оттуда. Через жену он дал знать Каваду, что недалеко от крепости для него готовы лошади и люди, и точно указал ему это место. Как-то с наступлением ночи Кавад убедил жену отдать ему свою одежду, а самой переодеться в его одеяние и остаться вместо него в тюрьме там, где он обычно находился. Так Кавад вышел из заключения. Те, на кого была возложена охрана, приняли его за его жену и потому не решились остановить его или как-то побеспокоить. С наступлением дня, увидев в комнате эту женщину в одежде мужа и совершенно ни о чем не догадываясь, они сочли, что там находится сам Кавад. Заблуждение их продолжалось несколько дней, Кавад между тем был уже далеко. Что случилось с его женой, когда обман открылся, и каким образом она была наказана, точно сказать не берусь, так как персы в данном случае не согласны между собой.
Кавад, никем не замеченный, вместе с Сеосом прибыл к гуннам-эфталитам. Их царь выдал за Кавада свою дочь и вместе с ним, как с зятем послал против персов весьма значительное войско».
[9]

Восстановление на престоле[править | править вики-текст]

Использовав армию эфталитов, Кавад в 499 году возвратил себе трон. Фирдоуси пишет, что царь эфталитов получил в благодарность Чаганиан. Ат-Табари пишет, что возвращению на престол Кавада не в малой степени способствовал Зармихр, сын Сoхрa, что, впрочем, не помешало шаху казнить его впоследствии.[10] Так «Кавад укрепил свою власть и незыблемо хранил её. Ибо в проницательности и деятельности не уступал никому».[11]

Разгром маздакитов[править | править вики-текст]

Маздакизм пошёл на убыль сразу после низложения Кавада, и возвращение шаха эту тенденцию не изменило — он перестал вообще поддерживать маздакитов. Те, однако, со временем обрели опору в лице Кавуса — старшего сына Кавада, наместника Табаристана. Поэтому в борьбе со своими вчерашними друзьями шахиншах использовал ненависть к ним своего другого сына Хосрова. Как рассказывает Бируни, однажды Маздак возжелал мать Хосрова и убедил Кавада «поделиться» женой. Но Хосров, не желая позора матери, пал в ноги Маздаку и принялся умолять его не трогать женщину и отступиться от задуманного. Хотя Маздак и пошёл навстречу царевичу, тот не забыл унижения и не простил его. Впоследствии Хосров вспоминал: «Стоит мне обратить внимание на что-либо, имеющее отношение к Маздаку, как я чувствую в носу, как воняли портянки Маздака, когда я целовал ему ноги»[12].

В результате деятельности Хосрова, и наверняка с ведома самого шахиншаха, в 528 году Маздак был обвинён в отступничестве и затем казнён, а многие его сподвижники перебиты. Фирдоуси в «Шахнаме» описывает ужасную сцену, когда Хосров показывает Маздаку его приспешников зарытых вниз головой в землю по пояс, затем самого Маздака подвесили вниз головой и расстреляли из луков; по другим источникам — его живого залили строительным раствором. После этого маздакитское движение уже никогда не играло в государстве значительной роли. Но последствия ощущались долго — во всяком случае, Хосрову I Ануширвану пришлось издавать указ о восстановлении расторгнутых ранее браков и защите детей неизвестного происхождения, родившихся вследствие «сексуальной революции» маздакитов.

В поздней книге «Сиасет-наме» передаётся легенда о том, что жена Маздака Хуррамэ спаслась и бежала в город Рей, где вновь начала проповедь движения, и от её имени якобы пошло название секты хуррамитов.[13]

Кавад и христиане[править | править вики-текст]

Известно, что Кавад оказывал определённую поддержку и христианам, особенно если это были течения не поддерживаемого в Византии толка. В 489 году восточноримский император Зенон повелел закрыть, как рассадник ереси несторианства, сирийскую академию в Эдессе. В результате учителя и студенты этой школы перебрались в Нисибин, где в дальнейшем, действуя при покровительстве Кавада и его преемников, существенно обогатили культурную жизнь Ирана. Но не следует думать, что Кавад покровительствовал христианам; Феофан Византийский упоминает, делая акцент на религии пострадавших, что около 513 года по приказу шаха некоторым христианам «подсекли жилы в коленных суставах».

Взаимоотношения с Византией[править | править вики-текст]

Отношения с Византией весь долгий срок правления Кавада были недружественными. Пограничные недоразумения в сущности никогда не прекращались, хотя со времени неудачного похода Юлиана Отступника в 363 году открытой войны не объявлялось ни с той, ни с другой стороны. Кавад не раз требовал от византийцев золото за охрану Кавказа от варваров, что было одним из условий мирного договора 442 года. Но сменивший умершего в 491 году Зенона император Анастасий не соглашался платить Ирану, мотивируя это, во-первых, несоблюдением персами других договорённостей (в частности, отказом вернуть город Нисибин 120-летний срок персидского владения которым истёк в 484 году), а во-вторых, тем, что Византия сама ведёт с варварами обширные войны.[14]

Около 500 года, в очередной раз запросив с Анастасия деньги и не получив их, Кавад начал готовить войну с Византией. Есть и иная версия — шах затеял поход в отместку за то, что ромеи подстрекали эфталитов к нападению на восточные земли Ирана. Греческие источники сообщают о том, что благодаря интригам византийцев на 13-м году царствования Анастасия «гунны» напали на Иран, требуя дать денег столько, сколько обещают ромеи за «дружбу» с ними, или принять войну. Ковад выбрал второе. Не способствовала миру между византийцами и персами и обстановка в Армении. Иешу Стилит сообщает, что армяне подняли очередной мятеж против власти персов, разбили карательную армию шаха и обратились к императору с просьбой принять их под свою власть. Хотя император и отказал им, не желая войны с Ираном, Кавад был уверен, что восстание в Армении произошло не без происков византийцев.[15]


Он благоразумно платил дань эфталитам и одновременно искал союза с византийцами. Однако император Анастасий I отказал Каваду в поддержке, рассчитывая на ослабление некогда могущественных персов.

В 502 Кавад в союзе с эфталитами открыл военные действия против Византии, захватил Феодосиполис (Эрзурум, 502) и Амиду (Диярбакыр, 503). Война успешно завершилась в 506 году, затем Кавад отразил нашествие северных гуннов (предположительно — савиры). С приходом к власти императора Юстина I в 518 война разгорелась вновь, опять к успеху персов и эфталитов.

В последние годы стареющего царя страной фактически управлял третий сын Кавада, Хосров I Ануширван. Он убедил отца порвать с маздакитами и организовал их физическое истребление (в том числе казнь своего старшего брата Кавуса, а также самого Маздака) в 528—529.

Примечания[править | править вики-текст]

Ссылки[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

  • Дашков С. Б. Цари царей — Сасаниды. История Ирана III — VII вв. в легендах, исторических хрониках и современных исследованиях. — М.: СМИ-АЗИЯ, 2008. — 352 с. — 4000 экз. — ISBN 978-5-91660-001-8.
Правители раннесредневекового Ирана (Сасаниды¹)

СасанПапакАрдашир ПапаканШапур IОрмизд IБахрам IБахрам IIБахрам IIIНарсеОрмизд IIШапур IIАрташир IIШапур IIIБахрам IVЙездигерд IБахрам VЙездигерд IIОрмизд IIIПерозБалашКавад IЗамаспХосров I АнуширванОрмизд IVБахрам VIХосров II ПарвизКавад IIАрташир IIIШахрваразБорандохтАзармедохтЙездигерд III
¹выделенные шрифтом маленького размера не относятся к этой династии</small$>