Казачья шляхта

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Казачья шля́хта — привилегированное военное сословие Речи Посполитой, выделенное из реестрового казачества и, впоследствии, положившее начало родовому малороссийскому дворянству.

Происхождение[править | править код]

В запорожские черкасы (казаки) часто вступали шляхтичи — и не только православные, так как до 1635 года принимали и католиков. Самым известным из принятых в запорожцы православных шляхтичей был П. К. Сагайдачный. Часто в запорожцы вступала и знать Крымского Юрта, и дети боярские и дворяне и так далее Русского царства и Российской империи.

Хотя члены кошевого товарищества могли реально не находиться на Сечи (как, например, запорожцы Г. А. Потёмкин и М. И. Кутузов), но равенство запорожцев открывало путь к брачным союзам.

Кроме того, приняв под своё покровительство в 1506 году запорожцев, ушедших (предавших) от Крымского хана, великие князья Литовские, а особенно короли Речи Посполитой, по своему обычаю, в качестве награды за заслуги стали наделять шляхетским званием и казаков; таким образом, казаки становились безгербовой шляхтой — членами многочисленной рыцарской корпорации, обладающей особыми правами, из которых самым важным было право участия в Сеймах. Получив королевский привилей, казаки становились частью «шляхетского народа», господствующего в аристократической республике — Речи Посполитой. Их новое положение определялось поговоркой «шляхтич на загроде равен воеводе», то есть даже малоземельный и безземельный «заградовой» шляхтич в общественных делах и в личных правах равнялся правителю области. Некоторые из новых шляхтичей принимались на основах побратимства в древние аристократические роды, «адаптировались» ими, przypuszczali sie do herbu, то есть, получали право печататься их гербами и называться их фамилиями. Всё это не изменяло казачьей сущности новой шляхты, хотя и отдаляло её от общеказачьих интересов. После подавления восстания С. Наливайко "казаки реестровые стали нечто пресмыкающееся без пастырей и вождей. Самые курени казацкие, бывшие ближе к границам польским, то от гонения, то от ласкательств польских, последуя знатной шляхте своей, обратились в поляки и в их обряд и составили известные и поныне околицы шляхетские. Недостаточные реестровые казаки, а паче холостые и мало привязанные к своим жительствам, а с ними и все почти охочекомонные, перешли в Сечь Запорожскую и тем её знатно увеличили и усилили, сделав с тех пор, так сказать, сборным местом для всех казаков, в Отечестве гонимых; а, напротив того, знатнейшие запорожские казаки перешли в полки малороссийские и стали у них чиновниками, …. отчего в полках их видимая сделалась перемена.[1]

История[править | править код]

После многолетних польско-казачьих войн казаки, выступавшие против Речи Посполитой, потеряли свои шляхетские права в этом государстве и исчезли из гербовых книг; например, воспоминание об аристократических связях предков Богдана Хмельницкого, печатавшегося гербом Абданк, сохранила только история. Но права казачьей шляты признавались в Гетманщине.

Когда Гетманщина по Переяславскому договору присоединилась к России, казаки-шляхтичи, оставшиеся на местах, и новое шляхетство, созданное гетманами, по местному законодательству считались шляхетством. При упразднении гетманства на Левобережной Украине, казацкого устройства на Слободской Украине в 1763-1765 годах и Запорожской Сечи в 1775 году казачья старшина причислялась к российскому дворянству, наделялась землёй и крестьянами, а затем после упразднения полкового устройства в 1781, уравнения в правах малороссийского шляхетства и российского дворянства в 1782 году бывшие малороссийские шляхтичи были внесены в дворянские книги Российской империи. Рескриптом 26 октября 1781 г. был предписан разбор малорусского шляхетства. Губернские предводители дворянства потребовали от уездных доставления дворянских списков; уездные должны были созвать «дворян и шляхетство» в каждом уезде и избрать депутата для разбора прав дворянства. Комиссии из дворянских депутатов собрались в 1784 г. Они вносили в родословные книги по грамотам, данным русскими государями или польскими королями на шляхетство, а также по чинам прежней малороссийской службы. Так как грамот было немного, то приходилось выдумывать искусственные родословия. Есть указание, что документы на шляхетство малорусских родов фабриковались евреями в Бердичеве. Кроме грамот, доказательствами шляхетства служили гетманские универсалы, купчие, меновые, выписи из актовых книг. Где их не было, там приходило на помощь свидетельство 12 «бессумнительных» шляхтичей о шляхетском происхождении того или другого малорусского рода.

Большие затруднения для комиссий представляли лица, искавшие российского дворянства, а между тем по ревизии 1782 г. записанные в подушный оклад. Разбор их, особенно ввиду неправильностей, допускавшихся комиссиями, продолжался в течение всех 1790-х гг. Генерал-губернатор Кречетников, заменивший Румянцева, доносил в 1791 г. сенату, что в трех малороссийских губерниях в дворянские родословные книги внесено 22 702 человека, платящих подушную подать. Многие из этих лиц были возвращены в подушный оклад. Разбор малорусского дворянства возобновлялся ещё несколько раз. Герольдия многим из малороссиян отказывала в признании за ними дворянства на том основании, что нет закона, который бы приравнивал малороссийские чины к великороссийским. Дворянство Черниговской и Полтавской губерний несколько раз ходатайствовало об издании такого закона, но безуспешно. Малороссийский генерал-губернатор Репнин поддерживал это ходатайство.

После долгих проволочек, 20 марта 1835 г. состоялся, наконец, Высочайший указ, по которому потомственное дворянство было признано за генеральными старшинами, полковниками, полковыми обозными, есаулами, хорунжими и писарями, сотниками, войсковыми и бунчуковыми товарищами; из чинов генеральной артиллерии — за есаулами, хорунжими и атаманами, а из чинов «статского правления» — за подкоморными и земскими судьями и подсудками. Чины эти должны были быть получены ещё «во время существовавшего в Малороссии гетманского правления».

Всех тех, которые по 1 января 1839 г. не представят доказательств на потомственное дворянство и не будут иметь дворянства личного, велено было обратить в казачье сословие, запретив им именоваться дворянами, но не лишая их права доказывать своё дворянство впоследствии. В 1855 г. дворянам, приписанным к казацким обществам, были предоставлены некоторые временные льготы по несению государственных налогов и повинностей.

Практически вся православная неказачья шляхта поддержала Речь Посполитую, выступила против казаков и Москвы в ходе восстания Хмельницкого, за исключением части шляхты Черниговщины и Северщины, которые ранее принадлежали Русскому государству и были присоединены к Речи Посполитой только в Смутное время. Поэтому лишь незначительное число Малороссийских дворянских родов принадлежит к потомству «неказачьей шляхты», жившей в Черниговщине и Северщине ещё до Хмельницкого, да и они считались казачьим шляхетством при Гетманщине.[2]. У Черноморских казаков прежние шляхетские роды времён Гетманщины и Запорожья можно узнать по их знатным фамилиям происходящим от названий населенных пунктов, с окончаниями на «ский», или «цкий».

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. А. С. Пушкин. Собрание сочинений Георгия Конисского, архиепископа белорусского. Изд. протоиереем Иоанном Григоровичем. СПб. 1835.
  2. Родословник В. Л. Модзалевского https://web.archive.org/web/20071111095746/http://lisabella.narod.ru/rodoslovnik.html

Литература[править | править код]

  • Губарев Г. В., Скрылов А. И. Энциклопедия казачества. — М.: Вече, 2008. — С. 185. — ISBN 978-5-9533-2096-2з