Карфагенская война (409—405 до н. э.)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Карфагенская война
Основной конфликт: Греко-карфагенские войны
Дата 409—405 до н. э.
Место Сицилия
Итог победа карфагенян
Противники

Селинунт, Сиракузы, Гимера, Акрагант, Гела

Карфаген, Эгеста

Командующие

Диокл Сиракузский
Гермократ
Дексипп
Дафней
Дионисий Старший

Ганнибал Магон
Гимилькон II

Карфагенская война 409—405 до н. э. — первая из серии войн конца V — начала III веков до н. э. между греками и карфагенянами за господство на Сицилии.

Политическая обстановка на Сицилии[править | править код]

После разгрома при Гимере в 480 до н. э. карфагеняне в течение 70 лет не предпринимали новых попыток экспансии на Сицилии. Греки к началу 430-х годов до н. э. покорили и обложили данью сикулов во внутренних районах Восточной и Центральной Сицилии[1], после чего на острове осталось два основных очага напряженности: на восточном побережье, где Сиракузы предприняли наступление на халкидские колонии (Леонтины, Катану и Наксос), и на западе, где не прекращался длительный пограничный конфликт между Селинунтом и элимами Эгесты[1].

Конфликтами на Сицилии воспользовались афиняне, попытавшиеся утвердить своё влияние на острове. В ходе Первой Сицилийской экспедиции 427—424 до н. э. они заключили союз с элимами, но сицилийские полисы сумели на Гелойском конгрессе договориться о мирном урегулировании и прекратить иностранное вмешательство[2]. Через десять лет конфликты возобновились и, воспользовавшись просьбами о помощи со стороны элимов и халкидян, Афины организовали более масштабную Сицилийскую экспедицию, имевшую целью остановить экспансию сиракузян и их союзников[3].

Поражение афинян на Сицилии привело к возобновлению Пелопоннесской войны и ослаблению греческих государств на востоке и западе, чем не преминули воспользоваться противники греков — Персия и Карфаген[4]. В ходе Сицилийской экспедиции Афины пытались заключить союз с Карфагеном и побудить эту державу к интервенции на острове, но пунийцы отказались вмешиваться в конфликт[5].

Конфликты и переговоры[править | править код]

После разгрома афинских экспедиционных сил Сиракузы и их союзники пытались закрепить успех, развернув наступление на халкидские колонии и элимов. Халкидянам помогали остатки афинских войск, и война на побережье продолжалась до 409 до н. э.[6]

Элимы, опасаясь, что к селинунтским войскам присоединятся сиракузские, пошли на уступки в пограничном споре, но когда греки не удовлетворились занятием спорных районов, а двинулись вглубь территории противника, элимы в 410 до н. э. обратились за помощью к своим старым союзникам карфагенянам[7].

По словам Диодора, карфагеняне опасались начинать войну, которая могла привести к столкновению с могущественными Сиракузами[8], но допустить потери элимами независимости также не могли, поскольку земли этого племени были буфером между владениями греков и Карфагена[6].

Суффет Ганнибал Магон убедил карфагенское народное собрание вмешаться. Для начала в Сиракузы были направлены послы, которые должны были поддержать требования элимов, а заодно выяснить, какую позицию займут Сиракузы в случае войны. Селинунтцы также отправили своих послов, которые отказались принять мирные предложения элимов и Карфагена[9].

Сиракузы подтвердили союз с Селинунтом и высказались за мир с карфагенянами[10].

Начало войны[править | править код]

Поскольку войны избежать не удалось, карфагеняне направили на помощь Эгесте отряд из 5000 ливийцев и 800 кампанцев, в своё время нанятых халкидцами для помощи афинянам, и оставшихся по окончании войны без работы. Селинунтские войска вторглись на земли Эгесты и рассыпались мелкими отрядами для грабежа, противник воспользовался этим и внезапно атаковал основные силы, убив около тысячи воинов и захватив обоз с награбленным[11].

После этого сражения обе стороны отправили послов, селинунтцы к сиракузянам, а эгестинцы к карфагенянам, прося о помощи и защите. Обе стороны пообещали свою помощь и это положило начало Карфагенской войне.

Диодор. XIII. 44, 4—5.

Кампания 409 до н. э.[править | править код]

Кампания 409 года до н. э.

Ганнибал был назначен главнокомандующим. Он был внуком Гамилькара, павшего в битве при Гимере, и сыном Гискона, который за попытку убить своего отца был изгнан и умер в эмиграции в Селинунте. По словам Диодора, Ганнибал ненавидел греков, хотел смыть позор со своей семьи, и отстоять интересы своей родины на Сицилии[12]. В течение лета и зимы он навербовал множество наемников в Иберии и Африке, а также зачислил в армию большое число граждан[13].

Весной 409 до н. э. 60 военных кораблей и 1500 транспортов переправили карфагенскую армию на мыс Лилибей, где Ганнибал встал лагерем[14]. По словам Эфора, у него было 200 тыс. пехоты и 4 тыс. кавалерии, Тимей из Тавромения пишет, что численность армии не превышала 100 тыс. Корабли он волоком перетащил в бухту Мотии, показывая этим, что его флот не будет действовать против сиракузян[15].

После подхода подкреплений из Эгесты и других союзных отрядов, в том числе греческих, Ганнибал выступил против Селинунта[16].

Падение Селинунта[править | править код]

Селинунт пал после девяти дней штурма, город был сожжен и разрушен, 16 тыс. человек погибли в ходе резни, 5 тыс. было взято в плен. Сиракузяне и их союзники не успели оказать помощь осажденным.

Падение Гимеры[править | править код]

Покончив с Селинунтом, Ганнибал выступил к Гимере, где собирался взять реванш за поражение деда[17].

Город храбро оборонялся, вместе с подошедшим сиракузским отрядом жители произвели крупную вылазку и дали карфагенянам сражение, но военная демонстрация, проведенная кораблями Ганнибала перед Сиракузами, заставила Диокла вернуться на защиту своего города. Через два дня Гимера была взята и полностью разрушена, а три тысячи пленников принесены в жертву духу Гамилькара[18].

После этого Ганнибал распустил союзников и кампанцев, недовольных оплатой, и, оставив на Сицилии часть войска, вернулся в Карфаген с огромной добычей. На родине ему устроили триумфальную встречу[19].

Действия Гермократа[править | править код]

Вскоре на Сицилию вернулся Гермократ, отстраненный от командования сиракузской эскадрой в Эгейском море и приговоренный к изгнанию. Получив от сатрапа Фарнабаза крупную сумму, он построил в Мессении пять триер, навербовал тысячу наемников, после чего высадился в Мессане[20][21]. Присоединив к своему отряду тысячу гимерских изгнанников, он попытался захватить власть в Сиракузах, но потерпел неудачу[22].

После этого, он отправился на запад, занял Селинунт, частично восстановил городскую стену, и собрал из разных мест оставшихся в живых селинунтцев. Сколотив отряд в 6 тыс. человек, он начал совершать набеги на старую карфагенскую территорию[23].

Гермократ опустошил район Мотии, горожан, устроивших вылазку, разбил и загнал обратно в город, после чего собрал большую добычу на землях Панорма. Жителей этого города он также победил в сражении, убив около 500 человек. Эти акции сделали его весьма популярным среди греков, а жители Сиракуз стали высказываться за его возвращение[24].

Чтобы оказать давление на сиракузское правительство, Гермократ перешел со своим отрядам к развалинам Гимеры, собрал останки павших в сражении сиракузян и направил их на родину. Этим он рассчитывал скомпрометировать Диокла, который в своем поспешном отступлении даже не позаботился о павших, и надеялся снискать любовь народа[25].

При обсуждении в народном собрании вопроса об останках Диокл возражал против погребения, понимая, чего добивается его противник, но этим только навлек на себя гнев народа, и сам был отправлен в изгнание. Гермократа, тем не менее, возвращать побоялись, из опасения, что он может установить тиранию[26].

Гермократ вернулся в Селинунт, но через некоторое время сторонники призвали его тайно ввести войска в город, обещая свою поддержку. С тремя тысячами воинов он направился к Сиракузам, и с частью своих людей вошел в город, но промедлил, ожидая подхода отставших. Внезапного нападения не получилось, граждане успели собрать ополчение и окружили заговорщиков на рыночной площади. Гермократ и большинство его спутников погибли в бою, а остальных приговорили к изгнанию[27].

Переговоры. Подготовка нового вторжения[править | править код]

Сиракузяне направили в Карфаген посольство с осуждением предпринятой агрессии, и с предложением заключить мир. Карфагеняне не дали определенного ответа, а сами в 407 до н. э. вывели колонию на Сицилию, основав недалеко от развалин Гимеры рядом с горячими источниками город Фермы[28][29].

Одновременно они начали подготовку к новому масштабному вторжению на греческую территорию, поручив Ганнибалу командование, а когда тот стал отказываться по причине почтенного возраста, дали ему в помощники Гимилькона, его родственника из дома Магонидов[30].

В Иберии, на Балеарских островах, в карфагенской Северной Африке, у берберов, племен Киренаики было навербовано большое число воинов. В Италии наняли отряд кампанцев, так как те, что сражались в кампанию 409 до н. э. и затем осели на Сицилии, были недовольны наградой и заявили, что переходят на сторону греков[31].

Кампания 406 до н. э.[править | править код]

Общая численность армии, согласно Тимею, составила около 120 тыс. человек, а по словам Эфора 300 тыс. Было собрано большое количество военных кораблей и более тысячи транспортов. Авангард из 40 триер был встречен такими же силами сиракузян у побережья в районе Эрика, и в результате долгого сражения карфагеняне, потеряв 15 кораблей, под покровом ночи бежали обратно в Африку[32].

После этого Ганнибал вышел в море с 50 триерами, чтобы обеспечить переправу своих войск[33].

Узнав о масштабах готовящегося вторжения, греки поняли, что под угрозой находится само их существование и начали готовиться к решительному отпору. Сиракузяне попытались мобилизовать население других городов Сицилии и отправили посольства в Спарту и к италийским грекам. Акрагант, богатейший город с двухсоттысячным населением, должен был стать первой жертвой захватчиков, и его жители начали свозить в крепость продовольствие со всей округи[34].

Падение Акраганта[править | править код]

Карфагенские войска осадили Акрагант, в обороне которого участвовали отряд наемников спартанца Дексиппа и кампанцы. Сиракузяне собрали войско, включавшее контингенты италиотов, мессенцев, камаринцев и гелойцев, общим числом в 35 тыс. пехоты и 5 тыс. конницы под командованием Дафнея, и в сопровождении 30 триер выступили на помощь осажденным. В упорном сражении на реке Гимере они разбили 40-тыс. армию иберов и кампанцев, положив на месте около 6 тыс. варваров. В карфагенском войске началась эпидемия, жертвой которой стал Ганнибал. Акрагантцы хотели атаковать лагерь противника, но стратеги не решились устроить вылазку. Они были обвинены в предательстве и толпа побила их камнями[35].

Перерезав коммуникации, Дафней вызвал голод в лагере противника, но из-за нерасторопности греков карфагеняне перехватили большой конвой с продовольствием для осажденных, и восстановили свои силы. Греки так и не смогли наладить взаимодействие отдельных отрядов, и в обстановке панических настроений, слухов об измене и подкупе, было решено эвакуировать город[35].

Сменивший Ганнибала Гимилькон уничтожил всех, кто не смог покинуть Акрагант, и собрал в городе колоссальную добычу[35].

Политический кризис в Сиракузах[править | править код]

Акрагантская катастрофа повергла в шок сицилийских греков. Одни стекались в Сиракузы, надеясь найти там спасение, другие отправляли семьи в Италию[36]. В Сиракузах вновь подняла голову группа сторонников Гермократа, которую возглавляли Гиппарин и Филист[37]. В народном собрании зимой 406/405 до н. э. все были так подавлены произошедшим, что никто не мог подать совета, и тогда слово взял молодой аристократ Дионисий, участник путча Гермократа, сумевший избежать наказания, и уже зарекомендовавший себя в боях с карфагенянами[38].

Он предложил немедленно наказать стратегов, не дожидаясь судебного разбирательства, а когда архонты наложили на Дионисия штраф за нарушение процедуры, но Филист демонстративно уплатил за него и пообещал оплатить все штрафы, которые будут на него наложены до конца дня[39].

Получив такую поддержку, Дионисий произнес искусно составленную демагогическую речь, прямо обвинив стратегов в подкупе, и собрание немедленно избрало новую коллегию, в которую вошел и Дионисий[40]. Следующим его предложением было возвращение изгнанников, на которых он рассчитывал опереться при установлении тирании[41]. Чтобы дискредитировать новых стратегов и добиться единоличной власти, Дионисий отказался с ними сотрудничать, не принимал участия в совещаниях, и распускал слухи, что и эти руководители подкуплены неприятелем[42].

Расправа в Геле[править | править код]

Отправившись с подкреплением в 2 тыс. пехоты и 400 всадников в Гелу, он застал там смуту, поскольку богатая городская верхушка находилась в конфликте с народом, а наемникам Дексиппа, охранявшиим город, сиракузское правительство задерживало выплату жалования[43][44]. Обвинив богачей в измене, он арестовал их и казнил, а имущество конфисковал. Из этих средств он заплатил людям Дексиппа, а своим пообещал вдвое против жалования, положенного правительством[45].

Тирания Дионисия[править | править код]

Вернувшись в Сиракузы, Дионисий заявил, что Гимилькон пытался его подкупить, что остальные стратеги уже продали родину, и он в таких условиях не может помочь отечеству. Когда народ был достаточно напуган угрозой отставки единственного вождя, которому люди верили, сторонники Дионисия внесли предложение о назначении его стратегом-автократором[46]. «И вскоре народ, как это обыкновенно бывает, принял худшее из решений»[47], передав неограниченную власть в руки одного человека.

Затем, действуя по примеру Писистрата, Дионисий сам себя ранил, явился в собрание в окровавленной одежде, заявил, что стал жертвой покушения, и потребовал предоставить охрану из 600 человек, которых он сам выберет[48]. Получив согласие народа, он набрал больше тысячи бойцов, привлек на свою сторону наемников, которым вдвое поднял жалование, а Дексиппа, которого не удалось подкупить, и который мог бы вернуть народу свободу, отослал обратно в Грецию[49].

Войдя с большим числом преданных людей в Сиракузы, он занял Большую гавань и фактически установил свою тиранию. Сиракузяне были вынуждены с этим смириться, так как город заполнили вооруженные наемники, а на западе готовилась перейти в наступление армия Гимилькона. Дионисий женился на дочери Гермократа, чем привлек на свою сторону влиятельный клан[50].

Кампания 405 до н. э.[править | править код]

Перезимовав в Акраганте, карфагеняне весной разрушили этот город и вторглись на земли Гелы и Камарины, где также захватили большую добычу.

Падение Гелы и Камарины[править | править код]

Гела была осаждена. Жители оборонялись с тем же упорством, что и в других городах, но организационное и техническое превосходство противника было слишком велико. Дионисий собрал 30-тыс. армию и флот из 50 обшитых медью кораблей, и провел комбинированную атаку карфагенского лагеря с суши и моря. Плохая координация и в этом случае помешала грекам добиться успеха, так как основные силы пехоты, проходившие к месту сражения прямо сквозь город, застряли в узких улицах и их задержка нарушила все планы. Потерпев поражение, Дионисий на ночном совещании командиров принял решение оставить Гелу и Камарину, и эвакуировать население на восток[51].

Мятеж в Сиракузах[править | править код]

Население, в панике бежало из обреченных городов, так как оставшихся бесчеловечные варвары распинали на крестах и подвергали, по словам Диодора, мучениям, на которые невозможно было смотреть[52]. Дороги были запружены людьми, и часть воинов была в ярости, подозревая, что Дионисий намеренно проиграл сражение, чтобы иметь основания как можно дольше удерживать единоличную власть[53][K 1]. Италиоты, которые понесли большие потери, покинули Сицилию, а всадники, принадлежавшие к аристократической оппозиции, направились в Сиракузы, захватили город, разграбили дом тирана и жестоко изнасиловали его молодую жену, которая после этого покончила с собой[54].

Дионисий бросился в погоню за мятежниками, обнаружив, что городские ворота заперты, поджег их, ворвался в Сиракузы, окружил часть мятежников на рыночной площади и истребил их в бою до последнего человека, а затем его люди прочесали город, уничтожая всех, кто оказывал сопротивление, врываясь в дома, убивая или изгоняя политических противников[55].

Окончание войны[править | править код]

Положение Дионисия оставалось крайне тяжелым, поскольку гелойцы и камаринцы покинули его и ушли в Леонтины[56]. Верные тирану сицилийские войска и наемники стянулись в Сиракузы, в руках врага было все южное побережье острова и со дня на день можно было ожидать осады города[57][K 2], но в карфагенской армии свирепствовала эпидемия и Гимилькон был вынужден отказаться от планов полного очищения Сицилии от греков и предложил Дионисию мир[58].

По условиям этого договора карфагеняне получали земли элимов и сиканов, жители Селинунта, Акраганта, Гимеры, Гелы и Камарины могли вернуться в свои города, но те не должны были иметь укреплений и становились данниками карфагенян. Жители Леонтин и Мессены, и все сикулы получали независимость, и под властью Дионисия оставались только Сиракузы. Пленных и захваченные корабли обменивали всех на всех[58].

Потеряв, по словам Диодора, половину армии от болезни, Гимилькон вернулся в метрополию и привез с собой заразу, которая и в Африке собрала обильную жатву среди карфагенян и их союзников[59].

Итоги[править | править код]

Сицилийские греки потерпели очень тяжелое поражение. При всей несомненной храбрости, им не хватало организации, так как отдельные полисы враждовали друг с другом, а сама полисная организация в греческом мире вступала в период жестокого кризиса. Демократические режимы, установленные на Сицилии после падения тираний, оказались слишком слабы, а сильнейшее из греческих государств, Сиракузы, еще не оправилось от тяжелой войны с афинскими агрессорами[60].

Превосходство карфагенян в организации, военной инженерии, и предложенная ими тотальная война оказались для греков полной неожиданностью, а чудовищная, по меркам тогдашнего цивилизованного мира, жестокость, приводила в ужас. Последнее обстоятельство исследователи оценивают неоднозначно: в изложении Диодора действия карфагенян выглядят как целенаправленный террор, призванный заставить греческое население покинуть завоеванные территории, однако, мнение о том, что карфагеняне намеревались полностью изгнать греков с Сицилии, почерпнутое Диодором у историка-патриота Тимея, может восходить к националистической пропаганде Дионисия, оправдывавшего свою тиранию необходимостью объединения греков для отпора врагу греческого племени.

Современные историки, в основном, разделяют печаль Диодора по поводу гибели демократии и установления тирании, однако, большинство все же указывает, что раз демократические правительства в условиях истребительной войны оказались несостоятельны, единовластие, поскольку оно смогло объединить силы для отпора врагу, являлось меньшим злом в сравнении с порабощением, истреблением или изгнанием целого народа[61].

Уже в 404 до н. э. Дионисий нарушил договор с Карфагеном и начал кампанию по завоеванию независимых греческих городов на востоке, затем расширил зону военных действий, атаковав сикулов во внутренних районах острова. Карфагеняне, ослабленные эпидемией, долго не могли принять ответных мер, и вторая война Дионисия с Карфагеном началась только в 398 до н. э.[62]

Комментарии[править | править код]

  1. Современные исследователи считают это обвинение совершенно нелепым (Фролов. 2001, с. 365)
  2. Возможно, она даже началась, но в тексте Диодора здесь лакуна, а других источников нет (Фролов. 2001, с. 366)

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Фролов, 2002, с. 87.
  2. Фролов, 2002, с. 88.
  3. Белох, 2009, с. 29.
  4. Фролов, 2002, с. 90—91.
  5. Фукидид. VI. 88, 6
  6. 1 2 Белох, 2009, с. 60.
  7. Диодор. XIII. 43, 2—3
  8. Диодор. XIII. 43, 4
  9. Диодор. XIII. 43, 5—7
  10. Диодор. XIII. 43, 7
  11. Диодор. XIII. 44, 1—4
  12. Диодор. XIII. 43, 5—6
  13. Диодор. XIII. 44, 6
  14. Диодор. XIII. 54, 1—2
  15. Диодор. XIII. 54, 5
  16. Диодор. XIII. 54, 6
  17. Диодор. XIII. 59, 4—5
  18. Белох, 2009, с. 61—62.
  19. Диодор. XIII. 62, 5—6
  20. Диодор. XIII. 63, 1—2
  21. Фролов, 2002, с. 97.
  22. Диодор. XIII. 63, 3
  23. Диодор. XIII. 63, 4
  24. Диодор. XIII. 63, 4—6
  25. Диодор. XIII. 75, 2—4
  26. Диодор. XIII. 75, 5
  27. Диодор. XIII. 75, 6—8
  28. Диодор. XIII. 79, 8
  29. Фролов, 2001, с. 327.
  30. Диодор. XIII. 79, 8; 80, 1—2
  31. Диодор. XIII. 80, 2—4
  32. Диодор. XIII. 80, 5—6
  33. Диодор. XIII. 80, 7
  34. Диодор. XIII. 81, 1—5
  35. 1 2 3 Белох, 2009, с. 63.
  36. Диодор. XIII. 91, 1
  37. Белох, 2009, с. 64.
  38. Диодор. XIII. 91, 3
  39. Диодор. XIII. 91, 4
  40. Диодор. XIII. 92, 1
  41. Диодор. XIII. 92, 5—7
  42. Диодор. XIII. 92, 2
  43. Диодор. XIII. 93, 1—2
  44. Фролов, 2001, с. 352.
  45. Диодор. XIII. 93, 2
  46. Диодор. XIII. 94
  47. Диодор. XIII. 95, 1
  48. Диодор. XIII. 95, 4—6
  49. Диодор. XIII. 96, 1
  50. Диодор. XIII. 96, 2—3
  51. Белох, 2009, с. 65.
  52. Диодор. XIII. 111, 4
  53. Диодор. XIII. 111, 5—6; 112, 1—2
  54. Диодор. XIII. 112, 3—4
  55. Диодор. XIII. 112, 4; 113, 1—3
  56. Диодор. XIII. 113, 4
  57. Белох, 2009, с. 65—66.
  58. 1 2 Диодор. XIII. 114, 1
  59. Диодор. XIII. 114, 2
  60. Фролов, 2001, с. 343.
  61. Фролов, 2001, с. 342.
  62. Фролов, 2001, с. 367.

Литература[править | править код]