Китайский язык

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Китайский язык
Распространение китайского языка в мире:  Страны, где он является основным или официальным  Страны, где более 5 млн говорящих  Страны, где более 1 млн говорящих  Страны, где более 500 тыс. говорящих  Страны, где более 100 тыс. говорящих  Города со значительным числом говорящих

Распространение китайского языка в мире:  Страны, где он является основным или официальным  Страны, где более 5 млн говорящих  Страны, где более 1 млн говорящих  Страны, где более 500 тыс. говорящих  Страны, где более 100 тыс. говорящих

 Города со значительным числом говорящих
Самоназвание 中文, 漢語 [汉语]
Страны Китайская Народная Республика, Тайвань, Сингапур, Филиппины, Малайзия, Индонезия, Восточный Тимор, Таиланд, Вьетнам, Мьянма, Камбоджа, США, Россия, Индия, Польша
Официальный статус

 Китай
 Китайская Республика
 Сингапур

Организации:

 ООН
ШОС
Общее число говорящих
  • 1 299 877 520 чел.[1]
Классификация
сино-австронезийские языки[d]
сино-тибетские языки
китайский язык
Письменность китайское письмо, традиционные китайские иероглифы и упрощение иероглифов
Языковые коды
ГОСТ 7.75–97 кит 315
ISO 639-1 zh
ISO 639-2 chi и zho
ISO 639-3 zho
ISO 639-5 zhx
Ethnologue zho
LINGUIST List chin
ABS ASCL 71
IETF zh
Glottolog sini1245
Википедия на этом языке

Кита́йский язы́к (китайские, синитские, синитические языки[2]; самоназвания кит. 中文, кит. трад. 漢語, упр. 汉语 и другиеПерейти к разделу «#Самоназвание») — язык или языковая ветвь сино-тибетской языковой семьи, состоящая из множества идиомов, в том числе полностью взаимонепонятных[3][4]. Является наиболее распространённым современным языком с общим числом говорящих более 1,3 млрд человек[5].

Китайские идиомы весьма сильно различаются между собой, и потому рассматриваются большинством языковедов как самостоятельная языковая ветвь, состоящая из отдельных, хотя и родственных между собой, языковых и/или диалектных групп[3][6].Перейти к разделу «#Вопрос «язык или диалект»»

Стандартная форма севернокитайского языка является официальным языком КНР (путунхуа) и Тайваня (гоюй), а также одним из шести официальных и рабочих языков ООН.

В России под словосочетанием «китайский язык» (в том числе в образовательных программах) чаще всего имеется в виду севернокитайский язык и/или его стандартный вариант в КНР — путунхуа, основанный на пекинском диалекте севернокитайского языка.

Терминология[править | править код]

Здесь и далее термины, написанные иероглифами, даны в формате «традиционные иероглифы [упрощённые иероглифы]» (там, где написание различается)

Самоназвание[править | править код]

Китайские идиомы в целом называют «китайский язык; китайское письмо» (中文). Этот термин наиболее употребителен и нейтрален. Хотя у него может присутствовать коннотация «письменного языка» (), он также используется и для обозначения устной речи. В КНР и на Тайване он неформально может использоваться для обозначения только севернокитайского языка, контрастировать, например, с «тайваньским языком» (台語 [台语]) и другими китайскими идиомами, однако официально такое использование не приветствуется. В Гонконге и Макао же напротив, «китайский язык» (中文) обозначает прежде всего (устный) кантонский язык, в отличие от севернокитайского.

Термин «язык хань; ханьская речь» (漢語 [汉语]) часто используется в КНР в контексте преподавания китайского (севернокитайского языка) иностранцам или этническим меньшинствам. У этого термина есть коннотация «устного языка» (語 [语]), однако он также используется и для обозначения письменного — например, в термине «древнекитайский язык» (古代漢語 [古代汉语]), который ныне доступен только в письменной форме.

Термин «национальный язык; государственный язык» (國語 [国语]), обозначающий только севернокитайский язык, но не другие китайские идиомы, официально используется на Тайване, неформально также в КНР. Этот же термин в других странах Восточной Азии может означать соответствующие государственные языки: в Маньчжурской империи Цин так называли маньчжурский язык, ныне в Японии кокуго (国語 こくご) это «японский язык», в Южной Корее куго (國語 국어) — «корейский язык», в малайзийской китайской общине так называют малайский язык, и т. д.

Термин «язык хуа» (華語 [华语]) также обозначает только севернокитайский, используется официально в странах Юго-Восточной Азии: Сингапуре, Малайзии, Индонезии и т. д. На Тайване этот термин используется вместо «национальный язык» (國語 [国语]) в контексте преподавания севернокитайского иностранцам или для различения с другими официально признанными языками, включая тайваньский язык и язык хакка.

Термин «язык хань; ханьское письмо» (漢文 [汉文]) нечасто используется в современном Китае, но распространён в Японии и Корее применительно к классическому китайскому языку (камбуну и ханмуну соответственно). Так, в Японии словари с классического китайского на японский будут называться кан-ва (漢和), в то время как словари с современных китайских языков (прежде всего севернокитайского) на японский называются тю-нити (中日).

Вопрос «язык или диалект»[править | править код]

Для китайских идиомов остро стоит вопрос об отнесении их к единому «китайскому языку» или группе родственных «китайских» или «синитических» языков.

Аргументы в пользу термина «китайские языки» включают[7][8][9][10]:

  • китайские языки не взаимопонятны друг с другом, они отличаются на всех уровнях: в фонетике, лексике и грамматике
  • китайские языки начали расходиться более тысячи лет назад (примерно в то же время латынь распалась на романские языки); китайские языки не образуют континуума — между ними существуют сравнительно чёткие языковые границы, особенно между севернокитайским и южнокитайскими языками
  • китайские языки имеют различные письменные традиции, складывавшиеся уже в позднем Средневековье — обычно они используют китайские иероглифы, однако текст на одном из китайских языков не будет совпадать с тем же текстом на другом китайском, как и, например, на японском
  • китайские языки воспринимаются как «языки» (語 [语]) самими китайцами, термин «диалект» (方言) для них используется лишь в некоторых лингвистических трудах в КНР, политически мотивирован и калькирован с западной терминологии; кроме того, носители разных китайских языков имеют разные культуры и идентичности, их объединение в «ханьцев» является поздним искусственным конструктом

Аргументы в пользу термина «китайские диалекты» включают[7][8][11][12]:

  • китайские диалекты бытуют на территории единой страны — Китая, и среди людей одной этнической группы — ханьцев, которые имеют общую культуру и долгую историю совместного проживания
  • китайские диалекты записываются китайскими иероглифами — логографическим письмом, которое позволяет сгладить фонетические различия между ними: один иероглиф записывает одну морфему, имеющую одинаковое значение независимо от того, как она произносится
  • китайские диалекты не имеют официального статуса ни в одной стране (за исключением тайваньского языка и языка хакка со статусом «национальных» в частично признанной Китайской республике (Тайвань)), на данный момент все китаеязычные государства используют в делопроизводстве общий язык, основанный на пекинском диалекте

В Китае[править | править код]

Ныне в самом Китае различные китайские идиомы в обиходе, в СМИ и даже в региональных законодательных актах часто называют «языками» (語 [语]). Например, используются названия[7]:

и т. п.

Эти термины регулярно используются в контрасте с названиями других языков, и даже с севернокитайским, к которому применяют термин «китайский, ханьский язык» 漢語 [汉语], например:

Когда кто-то празднует день рождения, мы поем "С днём рождения!" на пяти языках: китайском, английском, уйгурском, казахском, кантонском.

из репортажа "Синьхуа" о многонациональной школе в Синьцзяне, 2009 год[7][13]

Про-партийный лингвист Ли Цзя из университета Ухани, уроженец Ляонина, в своей статье 2018 года указывал на преобладание таких терминов для идиомов Южного Китая и призывал бороться с ними законодательно. По его словам, такая практика показывает «изъяны в преподавании языковой идеологии», потворствует «распространению тайваньского сепаратизма на восточные прибрежные регионы» (на Тайване термин «язык» является официальным для языка хокло (тайваньского) и языка хакка)[7].

В научных публикациях в КНР может использоваться как термин «язык», так и «диалект». «Языковой атлас Китая» (издания 1987 и 2012 годов) называет крупные группы идиомов (кантонский, у, хакка и другие) «языками» (語 [语]), при этом классифицируя их как «китайские диалекты» (漢語方言 [汉语方言])[14].

Вне Китая[править | править код]

До XX века граница между терминами «язык» и «диалект» была не совсем чёткой как в Европе, так и в Китае. Эти термины могли использоваться взаимозаменяемо: так, в Китае «Институт иностранных (европейских) языков» в Ухани назывался 方言學堂, буквально «Училище диалектов» (в 1922 году преобразован в Уханьский университет)[7]. Часто под термином «диалект» подразумевался любой локальный, не государственный идиом, независимо от лингвистической классификации: например, во Франции «местными диалектами» или «патуа» считались как родственный французскому окситанский язык, так и кельтский бретонский язык (сейчас такое употребление слова «диалект» считается уничижительным).

Схожая терминология применялась европейцами и для Китая, «китайским языком» в строгом смысле считался классический китайский (мёртвый книжный язык, исключительно письменный, аналогичный латыни в Европе), тогда как устные языки именовались «диалектами», которые обычно назывались в честь крупных городов, вокруг которых они бытовали: так, кантонский язык (юэ) назывался Cantonese (в честь Кантона); язык хокло назывался Amoy (в честь Амоя); восточноминьский язык назывался Hokchew (от Фучжоу); северный вариант севернокитайского назывался Peking dialect (в честь Пекина) и отличался от лингва-франка дельты реки Янцзы, Nanking dialect или the Court dialect, также относящегося к севернокитайскому[15][16].

В Сингапуре китайские идиомы, помимо севернокитайского, официально классифицируются как «китайские диалекты». Аналогично, «индийскими диалектами» называются индийские языки, помимо официального в Сингапуре тамильского: бенгальский, пенджаби, маратхи, хиндустани и т. д[17].

В СССР дунганский язык, фактически являющийся диалектом севернокитайского с высокой степенью взаимопонятности, считался самостоятельным языком по политическим причинам (ср. аналогичную ситуацию с молдавским и румынским языками; урду и хинди; фарси, дари и таджикским, и т. д.).

Чтобы избежать использования слов «язык» и «диалект» в современных научных работах могут использоваться другие, менее однозначные термины: идиом, тополект, регионалект, языковая разновидность и т. д.[18][8]

Распространение[править | править код]

Идиомы, относимые к китайским, распространены главным образом в КНР и на Тайване. На этих идиомах также говорят в китайской диаспоре: в странах Юго-Восточной Азии (Сингапур, Малайзия, Индонезия, Филиппины и т. д.) традиционно бытуют миньские языки, прежде всего хокло, тогда как в чайнатауны Северной Америки (США и Канада) в основном мигрировали носители кантонского языка[14].

Этнически носителей китайских идиомов относят к ханьцам, и наоборот, «ханьцами» принято считать только этносы, говорящие на китайских языках. Так, чжуаны, более тысячи лет развивавшиеся в лоне китайской культуры, во время формирования понятия «ханьцы» в XX веке сами относили себя к ним, но официально в КНР были выделены в отдельное национальное меньшинство из-за того, что говорили на языке тай-кадайской группы[19].

В России, согласно переписи 2010 года, 70722 (0,05 %) человек указали владение «китайским языком» (без уточнения), 502 человека указали дунганский язык, 8 человек указали своим языком кантонский.

Классификация[править | править код]

 севернокитайский язык миньские языки язык у кантонский язык язык цзинь (спорный) язык гань язык хакка язык сян язык хой (спорный) пинхуа (спорный)

Китайские идиомы относятся к сино-тибетской языковой семье. Байский язык, рано отделившийся от древнекитайского, могут относить к «синитическим языкам», но не «китайским языкам» (в остальном эти термины синонимичны)[20].

Традиционно китайские идиомы подразделяются на 7 групп (языков)[21][22][14]:

«Языковой атлас Китая» (1987) следует классификации Ли Жуна и выделяет ещё три группы[14]:

  • язык цзинь (晉語 [晋语]) (иначе объединяется с севернокитайским)
  • пинхуа (平話 [平话]) и тухуа (土話 [土话]) (иначе объединяется с кантонским)
  • язык хой (или хуэй; 徽語 [徽语]) (иначе объединяется с языком у или севернокитайским)

Эта классификация из десяти групп (языков), хотя и принята многими лингвистами, до сих пор остаётся спорной[22][23]. Расхождения обычно вызывает классификация ряда идиомов на стыке арелов. Так, в языке сян выделяют «старосянский» и «новосянский» — первый имеет общие черты с языком у, последний крайне близок севернокитайскому, но имеет общий субстрат со «старосянским»[24]. «Пинхуа» разделяют на северный и южный — последний испытал сильное влияние кантонского и близок к нему структурно, при этом даже наннинский кантонский слабо взаимопонятен с наннинским пинхуа, хотя более взаимопонятен со стандартным кантонским[25].

Письменность[править | править код]

Китайские языки записываются главным образом китайскими иероглифами. Подавляющее большинство из них — фоноидеограммы, состоящие из части, подсказывающей смысл («семантика» или «детерминатива») и части, подсказывающей чтение («фонетика»).

Значительное число иероглифов употребляются чисто фонетически, то есть не подразумевая свой изначальный смысл. Часто так записываются служебные и просторечные слова, для которых трудно подобрать «свой» иероглиф. Например:

  • в севернокитайском частица принадлежности de записывается по созвучию иероглифом «яркий»
  • в кантонском частица принадлежности ge записывается иероглифом , образованном из gei (букв. «уже») с добавленным элементом «рот; устный», указывающим на фонетическое заимствование
  • в севернокитайском частица отрицания méi записывается по созвучию иероглифом «тонуть»
  • в хокло слово kó͘-chui «милый» записывается по созвучию сочетанием 古錐 [古锥] (из kó͘ «старый» и 錐 [锥] chui «шило»)
  • в языке у слово laq-he «быть (где-то), находиться» записывается по созвучию сочетанием 辣海 (из laq «острый (о вкусе)» и he «море»)
  • в древнекитайском слово /*ɡə/ «он, его» записывается по созвучию иероглифом , изначально изображавшим корзину и записывавшим слово /*kə/ «корзина» (ныне пишется , с в качестве фонетика и семантиком «бамбук»)
Иероглиф в разных региональных начертаниях. Слева направо: КНР, Тайвань, Гонконг, Япония, Корея

Китайские иероглифы по-разному стандартизированы в разных странах. В КНР используются «упрощённые иероглифы», в Японии — «новый стиль иероглифов». Варианты, используемые в других регионах, называют «традиционными» (в советской и российской терминологии их часто называются «полными»), однако они также не идентичны друг другу из-за разницы в типографических традициях. В КНР для традиционных иероглифов официально приняты «новые формы иероглифов», похожие начертания используются в Гонконге. «Ортодоксальные» варианты из словаря императора Канси 18-го века ныне используются только в ханча в Южной Корее. Традиционные иероглифы на Тайване слегка отличаются как от корейских, так и от гонконгских. В прошлом свои формы упрощения существовали в Сингапуре, но ныне они приведены в соответствие упрощению КНР. В конце 1970-х — начале 1980-х в КНР была сделана попытка ещё больше упростить иероглифы, в конечном итоге провалившаяся[26].

Традиционное направление письма — сверху вниз столбцами справа налево (крайне редко наоборот). В 20-м веке распространилось горизонтальное письмо слева направо, как в латинице. Традиционное вертикальное письмо в современных текстах продолжает использоваться на Тайване, преимущественно в художественной литературе.

Книжные и просторечные чтения[править | править код]

В китайских языках один иероглиф может иметь несколько чтений. В ряде случаев это происходит из-за омографии — разные, несвязанные друг с другом слова записываются одним и тем же иероглифом. В других случаях оба чтения являются родственными дублетами, их называют «книжными» и «просторечными». Более всего это явление свойственно миньским языкам, в последние века оно распространяется в периферийных диалектах севернокитайского и языке у.

Книжное и просторечное чтения могут быть взаимозаменяемыми, либо же употребляться в разных наборах слов. Просторечные чтения используются в повседневной лексике, часто в конкретных значениях, тогда как книжные используются в формальной лексике или в абстрактных значениях. Например, в севернокитайском иероглиф 給 [给] имеет просторечное чтение gěi «давать; для (предлог)» и книжное «предоставлять» (часто в сочетаниях: 給予 [给予] jǐyǔ «предоставлять», 補給 [补给] bǔjǐ «воен. пополнять, снабжать», 給養 [给养] jǐyǎng «снабжение, провиант»).

Иногда к просторечным также относят чтения, подобранные для иероглифа по смыслу: например, в хокло иероглиф «мясо» имеет чтения jio̍k (из среднекитайского), he̍k (из протоминьского) и bah (из неизвестного некитайского языка) — последние два называют «просторечными». Аналогичное явление есть в японском, где «собственное» китайское чтение иероглифа называется онъёми, тогда как японское чтение, для которого иероглиф подобран по смыслу, называют кунъёми.

История[править | править код]

Древнекитайский период[править | править код]

Фрагмент гадательной кости с выгравированным на ней календарём
Бамбуковые дощечки периода Сражающихся царств (V—III века до н. э.) с комментарием на «Канон стихов»

Древнекитайский относится к сино-тибетским языкам. Произошедшие от него языки составляют одну из основных ветвей это семьи, наряду с тибето-бирманскими. Древнекитайский — самый ранний из зафиксированных в этой семье[21].

Значение Древнекитайский[27] Тибетский[28] Бирманский[28]
«я» /*ŋa/ nga ငါ nga
«ты» /*naʔ/ နင် nang
«не» /*ma/ ma ma.
«два» /*nijs/ གཉིས gnyis နှစ် hnac
«три» /*srum/ གསུམ gsum သုံး sum:
«пять» /*C.ŋˤaʔ/[a] ལྔ lnga ငါး nga:
«шесть» /*k.ruk/ དྲུག drug ခြောက် hkrauk
«солнце» /*C.nik/[a] ཉི་མ nyi ma နေ့ ne.
«имя» /*C.meŋ/[a] མིང ming မည် many
«ухо» /*C.nəʔ/[a] རྣ rna နား na:
«сустав» /*tsik/ ཚིགས tshigs ဆစ် hcac
«рыба» /*rŋa/ nya ငါး nga:
«горький» /*kʰaʔ/ kha ခါး hka:
«убивать» /*srat/ བསད bsad သတ် sat
«яд» /*duk/ དུག dug တောက် tauk

Древнейшие памятники китайского письма — гадательные надписи на панцирях черепах и бычьих лопатках — относятся к 13 веку до н. э. С 11—8 веков до н. э. сохранились надписи на ритуальных бронзовых сосудах. Их язык определённо является предком для современных китайских, однако их прочтение представляет трудности — обычно это короткие однотипные тексты, значительную долю в которых составляют имена собственные. Многие иероглифы в этих текстах, будучи изначально логографическими, используются не в своём «изначальном» значении, а чисто фонетически, для близких по произношению слов. Также в этот период были написаны фрагменты книг из конфуцианского Пятикнижия, в том числе большая часть «Канона стихов». Рифмы, используемые в последнем, служат важным источником для реконструкции древнекитайского произношения[29][27].

В 7—3 веках до н. э. появляются надписи на дощечках из дерева и бамбука. В этот период создавались крупные тексты, составляющие основной корпус древнекитайской классики, такие как Аналекты Конфуция, Канон о пути и добродетели, Мэнцзы и другие. Из-за недолговечности материалов, а также циньских кампаний против конфуцианства («сожжение книг и погребение книжников»), многие тексты были полностью утеряны, лишь некоторые были сохранены в канонических передачах[21].

Древнекитайский язык описывается как бестоновый, но допускающий кластеры согласных в начале и конце слога. Древнекитайская лексика перешла от преимущественно односложной к многосложной в эпоху Хань. Тогда же развились новые грамматические явления, такие, как счётные слова. Несмотря на это, классический китайский — литературный язык Восточной Азии до XX век — в значительной мере брал за образец до-циньскую классику, всё ещё предпочитавшую односложные слова[30][31][27][21].

Среднекитайский период[править | править код]

Таблица рифм из средневекового рифмовника. Вертикальные столбцы — инициали. Финаль разделена по тону на четыре группы (в чёрных кружках), которые затем разделены на четыре разряда ().

«Среднекитайской» называют фонетическую систему, описанную в классических средневековых словарях-рифмовниках, таких как словарь «Разграничение рифм» (切韻) 601 года н. э., основанном на ещё более ранних словарях, ныне утерянных. Его переработанные версии, словари «Дополнение к рифмам» (廣韻) и «Собрание рифм» (集韻), были составлены в начале XI века. Согласно наиболее распространённой точке зрения, эти средневековые словари не отражали реальное произношение какого-то конкретного диалекта среднекитайского, но представляли усреднённое, стандартизированное чтение иероглифов в говорах Южных и Северных династий V—VI веков н. э. Стандарт был необходим для декламации конфуцианской классики — уже в поздний древнекитайский период было замечено, что некоторые фрагменты «Канона стихов» перестали рифмоваться[32][21].

Классические словари описывают в среднекитайском 36 инициалей и более чем полторы сотни финалей. В отличие от древнекитайского, среднекитайский был тоновым языком. Схожая тоновая система была в кадайских, хмонг-мьенских и вьетских языках — все они также имеют общие черты в грамматике. Хотя они не являются родственными, эти языки образуют языковой союз[21].

Несмотря на то, что классические словари пользовались авторитетом, в Средние Века продолжали происходить языковые изменения. В эпоху Тан диалект Чанъаня пришёл на смену языку бывшей столицы Цзянькана в качестве престижного. В книге «Чтения и смыслы всех сутр» (一切經音義) 807 года этот «новый» язык назывался выговором Цинь, тогда как «старый» язык неодобрительно назывался выговором царства У — позднее эта терминология была заимствована японскими учёными, словом го-он (吳音; японское го в севернокитайском читается у) был назван более ранний слой сино-японских чтений, привнесённый в Японию из Северного Китая корейскими буддийскими монахами[33][34][11].

В миньских языках (в «просторечном» их слое) отсутствуют некоторые фонетические изменения, произошедшие в позднем древнекитайском и среднекитайском. Фрагментарно такие же черты находят в кантонском и хакка. Так называемый «протоминьский» или «древнеюжнокитайский» язык, частичный предок современных миньских, отделился от остального древнекитайского примерно в 2—1 века до н. э., в эпоху Западная Хань, когда древние вьетские государства нынешнего южного Китая были завоёваны императором У и заселены носителями древнекитайского[35][21][36].

Новокитайский период[править | править код]

До XX-го века основным письменным языком в Восточной Азии был классический китайский, основанный на древнекитайском языке конфуцианской классики. Разговорный же язык быстро изменялся, уже во времена империй Тан и Сун (7-13 века нашей эры) язык фольклорных сказаний и буддистских проповедей отличался от книжного. С точки зрения конфуцианцев, классический китайский был единственным «правильным» письменным языком, разговорные же языки не нуждались в своей письменной форме. Появление письма для устных языков было обычно связано с влиянием извне: монголов и чжурчженей в Северном Китае или буддистов в Южном Китае и Корее, позднее также христианских миссионеров[37][38].

Точный период обособления современных китайских языков, помимо миньских, установить трудно, вероятнее всего они начали распадаться к концу первого тысячелетия нашей эры.

Эпоха Сун[править | править код]

В книге эпохи Сун «Вместо ответов из-за хребтов» (嶺外代答), описывающей нынешний район Гуйлиня, упомянуты живущие там пять народов:

  • два вида аборигенов, говоривших на некитайских языках
  • горожане-беженцы с севера — говорили на «понятном» (для жителя Хэнани) языке
  • переселенцы из Хунани и миньскоговорящие землепашцы из Фуцзяни — говорили на «непонятном» для автора языке
  • кочевые лодочники танка — говорили на «смешанном языке Фуцзяни и Гуандуна», вероятно предке кантонского

В этой книге также дан небольшой глоссарий местных слов. Лексика его напоминает современный язык хакка (細子 [细子] se-chṳ́ «ребёнок», 匱 [匮] khioi «уставший», 罌 [罂] âng «керамический сосуд, бутыль» и т. д.), некоторые термины, связанные с мореплаванием, напоминают кантонские (埋船頭 [埋船头] «причалить», 反船頭 [反船头] «отчалить»). Кроме того упомянуто, что соседние народы использовали письменность, основанную на китайской. Так, о Северном Вьетнаме говорится, что в их письме «лишь слово „цветок“ () не требует перевода», о байском государстве Дали — что оно использует классический китайский, но продолжает употреблять иероглифы императрицы У Цзэтянь, такие как (вместо 國 [国] «страна»). Также приводится список некоторых местных иероглифов, большинство из которых записывают язык вроде чжуанского[39][40][41].

Эпохи Мин и Цин[править | править код]

В 14—17 веках, в эпоху империи Мин, разговорные языки стали всё чаще использоваться на письме. Произведения на разговорных языках использовались в «низкой» развлекательной литературе, обычно такой, которую предполагалось исполнять вслух: в разного рода песенниках, операх, в прямой речи в романах. Значительная часть разговорных произведений писалась на койне, основанном на южном диалекте севернокитайского языка (часто он условно называется «нанкинским», однако насчёт его происхождения существуют разные версии). Во многих произведениях, написанных в дельте реки Янцзы, заметно влияние языка у[37][42][43].

В царстве Корё в 14 веке были составлены книги «Ногольдэ» (老乞大 «Почтенный китаец») и «Пак Тонса» (朴通事 «Толмач Пак»), учебники севернокитайского для корейских купцов и дипломатов. Ныне они сохранились в более поздних переработках, которые, как и западные работы 18—19 веков, различают в севернокитайском «официальный диалект» или выговор мандаринов (the Court dialect) и разговорный диалект Пекина. В 16 веке собственная письменность, хангыль, появилась для самого корейского языка. По теории, выдвинутой Гэри Ледьярдом, хангыль происходит от письма Пагба-ламы, бывшего официальным в Монгольской империи Юань для всех её языков, включая ранний севернокитайский[44][45].

Отдельные иероглифы кантонского языка, бытовавшие в локальной переписке, упоминаются в различных глоссариях и заметках с эпохи Мин: 孻 [𡥧] lāai «последний» (изначально «последний ребёнок»), móuh «не иметь», 閂 [闩] sāan «запирать», lāt «отваливаться», «самка животного» и т. д. Самое раннее из найденных цельных произведений на кантонском — «Повесть о бумаге, украшенной цветами» (花箋記 [花笺记]), написанная в 16 веке. Она, как и другие ранние романы, относится к написанным полу-прозаическим языком песенникам — мукъюсю, «книгам деревянной рыбы» («деревянной рыбой» называется перкуссионный музыкальный инструмент, принесённый в регион буддистами). Позднее на кантонском стали издавать народные песни намъям (南音 «южные напевы») и лунчау (龍舟 [龙舟] «песни драконьих лодок»). В 19-м веке статус литературы на кантонском стремились поднять «Кантонские романсы» (粵謳 [粤讴]) литератора Чиу Чиюна (招子庸) и эпиграммы на исторические темы дипломата и поэта Лиу Яньтоу (廖恩燾)[37].

Миньское письмо впервые обнаруживается уже в эпоху Тан. В сатирическом стихотворении «Плачь по ребёнку» (哀囝詩 [哀囝诗]) VIII века употреблены сугубо миньские слова kiáⁿ «ребёнок», 郎罷 [郎罢] niû-pē «отец». Полноценные произведения на южноминьских языках сохранились с XVI века, самое ранее — переиздание 1566 года «Повести о личи и зеркале» (荔鏡記 [荔镜记]). Также на языке хокло с XVII века писались песенники (歌仔冊 koa-á-chheh), выработавшие устойчивую орфографическую традицию. Испанские миссионеры на Филиппинах активно изучали язык хокло, на котором говорили прибывшие из Фуцзяни иммигранты-санглеи, и в XVI—XVII веках составили его первые грамматики[46][47].

В XVII—XVIII веках разговорные языки всё чаще становились объектами лингвистического изучения. Сами их носители начали составлять словари-рифмовники, такие как «Постижение свода звуков» (彙音妙悟 Lūi-im biāu-ngō͘) для хокло, составленный около 1800 года, «Введение в категории рифм» (分韻撮要 Fānwáhn chyut’yiu) 1782 года для кантонского, «Восьмизвучие Цейка и Лина» (戚林八音 Chék-Lìng báik-ĭng) 18-го века для восточноминьского, или словарь «Дополнение к своду иероглифов» (字彙補) 1666 года, обнаруживающий влияние языка у[47][48].

Современный период[править | править код]

В конце XIX — начале XX веков левые интеллектуалы в Китае, такие, как Лу Синь, Ху Ши, Чэнь Хэнчжэ, Чэнь Дусю и другие стремились реформировать письменный язык, отказаться от классического китайского в пользу просторечия (байхуа 白話 [白话]) и следовать принципу «как говорю, так и пишу» (我手寫我口). Изначально это движение поощряло письмо на всех китайских языках: так, Лу Синь и Ху Ши крайне хорошо отзывались о повести «Житие цветов Шанхая» (海上花列傳), написанной на языке у. Также в начале XX века популярность обрели «Истинное лицо чиновничества» (官場現形記) и «Девятихвостая черепаха» (九尾龜), также написанные на у. Тем не менее, впоследствии под байхуа стало пониматься лишь письмо на стандартизированном варианте севернокитайского языка[21][49][50][9].

В ранние годы Китайской Республики были проведены ряд языковых реформ. Было разработано «официальное» произношение — сначала оно было полностью искусственным, с элементами как пекинского, так и старого «нанкинского» придворного наречия севернокитайского, однако затем, в 1932 году, оно было полностью основано на пекинском. «Национальный язык» (國語 [国语]), разработанный в Китайской Республике, в КНР был переименован в путунхуа[51][52].

В КНР[править | править код]

В 1982 году политика по распространению путунхуа была занесена в конституцию КНР, использование местных языков (как китайских, так и иных) в управлении, образовании и СМИ было ограничено. Например, для выхода телеканалов на спутниковое вещание требуется полный переход на путунхуа. В 2011 году попытка сократить вещание на кантонском в Гуанчжоу вызвала масштабные протесты[en]. Бо́льшие преференции получает контент на близких к путунхуа северовосточных диалектах севернокитайского языка, тогда как уже юго-западные его диалекты, распространённые в Сычуане и Чунцине, встречают препоны[53][54].

В городах, ставших главными объектами «политики по распространению путунхуа» (Наннин, Фучжоу и т. д.), а также претерпевших большой наплыв мигрантов (Сямынь, Ханчжоу, Шанхай и т. д.) процент владеющих местными языками стремительно падает, особенно среди молодёжи. С другой стороны, этот процесс осложняется другими факторами: большая часть мигрантов, прибывающих из сельских регионов и говорящих на севернокитайском, принадлежит к «плавающей популяции» — они склонны оставлять свои семьи в родных провинциях, их оседание в месте работы административными методами осложнено. Экономическое неравенство между развитым побережьем, говорящим на южнокитайских языках, и менее богатыми мандариноговорящими западом и севером, а также массовая миграция оттуда на восток в короткий промежуток времени вызывают социальные трения, усиливают региональную идентичность и запрос на сохранение местных китайских языков[7][55][56].

Школьное образование в КНР полностью переведено на севернокитайский, в некоторых школах использование учениками родных языков даже между уроками дисциплинарно наказывается. В то же время, в отдельных городах, таких как Сямынь, местные власти вводят программы по поддержке местных языков, включая культурные фестивали и школьные факультативы. Согласно некоторым исследованиям, локальные языки в КНР в условиях агрессивного продвижения севернокитайского выстраивают с ним единую систему: в некоторых случаях складывается ситуация, где дети воспринимают путунхуа как «формальный» и «учтивый» язык и говорят на нём со старшими, вырастая же переходят на местный язык, воспринимая его как «неформальный» и «взрослый»[57][58].

В других странах[править | править код]

Жёсткая политика по продвижение севернокитайского проводилась Гоминьданом на Тайване в годы военного положения (1949—1987). После демократизации власти Демократической Прогрессивной партии, напротив, стремятся поддерживать местные языки, прежде всего тайваньский (хокло), родной для 70 % тайваньских семей. Эта языковая политика рассматривается как важный элемент тайваньского национализма и движения за независимость Тайваня[59].

В Сингапуре с 1960-х проводится политика по продвижению севернокитайского языка и подавлению иных китайских языков, прежде всего хокло, которым до внедрения этой политики владело 80 % сингапурцев китайского происхождения, из них для половины он был родным языком. К настоящему времени на своих исторических языках говорят в быту лишь 11,8 % сингапурских китайцев, при этом число говорящих на севернокитайском в Сингапуре также стало падать — его основным соперником стал английский[60][61][62].

Фонетика[править | править код]

Карта распространения «северных» черт по Джерри Норману (тёмно-красные — ни одной черты, тёмно-синие — все 16 северных черт)

В китайской фонетике принято делить слог на инициаль и финаль (в последнюю также включают тон). Финаль, в свою очередь, может иметь медиаль: глайд -w- или -j-, и терминаль: носовую -m, -n, -ŋ или смычную -p, -t, -k, -ʔ (в разных языках допусти́м разный набор терминалей).

Из-за фонетической разнородности китайские языки сильно варьируются в числе слогов. Примерное количество зафиксированных слогов (то есть реально используемых, не теоретических комбинаций) с учётом тонов составляет[63]:

Инициали[править | править код]

Здесь и далее среднекитайские чтения приведены в нотации Бакстера и реконструкции Ван Ли (последняя — в [квадратных] или /косых/ скобках), если не указано иное

В большинстве китайских языков (и некоторых соседних некитайских, вроде корейского) согласные различаются по придыханию: /p/ и /pʰ/, /t/ и /tʰ/, /k/ и /kʰ/ и т. д. Во многих современных транскрипционных системах для языков, где нет звонких согласных, включая севернокитайские пиньинь и палладицу, кантонский ютпхин, новую романизацию корейского и т. д. символы для глухих (p, t, k, c и т. д.) обозначают придыхательные согласные, символы для звонких (b, d, g, z и т. д.) — глухие непридыхательные.

Наличие звонких инициалей

Судьба древних звонких согласных — один из основных классификационных признаков. Они имелись в среднекитайском языке, ныне сохранились только в языке у, старосянском и в японских чтениях го-он[64][65]. В большинстве китайских языков историческая звонкость влияет на тон слога (сообщает ему «светлый» тон, см. ниже). В языках, где звонкие исчезли, они имеют разные рефлексы[14]:

  • в севернокитайском и кантонском они перешли в придыхательные в «ровном тоне» , но в непридыхательные в остальных тонах
  • в языках хакка и гань — в придыхательные, независимо от тона
  • в хокло и вьетнамском — в непридыхательные, независимо от тона
иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой

«жестокий»
baw bouh phau bào bau ぼう ほう po bạo
[bɑuH] [pou̯˨] [pʰau̯˥] [pɑʊ̯˥˩] [bɔ˨˧] [po˧] [boː] [hoː] [pʰo] [ʔɓaːw˧˨ʔ]
報 [报]
«сообщать»
paw bou po bào pau ほう bo báo
[pɑuH] [pou̯˧] [po˥] [pɑʊ̯˥˩] [pɔ˧˦] [po˧˩] [hoː] [po] [ʔɓaːw˧˦]

«Тан»
dang tòhng thòng táng daon tông どう とう dang đường
[dɑŋ] [tʰɔːŋ˨˩] [tʰoŋ˩] [tʰɑŋ˧˥] [dɑ̃˨˧] [tɔŋ˨˦] [doː] [toː] [taŋ] [ʔɗɨəŋ˨˩]
當 [当]
«соответствовать»
tang dōng tông dāng táon tong とう dang đương
[tɑŋ] [tɔːŋ˥] [toŋ˨˦] [tɑŋ˥] [tɑ̃˥˧] [tɔŋ˦] [toː] [taŋ] [ʔɗɨəŋ˧˧]
極 [极]
«крайность»
gik gihk khi̍t jiq ke̍k ごく goku きょく kyoku keuk cực
[ɡĭək] [kɪk˨] [kʰit˥] [tɕi˧˥] [dʑiɪʔ˩˨] [kiɪk˦] [ɡokɯ̥] [kʲokɯ̥] [kɯk] [kɨk˧˨ʔ]

«колючка»
kik gīk kit ciq kek こく koku きょく kyoku keuk cức
[kĭək] [kɪk˥] [kit˨] [tɕi˧˥] [tɕiɪʔ˥] [kiɪk˧˨] [kokɯ̥] [kʲokɯ̥] [kɯk] [kɨk˧˦ʔ]

Звонкие согласные также есть в хокло и японских чтениях кан-он, но их происхождение иное: они появились из-за деназализации носовых m-, n-, ng- и т. д.[65] Схожая деназализация ограниченно протекает сейчас в корейском языке. С другой стороны, в корейском носовой n- склонен полностью выпадать в начале слова (но не в середине), а инициаль ng- начала исчезать ещё в среднекорейском.

иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой
門 [门]
«ворота»
mwon mùhn mùn mén men bûn もん mon ぼん bon mun môn
[muən] [muːn˨˩] [mun˩] [mən˧˥] [mən˨˧] [bun˨˦] [mõɴ] [bõɴ] [mun]~[bun] [mon˧˧]

«заблуждаться»
mej màih mi まい mai べい bei mi
[miei] [mɐi̯˨˩] [mi˩] [mi˧˥] [mi˨˧] [be˨˦] [mai] [beː] [mi]~[bi] [me˧˧]

«пять»
ngu ńgh ńg ng gǒ͘ go o ngũ
[ŋuX] [ŋ̍˨˧] [ŋ̍˧˩] [u˨˩˨] [ŋ̍˨˧] [ɡɔ˧] [ɡo]~[ŋo] [o] [ŋu˦ˀ˥]
義 [义]
«смысл»
ngje yih ngi gni gi ui nghĩa
[ŋǐeH] [jiː˨] [ɲi˥] [i˥˩] [ɲi˨˧] [ɡi˧] [ɡʲi]~[ŋʲi] [ɰi] [ŋiə˦ˀ˥]

«и»
nyi yìh ér gher ni ji i nhi
[ȵʑĭə] [jiː˨˩] [i˩] [ɤɻ˧˥] [ɦəl˨˧] [li˨˦] [ɲi] [dʑi] [i] [ɲi˧˧]

«женщина»
nrjo néuih ńg gniu にょ nyo じょ jo yeo, nyeo nữ
[nĭoX] [nɵy̯˨˧] [ŋ̍˧˩] [ny˨˩˨] [ɲy˨˧] [lu˥˧] [ɲo] [dʑo] [jʌ̹], [ɲʌ̹] [nɨ˦ˀ˥]

В среднекитайском языке существовали согласные tr, trh, dr (реконструируются как ретрофлексные /ʈ/, /ʈʰ/, /ɖ/ или альвеолопалатальные /ȶ/, /ȶʰ/, /ȡ/). В большинстве китайских языков они перешли в аффрикаты вроде /tʃ/ или /tʂ/, тогда как в миньских, японском и корейском они перешли во взрывные вроде /t/ (в последних двух упомянутых языках они могли также палатализоваться в /tɕ/ и т. п., но позднее и уже по их внутренним причинам). Это отражено в заимствованиях, означающих «чай» в западных языках: слова вроде русского чай происходят из не-миньских китайских языков (с.-кит. chá, кант. chàh), тогда как английское tea и схожие формы происходят от чтения этого слова в языке хокло ().

иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой

«чай»
drae chàh chhà chá zo da[b] ta[b] da[b] trà
[ȡa] [tsʰaː˨˩] [tsʰa˩] [ʈʂʰä˧˥] [zo˨˧] [te˨˦] [da] [ta] [ta] [tɕaː˨˩]
濁 [浊]
«мутный»
draewk juhk chhuk zhuó zoq ta̍k じょく joku たく taku tak đục
[ȡɔk] [tsʊk˨] [tsʰuk˨] [ʈʂu̯ɔ˧˥] [zoʔ˩˨] [tak˦] [dʑokɯ̥] [takɯ̥] [tʰak] [ʔɗʊwk͡p˧˨ʔ]
徹 [彻]
«проникать»
trhjet chit chha̍t chè tsheq thiat てち techi てつ tetsu cheol triệt
[ȶʰĭɛt] [tsʰiːt˧] [tsʰat˥] [ʈʂʰɤ˥˩] [tsʰəʔ˥] [tʰiɛt˧˨] [tetɕi] [tetsɯ̥] [tɕʰʌ̹ɭ] [tɕiət˧˨ʔ]

«императорский указ»
trhik chīk chhṳ̍t chì tsheq thek ちき chiki ちょく choku chik sắc
[ȶʰĭək] [tsʰɪk˥] [tsʰɨt˥] [ʈʂʰʐ̩˥˩] [tsʰəʔ˥] [tʰiɪk̚˧˨] [tɕiki] [tɕokɯ̥] [tɕʰik] [sak˧˦]

«бамбук»
trjuwk jūk chuk zhú tsoq tek ちく chiku juk trúc
[ȶĭuk] [tsʊk˥] [tsuk˨] [ʈʂu˧˥] [tsoʔ˥] [tiɪk̚˧˨] [tɕikɯ̥] [tɕuk] [tɕʊwk͡p˧˦]

«жемчуг»
trin jān chṳ̂n zhēn tsén tin ちん chin jin trân
[ȶǐĕn] [tsɐn˥] [tsɨn˨˦] [ʈʂən˥] [tsən˥˧] [tin˦] [tɕĩɴ] [tɕin] [tɕən˧˧]
Наличие ретрофлексных аффрикат

Наличие в языке ретрофлексных /ʂ/, /tʂ/, /tʂʰ/ — также важный классификационный признак. Они более характерны для севернокитайского языка, особенно его северных диалектов, где различаются ряды /ʂ/ — /ɕ/. В отличие от него, в стандартном кантонском языке (но не некоторых его диалектах) эти ряды слились в /s/, хотя ещё в начале прошлого века кантонский также различал /ɕ/ (ср. транскрипции в западных языках: Tsim Sha Tsui, Chiang Kai-shek[c], Fat-shan и т. д.).

иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой
將 [将]
«служебное слово»
tsjang jēung chiông jiāng cián chiong そう しょう shō jang tướng
[tsĭaŋ] [tʃœːŋ˥] [tɕi̯oŋ˨˦] [tɕi̯ɑŋ˥] [tɕiã˥˧] [tɕiɔŋ˦] [soː] [ɕoː] [tɕaŋ] [tɨəŋ˧˦]
張 [张]
«натягивать»
trjang jēung chông zhāng tsán tiong ちょう chō jang trương
[ȶĭaŋ] [tʃœːŋ˥] [tsoŋ˨˦] [ʈʂɑŋ˥] [tsã˥˧] [tiɔŋ˦] [tɕoː] [tɕaŋ] [tɕɨəŋ˧˧]

«взаимно»
sjang sēung siông xiāng shián siong そう しょう shō sang tương
[sĭaŋ] [sœːŋ˥] [ɕi̯oŋ˨˦] [ɕi̯ɑŋ˥] [ɕiã˥˧] [ɕiɔŋ˦] [soː] [ɕoː] [sʰaŋ] [tɨəŋ˧˧]
傷 [伤]
«рана»
syang sēung sông shāng sáon siong しょう shō sang thương
[ɕĭaŋ] [sœːŋ˥] [soŋ˨˦] [ʂɑŋ˥] [sɑ̃˥˧] [ɕiɔŋ˦] [ɕoː] [sʰaŋ] [tʰɨəŋ˧˧]
Степень палатализации (перехода /k/ в /tɕ/)

Во многих китайских языках произошла палатализация велярных (например, /ki-/ > /tɕi-/), в том числе почти во всех диалектах севернокитайского, языков у, сян и гань, а также в северном хакка. Этот процесс проходил постепенно в разных местах, ещё в XIX веке в нанкинском севернокитайском /ki-/ сохранялось, что отражалось в топонимах в европейских языках: Пекин, Нанкин и т. п.

иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой

«столица»
kjaeng gīng kîn jīng cín keng きょう kyō けい kei kyeong kinh
[kĭɐŋ] [kɪŋ˥] [kin˨˦] [tɕiŋ˥] [tɕin˥˧] [kiɪŋ˦] [kʲoː] [keː] [kjʌ̹ŋ] [kïŋ˧˧]

«эссенция»
tsjeng jīng chîn jīng cín cheng しょう shō せい sei jeong tinh
[tsĭɛŋ] [tsɪŋ˥] [tɕin˨˦] [tɕiŋ˥] [tɕin˥˧] [tɕiɪŋ˦] [ɕoː] [seː] [tɕʌ̹ŋ] [tïŋ˧˧]
結 [结]
«узел»
ket git kiet jié ciq kiat けち kechi けつ ketsu kyeol kết
[kiet] [kiːt˧] [ki̯et˨] [tɕi̯ɛ˧˥] [tɕiɪʔ˥] [kiɛt˧˨] [ketɕi] [ketsɯ̥] [kjʌ̹ɭ] [ket˧˦]
節 [节]
«отрезок»
tset jit chiet jié ciq chiat せち sechi せつ setsu jeol tết
[tsiet] [tsiːt˧] [tɕi̯et˨] [tɕi̯ɛ˧˥] [tɕiɪʔ˥] [tɕiɛt˧˨] [setɕi] [setsɯ̥] [tɕʌ̹ɭ] [tet˧˦]

Финали[править | править код]

Наличие носовой инициали (обычно m-) в 問 [问]
Наличие носовой инициали (обычно n- или ng-) в 熱 [热]

Для многих языков (включая севернокитайский, у, сян, хакка) характерна финаль, обозначаемая в синологической транскрипции как /ɿ/. Она произносится как гласная [ɨ] (как русская ы) или как слоговой согласный [z̩]. В южнокитайских языках финаль может образовывать сонорный слоговой согласный: /ŋ̍/, /m̩/.

В большинстве современных языков, за исключение «просторечного» слоя миньских, а также некитайских японского и корейского, древние губные согласные (/p/, /pʰ/, /b/, в некоторых языках также /m/) распались на два ряда в зависимости от финали: перед древними финалями с медиалью /-j-/ и огублением они перешли в губно-зубные (вроде /f/, /w/ и т. п.).

иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой
книж. прост.

«муж»
pju hu po͘ fu bu phu
[pĭu] [fuː˥] [fu˨˦] [fu˥] [fu˥˧] [hu˦] [pɔ˦] [ɸɯ̥] [pu] [fu˧˧]

«вечер»
pu bōu po͘ fu ho po
[pu] [pou̯˥] [pu˨˦] [pu˥] [pu˥˧] /pɔ˦/ [ɸɯ̥] [ho] [pʰo] [ʔɓo˧˧]

«комната»
bjang fòhng fòng fáng vaon hông pâng ぼう ほう bang phòng
[bĭwaŋ] [fɔːŋ˨˩] [foŋ˩] [fɑŋ˧˥] [vɑ̃˨˧] [hɔŋ˨˦] [paŋ˨˦] [boː] [hoː] [paŋ] [fawŋ͡m˨˩]

«бок»
bang pòhng phòng páng baon pông ぼう ほう bang bàng
[bɑŋ] [pʰɔːŋ˨˩] [pʰoŋ˩] [pʰɑŋ˧˥] [bɑ̃˨˧] /pɔŋ˨˦/ [boː] [hoː] [paŋ] [ʔɓaːŋ˨˩]
萬 [万]
«десять тысяч»
mjon maahn van wàn ve bān もん mon ばん ban man vạn
[mĭwɐnH] [maːn˨] [van˥] [wän˥˩] [ve˨˧] /ban˧/ [mõɴ] [bãɴ] [man] [vaːn˧˨ʔ]

«медленный»
maen maahn man màn me bān まん man ばん ban man mạn
[manH] [maːn˨] [man˥] [män˥˩] [me˨˧] /ban˧/ [mãɴ] [bãɴ] [man] [maːn˧˨ʔ]

В большинстве современных языков слились среднекитайские финали -je, -ij, -i и -jɨj, при этом во многих языках они получили два рефлекса: один, как /ɨ~ɯ/ во многих китайских или /a/ в корейском, используется после фрикативных инициалей (/s-/, /ts-/ и т. п.), другой, обычно /i/, после остальных. В отдельных случаях они различаются, наиболее часто и последовательно — в просторечном слое в миньских языках.

иероглиф среднекит. кант. хакка с.-кит. у хокло японский кор. вьет.
Гонконг Мяоли Пекин Шанхай Амой го-он кан-он Сеул Ханой
книж. прост.

«посылать»
kje gei ki ci kià ki gi
[kǐeH] [kei̯˧] [ki˥] [tɕi˥˩] [tɕi˧˦] [ki˧˩] [kia˧˩] [kʲi] [ki] [ki˧˦]
騎 [骑]
«ехать верхом»
gje kèh khì ji khî khiâ gi ki gi kị
[ɡǐe] [kʰɛː˨˩] [kʰi˩] [tɕʰi˧˥] [dʑi˨˧] [kʰi˨˦] [kʰia˨˦] [ɡʲi]~[ŋʲi] [kʲi] [ki] [ki˧˨ʔ]

«выгода»
lij leih li li lāi ri ri, 이 i lợi
[liH] [lei̯˨] [li˥] [li˥˩] [li˨˧] [li˧] [lai˧] [ɾʲi] [ɾi], [i] [ləːj˧˨ʔ]
獅 [狮]
«лев»
srij sṳ̂ shī su sai shi sa
[ʃi] [siː˥] [sɨ˨˦] [ʂɨ˥] [sz̩˥˧] [su˦] [sai˦] [ɕi] [sʰa] [sɨ˧˧]
使
«использовать»
sri sái, sí sṳ́ shǐ sy sái shi sa sứ
[ʃĭəX] [sɐi̯˧˥], [siː˧˥] [sɨ˧˩] [ʂɨ˨˩˨] [sz̩˧˦] [su˥˧] [sai˥˧] [ɕi] [sʰa] [sɨ˧˦]

«похожий»
zi chíh sṳ zy sāi ji shi sa tự
[zĭəX] [tsʰiː˨˧] [sɨ˥] [sɨ˥˩] [zz̩˨˧] [su˧] [sai˧] [dʑi] [ɕi] [sʰa] [tɨ˧˨ʔ]
氣 [气]
«воздух»
khjɨj hei hi chi khì khùi ke ki gi khí
[kʰĭəiH] [hei̯˧] [hi˥] [tɕʰi˥˩] [tɕʰi˧˦] [kʰi˧˩] [kʰui˧˩] [ke] [kʲi] [ki] [xi˧˦]
機 [机]
«механизм»
kjɨj gēi ki kui ke ki gi ki
[kĭəi] [kei̯˥] [ki˨˦] [tɕi˥] [tɕi˥˧] [ki˦] [kui˦] [ke] [kʲi] [ki] [ki˧˧]
Распространение слогов, оканчивающихся на -p, -t, -k, -ʔ

В традиционной фонетике финали на смычные -p, -t, -k описываются как аллофоны финалей на носовые -m, -n, ng в так называемом «входящем тоне». Исход входящего тона — ещё один важный критерий в классификации современных языков:

  • Конечные -p, -t, -k сохранились в южнокитайских языках — например, в кантонском, хакка, гань, в «книжном» слое в хокло, а также в не-китайских языках: корейском и вьетнамском.
В японском языке, не допускающем закрытые слоги, конечные -p, -t, -k перешли в -fu, -tsu/-chi, -ku/-ki соответственно, при этом конечный -fuдревнеяпонском произносился как -pu) позднее переходит в -u и сливается с предшествующей гласной (например, 合 gapu > gafu > gau > , 級 kipu > kifu > kiu > kyū, и т. п.).
В некоторых языках наблюдается слияние конечных смычных, обычно в паре с носовыми. Например, в чаошаньском из конечных согласных есть только губные -m/-p и велярные -ng/-k, тогда как зубные -n/-t исчезли (перешли в -ng/-k).
  • В других языках конечные -p, -t, -k перешли в гортанную смычку [-ʔ], например, в «просторечном» слое в хокло, в языке у, в отдельных диалектах севернокитайского — юго-восточном (нанкинском) и цзинь.
  • Конечные смычные полностью исчезли в большинстве диалектов севернокитайского и языке сян. В некоторых идиомах они продолжают различаться с помощью отдельного тона, но, например, в пекинском севернокитайском они перераспределяются и получают один из не-входящих тонов, причём иногда (после бывших глухих инициалей) тон, который они получат, непредсказуем.

Тоны[править | править код]

Число тонов: чем темнее — тем больше

Все современные китайские языки являются тоновыми. Тоны (контуры высоты голоса) в них играют смыслоразличительную роль.

Тоны впервые возникли в среднекитайский период, средневековые словари выделяют четыре тона: «ровный» (), «восходящий» (), «уходящий» () и «входящий» (). Эти названия не являются описательными, они служат лишь иллюстрирующими тоны мнемониками (слово «ровный» имеет ровный тон, слово «входить» имеет входящий тон, и т. д.). В современных языках эти четыре тона затем разделились на две категории: «тёмные» () тоны после древних глухих инициалей и «светлые» () — после звонких.

В стандартном севернокитайском обычно выделяют четыре фонематических тона. Также в нём есть так называемый «нейтральный» тон, произношение которого зависит от тона предыдущего слога. Кроме того, в севернокитайском есть несложные тоновые сандхи, например, 老鼠 lǎoshǔ «мышь» произносится [lau̯˧˥ ʂu˨˩] (то есть как láoshǔ); 一定 yīdìng «непременно» произносится [i˧˥ tiŋ˥˩] (как yídìng); 科學家 [科学家] kēxuéjiā «учёный» в быстрой речи произносится [kʰɤ˥ ɕy̯ɛ˥˦ t͡ɕi̯ä˥], и т. д.

Тоны в стандартном севернокитайском
основные тоны shī [ʂɨ˥]
shí [ʂɨ˧˥]
shǐ [ʂɨ˨˩˨]
shì [ʂɨ˥˨]
нейтральный тон после
zhīshi [ʈ͡ʂɨ˥ ʂɨ˦˩]
после
liángshi [li̯ɑŋ˧˥ ʂɨ˥˨]
после
běnshi [pən˨˩ ʂɨ˧]
после
shi [ku˥˧ ʂɨ˨˩]

В стандартном кантонском языке есть шесть фонематических тонов. Тоны в слогах на -p, -t, -k имеют те же тоновые контуры, что и в обычных, однако по историческим причинам их могут считать отдельно (тогда насчитывая 9 тонов). В кантонском нет тоновых сандхи, но ограниченно используется словообразование тоном: tòhng «сахар», но tóng «конфета»; chaat «тереть, чистить», но cháat «щётка» и т. д.

Тоны в стандартном кантонском
обычные слоги слоги на -p, -t, -k
высокие тоны yām [jɐm˥]
yám [jɐm˧˥]
yam [jɐm˧]
yāt [jɐt˥]
yat [jɐt˧]
низкие тоны yàhm [jɐm˨˩]
yáhm [jɐm˨˧]
yahm [jɐm˨]
yaht [jɐt˨]

В языке хокло число фонематических тонов в большинстве диалектов составляет пять, однако для него традиционно применяется система из 8 тонов (при этом почти ни один диалект не различает все восемь, те или иные тоны сливаются в своих контурах). В хокло есть умеренно сложные тоновые сандхи: в интонационном отрезке изменяется каждый тон, кроме последнего. Имеется нейтральный тон, однако в хокло, в отличие от севернокитайского, у нейтрального тона фиксированный контур, не зависящий от тона предыдущего слога.

Тоны в амойском диалекте языка хокло
kun [kun˦]
kún [kun˥˩]
kùn [kun˧˩]
kut [kut˧˨]
kûn [kun˨˦]
kǔn
(в амойском
совпадает с kūn)
kūn [kun˧]
ku̍t [kut˦]

В шанхайском диалекте языка у есть пять тонов. Из-за того, что тоны в нём привязаны к другим фонетическим аспектам («тёмные» тоны сочетаются только с глухими инициалями, «светлые» — только со звонкими; «входящие» тоны используются только в слогах на [-ʔ]), некоторые анализы шанхайского сокращают число его фонематических тонов до двух. В языке у крайне сложные тоновые сандхи. Различают сандхи с левой вершиной (в отдельных словах) и с правой вершиной (в словосочетаниях). Например, слово 中國 [中国] tsónkoq «Китай» состоит из слогов tsón /tsoŋ˥˧/ и 國 [国] koq /koʔ˥/, а целиком произносится /tsoŋ˥ koʔ˨˩/. Словосочетание 買酒 [买酒] macieu «покупать вино» состоит из 買 [买] ma /ma˨˧/ и cieu /tɕiɤ˧˦/, вместе произносится /ma˧ tɕiɤ˧˦/. В некоторых случаях тип сандхи влияет на смысл: 炒麪 [炒面] tshaumi может функционировать и как слово /tsʰɔ˧ mi˦/ «жареная лапша», и как словосочетание /tsʰɔ˦ mi˩˨/ «жарить лапшу».

Изолированные тоны
в шанхайском диалекте языка у
обычные слоги слоги на -q [ʔ]
после глухих 詩 [诗]
[sz̩˥˧]
sy 使
[sz̩˧˦]
seq 識 [识]
[səʔ˥]
после звонких zy 時 [时]
[zz̩˨˧]
zeq
[zəʔ˩˨]

Грамматика[править | править код]

Китайский синтаксис характеризуется номинативным строем, относительно фиксированным порядком слов: определение всегда предшествует определяемому, чем бы оно (определение) ни выражалось: от одного слова до целого предложения. Обстоятельства, выраженные наречиями степени и т. п., ставятся перед глаголом; так называемые «дополнения» (времени, результата) обычно следуют за глаголом.

Аффиксы немногочисленны, иногда факультативны, носят агглютинативный характер. Агглютинация не служит выражению отношений между словами, и строй языка остаётся преимущественно изолирующим. Китайские языки имеют развитую систему сложных предложений, образуемых союзным и бессоюзным сочинением и подчинением.

Число и счётные слова[править | править код]

Местоимение «он»: от : с.-кит.  от : кант. kéuih, хакка , шанх. yi /ɦi²³/ от : хокло i иное

В китайских языках отсутствует грамматическое число. С существительными активно используются классификаторы (также называемые счётными словами), обычно после числительных и указательных местоимений, а также в удвоении со значением «каждый»[66][67][68].

皮球 [шанхайский]
[ 皮球]
geq tsaq bi-jieu
это CL мяч
«этот мяч»
[хокло]
[ ]
chı̍t ki pit
один CL кисть
«одна кисть»
[кантонский]
[ ]
go go yàhn
CL CL человек
«каждый человек»

С небольшим набором слов, в основном с личными местоимениями, используются суффиксы множественного числа: кант. -deih, с.-кит. 們 [们] -men, хакка -têu, хокло -n, шанх. la и т. д.

Базовые личные местоимения
язык «я» «ты» «он» «мы» «вы» «они»
севернокитайский 我們 [我们] wǒ-men 你們 [你们] nǐ-men 他們 [他们] tā-men
кантонский ngóh néih kéuih 我哋 ngóh-deih 你哋 néih-deih 佢哋 kéuih-deih
хокло góa i goán lín 𪜶 in
хакка 𠊎 ngài ngì 𠊎兜 ngài-têu 你兜 ǹg-têu 佢兜 kì-têu
шанхайский ngu 儂 [侬] non yi 阿拉 aq-la 儂拉 [侬拉] non-la, na 伊拉 yi-la

В севернокитайском 們 [们] -men может использоваться не только с местоимениями, но и с простыми существительными, обозначающими людей: 朋友們 [朋友们] péngyǒu-men «друзья», 學生們 [学生们] xuéshēng-men «ученики» и т. п. В других языках такое употребление нехарактерно, например, в кантонском здесь скорее будет использовано общее счётное слово для нескольких объектов: 啲朋友 dī-pàhngyáuh, 啲學生 [啲学生] dī-hohksāang.

Выражение принадлежности[править | править код]

Частица принадлежности: от : с.-кит. de от : кант. ge, хакка ke, хокло ê

Принадлежность выражается посессивными частицами: кант. ge, с.-кит. de, хокло ê и т. д.

[севернокитайский]
[ ]
de shū
[кантонский]
[ ]
kéuih ge syū
[хокло]
i ê chheh
он POS книга
«его книга»

В кантонском принадлежность конкретных предметов выражается также с помощью соответствующих классификаторов. Пример выше, хотя и грамматически корректен, в реальной речи на кантонском скорее будет сформулирован так[67]:

[кантонский]
[ ]
kéuih bún syū
он CL книга
«его книга»

В хокло местоимения множественного числа могут функционировать в качестве посессивных, при этом подразумевая единственное число. Похожая структура существует, например, в корейском языке[66].

查某囝 [хокло]
gún cha-bó͘-kiáⁿ
우리 [корейский]
uri ttal
мы дочь
«моя дочь»
Частица отрицания: от : с.-кит. , шанх. veq от : кант. m̀h, хакка , хокло  иное

Посессивные частицы могут использоваться и после целого предложения, превращая его в определение[66][67][69]:

認識 [севернокитайский]
[ 认识 ]
rènshì de rén
[хокло]
[ ]
góa pat ê lâng
[кантонский]
[ ]
ngóh m̀h sīk ge yàhn
я NEG знать POS человек
«человек, с которым я не знаком»

Глаголы-связки[править | править код]

Глагол-связка: от : с.-кит. shì, хокло , шанх. zy от : кант. haih, хакка he

Базовым глаголом-связкой «быть (чем-то или кем-то)» в китайских языках является (с.-кит. shì, хокло , шанх. zy) или (кант. haih, хакка he).

誰? [севернокитайский]
[ 谁?]
shì shéi
啥儂? [хокло]
[ 啥侬?]
i siáⁿ-lâng
邊個? [кантонский]
[ 边个?]
kéuih haih bīngo
он COP кто
«Кто он?»

Как связка со значением «быть, существовать, иметься» используется (с.-кит. yǒu, кант. yáuh, хокло ǔ, шанх. yeu и т. д.). Связки в значении «быть (где-то), находиться» сильно различаются в разных языках:

  • с.-кит. zài, хакка chhai
  • кант. hái, диал. хакка hôi
  • хокло
  • диал. кант. 響 [响] héung
  • шанх. laq

Глагольные виды и дополнения[править | править код]

В китайских языках отсутствует категория времени глагола, но имеются системы глагольных видов, которые могут выражаться послеглагольными частицами, предглагольными наречиями, или модальными частицами в конце предложения.

Видовые частицы в кантонском[67]
частица вид значение
совершенный простые законченные действия
緊 [紧] gán прогрессив продолжающиеся, протекающие длительные действия
jyuh перфект законченные однократные действия, чей результат сохраняется
過 [过] gwo плюсквамперфект бывавшие, имевшие место действия, чей результат не сохраняется
háh делимитатив в повелительном наклонении: действия, сделанные один раз или на время, на пробу
開 [开] hōi хабитуалис регулярные, обычные действия

В миньских языках и языке у видовая система не так развита. Частицы laq, 辣海 laq-he в шанхайском и leh, 佇咧 tī-leh в хокло могут обозначать продолженный вид (перед глаголом) или перфект (после глагола). В первом случае эти частицы сочетаются с глаголами, обозначающими длительные действия, во втором — однократные[66][68].

讀冊。 [хокло]
[ 读冊。]
i leh tha̍k-chheh
он PROG читать
«Он (сейчас) читает.»
[хокло]
[ ]
chē --leh kóng
сидеть PERF говорить
«говорить сидя»

Широко используются дополнения («комплементы») результата и направления, представляющие собой другие глаголы и прилагательные, описывающие, каким образом протекает основное действие[69][66][67]:

[севернокитайский]
[ ]
chī -bǎo
«наесться»
[кантонский]
[ ]
nám -chēut
«придумать; выдумать»
[севернокитайский]
shuì -zháo
«уснуть»
[хокло]
chia̍h -m̄ -tio̍h
«ошибочно съесть; не то съесть»
起來 [хокло]
khiā --khí-lâi
«вставать; подниматься»
[кантонский]
heui -dāk dou
«дойти»

Служебные глаголы[править | править код]

В китайских языках активно используются модальные глаголы. Будущее время может выражаться глаголами со значением «уметь» (с.-кит. yào, кант. yiu, хокло beh, хакка oi и т. д.) — обычно говоря об «объективных» фактах и в отдалённом будущем — или глаголами со значением «хотеть» (с.-кит. huì, кант. wúih, хокло ě, хакка hiáu и т. д.) — говоря о «субъективных» фактах в близком будущем[66].

Предлоги обычно являются грамматикализованными глаголами. В англоязычных работах предлоги могут называть термином coverb, что иногда переводять на русский как «соглагол». Основное значение в них часто ещё просматривается, что влияет на порядок слов — в нём должен соблюдаться принцип временной последовательности[70].

大衞 火車 波士頓 紐約 姐姐 [севернокитайский]
[大卫 火车 波士顿 纽约 姐姐]
dàwèi zuò huǒchē cóng bōshìdùn dào niǔyuē kàn de jiějie
Дэвид сидеть поезд следовать Бостон достигнуть Нью-Йорк пойти увидеть он POS сестра
«Дэвид приехал в Нью-Йорк из Бостона на поезде чтобы увидеться с сестрой»

В южнокитайских языках страдательный залог склонен маркироваться предлогом с буквальным значением «давать»: шанх. 撥 [拨] peq, кант. béi, хакка pûn, хокло hō͘ и т.д (тот же предлог часто вводит побудительный залог). В севернокитайском в таком значении обычно используются предлоги с буквальным значением «прилегать; сближаться» в южных его диалектах (как zhuó [tso˨˩] в Сычуане или āi [ŋai˨˩] в Гуанси) или «звать; просить» в северных ( jiào или 讓 [让] ràng)[25].

餅乾 人家 吃脱 了。 [шанхайский]
[饼干 人家 吃脱 了。]
pin-kóe peq gnin-ká chiq-theq leq
печенье давать некто съесть PFV
«Печенье было кем-то съедено»
[диалект Линьгуя, пинхуа]
[ ]
/ko³³ ma³⁴ ŋai³¹ tɕiʔ⁵ ɕiə³¹ hiəʔ⁵ həu³³ e³³/
CL лягушка прилегать CL змея есть уходить PFV
«Лягушка была съедена змеёй»
碗兒 [цзинь]
[碗儿 ]
/vang⁵³ æ¹¹ tɕiau³⁵ ɣɤ⁵³ ta⁵³ lie¹¹/
миска звать я ударять PFV
«Миска была мною разбита»

Порядок слов при глаголе «давать» — одно из часто упоминаемых различий между севернокитайским («давать [кому] [что]») и южнокитайскими («давать [что] [кому]»)[25].

佢。 [кантонский]
[ 佢。]
ngóh béi yāt bún syū kéuih
я давать один CL книга он
書。 [севернокитайский]
[ 书。]
gěi běn shū
я давать он один CL книга
«Я дал ему книгу»

Прилагательные[править | править код]

Прилагательные часто описывают как подвид глаголов: они могут принимать видовые частицы, не требуют глагола-связки. При этом в отличие от иных глаголов, прилагательные в обычных предложениях требуют наречия степени, хотя бы условного, как слова с буквальным значением «очень» в примерах ниже[69][66][67].

靚。 [кантонский]
[ 靓。]
kéuih hóu leng
漂亮。 [севернокитайский]
hěn piàoliàng
媠。 [хокло]
i chin súi
она очень красивый
«Она красивая»

Китайские языки сильно различаются по части конструкций сравнения. Существуют три основных типа[25]:

1) с дополнением («комплементом») с буквальным значением «превосходить», как в кантонском 過 [过] -gwo:
你。 [кантонский]
[ 你。]
kéuih leng -gwo néih
она красивый превосходить ты
«Она красивее тебя»
2) с предлогом с буквальным значением «сопоставлять, сравнивать», как в севернокитайском :
漂亮。 [севернокитайский]
piàoliàng
она сравнивать ты красивый
«Она красивее тебя»
3) с наречием «более» перед прилагательным, как в хокло 較 [较] khah (объект сравнения может располагаться сразу после прилагательного, либо же выноситься вперёд с помощью предлога )[71][66]:
汝。 [хокло]
[ 汝。]
i khah súi
она более красивый ты
媠。 [хокло]
[ 媠。]
i khah súi
она сравнивать ты более красивый
«Она красивее тебя»

Наречия обычно располагаются перед глаголом, хотя в кантонском существует небольшой набор постглагольных наречий, сложившийся, вероятно под влиением тай-кадайских или хмонг-мьенских языков[25].

先。 [кантонский]
néih heui sìn
/mɯŋ³¹ pai²⁴ ko:n³⁵/ [чжуанский (тай-кадайские)]
/kau² muŋ⁴ te²/ [язык буну (хмонг-мьенские)]
ты идти предшествующий
«Ты иди первым»

Структура «тема—рема»[править | править код]

Китайские языки относятся к топиковым, то есть тема высказывания может выноситься вперёд, тогда как рема может представлять собой самостоятельное подпредложение[69][67].

飯館, 服務 [севернокитайский]
[ 饭馆, 服务 ]
zhè jiā fànguǎn fúwù hěn hǎo
это CL ресторан обслуживание очень хороший
«В этом ресторане хорошее обслуживание»
嘢, 嘅。 [кантонский]
[ 嘢, 嘅。]
yéh móuh yàhn sīk ge
это COL вещь отсутствовать человек знать POS
«Этого никто не знает.»

К топиковым языкам относятся также соседние восточноазиатские: японский, корейский, малайский и т. д. В классическом китайском для выделения темы могла использоваться частица tsyae, однако она не была так распространена, как wa в японском или neun в корейском.

者, 仁。 [классический китайский]
nyo hjuw hjwang tsyae pjit syej nyi huw nyin [среднекитайский]
если существовать государь TOP необходимо поколение и после добродетель
«Если появится [истинный] государь, то потребуется поколение, чтобы утвердилась добродетель» (из «Аналектов Конфуция»)

Лексика[править | править код]

Морфема, как правило, односложна. Часть старых односложных слов синтаксически не самостоятельны — они употребляются лишь как компоненты сложных и производных слов. В современных языках доминируют двусложные (двуморфемные) слова. По мере развития терминологии увеличивается число более чем двусложных слов[72].

Словообразование осуществляется способами словосложения, аффиксации и конверсии.

Фразеология[править | править код]

Книжному языку характерны четырёхсложные идиомы (成語 [成语]), часто взятые из классической литературы и присутствующие также в некитайских языках синосферы: японском (ёдзи-дзюкуго), корейском (ханча-соно) и т. д.

[ ]
huà lóng diǎn jīng [севернокитайский]
waahk lùhng dím jīng [кантонский]
ūi lêng tiám cheng [хокло]
ga ryō ten sei [японский]
hwa ryung jeom jeong [корейский]
họa long điểm tình [вьетнамский]
«Рисуя дракона, добавить зрачки» (образно — делать последние штрихи)
[ ]
jìn shàn jìn měi [севернокитайский]
jeuhn sihn jeuhn méih [кантонский]
chīn siān chīn [хокло]
jin zen jin bi [японский]
jin seon jin mi [корейский]
tận thiện tận mỹ [вьетнамский]
«превосходный, абсолютно совершенный» (из «Аналектов Конфуция»)

В просторечии распространены иносказания-недоговорки (歇後語 [歇后语]), зачастую специфичные для конкретного языка или региона. Типичная недоговорка состоит из двух частей, в первой содержится иносказание или загадка, во второй — её раскрытие, часто с элементом каламбура.

橋上倒涼茶 —— 河苦 [кантонский]
[桥上倒凉茶 河苦]
kìuh seuhng dóu lèuhng chàh, hòh fú
«пролил чай с моста речка горькая»

河苦 hòh fú «речка горькая» звучит как 何苦 hòhfú «зачем горевать? какая разница?». Идиома означает, что о произошедшем не надо беспокоиться.

豬八戒照鏡子 —— 裡外不是人 [севернокитайский]
[猪八戒照镜子 里外不是人]
zhū bājiè zhào jìngzǐ, lǐwài bù shì rén
«Чжу Бацзе смотрит в зеркало и так, и так не человек»

Чжу Бацзе — антропоморфная свинья в фольклоре. Идиома описывает ситуацию, когда человек будет осуждаем в любом случае, независимо от его действий.

Заимствования[править | править код]

Заимствования из других языков появляются ещё в древнекитайский период.

Транскрипции ниже даны со среднекитайского по Ван Ли.
  • 珊瑚 /sɑn ɣu/ «коралл» (из иранских языков, родственно персидскому سنگ‎ sang «камень»)
  • 葡萄 /bu dɑu/ «виноград» (из бактрийского, родственно персидскому باده‎ bâda «вино»)
  • 獅 [狮] /ʃi/ «лев» (предположительно из иранских, родственно персидскому شیر‎ šêr «лев»; по другой версии из тохарского)
  • /mĭĕt/ «мёд» (из тохарского, родственно русскому «мёд»)
  • 車 [车] /kĭo/ «колесо; колесница; машина» (из индоевропейских, возможно тохарского, родственно русскому «колесо»)
  • 龜 [龟] /kwi/ «черепаха» (из австроазиатских, родственно монскому ဂွိ gwi «мягкотелая черепаха»)

Как в древнекитайский период, так и в раннее средневековье (эпоху Тан) появляется множество заимствований и калек в лексиконе, связанном с буддизмом.

  • /bĭuət/ «будда» (из иранских)
  • 剎那 /tʃʰat nɑ/ «момент, миг» (санскр. kṣaṇa)
  • 支那 /tɕǐe nɑ/ «Китай» (санскр. cīna)
  • 魔羅 [魔罗] /muɑ lɑ/ «демон, мара» (санскр. māra)
  • 菩提 /bu diei/ «бодхи» (санскр. bodhi)
  • 世界 /ɕĭɛiH kɐiH/ «мир» (калька с санскр. lokadhātu «раздел мира»)

Другим источником заимствований были монгольский и тунгусо-маньчжурские языки, особенно в части географических названий.

  • 可汗 /kʰɑX ɣɑn/ «каган» (из монгольского или тюркских)
  • севернокит. zhàn, кант. jaahm «станция (изначально почтовая)» (из монгольского ᠵᠠᠮᠴᠢ ǰamči; родственно русскому «ям», заимствованному через тюркские)
  • 西藏 севернокит. xī zàng «Тибет» (полукалька—полутранскрипция маньчжурского ᠸᠠᡵᡤᡳ
    ᡯᠠᠩ
    wargi dzang «западный Дзанг»)
  • 俄羅斯 [俄罗斯] севернокит. é luó sī «Россия» (из маньчжурского ᠣᡵᠣᠰ oros)
  • 圖們 [图们] севернокит. tú mén «река Туманная» (от маньчжурского названия реки, ᡨᡠᠮᡝᠨ tumen, букв. «десять тысяч»)

В 19~20 веках многие японские неологизмы, составленные из китайских корней, были заимствованы в китайские языки.

  • 電話 [电话] яп. дэнва «телефон»
  • 力學 [力学] яп. рикигаку «механика»
  • 方案 яп. хоːан «план; схема»
  • 理由 яп. риюː «причина»
  • 例外 яп. рэйгай «исключение»
  • 財閥 [财阀] яп. дзайбацу «финансовая клика; дзайбацу»

Современные заимствования из западных языков могут передаваться иероглифами фонетически. Из-за разницы в фонетике между китайскими языками, заимствование, транскрибированное в одном из них, в другом китайском языке может звучать совершенно непохоже на свой источник.

  • 馬達 [马达] шанх. mo-da «мотор» (англ. motor; ср. севернокит. mǎ dá, кант. máh daaht)
  • 沙發 [沙发] шанх. so-faq «софа» (англ. sofa; ср. севернокит. shā fā, кант. sā faat; в кантонском более распространено 梳化 sō fá)
  • 色拉 шанх. saq-laq «салат» (англ. salad; ср. севернокит. sè lā, кант. sīk lāai)
  • кант. sēut «футболка» (англ. shirt; ср. севернокит. )
  • 的士 кант. dīk sí «такси» (англ. taxi; ср. севернокит. dīshì)
  • 華盛頓 [华盛顿] кант. wàh sihng deuhn «Вашингтон» (англ. Washington; ср. севернокит. Huáshèngdùn)
  • 麥當勞 [麦当劳] кант. mahk dōng lòuh «улица Макдоннела (Гонконг); ресторан Макдональдс» (англ. MacDonnell; ср. севернокит. mài dāng láo)
  • 邏輯 [逻辑] севернокит. luó jí «логика» (англ. logic; ср. кант. lòh chāp, хокло lô-chhip)
  • 高爾夫 [高尔夫] севернокит. gāo ěr fū «гольф» (англ. golf; ср. кант. gōu yíh fū, хокло ko-ní-hu)
  • 可樂 [可乐] севернокит. kě lè «кола» (англ. cola; ср. кант. hó lohk)

Антропонимика[править | править код]

Китайские имена традиционно используются носителями китайских языков и корейского. Полные имена обычно трёхсложные, с односложной фамилией и двусложным личным именем, хотя существует и другие комбинации. Фамилия наследуется детьми от отца, однако жены обычно не берут фамилии мужей. Из фамилий наиболее распространены:

Традиционно один человек мог иметь несколько личных имён: основное имя (), детское имя (乳名), взрослое имя (), прозвище (號 [号]), посмертное имя (諡 [谥]) и т. д., ныне это не практикуется, человек обычно имеет лишь одно официальное имя. В западных языках, включая русский, двусложные имена традиционно записывались через дефис, ныне такое написание сохраняется только в английском для тайваньцев, гонконгцев, корейцев, тогда как имена, транскрибированные пиньинем, записываются слитно. Также двусложные имена могли записывать с пробелом между слогами, в английском это более распространено в именах сингапурцев, в русском же языке так сейчас пишутся преимущественно корейские имена.

См. также[править | править код]

Комментарии[править | править код]

  1. 1 2 3 4 Здесь "*C." означает в точности неустановленную согласную.
  2. 1 2 3 В современных японском и корейском языках чаще используются чтения ちゃ cha и cha соответственно, оба — поздние заимствования из новокитайских.
  3. Фамилия Chiang здесь транскрибирована с севернокитайского по Уэйду-Джайлзу, тогда как имя Kai-shek — с кантонского.

Примечания[править | править код]

  1. Ethnologue (англ.) — 25, 19 — Dallas: SIL International, 2022. — ISSN 1946-9675
  2. КИТА́ЙСКИЕ ЯЗЫКИ́ : [арх. 12 апреля 2017] / Ю. Б. Коряков // Киреев — Конго. — М. : Большая российская энциклопедия, 2009. — С. 173. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 14). — ISBN 978-5-85270-345-3.
  3. 1 2 *David Crystal, The Cambridge Encyclopedia of Language (Cambridge: Cambridge University Press, 1987), p. 312. «The mutual unintelligibility of the varieties is the main ground for referring to them as separate languages.»
    • Charles N. Li, Sandra A. Thompson. Mandarin Chinese: A Functional Reference Grammar (1989), p 2. «The Chinese language family is genetically classified as an independent branch of the Sino-Tibetan language family.»
    • Jerry Norman. Chinese (1988), p.1. «The modern Chinese dialects are really more like a family of languages».
    • John DeFrancis. The Chinese Language: Fact and Fantasy (1984), p.56. «To call Chinese a single language composed of dialects with varying degrees of difference is to mislead by minimizing disparities that according to Chao are as great as those between English and Dutch. To call Chinese a family of languages is to suggest extralinguistic differences that in fact do not exist and to overlook the unique linguistic situation that exists in China.»
  4. Китайский язык // БРЭ. Т.14. М.,2009.
  5. Summary by language size (англ.). Архивировано 23 января 2013 года. // Lewis, M. Paul (ed.), 2009. Ethnologue: Languages of the World, Sixteenth edition. Dallas, Tex.: SIL International.
  6. "Chinese languages". Британская энциклопедия. 2015. Архивировано из оригинала 8 декабря 2015. Дата обращения: 30 ноября 2015.
  7. 1 2 3 4 5 6 7 李佳, Li Jia. “粤语”“闽南语”和“沪语”:汉语方言称“语”的三种形成模式 (cn) // 语言战略研究. — Т. 3, вып. 3. — С. 72–82. — doi:10.19689/j.cnki.cn10-1361/h.20180307.
  8. 1 2 3 Mair, Victor H. What Is a Chinese "Dialect/Topolect"? Reflections on Some Key Sino-English Linguistic terms (англ.) // Sino-Platonic Papers. — 1991. — September (no. 29).
  9. 1 2 John De Francis. The Chinese language: fact and fantasy. — Paperback ed., 8. [Dr.]. — Honolulu, HI: Univ. of Hawaii Press, 2007. — 330 с. — ISBN 978-0-8248-1068-9, 978-0-8248-0866-2.
  10. Melissa J. Brown. Is Taiwan Chinese?: The Impact of Culture, Power, and Migration on Changing Identities. — University of California Press, 2004-02-04. — 354 с. — ISBN 978-0-520-92794-0.
  11. 1 2 William H. Baxter. A handbook of Old Chinese phonology. — Berlin New York: Mouton de Gruyter, 1992. — Т. 64. — 922 с. — (Trends in linguistics Studies and monographs). — ISBN 978-3-11-012324-1.
  12. Елена Борисовна Астрахан, Ольга Исааковна Завьялова, Михаил Викторович Софронов. Диалекты и национальный язык в Китае. — Изд. Наука. Главная редакция восточной литературы, 1985. — 368 с.
  13. 新疆内地高中班学生校园生活开心 暑期正常返乡. www.gov.cn. Дата обращения: 8 октября 2023.
  14. 1 2 3 4 5 City University of Hong Kong 语言资讯科学研究中心. 中国语言地图集: 第2版. 汉语方言卷. — 商務印書馆, 2012. — 239 с. — ISBN 978-7-100-07054-6.
  15. W. (William) Lobscheid. Grammar of the Chinese language. — Hongkong : Dayly Press, 1864. — 174 с.
  16. The Chinese Repository. — [Canton : Printed for the proprietors], 1832. — 46 с.
  17. Singapore Department of Statistics. Census of Population 2010 Statistical Release 1: Demographic Characteristics, Education, Language and Religion. — 2011. — ISBN 978-981-08-7808-5.
  18. Richard A. Hudson. Sociolinguistics. — 2. ed., transferred to digital print. — Cambridge: Cambridge Univ. Press, 2011. — 279 с. — (Cambridge textbooks in linguistics). — ISBN 978-0-521-56514-1, 978-0-521-56349-9.
  19. Candice Sheung Pui Ng, 吳尚珮. On "Constructed" Identities: A Dialogue on the Nature of Zhuang Identity / 從壯族身份性質的闡述看身分 “建構” // Journal of Oriental Studies. — 2011. — Т. 44, вып. 1/2. — С. 45–61. — ISSN 0022-331X.
  20. George van Driem. Languages of the Himalayas: an ethnolinguistic handbook of the Greater Himalayan region containing an introduction to the symbiotic theory of language. — Leiden Boston Köln: Brill, 2001. — Т. 10 1-2. — (Handbook of Oriental studies). — ISBN 978-90-04-10390-0, 978-90-04-12062-4, 978-90-04-12063-1.
  21. 1 2 3 4 5 6 7 8 Jerry Norman. Chinese. — 15. print. — Cambridge: Cambridge Univ. Pr, 2010. — 292 с. — (Cambridge language surveys). — ISBN 978-0-521-29653-3.
  22. 1 2 Maria Kurpaska. Chinese language(s): a look through the prism of the Great dictionary of modern Chinese dialects. — Berlin: Mouton de Gruyter, 2010. — Т. 215. — (Trends in linguistics). — ISBN 978-3-11-021914-2, 978-3-11-021915-9.
  23. Margaret Mian Yan. Introduction to Chinese dialectology. — München: LINCOM Europa, 2006. — Т. 22. — 286 с. — (LINCOM Studies in Asian linguistics). — ISBN 978-3-89586-629-6.
  24. W. South Coblin. Comparative phonology of the central Xiāng dialects. — Taipei: Institute of Linguistics, Academia Sinica, 2011. — Т. 45. — 383 с. — (Language and linguistics monograph series). — ISBN 978-986-02-9803-1.
  25. 1 2 3 4 5 Diversity in Sinitic languages / Hilary M. Chappell. — First edition. — Oxford: Oxford University Press, 2015. — 315 с. — (Oxford Linguistics). — ISBN 978-0-19-872379-0.
  26. China (People's Republic of China, 1949-) 文化部. 印刷通用汉字字形表. — 中华人民共和国文化部中国文字改革委员会, 1964. — 51 с.
  27. 1 2 3 William H. Baxter. Old Chinese: A New Reconstruction. — OUP USA, 2014. — 449 с. — ISBN 978-0-19-994537-5.
  28. 1 2 Nathan W. Hill. The Six Vowel Hypothesis of Old Chinese in Comparative Context // Bulletin of Chinese Linguistics. — 2012-01-24. — Т. 6, вып. 2. — С. 1–69. — ISSN 1933-6985. — doi:10.1163/2405478X-90000100.
  29. William Boltz. Language and Writing // The Cambridge History of Ancient China: From the Origins of Civilization to 221 BC / Edward L. Shaughnessy, Michael Loewe. — Cambridge: Cambridge University Press, 1999. — С. 74–123. — ISBN 978-0-521-47030-8. — doi:10.1017/chol9780521470308.004.
  30. Edwin G. Pulleyblank. Outline of classical Chinese grammar. — Repr. — Vancouver: UBC Press, 2000. — 192 с. — ISBN 978-0-7748-0541-4, 978-0-7748-0505-6.
  31. Li Wang. Han yu shi gao. — Bei jing: Zhonghua shu ju, 2006. — 1 с. — ISBN 978-7-101-01553-9.
  32. W. South Coblin. The Chiehyunn System and the Current State of Chinese Historical Phonology // Journal of the American Oriental Society. — 2003. — Т. 123, вып. 2. — С. 377–383. — ISSN 0003-0279. — doi:10.2307/3217690.
  33. 黃素娟. 論《重編一切經音義》. www.gaya.org.tw (1990). Дата обращения: 8 октября 2023.
  34. Nils Göran David Malmqvist, Nils Göran David Malmqvist. Bernhard Karlgren: portrait of a scholar. — Bethlehem, Md: Lehigh Univ. Press, 2010. — 333 с. — ISBN 978-1-61146-000-1, 978-1-61146-001-8.
  35. Pan Ting. Derivation Time of Colloquial Min from Archaic Chinese. — 1983-12-01.
  36. Jerry Norman. The Mǐn Dialects in Historical Perspective // Journal of Chinese Linguistics Monograph Series. — 1991. — Вып. 3. — С. 323–358. — ISSN 2409-2878.
  37. 1 2 3 Donald B. Snow. Cantonese as written language: the growth of a written Chinese vernacular. — Hong Kong: Hong Kong University Press, 2004. — 320 с. — ISBN 978-962-209-709-4.
  38. Victor H. Mair. Tang Transformation Texts: A Study of the Buddhist Contribution to the Rise of Vernacular Fiction and Drama in China. — BRILL, 2020-10-26. — 309 с. — ISBN 978-1-68417-004-3.
  39. 劉志偉. 南嶺與客家:從客家歷史看山地區域的整合 // 族群、社會與歷史. — 2015.
  40. Yuyan Luo. 廣西欽州漢佬話的語言成分來源及詞彙整合 (кит.) // Bulletin of Chinese Linguistics. — 2016-12-09. — 第9卷, 第1期. — 第121–150 页. — ISSN 2405-478X. — doi:10.1163/2405478X-00901010.
  41. Gu zhuang zi zi dian: = Sawndip sawdenj / Guang xi zhuang zu zi zhi qu shao shu min zu gu ji zheng li chu ban gui hua ling dao xiao zu. — Di 1 ban. — Nan ning shi, 1989. — 517 с. — ISBN 978-7-5363-0614-1.
  42. 南京方言不是明代官话的基础 (кит.) // 语言科学. — 2012-07-01. — 第11卷, 第4期. — 第337–358 页. — ISSN 1671-9484.
  43. W. South Coblin. Robert Morrison and the Phonology of Mid-Qīng Mandarin (англ.) // Journal of the Royal Asiatic Society. — 2003-11. — Vol. 13, iss. 3. — P. 339–355. — ISSN 1474-0591. — doi:10.1017/S1356186303003134.
  44. Peter F. Kornicki. Languages, scripts, and Chinese texts in East Asia. — First edition. — Oxford, United Kingdom: Oxford University Press, 2018. — 393 с. — ISBN 978-0-19-879782-1.
  45. Kim, Kwangjo. A phonological study of Middle Mandarin: reflected in Korean sources of the mid-15th and early 16th centuries (англ.). — University of Washington, 1991.
  46. Henning Klöter. The language of the Sangleys: a Chinese vernacular in missionary sources of the seventeenth century. — Leiden Boston: Brill, 2011. — Т. v. 98. — (Sinica leidensia). — ISBN 978-90-04-18493-0.
  47. 1 2 Henning Klöter. Written Taiwanese. — Wiesbaden: Harrassowitz Verlag, 2005. — Т. 2. — (Studia Formosiana). — ISBN 978-3-447-05093-7.
  48. Heming Yong, Jing Peng. Chinese Lexicography: A History from 1046 BC to AD 1911. — OUP Oxford, 2008-08-14. — 485 с. — ISBN 978-0-19-953982-6.
  49. Bangqing Han, Ailing Zhang, Bangqing Han. The sing-song girls of Shanghai / Eva Hung. — New York: Columbia Univ. Press, 2005. — 554 с. — (Weatherhead books on Asia). — ISBN 978-0-231-12268-9.
  50. The Chinese novel at the turn of the century / Milena Doleželová-Velingerová. — Toronto: Univ. of Toronto Press, 1980. — Т. 1. — 240 с. — (Modern East Asian studies). — ISBN 978-0-8020-5473-9.
  51. Ping Chen. Modern Chinese: history and sociolinguistics. — Cambridge: Cambridge University Press, 1999. — 229 с. — ISBN 978-0-521-64572-0, 978-0-521-64197-5.
  52. Chris Wen-Chao Li. Conflicting notions of language purity: the interplay of archaising, ethnographic, reformist, elitist and xenophobic purism in the perception of Standard Chinese // Language & Communication. — 2004-04-01. — Т. 24, вып. 2. — С. 97–133. — ISSN 0271-5309. — doi:10.1016/j.langcom.2003.09.002.
  53. 香港電台新聞部網誌 - 廣州電視台或改用普通話廣播惹爭議. web.archive.org (27 ноября 2010). Дата обращения: 8 октября 2023.
  54. 广电总局“方言令”惹争议 东北话放生四川话受伤. 中华网. 重庆晚报 (27 августа 2009). Дата обращения: 15 мая 2010. Архивировано из оригинала 2009年8月30日 года.
  55. Zat Liu Is Shanghai's Local Dialect, and Culture, in Crisis? (англ.). CNNGo (20 августа 2010). Дата обращения: 5 июня 2011. Архивировано из оригинала 3 сентября 2011 года.
  56. "Shān'ào zhōng de Shànghǎihuà" 山坳中的上海话. Zhōngguó xīnwén zhōukān 中国新闻周刊 (кит.). 2005-10-17. Архивировано из оригинала 14 марта 2008.
  57. Yang Yuan

    .
    A Survey of the Language Use and Language Attitudes among Adolescents in Sanya (англ.) // International Journal of Frontiers in Sociology. — 2022-06-10. — Vol. 4, iss. 6. — doi:10.25236/IJFS.2022.040606.
  58. 厦门经济特区闽南文化保护发展办法-翔安区人民政府. www.xiangan.gov.cn. Дата обращения: 8 октября 2023.
  59. Jesse Paxton. Driving Factors Behind Language Use Among Younger Generations in Taiwan: Is the Demise of Hokkien Inevitable? // Honors Theses. — 2022-05-08.
  60. Liew Kai Khiun. Limited pidgin-type patois? Policy, language, technology, identity and the experience of Canto-pop in Singapore (англ.) // Popular Music. — 2003-05. — Vol. 22, iss. 2. — P. 217–233. — ISSN 1474-0095. — doi:10.1017/S0261143003003131.
  61. Kuan Yew Lee. From Third World to First: the Singapore story: 1965 - 2000; Singapore and the Asian economic boom. — 1. ed. — New York: HarperCollins, 2000. — 729 с. — ISBN 978-0-06-019776-6.
  62. Francesco Cavallaro, Ng Bee Chin. 2. Language in Singapore: From Multilingualism to English Plus (англ.) // 2. Language in Singapore: From Multilingualism to English Plus. — Multilingual Matters, 2014-10-02. — P. 33–48. — ISBN 978-1-78309-252-9. — doi:10.21832/9781783092529-005.
  63. 闽南话水平测试指导用书. — 2016. — 355 с. — ISBN 978-7-5550-0839-2.
  64. 敦 小出. 日本漢字音・中国中古音対照表 (яп.) // 京都産業大学論集. 人文科学系列. — 2007-03. — 第37巻. — 第133–156 頁.
  65. 1 2 福建省地方志:方言志. — 北京, 1998. — 6 с. — (中华人民共和国地方志). — ISBN 978-7-80122-279-4.
  66. 1 2 3 4 5 6 7 8 Philip T. Lin. Taiwanese Grammar: A Concise Reference. — Greenhorn Media. — 844 с.
  67. 1 2 3 4 5 6 7 Stephen Matthews, Virginia Yip. Cantonese: A Comprehensive Grammar. — Routledge, 2013-05-24. — 535 с. — ISBN 978-1-136-85350-0.
  68. 1 2 Xiaonong Sean Zhu. A grammar of Shanghai Wu. — München: LINCOM EUROPA, 2006. — Т. 66. — 181 с. — (LINCOM Studies in Asian Linguistics). — ISBN 978-3-89586-900-6.
  69. 1 2 3 4 Wen-Hua Teng. Yufa! A Practical Guide to Mandarin Chinese Grammar. — Routledge, 2016-11-10. — 505 с. — ISBN 978-1-317-23043-4.
  70. 國立臺灣師範大學國語教學中心 The Mandarin Training Center (MTC) at NTNU. 當代中文課程 3 教師手冊(二版) A Course in Contemporary Chinese 3, Teacher's manual (2nd edition). — 國立臺灣師範大學國語教學中心, 2023-03-01. — 128 с. — ISBN 978-626-7048-78-8.
  71. Weirong Chen. A grammar of Southern Min: the Hui'an dialect. — Boston Berlin: De Gruyter Mouton, 2020. — Т. volume 3. — 522 с. — (Sinitic languages of China). — ISBN 978-1-5015-1186-8, 978-1-5015-1745-7.
  72. Солнцев В. М. Китайский язык // Лингвистический энциклопедический словарь. — 1990. — С. 225. — ISBN 5-85270-031-2.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]