Костиков, Андрей Григорьевич

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Андрей Григорьевич Костиков
Kostikov A.G.jpg
Дата рождения 18 (30) октября 1899(1899-10-30)
Место рождения Казатин,
Бердичевский уезд,
Киевская губерния,
Российская империя
Дата смерти 5 декабря 1950(1950-12-05) (51 год)
Место смерти Москва, СССР
Страна  СССР
Научная сфера конструктор ракетной техники
Альма-матер
Учёная степень кандидат технических наук
Учёное звание член-корреспондент АН СССР
Награды и премии

Герой Социалистического Труда — 1941

Орден Ленина Орден Ленина Орден Красного Знамени Орден Трудового Красного Знамени
Орден Красной Звезды SU Medal XX Years of the Workers' and Peasants' Red Army ribbon.svg Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» SU Medal For Valiant Labour in the Great Patriotic War 1941-1945 ribbon.svg
SU Medal In Commemoration of the 800th Anniversary of Moscow ribbon.svg
Сталинская премия — 1942
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе
Герой Советского Союза генерал-лейтенант танковых войск В.А. Мишулин (слева) и Герой Социалистического Труда военинженер 1-го ранга А.Г. Костиков, 19 августа 1941 г.

Андре́й Григо́рьевич Ко́стиков (18991950) — советский учёный, специалист в области механики. Генерал-майор инженерно-авиационной службы (25.07.1942), член-корреспондент АН СССР по Отделению технических наук (механика) с 29 сентября 1943 года, кандидат технических наук (1939). Герой Социалистического Труда (28 июля 1941 года). Член ВКП(б).

Биография[править | править код]

Родился 18 (30 октября) 1899 года в Казатине (ныне — Винницкая область, Украина), но зарегистрирован был на родине родителей в селе Быстрое (ныне — Боровенск, Калужская область), там же крещён.

Отец (умер в 1920 году), выходец из крестьян, определённой профессии не имел и всю жизнь работал по найму чернорабочим, дворником, грузчиком, кочуя по стране (Казатин, Киев, Москва, Петроград). Мать занималась домашним и сельским хозяйством (умерла в 1922 году). Андрей имел сестру и брата.

Закончив четыре класса Быстровской сельской школы, с 1913 года Костиков обучался в Москве, в технической конторе инженера Межерицкого, на слесаря-водопроводчика. Затем, в 1914—1919 годах, работал подручным слесаря, слесарем на заводах Москвы, Петрограда, Киева.

С 19 лет — доброволец РККА. Принимал участие в боевых действиях против украинских повстанцев, в Советско-польской войне. Был ранен в ногу. В августе 1920 года попал в плен к полякам, в апреле 1921 года бежал и вновь продолжил служить в РККА.

В 1922—1926 годах учился в 3-й Киевской военно-инженерной школе, которую окончил первым по успеваемости, после чего служил в Нижнем Новгороде.

В 1930—1933 годах учился в ВВИА имени Н. Е. Жуковского «по авиационным двигателям и ракетной специальности», где всерьёз заинтересовался ракетной техникой. Был направлен инженером в Реактивный институт (РНИИ, НИИ-3), работал в отделе жидкостных ракетных двигателей (ЖРД). По некоторым свидетельствам, Костиков несколько раз встречался с К. Э. Циолковским в Калуге[источник не указан 999 дней].

С 1936 года — начальник отдела по разработке ЖРД.

В начале 1937 года начальник отдела РНИИ А. Г. Костиков пишет письмо на имя комиссара госбезопасности Николая Ежова, в котором обвиняет во вредительстве Клеймёнова, Лангемака, Глушко и ещё несколько сотрудников Реактивного института. И это будет не единственный его сигнал об обнаружении «врагов народа»:

В ноябре 1937 года Костиков назначается исполняющим обязанности, а с 15 сентября 1938-го, после ареста В. П. Глушко, С. П. Королёва, Г. Э. Лангемака, становится главным инженером института, который в то время занимался разработкой и испытанием реактивных снарядов и установок для их пуска с земли и с самолётов.

19 февраля 1940 года сотрудники института А. Костиков, И. И. Гвай и представитель Главного артиллерийского управления РККА В. В. Аборенков получили авторское свидетельство на изобретение «механизированной установки для стрельбы ракетными снарядами различных калибров» за № 3338, ставшее основой для разработки будущей знаменитой «Катюши». 17 июня 1941 года на Софринском артиллерийском полигоне Костиков продемонстрировал членам Политбюро, правительства страны и руководства НКО СССР работу установки залпового огня (УЗО), размещённой на автомобиле.

За день до начала войны, 21 июня 1941 года, И. В. Сталин принял решение о развёртывании серийного производства реактивных снарядов М-13 и пусковой установки БМ-13 (УЗО) и о начале формирования соответствующих войсковых частей.

Уже 14 июля 1941 года секретное советское оружие (УЗО) приняло боевое крещение под Оршей под командованием капитана И. Флёрова. Результаты были ошеломляющими. Двумя сериями залпов «Катюш» была полностью разрушена железнодорожная станция Орша и переправа через реку Оршица. Не менее важным было и огромное деморализующее воздействие ракетного оружия на врага.

28 июля 1941 года Президиум ВС СССР издал два указа о награждении создателей «катюши». Первым указом «за выдающиеся заслуги в деле изобретения и конструирования одного из видов вооружения, поднимающего боевую мощь Красной Армии» Костикову было присвоено звание Героя Социалистического Труда (под № 13) с выдачей денежной премии в размере 25 тысяч рублей[2]. Вторым указом орденами и медалями были награждены ещё 12 инженеров, конструкторов и техников, в том числе орденом Ленина — соавторы Костикова по изобретению — И. Гвай и В. Аборенков. Конструктору было присвоено звание генерал-майора инженерно-авиационной службы. Был избран членом-корреспондентом АН СССР по Отделению технических наук (механика) (29 сентября 1943 года).

Член ВКП(б).

В Мосальске, на малой родине автора «Катюши», в местном музее есть стенд, посвящённый Костикову. Однако название улицы, некоторое время носившей его имя, местные власти заменили на другое — Новая Слобода. Тем не менее, памятник-стела Костикову в Мосальске сохранился до сих пор.

Арест[править | править код]

После срочной эвакуации института в конце 1941 года в Свердловск Костиков (он был директором НИИ-3 с 1942 по 18 февраля 1944 года) занимался разработкой ракетного самолёта-истребителя «302П»[3]. Для этого было организовано ОКБ-55. Начальником был назначен М. Р. Бисноват, а Костиков — главным конструктором. Первоначально предполагалась составная силовая установка с разгонным ЖРД конструкции Душкина и двумя ПВРД (прямоточный воздушно-реактивный двигатель) конструкции Зуева. ПВРД так и не удалось отладить, и самолёт был в полёте только в качестве буксируемого планёра.

В начале 1943 года Костиков принял решение оснащать опытный экземпляр самолёта только жидкостным ракетным двигателем. Темпы создания самолёта ускорились, но характеристики его (скорость, скороподъёмность, дальность) резко снизились. К тому же Костиков, принимая это решение, совершил серьёзную организационную ошибку, не представив проведённые принципиальные изменения в тактико-технических данных и конструкции самолёта к оформлению постановлением правительства. В январе-феврале 1944 года правительственная комиссия, возглавленная заместителем наркома авиапромышленности А. С. Яковлевым, пришла к выводу о необходимости прекращения работ ввиду необоснованности и нереальности проекта. А. Г. Костикова обвинили в обмане правительства, сняли с должности директора НИИ-3 и 15 марта 1944 года арестовали.

Почти год недавний герой находился в тюрьме (с марта 1944 по 28 февраля 1945 года). Однако предъявленные ему обвинения в шпионаже и вредительстве не подтвердились. Выводы следствия гласили: «Разъяснения автора… верны. Автора целесообразно привлечь к более углублённой разработке. …Вражеского намерения в действиях А. Костикова, который был большим специалистом своего дела, не установлено».

Дальнейшая карьера[править | править код]

С 1 августа 1945 года и до конца жизни Костиков (НИИ-3 к тому времени переименовали и передали Наркомат авиационной промышленности) работал начальником бюро в оборонном институте НИИ-24 (в настоящее время — НИМИ), где по-прежнему занимался разработкой реактивных снарядов, высоко оцениваемых специалистами. В 1947 году Костиков непродолжительное время возглавлял представительство АН СССР в Германии.

В конце Великой Отечественной войны Костиков побывал на своей малой родине — в с. Быстром, посетил школу, встретился с земляками. 19 сентября 1950 года выступил с докладом в Калуге на заседании, посвящённом 15-летию со дня смерти К. Э. Циолковского.

Могила Костикова на Новодевичьем кладбище Москвы.

5 декабря 1950 года Костиков скоропостижно скончался от инфаркта миокарда в своей квартире. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 2). С. Т. Конёнков создал памятник на его могиле.

Награды и премии[править | править код]

Критика[править | править код]

После смерти Костикова дискуссия об истинных авторах изобретения «Катюши» вспыхнула с новой силой. Костикова обвиняли в присвоении изобретения «Катюши», а также в том, что он активно способствовал репрессиям, постигшим сотрудников его института (в том числе конструкторов Королёва и Глушко, работавших в конце 1930-х годов в отделе, которым тогда руководил Костиков). Журналист Ярослав Голованов в статье «Лжеотец „катюши“»[4] утверждал, что в заключении официального расследования, проведённого в июне 1965 года Главной военной прокуратурой, говорилось: «20 июня 1938 года Костиков возглавил экспертную комиссию, которая дала заключение органам НКВД о вредительском характере деятельности инженеров Глушко и Королёва».

Это обвинение действительно проверялось Прокуратурой СССР. Однако в её официальном документе (№ 13/4-1032-89 от 12.06.1989 г.) говорилось о другом: «Прокуратурой Союза ССР самым тщательным образом изучены материалы, связанные с арестом в 30-х годах видных учёных Научно-исследовательского института … В материалах уголовных дел в отношении Королёва С. П., Лангемака Г. Э., Глушко В. П., Клеймёнова И. Т. отсутствуют данные, свидетельствующие о том, что они были арестованы по доносу Костикова А. Г.»[источник не указан 998 дней].

По мнению некоторых историков и работников ракетно-космической отрасли, Костиков продвинул свою карьеру ложными доносами на своих коллег и присвоил авторство разработки реактивного миномёта «Катюша»:

По утверждению историка А. В. Глушко, обнаружен текст письменного доноса А. Г. Костикова о вредительской деятельности И. Т. Клеймёнова, Э. Г. Лангемака, С. П. Королёва, В. П. Глушко и ряда других сотрудников института, а также иные документы, подтверждающие причастность А. Г. Костикова к их аресту. В любом случае, неблаговидную роль в судьбе репрессированных сотрудников А. Г. Костиков всё-таки сыграл, поскольку в июне 1938 года он возглавил экспертную комиссию, давшую справку для НКВД о вредительской деятельности В. П. Глушко и С. П. Королёва. В результате С. П. Королёва приговорили к 10 годам лагерей, а В. П. Глушко — к 8 годам лагерей. В том же 1938 году А. Г. Костикова утвердили в должности главного инженера института[5].

.

Существует и противоположная точка зрения[6].

Несомненный факт принятия на вооружение и массового запуска в серию принципиально новой системы оружия — систем залпового огня — подтверждает утверждения о положительной роли А. Г. Костикова. Необходимо отметить, что СССР имел приоритет в разработке и применении данного вида вооружения. Неудача в разработке высотного ракетного перехватчика не может однозначно рассматриваться как следствие руководства А. Г. Костикова. Можно отметить, что неудачу в это время потерпела попытка разработки аналогичного самолета-перехватчика БИ-1 группой под руководством В. Ф. Болховитинова. Также можно указать на неудачу в 1930-х годах в разработке аналогичного ракетного самолёта со стороны группы С. П. Королёва, что также послужило непосредственной причиной в обвинениях ему в ходе репрессий. Неблаговидная роль в этих обвинениях со стороны А. Г. Костикова в настоящее время установлена. Тем не менее, объективная основа критики со стороны А. Г. Костикова имелась. Несмотря на большие затраченные время и ресурсы осуществление проекта реактивного истребителя группы С. П. Королёва не имело перспективы.

Роль А. Г. Костикова в создании «катюш»[править | править код]

Уже в 1944 году по поводу авторства «катюш» производилось расследование. В материалах следственного дела А. Г. Костикова имеется заключение технической экспертизы, составленное комиссией в составе Чесалова А. В., Христиановича С. А., Ушакова К. А. и Левина Л. М., которая сделала категорический вывод: «Костиков, Гвай и Аборенков не могут считаться авторами М-8, М-13 и пусковых устройств к ним… К разработке снарядов РС-82 и РС-132, представляющих собой оригинальную конструкцию, Костиков, Гвай и Аборенков никакого отношения не имели».[7]

Однако данные материалы опубликованы не были, а Костикова, Гвая и Аборенкова не лишили авторских свидетельств на изобретение системы реактивного вооружения. Поэтому Костиков в своих автобиографиях и анкетах до последних месяцев жизни называл себя «изобретателем ракетного оружия», а в книгах и публикациях об истории советского вооружения вплоть до 1985 года все трое именовались создателями «катюши».

Литература[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Андрей Ваганов. Георгий Лангемак, который придумал термин «космонавтика». НГ-Наука, среда 24 апреля 2019 года
  2. Указ Президиума Верховного Совета СССР «О присвоении звания Героя Социалистического Труда Костикова А. Г.» от 28 июля 1941 года // Ведомости Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик : газета. — 1941. — 8 августа (№ 35 (150)). — С. 1.
  3. «Самолет 302». Статья.
  4. Огонёк : журнал. — 1988. — № 50.
  5. Антон Бочаров. Патриотический интернет проект «Герои Страны»
  6. «Так кто же есть кто?» Интервью Л. С. Душкина. // Крылья Родины. — № 7. — 1989. — С. 28, 29, 30, 31.
  7. Документ опубликован в: Анисимов Н. Л., Оппоков В. Г. Происшествие в НИИ-3. // Военно-исторический журнал. — 1989. — № 10. — С.85-87.

Ссылки[править | править код]