Костиков, Андрей Григорьевич

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Андрей Григорьевич Костиков
Kostikov A.G.jpg
Дата рождения 18 (30) октября 1899(1899-10-30)
Место рождения Казатин,
Бердичевский уезд,
Киевская губерния,
Российская империя
Дата смерти 5 декабря 1950(1950-12-05) (51 год)
Место смерти Москва, СССР
Страна Flag of the Soviet Union.svg СССР
Научная сфера конструктор ракетной техники
Учёная степень кандидат технических наук
Учёное звание член-корреспондент АН СССР
Награды и премии

Герой Социалистического Труда — 1941

Орден Ленина Орден Ленина Орден Красного Знамени Орден Трудового Красного Знамени
Орден Красной Звезды SU Medal XX Years of the Workers' and Peasants' Red Army ribbon.svg Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» SU Medal For Valiant Labour in the Great Patriotic War 1941-1945 ribbon.svg
SU Medal In Commemoration of the 800th Anniversary of Moscow ribbon.svg
Сталинская премия — 1942
Commons-logo.svg Андрей Григорьевич Костиков на Викискладе

Андре́й Григо́рьевич Ко́стиков (1899 — 1950) — советский учёный, специалист в области механики. Генерал-майор, член-корреспондент АН СССР по Отделению технических наук (механика) с 29 сентября 1943, кандидат  технических  наук (1939). Член ВКП(б).

Биография[править | править код]

Родился 18 (30 октября) 1899 года в Казатине (ныне Винницкая область, Украина), но зарегистрирован был на родине родителей в селе Быстрое (ныне — Боровенск, Калужская область), там же крещён.

Отец (умер в 1920 году), выходец из крестьян, определённой профессии не имел и всю жизнь работал по найму чернорабочим, дворником, носильщиком, кочуя по России (Казатин, Киев, Москва, Петроград). Мать занималась домашним и сельским хозяйством (умерла в 1922 году). Ещё были сестра и брат.

Закончив 4 класса Быстровской сельской школы, с 1913 года Костиков обучался в Москве, в технической конторе инженера Межерицкого, на слесаря-водопроводчика. Затем, в 1914—1919 годах, работал подручным слесаря, слесарем на заводах Москвы, Петрограда, Киева.

С 19 лет — доброволец РККА. Принимал участие в боевых действиях против украинских повстанцев, в Советско-Польской войне. Был ранен в ногу. В августе 1920 года попал в плен к полякам, в апреле 1921 года бежал и вновь продолжил служить в РККА.

В 1922—1926 годах обучался в 3-й Киевской военно-инженерной школе, которую окончил первым по успеваемости, после чего служил в Нижнем Новгороде.

В 1930—1933 годах учился в ВВИА имени Н. Е. Жуковского «по авиационным двигателям и ракетной специальности», где всерьёз заинтересовался ракетной техникой. Был направлен инженером в Реактивный институт (РНИИ, НИИ-3), работал в отделе баллистических ракет. По некоторым свидетельствам Костиков несколько раз встречался с К. Э. Циолковским в Калуге[уточнить].

С 1936 года — начальник отдела по разработке жидкостных ракетных двигателей.

В ноябре 1937 года Костиков назначается исполняющим обязанности, а с 15 сентября 1938-го, после ареста (по его доносу[1]) ведущих сотрудников (В. П. Глушко, С. П. Королёва, Г. Э. Лангемака), становится главным инженером института, который в то время занимался разработкой и испытанием реактивных снарядов и установок для их пуска с земли и с самолётов.

19 февраля 1940 года сотрудники института А. Костиков, И. И. Гвай и представитель Главного артиллерийского управления РККА В. В. Аборенков получили авторское свидетельство на изобретение «механизированной установки для стрельбы ракетными снарядами различных калибров» за № 3338, ставшее основой для разработки будущей знаменитой «катюши». 17 июня 1941 года Костиков продемонстрировал членам политбюро, правительства страны и руководства НКО СССР работу установки залпового огня (УЗО), базировавшейся на автомобиле.

За день до начала войны, 21 июня 1941 года, И. В. Сталин принял решение о развёртывании серийного производства реактивных снарядов М-13 и пусковой установки БМ-13 (УЗО) и о начале формирования соответствующих войсковых частей.

Уже 14 июля 1941 года секретное советское оружие (УЗО) приняло боевое крещение под Оршей под командованием капитана И. Флерова. Результаты были ошеломляющими. Двумя сериями залпов «Катюш» была полностью разрушена железнодорожная станция Орша и переправа через реку Оршица. С этого участка фронта гитлеровцы вывезли три эшелона убитых и раненых. Не менее важным было и огромное деморализующее воздействие ракетного оружия на врага.

28 июля 1941 года Президиум ВС СССР издал два указа о награждении создателей «катюши». Первым указом «за выдающиеся заслуги в деле изобретения и конструирования одного из видов вооружения, поднимающего боевую мощь Красной Армии» Костикову было присвоено звание Героя Социалистического Труда (под № 13). Вторым указом орденами и медалями были награждены ещё 12 инженеров, конструкторов и техников, в том числе орденом Ленина — соавторы Костикова по изобретению — И. Гвай и В. Аборенков. Конструктору было присвоено звание генерал-майора инженерно-авиационной службы. В марте 1943 года Костиков был избран членом-корреспондентом АН СССР по Отделению технических наук (механика) (29 сентября 1943 года). Член ВКП(б).

В Мосальске, на малой родине автора «катюши», в местном музее есть стенд, посвящённый Костикову. Однако название улицы, некоторое время носившей его имя, местные власти заменили на другое — Новая Слобода.

Арест[править | править код]

После срочной эвакуации института в конце 1941 года в Свердловск Костиков (он был директором НИИ-3 с 1942 по 18 февраля 1944 года) занимался разработкой ракетного самолёта-истребителя. Для этого было организовано ОКБ-55. Начальником был назначен М.Р. Бисноват, а Костиков главным конструктором. Первоначально предполагалась составная силовая установка с разгонным ЖРД конструкции Душкина и двумя ПВРД (пульсирующий воздушно-реактивный двигатель) конструкции Зуева. ПВРД так и не удалось отладить, и самолёт был в полёте только в качестве буксируемого планера.

В начале 1943 года Костиков принял решение оснащать опытный экземпляр самолёта только жидкостным ракетным двигателем. Темпы создания самолёта ускорились, но характеристики его (скорость, скороподъёмность, дальность) резко снизились. К тому же Костиков, принимая это решение, совершил серьёзную организационную ошибку (или подлог), не представив проведённые принципиальные изменения в тактико-технических данных и конструкции самолёта к оформлению постановлением правительства. В январе-феврале 1944 года правительственная комиссия, возглавленная заместителем наркома авиапромышленности А. С. Яковлевым, пришла к выводу о необходимости прекращения работ. А. Г. Костикова обвинили в обмане правительства, сняли с должности директора НИИ-3 и 15 марта 1944 года арестовали.

Почти год недавний герой находился в тюрьме (с марта 1944 по 28 февраля 1945 года). Однако предъявленные ему обвинения в шпионаже и вредительстве не подтвердились. Выводы следствия гласили: «Разъяснения автора… верны. Автора целесообразно привлечь к более углублённой разработке. …Вражеского намерения в действиях А. Костикова, который был большим специалистом своего дела, не установлено».

Дальнейшая карьера[править | править код]

С 1 августа 1945 года и до конца жизни Костиков (НИИ-3 к тому времени уже закрыли) работал начальником бюро в одном из оборонных институтов (НИИ-24), где по-прежнему занимался разработкой новейших реактивных снарядов, высоко оцениваемых специалистами. В 1947 году Костиков непродолжительное время возглавляет представительство АН СССР в Германии.

В конце Великой Отечественной войны Костиков побывал на своей малой родине — в с. Быстром, посетил школу, встретился с земляками. 19 сентября 1950 года выступил с докладом в Калуге на заседании, посвящённом 15-летию со дня смерти К. Э. Циолковского.

5 декабря 1950 года Костиков скоропостижно скончался от инфаркта миокарда в своей квартире. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 2). С. Т. Коненков создал памятник на его могиле.

Могила Костикова на Новодевичьем кладбище Москвы.

Награды и премии[править | править код]

Критика[править | править код]

После смерти Костикова, особенно в годы хрущёвской «оттепели» (в конце 1950-х — первой половине 1960-х гг.), дискуссия об истинных авторах изобретения «катюши» вспыхивает с новой силой. Уже покойный Костиков подвергается уничтожающей критике. Его обвиняли в присвоении изобретения «катюши», а также в том, что он активно способствовал репрессиям, постигшим сотрудников его института (в том числе конструкторов С. Королёва и В. Глушко, работавших в конце 1930-х гг. в отделе, которым тогда руководил Костиков). Журналист Я. Голованов в статье «Лжеотец „катюши“». («Огонёк», 1988, № 50) утверждает, что в заключении официального расследования, проведённого в июне 1965 года Главной военной прокуратурой, говорится: «20 июня 1938 года Костиков возглавил экспертную комиссию, которая дала заключение органам НКВД о вредительском характере деятельности инженеров Глушко и Королёва».

Это обвинение действительно проверялось Прокуратурой СССР. Однако в её официальном документе (№ 13/4-1032-89 от 12.06.1989 г.) говорится о другом: «Прокуратурой Союза ССР самым тщательным образом изучены материалы, связанные с арестом в 30-х годах видных учёных Научно-исследовательского института … В материалах уголовных дел в отношении Королёва С. П., Лангемака Г. Э., Глушко В. П., Клеймёнова И. Т. отсутствуют данные, свидетельствующие о том, что они были арестованы по доносу Костикова А. Г.».

Комиссия ЦК КПСС (1989) также не нашла фактов, подтверждающих данные обвинения. Главные выводы этой комиссии были таковы: «Прокуратура СССР за № в13/4-1032 от 12.06.89 г. подтверждает факт, что в криминальных делах в отношении Королёва С. П., Глушко В .П. отсутствуют данные, которые подтверждают то, что они были арестованы по доносу Костикова А. Г.».

По мнению некоторых историков и работников ракетно-космической отрасли, Костиков продвинул свою карьеру ложными доносами на своих коллег и присвоил авторство разработки реактивного миномёта «Катюша».[2]

Существует и противоположная точка зрения[3].

В 23-м томе БСЭ (второе издание) на стр. 126 помещена статья о Костикове Андрее Григорьевиче, отмеченном высокими наградами «за большую заслугу в создании нового типа вооружения».

В 1937—1938 гг., когда наша Родина переживала трудные дни массовых арестов советских кадров, Костиков, работавший в институте рядовым инженером, приложил большие усилия, чтобы добиться ареста и осуждения как врагов народа основного руководящего состава этого института, в том числе основного автора нового типа вооружения талантливого учёного-конструктора, заместителя директора института по научной части Г. Э. Лангемака. Таким образом, Костиков оказался руководителем института и «автором» этого нового типа вооружения, за которое и был сразу щедро награждён в начале войны.

Получив задание на другую разработку, Костиков оказался неспособным её выполнить, в связи с чем, ещё во время войны, был снят с работы и уволен из института…[4][5]

Почему-то в Билимбай было эвакуировано сразу несколько авиационных КБ. Кроме нас сюда приехали вертолётные ОКБ Миля и Камова. По соседству, в Свердловске, работал НИИ-3 — так с начала 1937 г. назывался РНИИ — Реактивный научно-исследовательский институт, головное ракетное учреждение предвоенных лет. В те годы им руководил А. Г. Костиков — как потом выяснилось, человек, непосредственно приложивший руку к аресту Королёва, Глушко, к гибели первых советских ракетчиков-практиков Клеймёнова, Артемьева, Лангемака… [6]

Роль Г. Э. Лангемака и других в создании отечественного реактивного оружия была восстановлена в июне 1991 (Указ Президента СССР от 21 июня 1991 о присвоении звания Героя Социалистического Труда (посмертно) И. Т. Клеймёнову, Г. Э. Лангемаку, В. Н. Лужину, Б. С. Петропавловскому, Б. М. Слонимеру, Н. И. Тихомирову).

Примечания[править | править код]

  1. Рахманин В. Ф. Тридцать три года в ракетной технике: успехи, разногласия, конфликты. Криминальные страницы биографии Глушко и Королёва // Двигатель. — 2015. — № 5. — С. 52—60.
  2. По утверждению историка А. В. Глушко, обнаружен текст письменного доноса А. Г. Костикова о вредительской деятельности И. Т. Клеймёнова, Э. Г. Лангемака, С. П. Королёва, В. П. Глушко и ряда других сотрудников института, а также иные документы, подверждающие причастность А. Г. Костикова к их аресту. В любом случае, неблаговидную роль в судьбе репрессированных сотрудников А. Г. Костиков всё-таки сыграл, поскольку в июне 1938 года он возглавил экспертную комиссию, давшую справку для НКВД о вредительской деятельности В. П. Глушко и С. П. Королёва. В результате С. П. Королёва приговорили к 10 годам лагерей, а В. П. Глушко — к 8 годам лагерей. В том же 1938 году А. Г. Костикова утвердили в должности главного инженера института.Антон Бочаров. Патриотический интернет проект «Герои Страны»

  3. «Так кто же есть кто!» Интервью Л. С. Душкина. — «Крылья Родины», № 7 1989. Стр. 28, 29, 30, 31.
  4. Дата документа: 15 января 1957 года. Подписи: член-корреспондент АН СССР, Герой Социалистического Труда С. П. Королёв, член-корреспондент АН СССР, Герой Социалистического Труда В. П. Глушко. Цит. по: Я. Голованов. Лжеотец «Катюши» // Огонек. — 1988. — № 50.
  5. Избранные работы академика В. П. Глушко.
  6. В.П. Мишин. Дневники

Ссылки[править | править код]

Костиков, Андрей Григорьевич. Сайт «Герои страны».