Кузьминки осенние

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Кузьминки осенние
Кузьминки осенние
На вечеринке. 1910
Тип народно-христианский
Иначе Кузьма и Демьян — рукомесленники, Встреча зимы, Курьи именины
также Косма и Дамиан (церк.)
Значение первая встреча зимы
Отмечается славянами
Дата 1 (14) ноября
Празднование девушки в ссыпчину справляли кузьминскую вечеринку
Традиции обряд задабривания Домового в Ярославской губернии
Лапша на курином бульоне
Праздник Кузьмы и Демьяна. Закарпатье.

Кузьми́нки осе́нние (Курьи именины) — день народного календаря у славян, отмечаемый[источник?] 1 (14) ноября.

По представлению восточных славян в этот день осень провожают, зиму встречают[1]. В Российской империи день Кузьмы и Демьяна больше отмечали девушки — снимали избу и справляли «курячьи именины»[2].

У славян-католиков День Всех святых: этот день и последующий — праздники поминовения душ умерших родственников, которые, по поверьям, в это время возвращаются домой[3].

Другие названия[править | править вики-текст]

Кузьма и Демьян[3], Кузьма-Демьян — рукомесленники[4], Бессребреники, Рукомесленники, Божьи кузнецы, Свадебные кузнецы, Кашники, Курятники, Куриные боги, «Бог в xлеву», Курячьи именины, Кочетятник[5], Кузьминки[6], Курячий праздник, Курьи именины[6], Куриная смерть[6], Кузьминки осенние[7]; «Кузьма і Дзям'ян» (белорус.)[8][страница не указана 23 дня], «Кузьма-сякач» (полес.)[8][страница не указана 23 дня], «Врачи, Врачеви» (серб.)[9], «Безмитни Врачеви» (серб.)[10], «Свети Врач, Кузма и Демиан» (болг.)[9], «Светите Врачове, Врачи, Враче-безмитниче» (болг.)[10].

В этот день почитаются в том числе: православными славянами — Косма и Дамиан, христианские святые врачи-бессребреники, покровители ремёсел, брака, домашней птицы[11], а славянами-католиками — Собор всех святых; чьи имена присутствуют в названиях дня.

Обряды дня[править | править вики-текст]

Косме и Дамиану молятся о душевном и телесном исцелении, о просвещении разума, научении грамоте и о помощи в трудном учении, о любви и мире супругов, о покровительстве семейного очага[12].

В этот день справляли курьи именины[13]. Этот старый обычай известен был в Москве. Там, в Толмачевском переулке, за Москвой-рекой, женщины собирались вокруг церкви Космы и Дамиана с курами и после обедни служили молебны. Богатые люди рассылали кур в подарки родным и близким. В селах женщины приходили с курами на боярский двор и с челобитьем подносили их своей боярыне «на красное житьё». В ответ боярыня отдаривала крестьянок лентами на убрусник (головной убор). Такие «челобитные куры» содержались особо: их кормили в основном овсом и ячменём и никогда не убивали. Яйца, которые несли эти куры, считались целебными[14]. В Ярославской губернии в этот день в деревнях убивали петуха («кочета») в овинах. Хозяин выбирал петуха и сам отрубал ему голову топором. Ноги «кочетиные» бросали на крышу избы для того, чтобы водились куры. Самого петуха варили на обед[15]. В Воронежской губернии крестьяне обязательно жарили «кочета» (петуха) и курицу, служили молебны в курятниках и кропили их святой водой[16].

В России день Кузьмы и Демьяна считался девичьим праздником широко отмечался. На день, а то и за три дня снималась изба, где собирались справлять кузьминскую вечеринку; девушки ходили по домам — собирали продукты к ужину, а также сообща варили пиво. Если присутствовала девушка-невеста — она считалась за хозяйку в доме. «Ссыпчины» эти устраивали для себя, но к вечеру приглашали парней, музыканта, и тогда начиналось веселье — совместные игры, песни, танцы, ухаживания и «жениханье»[2]. Обычно разыгрывались так называемые «поцелуйные» игры[17]. Посиделка могла продолжаться до утра. Когда заканчивалось угощенье, парни могли отправиться «на промысел» — воровать соседских курей. Такие кражи, по существовавшей традиции, односельчанами не осуждались[18].

Обязательным блюдом такой вечеринки была куриная лапша, другие блюда из курятины, каша. Святых Кузьму и Демьяна называли «курятниками» и «куриными богами» (ср. Куриный бог), а день их памяти называли «кочетятником», «курячьим праздником» и «курячьими именинами». Приглашали священников, чтобы в курятниках отслужить молебен, затем священник кропил святой водой домашнюю птицу. В этот день резали кур, чтобы в течение года в хозяйстве будет велась птица. Трапезу начинали обычно молитвой: «Кузьма-Демьян — сребреница! Зароди, Господи, чтобы писклятки водились». Существовало поверье: если за обедом сломается куриная кость — то в следующем году вылупится уродливым цыплёнок[2].

В некоторых местностях существовал обычай, по которому девушка на выданье готовила для семьи разные кушанья из курятины и угощала всех приходящих в дом. В качество «почётного» угощения на такой стол подавалась куриная лапша[16]. В некоторых деревнях для «честных» гостей варили «козьмодемьянское пиво»[18].

Многие обряды и действия, которые совершали девушки в этот день, соотносились со свадебной обрядностью и идеей смены статуса представительниц взрослой девичьей группы[18].

Петух здесь может быть сопоставлен с эмблемой солнца — отмеченный праздничный обряд жертвоприношения петуха на Кузьму-Демьяна слился с ритуальной пищей, в основе которой была курятина[19].

В Ярославской губернии в этот день обращались к дворовому, присматривающему за домашним скотом. Если во дворе заводился лихой дворовый, любящий похулиганить, то хозяин брал помело, садился на лошадь, которую не любит дворовой, ездил на ней по двору, махал метлой и кричал: «Батюшка дворовой! Не разори двор и не погуби животину». После этого обряда дворовый должен успокоиться. Иногда помело обмакивали в дёготь с намерением отметить на лысине дворового зазубрину. Считалось, что с такой отметиной лихой домовой сбегал с двора[15].

В Пензенской губернии Городищенском уезде существовал обычай «похорон Кузьмы-Демьяна»: «в жировой избе девушки приготовляют чучело, т. е. набивают соломой мужскую рубашку и шаровары и приделывают к нему голову; затем, надевают на чучело «чапак», опоясывают кушаком, кладут на носилки и несут в лес, за село, где чучело раздевается и на соломе идёт весёлая пляска»[20].

В Белоруссии в этот день в некоторых сёлах молодёжь на вечорках делала соломенное чучело Кузьмыдемьяна. Его одевали в мужскую одежду, приделывали фаллос из красной материи, сажали на почётном месте за столом, угощали его и угощались сами. Рядом с чучелом садилась девушка и их «женили, играли свадьбу», исполняли частушки на любовно-эротическую тему. В конце вечорок парни выносили чучело за село, снимали с него одежду, а солому сжигали[21].

Южные славяне в этот день кололи курбан[неизвестный термин], женщины воздерживались от работы, чтобы никто в семье не заболел, пекли хлеб и раздавали его «за здравие». Кузьму и Демьяна считают своими покровителями знахари, целители и травники[10].

Поляки верили, что в этот день души умерших посещают дома, для них оставляли открытыми окна и двери, на столе — еду и питье, а также носили им еду на кладбище; вечером опасались ходить в костёл, так как считалось, что мёртвые сами приходят туда служить мессу. Чехи и словаки тоже посещали могилы. Испечённые булочки (чеш. dušičky, duše) раздавали нищим или одаривали ими колядников, ходивших с пожеланием большого урожая. В северной Словакии в костёле подавали поминальные записки и такое же количество куделей чёсаного льна, веря, что за каждую кудель ухватится одна душа и выберется из чистилища. В Бенетской Словении (на юго-западе страны) известен обычай колядования женщин, которые пели в этот день особые «колядки» (словен. dušne kolednice)[3].

Легенда о Кузьмодемьяне[править | править вики-текст]

Кузьмодемьян, говорят старики, был первый человек у Бога, как мир был создан. Этот Кузьмодемьян первый был кузнец и первый плуг сделал в свете. Тогда ещё не было плугов он первый его придумал. Кузня его была на 12 верст, у неё 12 дверей, 12 молотов.

В те времена в лесных дебрях и непролазных трущобах и болотах жил многоглавый и крылатый Змий. Междy людьми нашей земли и Змеем существовал тяжёлый договор: люди должны были ежегодно посылать к немy на пожеренье по девице. Там, где Змей появлялся люди гинули, как трава под ногами скота, и как просо на солнце.

Однажды кузнец ковал первый плуг, когда к кузнице прилетел, гонясь за жертвой, змей-людоед. Кузьмодемьян спрятал её у себя и запеp толстые железные двери кузницы. Когда Змей оказался y самой кузни, кузнец предложил емy: «Пролижи в дверях дыркy, тода я посажу тебе на язык». Змей лижет железную дверь кузни, а кузнец в это время pазогревает клещи. Когда Змей просунул язык в пролизанную им дыpy, кузнец схватил Змея за язык pаскалёнными клещами. Чувствуя, что теряет силы, Змей предложил: «будем мириться: пусть будет вашего света половина, а половина — нашего… переделимся». На что Кузьмодемьян ответил: «Лучше переорать (перепахать) свет, чтобы ты не перелезал на нашу сторону брать людей — бери только своих». Запряг его в выкованный им плуг и начал орать на нём гигантскую бороздy. Проорал ровную бороздy аж от Черниговской губернии так прямо до Днепра. И где они прошли остался вал со pвом на южной стороне, который есть и поныне. Как проорал до Днепра, змей дюже утомился и хотел пить. Дорвавшись, наконец, до воды, Змей пил, пил и лопнул[22][23][24].

Поговорки и приметы[править | править вики-текст]

  • «Wszyscy Święci, zima się kręci» (пол.) — Зима ко Всем Святым приурочивается[1].
  • Кузьма-Демьян — кузнец, кует лёд на земле и на воде[25].
  • Из кузьмо-демьяновой кузницы мороз с горна идёт![26]
  • Батюшка Кузьма-Демьян — куриный Бог[26].
  • Кузьма и Демьян «куют» свадьбу (рус.)

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

  1. Агапкина Т. А. Кузьма и Демьян // Славянская мифология. — М.: Эллис Лак, 1995. — С. 235.
  2. Ноябрь / Агапкина Т. А., Валенцова М. М., Плотникова А. А. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2004. — Т. 3: К (Круг) — П (Перепелка). — С. 437–440. — ISBN 5-7133-1207-0.
  3. Атрошенко О. В. Русская народная хрононимия: системно-функциональный и лексикографический аспекты // Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Уральский федеральный университет. — Екатеринбург, 2013.
  4. Баранова О. Г., Зимина Т. А., Мадлевская Е. Л. и др. Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого календаря. Иллюстрированная энциклопедия / Науч. ред. И. И. Шангина. — СПб.: Искусство-СПБ, 2001. — 668 с. — (История в зеркале быта). — ISBN 5-210-01497-5.
  5. Кузьма и Демьян / О. В. Белова // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2004. — Т. 3: К (Круг) — П (Перепелка). — С. 22—24. — ISBN 5-7133-1207-0.
  6. Беловинский Л. В. Российский историко-бытовой словарь. — М.: Тритэ, 1999. — 526 с.
  7. Птицеводство / Бушкевич С. П. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2009. — Т. 4: П (Переправа через воду) — С (Сито). — С. 339—345. — ISBN 5-7133-0703-4, 978-5-7133-1312-8.
  8. Беловинский Л. В. Энциклопедический словарь российской жизни и истории. — М.: ОЛМА Медиа Групп, 2003. — 910 с. — ISBN 978-5-2240-4008-7.
  9. Васілевіч Ул. А. Беларускі народны каляндар (белор.) // Паэзія беларускага земляробчага календара. Склад. Ліс А.С.. — Мн., 1992. — С. 554—612.
  10. Гальковский Н. М. Борьба христианства с остатками язычества в древней Руси. — М.: Индрик, 2000. — 703 с. — ISBN 5-85759-108-2.
  11. Ермолов А. С. Народная сельскохозяйственная мудрость в пословицах, поговорках и приметах. — СПб.: Типография А.С.Суворина, 1901. — Т. 1. Всенародный меяцеслов. — 691 с.
  12. Золотые правила народной культуры / О. В. Котович, И. И. Крук. — Мн.: Адукацыя i выхаванне, 2010. — 592 с. — 3000 экз. — ISBN 978-985-471-335-9.
  13. Исследования по славянской диалектологии. Вып. 7: Славянская диалектная лексика и лингвогеография / Отв. ред. Г. П. Клепикова, А. А. Плотникова. — М.: Институт славяноведения РАН, 2001. — 309 с. — ISBN 5-7576-0095-0.
  14. Коринфский А. А. Народная Русь. — М.: Издание книгопродавца М. В. Клюкина, 1901. — 723 с.
  15. Коринфский А. А. В мире сказаний. Очерки народных взглядов и поверий. — СПб.: Издание П. П. Сойкина, 1905. — 231 с.
  16. Мадлевская Е. Л. Христианские святые в народных представлениях // Русская мифология. Энциклопедия. — Эксмо, Мидгард, 2005. — С. 756. — 784 с. — 5000 экз. — ISBN 5-699-13535-6.
  17. Максимов С. В.  // Нечистая, неведомая и крестная сила. — СПб.: Товарищество Р. Голике и А. Вильворг, 1903. — С. 519–521.
  18. Маскі ў каляндарнай абраднасці беларусаў / Т. І. Кухаронак. — Мн.: Ураджай, 2001. — 237 с. — ISBN 985-04-0476-0.  (белор.)
  19. Некрылова А. Ф. Круглый год. Русский земледельческий календарь. — М.: Правда, 1991. — 496 с. — ISBN 5-253-00598-6.
  20. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. — М.: Наука, 1981. — 608 с.
  21. Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия. Историко-географический анализ. — М.: Наука, 1979. — 242 с.
  22. Сахаров И. П. Сказания русского народа. Народный дневник. — СПб.: Издание А. С. Суворина, 1885.
  23. Чичеров В. И. Зимний период русского народного земледельческого календаря XVI – XIX веков. — М.: Издательство Академии Наук СССР, 1957. — 237 с.

Ссылки[править | править вики-текст]