Лжедмитрий III

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Лжедмитрий III
Претендент на российский престол
1611 — 1612
Коронация Не коронован
Предшественник Лжедмитрий II (выдавал себя за то же лицо)

Рождение XVI век
Смерть 1612
Род претендовал на принадлежность к Рюриковичам
Имя при рождении Сидорка (Исидор)[1][2] или, возможно, Матюшка (Матвей)[3]
Вероисповедание Православие

Лжедми́трий III (известен под полуименем Сидо́рка (полная форма Иси́дор), по одному псковскому сказанию, также Матю́шка (полная форма Матве́й); умер в июле 1612) — самозванец и авантюрист, выдававший себя за сына Ивана Грозного царевича Дмитрия Ивановича и, соответственно, за якобы спасшегося в окрестностях Калуги Лжедмитрия II. В российской историографии известен также как «псковский вор».

В отличие от своих предшественников — Лжедмитрия I и Лжедмитрия II, новому самозванцу не удалось получить обширное признание русского населения. Фактическое влияния Лжедмитрия III ограничивалось лишь Псковщиной и Новгородскими окрестностями. Всё это делало самозванца локальным персонажем в истории Смутного времени[4].

Обстоятельства появления[править | править код]

Смерть Лжедмитрия II оказала огромное влияние на дальнейшие события Смуты. Анархические элементы потеряли свою главную опору; лишившись идеи поддержки «законного царя», они превратились в обыкновенных разбойников. Сын Марины Мнишек, Иван, получивший в Москве прозвище Ворёнок, был слишком мал, чтобы стать вождем движения. В среде казаков и чёрных людей, не преследовавших цели восстановления правопорядка, продолжалось брожение.

Предположения о происхождении[править | править код]

Согласно грамотам руководителей Второго ополчения имя царя Дмитрия принял на себя казак Сидорка. По данным Московских властей и шведов Лжедмитрий III на самом деле был московским дьяконом Матвеем «из церкви за Яузой». И. О. Тюменцев, пользуясь данными современников, пришел к заключению, что самозванцем являлся дьякон Матюша, не пожелавший идти по стопам отца и, связавшись с казаками, бежавший из Москвы в Новгородскую землю. Вероятно, в этот период самозванец носил казачье имя Сидорка. Псковская летопись указывала, что вместе с Лжедмитрием III был отряд новгородских казаков. В связи с этим, предположительно, именно казаки и являлись инициаторами новой самозванческой интриги[5].

Биография[править | править код]

11 марта 1611 года в Новгороде на рынке самозванец попытался объявить своё царское имя, но был опознан и с позором изгнан из города. Оттуда новый «Дмитрий» с казаками бежал в Ивангород и там 23 марта 1611 года вновь объявил себя государем. Самозванец рассказывал горожанам, что он не был убит в Калуге, а «чудесно спасся» от смерти. Ивангородцы изнемогали в неравной борьбе. Несколько месяцев крепость осаждали шведы. В честь долгожданного «спасителя» на радостях три дня звонили в колокола и палили из пушек. Со всех сторон, главным образом из Пскова, стекались к самозванцу казаки. Под власть ивангородского «вора» перешли также Ям, Копорье и Гдов.

Тогда же, весной 1611 года, самозванец вступал в переговоры со шведским комендантом Нарвы Филиппом Шедингом. Шведский король Карл IX послал к Лжедмитрию Петра Петрея, хорошо знавшего Лжедмитрия I по переговорам в Москве. Петрей доложил, что это самозванец, после чего король Карл IX приказал прекратить все контакты с ним[6].

Собрав войско из казаков и стрельцов, самозванец двинулся на Псков. По данным Псковской летописи, 8 июля 1611 года его отряд расположился в окрестностях Пскова, сам он начал переговоры с жителями об условиях признания его государем[6]. Псковичи уже готовы были признать «вора». В стан Лжедмитрия стали перебегать некоторые псковские жители[7]. Узнавшие о самозванце Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский в своих грамотах призывали народ не верить «ни Маринке с сыном, ни тому вору, что стоит под Псковом»[8].

К этому времени самозванец со своим воинством совершил уже много грабежей, разоряя окрестности Пскова. Узнав о приближении к Пскову крупного отряда шведов и новгородцев, которых возглавлял шведский генерал Эверт Горн, он прекратил переговоры с псковичами и 23 августа в панике отступил к Гдову, бросив свои пушки[6].

Положение Лжедмитрия III постепенно укреплялось, его признали многие северо-западные города, а Псков оказался для шведов неприступной крепостью, все попытки штурмов в сентябре-октябре 1611 года были отбиты. Это побудило Эверта Горна переманить Лжедмитрия на шведскую сторону, предложив ему стать наместником на Псковской земле[6], но отказаться от притязаний на русский трон в пользу шведского принца. Играя в «законного царя», Лжедмитрий III отверг это предложение и принял бой[7]. Под его предводительством казаки сделали удачную вылазку и прорвались через шведское окружение, пытаясь отступить к Ивангороду. Шведы организовали преследование и настигли «вора». В бою самозванец был ранен, но всё-таки смог прорваться в Ивангород и отогнать шведов.

Не видя для себя ниоткуда помощи, псковичи, земля которых опустошалась и шведами, и поляками, призвали Лжедмитрия III к себе[6]. 4 декабря 1611 года самозванец въехал в Псков, где был «оглашен» царём[7]. Казаки «царька» начали совершать набеги из Пскова и Гдова на Дерпт и в шведскую Ливонию.

К тому же времени относится известие, что в Астрахани объявился ещё один претендент на имя царя Дмитрия, то есть Лжедмитрий IV, которого царём признало всё Нижнее Поволжье. Таким образом, в России одновременно действовало два «царя Дмитрия» — Лжедмитрий III на северо-западе и Лжедмитрий IV на юге. Однако в начале 1612 года Лжедмитрий IV бесследно исчез[9].

Желая привлечь на свою сторону подмосковное временное правительство первого ополчения, Лжедмитрий III послал к столице одного из своих атаманов. После долгих совещаний ополченцы послали в Псков своих представителей — Казарина Бегичева и Нехорошку Лопухина, которые при большом стечении псковичей заявили, что перед ними «истинной государь наш»[7]. 2 марта 1612 года правительство первого ополчения присягнуло Лжедмитрию III, а также «псковскому вору» (называемому так потому, что он утвердился во Пскове) «целовали крест» дворяне, дети боярские, московские жилецкие люди, стрельцы и боярин князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой[10]. Присягу самозванцу принесли южные и северские города. На востоке власть Лжедмитрия III поспешили признать небольшие города Алатырь и Арзамас.

Присяга открыла Лжедмитрию III путь в Москву. Псковский «вор» готовился прибыть в столицу и предъявить права на Марину Мнишек в качестве её супруга и отца её ребёнка. В Псков было отправлено казачье посольство во главе с Иваном Плещеевым для безопасного проезда «царька» в Москву. При этом Плещеев, лично знавший Лжедмитрия II, вновь публично признал в новом самозванце царя Дмитрия Ивановича.

Начало неудач и смерть[править | править код]

Однако уже весной 1612 года началось падение Лжедмитрия III. Добравшись до власти, «псковский вор» начал распутную жизнь, совершал насилия над горожанами и обложил население тяжёлыми поборами[7]. В Пскове возник заговор против самозванца. Против него объединились и Дмитрий Пожарский, и шведы. Московские казаки, разочаровавшись в «царе», ушли из Пскова, сами псковичи также были готовы его свергнуть[6]. В мае шведы осадили псковский пригород Порхов. Заговорщики использовали момент, чтобы удалить из Пскова казачьи отряды, преданные «царьку». Лжедмитрий, почувствовав что-то неладное, в ночь на 18 мая 1612 года попытался бежать из Пскова к Гдову, но вслед за ним был выслан отряд псковичей. Через два дня он был пойман и в цепях доставлен в Псков. Его посадили в клетку и выставили на всеобщее обозрение. 1 июля 1612 года его повезли в Москву, по дороге на обоз напал отряд поляков под командованием Лисовского[11]. Псковичи убили «вора» и кинулись бежать. По другим данным, Лжедмитрия III всё-таки доставили в Москву и там казнили[7].

Лжедмитрий III является героем одноимённой драмы словацкого писателя Йонаша Заборского. Упоминается в поэме М. А. Волошина «Деметриус-император».[источник не указан 1016 дней]

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

Литература[править | править код]