Литургия (балет)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Литургия
Liturgie
Фото Эскиз декорации (Музей Метрополитен)
Композитор нет
Источник сюжета Новый Завет
Хореограф Леонид Мясин
Год создания 1914-1917
Первая постановка нет

Балет-мистерия «Литургия» — неосуществленная постановка балета Леонида Мясина 1915—1917 годов на духовную музыку в рамках дягилевской антрепризы «Русских сезонов», известная, в первую очередь, авангардными эскизами костюмов работы Натальи Гончаровой, сделанными в 1915 году и напечатанными ограниченным тиражом около 1926 года.

Балет[править | править код]

Мясин, проведший детство в монастырском городке Верхнем Посаде, и в молодости увлекавшийся религиозной живописью итальянского Возрождения, довольно рано обратился к религиозной теме[1]. Замысел балета «Литургия» создавался у Мясина под воздействием живописи Чимабуэ[2]. Указывают, что работа началась в 1914 году.

Впервые мысль о постановке балета на евангельскую тему пришла Дягилеву в 1914 году, когда он вместе с совсем юным Мясиным, своим новым фаворитом, посетил Флоренцию. Во время поездки Мясин сильно заинтересовался религиозными полотнами XII—XIII веков, ему пришла в голову идея о преобразовании архитектуры и живописи в хореографическую форму. Вся религиозная атмосфера соборов, фресок, православные византийские мозаики, как вспоминал сам Мясин, «оказывали властное влияние на меня и в духовном, и в эстетическом плане, и это влияние начинало сказываться на моей профессиональной карьере»[3].

Дягилев предложил создать постановку о Страстях Христовых; Мясин впервые пробовал свои силы в качестве постановщика, для чего работает над оформлением вместе с Гончаровой и Ларионовым в 1914-15 годах. Как пишет исследователь: "предполагалось поставить балет, состоящий из нескольких картин в стиле византийских мозаик, причём для усиления атмосферы литургии балет должен был проходить без музыки. Чтобы постановка воспринималась не как римская католическая литургия, а как православный обряд, в перерывах между картинами должна была звучать русская церковная музыка[3]. Дягилев был тогда увлечен идеями ритмопластики и, по словам режиссера труппы С. Л. Григорьева, сперва собирался поставить балет без музыки, под один ритм шагов танцовщиков[4].

Сначала Дягилев видит его как "экстатическую обедню в 6-7 коротких картин. Письмо Дягилева Стравинскому от 25 ноября 1914 г. гласит: «Эпоха по жанру около Византии; конечно, у Мештровича выйдет по-своему. Музыка — ряд хоров a capella — чисто религиозных, может быть, вдохновленных григорианскими темами». Хор должен был звучать только при закрытом занавесе[5]. В качестве композитора Дягилев захотел Стравинского, в марте 1915 года он ему писал: «Слушая 32 репетиции „Литургии“, мы пришли к убеждению, что абсолютная тишина — это смерть, и что в воздушном пространстве абсолютной тишины нет и быть не может (…) Предполагающиеся инструменты — колокола с густо обвязанными языками, эолова арфа, гусли, сирены, волчки и прочее. Конечно, надо это разработать. И вот для этого Маринетти очень предлагает нам собраться хоть на один день в Милане, чтобы переговорить с заправилами из оркестра и детально исследовать все их инструменты»[4].

Работа по-настоящему началась в Швейцарии на вилле Бельрив, где к небольшой труппе присоединились освободившиеся от других дел Ларионов и Гончарова[4].

Мясин вспоминал: «Первой сценой в балете (…) было „Благовещение“, исполняли ее Лидия Соколова и я. Для этой сцены я, вдохновленный Девой Марией Чимабуэ, придумал ряд угловатых жестов негнущимися руками с плоскими ладонями. Для картины „Вознесение“ я выстроил две группы ангелов, у которых руки были обращены вверх и скрещены, что создавало иллюзию крыльев, поднимающих в небеса».

Работа над балетом продолжалась с перерывами с 1915 до 1917 года. Первоначальная идея о том, что он будет идти без музыки была отвергнута, предлагались разные варианты сопровождения — от церковной музыки, до футуристических опытов Маринетти. Количество предполагаемых картин тоже менялось. Сначала предполагалось, что постановка будет осуществлена внутри реального храма, церкви — по аналогии со средневековыми мистериями[6]. Затем сменившая как оформитель Мештровича художница Гончарова выполнила декорацию, изображающую церковный интерьер (ныне в Метрополитен-Музее).

Все было весьма бесформенным и, как пишет исследователь, «не дождавшись более внятных указаний, Гончарова с Ларионовым составили перечень сцен „Литургии“ (написанные ими либретто хранятся в отделе рукописей ГТГ). Cредневековая литургийная драма разделялась на две: Рождественскую и Пасхальную. В первую входил круг сюжетов, связанных с рождением Христа, во вторую — с Воскресением»[4].

Осуществить постановку балета по причине начавшейся Первой мировой войны тогда не удалось[3]. «Работа над спектаклем продолжалась в течение нескольких лет, но он так и не был реализован. Наверное, даже для Дягилева это было слишком: спектакль без музыки, без либретто, а благодаря оформлению Гончаровой — и без движения»[4].

Это весьма расстроило Мясина: «Я ощутил горькое разочарование. Для меня „Литургия“ была … первой реализацией темы, которая пустила глубокие корни в моём подсознании, ещё когда я был ребёнком. Я имел своё балетное видение сцен из жизни Христа; красота и смирение его в страданиях терзали моё воображение долгие годы и повлияли на мои наиболее знаменитые творения следующих лет»[3].

Хотя «Литургия» осталась неосуществленной, однако на протяжении своей жизни Мясин неоднократно возвращался к христианским темам: в тридцатых годах он создал балет о жизни святого Франциска Ассизского — «Nobilissima Visione» («Достославное видение»), а в 1952 году поставил «Laudes Evangelii», за ними последовал балет «Воскресение и жизнь» на аранжировку музыки Монтеверди и Габриели, а в 1957 году был поставлен балет «Евангелисты» на старинную музыку[1].

Дягилев, несмотря на расставание с Мясиным, тоже продолжал помнить об евангельской тематике, и в 1928 году он заказал Сергею Прокофьеву написать музыку к балету на евангельскую притчу о блудном сыне. Премьера балета «Блудный сын» состоялась 21 мая 1929 года на сцене театра Сары Бернар и оказалась последней постановкой Дягилева, вскоре скончавшегося.

В 1930—1940-е годы Ларионовым была предпринята еще одна попытка осуществления замысла[6].

Эскизы костюмов[править | править код]

Оригинал эскиза, на котором видно применение фольги

Считается, что гончаровская серия «Литургия» — лучшая из её работ по оформлению дягилевских балетов, основанных на русских фольклорных образах[7]. Оригиналы были исполнены гуашью.

«Плоскостно трактованные угловатые фигуры святых, апостолов, волхвов и херувимов удивительно органично соединяют в себе приемы древней иконописи и ультрасовременный для той поры (1915) почерк кубизма»[7]. Как художник, Гончарова взяла за основу древнерусский живописный источник — фрески, мозаики, иконы. Действие спектакля было перенесено в храм с традиционным иконостасом. Отдельные эпизоды из жизни Христа в либретто, по сути, представляли собой сюжеты икон праздничного чина иконостаса. Занавес был сделан в виде басмы[4].

«В своих поисках художница обращается к проблеме материалов для изготовления костюмов. Вместо легких, традиционных для балета тканей она применяет жесткие конструкции, которые должны ли- шить фигуры танцовщиков привычного объема. Парадокс состоял в том, что в попытках передать плоскостность фигур, Гончарова приходит к идее трехмерного костюма-конструкции. Единственный раз, сама того не желая, она активно вмешивается в хореографию спектакля и в конечном счете определяет ее. Тяжелые костюмы с прорезями ограничивали движения, оставляя возможность лишь менять положения рук и ног. Их конструкция предполагала единственное направление движения артистов — вдоль рампы. Костюмы превращали актеров в подобие кукол-марионеток, рядом с которыми должны были появляться выносные фигуры большего масштаба, изображающие Христа и Богоматерь»[4].

Гончарова работала над «Литургией» по заказу С. П. Дягилева в 1915—1916 годах. Она создает «многочисленные карандашные эскизы, которые затем переводит в цветные композиции в технике гуаши и коллажа из серебряной и золотой фольги»[8]. Оригиналы хранятся в ГТГ (картон, акварель, гуашь, коллаж, графитный карандаш).

Рисунок с изображением фигуры волхва был опубликован на титуле американского каталога 1922 года выставки Ларинова-Гончаровой[9].

Издание[править | править код]

Liturgie. 1915 — Lausanne. 16. Maquettes. Reproduites au pochoir d’apres les Aquarelles originales et signees par l’Auteur. Paris. La Cible.

Несмотря на отмену балета, эскизы костюмов были опубликованы (либо в 1915, либо в 1927 году). «Когда становится ясно, что балет не будет поставлен, а также появляется возможность изготовить „профессиональные“ трафаретные формы из металлической фольги (цинка), художница воспроизводит композиции в технике пошуара, чуть изменив некоторые из них, адаптировав под воспроизведения»[8].

Тираж папки составлял ограниченное количество экземпляров. Они были выполнены в графической технике трафаретной печати (шелкографии) пошуар, с авторским автографом латиницей, причем почти все листы имеют разные размеры, а количество рисунков приводится как 14-16 штук[7]. В издание не вошли все рисунки, выполненные для балета, отбор, судя по всему, проходил по принципу стилистического единообразия с выбором наиболее "кубистических" вещей.

Экземпляры хранятся в Бахрушинском музее, имелись в коллекции описавшего их Никиты Лобанова-Ростовского. Точный тираж альбомов не обозначен. В письме Ларионов указывает 50 экземпляров, но на самом деле тираж был больше, например, только вТ ретьяковской галерее хранится более 100 экземпляров листов с изображением «Иуды»[8].

Авторская датировка Гончаровой, подписанная на обложках, гласит «1915», что долгое время традиционно считалось датой создания рисунков. Однако в процессе подготовки юбилейной выставки художницы исследователи пересмотрели эту дату, равно как и датировку «Театральных портретов» того же времени. «Трудно было предположить, что альбомы, имеющие все же немалый тираж, а „Литургия“ и большой формат, могли быть сделаны в Лозанне (так значится в выходных данных альбомов). В это время художники жили в гостинице и были загружены подготовкой театрального сезона дягилевских „Русских балетов“ — исполняли оформление балетов, присутствовали на репетициях и прослушивании музыки. Непонятно и то, зачем в разгар работы над постановкой балета „Литургия“, когда художница создавала эскизы костюмов, возникла необходимость издавать альбом с их воспроизведением». Пересмотренная датировка тиража подтверждается письмом М. Ларионова, датированным 1926 годом: «…он скоро появится в альбоме этого жанра Гончаровой, который будет под названием „Литургия“. Альбом будет содержать 17 или 19 рисунков в цвете, подписанных автором. Будет только 50 экземпляров альбома. Рисунки репродукций будут сделаны вручную в размере оригиналов акварелью и гуашью. Все будет сделано вручную, как оригинал. Приготовление каждого рисунка будет стоить довольно дорого изданию и цена продажная будет 3000 франков за лучшие, два музея Лондонских уже купили за 3000 менее удачные рисунки этого издания, которые были уже одолжены»[8].

Листы[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Леонид Фёдорович Мясин (Léonide Massine) | Belcanto.ru. www.belcanto.ru. Проверено 22 сентября 2017.
  2. Classic Ballet. Мясин Леонид Фёдорович.
  3. 1 2 3 4 О. А. Фугина ИНТЕРПРЕТАЦИЯ МЕНТАЛЬНОСТИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В БАЛЕТНОМ ИСКУССТВЕ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ // Вестник МГУКИ. — 2016. — Март–апрель (№ 2 (70)). — С. 135-136.
  4. 1 2 3 4 5 6 7 Е. А. Илюхина. История создания балета «Литургия» // ТРЕТЬЯКОВСКИЕ ЧТЕНИЯ. 2010—2011. Материалы отчетных научных конференций. 2012. С. 235—243
  5. Пастори Жан-Пьер. Ренессанс Русского балета
  6. 1 2 Выставка «Наталия Гончарова. Между Востоком и Западом». Третьяковская галерея, 2013
  7. 1 2 3 Гончарова, Наталья Сергеевна. 13 листов из альбома пошуаров театральных эскизов к балету Л. Мясина “Литургия”. (рус.). www.raruss.ru. Проверено 22 сентября 2017.
  8. 1 2 3 4 Пошуары Наталии Гончаровой | Журнал «ТРЕТЬЯКОВСКАЯ ГАЛЕРЕЯ» (рус.). www.tg-m.ru. Проверено 22 сентября 2017.
  9. Christian Brinton, Mikhail Fedorovich Larionov, Natalii Ła Sergeevna Goncharova, Kingore Galleries. The Goncharova-Larionov exhibition [electronic resource]. — New York City : Kingore Gallery, 1922.

Библиография[править | править код]