Любительская лингвистика

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Люби́тельская лингви́стика (фо́л(ь)к-лингви́стика[1], псевдолингви́стика[2]) — понятие, введённое для описания совокупности псевдонаучных исследований, теорий и гипотез, противоречащих данным науки о языке — лингвистике[2][3][4]. В псевдонаучном лингвистическом знании чаще всего встречается этимологизаторство[en][5]. Также привлекательны для псевдонауки темы происхождения и эволюции языка[6]. Сочинения по любительской лингвистике часто являются сочинениями и по фолк-хистори: лингвисты-любители склонны выстраивать новую интерпретацию исторических событий на основе собственных языковых теорий, а фолк-историки часто приводят лингвистические аргументы для обоснования своих положений[7].

Терминология[править | править код]

Термин «любительская лингвистика» был введён в широкий научный оборот известным российским лингвистом А. А. Зализняком[4]. Также для описания этого или сходных понятий были предложены и другие термины: «криптолингвистика» (В. Н. Базылев[8], позже автор предпочел термин «криптофилология»[9]), «лингвистика ресентимента» и «лингвистика Новой парадигмы» (Патрик Серио)[10], «фолк-лингвистика» («фольк-лингвистика») — по аналогии с фолк-хистори (Д. Ю. Полиниченко)[11], «псевдолингвистика»[2] (по аналогии с псевдонаукой), «антилингвистика»[2], «наивная лингвистика»[2], «поп-лингвистика»[2], «лингвофричество» (соответственно, лингвистов-любителей называют лингвофриками[12])[4][11].

В западноевропейской и американской лингвистике получили распространение термины англ. folk linguistics, нем. Volkslinguistik и Laienlinguistik, фр. linguistique populaire[4].

«Наивная лингвистика» часто отделяется от «любительской лингвистики»: наивную лингвистику определяют как комплекс представлений о языке его рядовых пользователей[11], как «спонтанные представления о языке и речевой деятельности, сложившиеся в обыденном сознании человека»[4].

Основные признаки[править | править код]

Академик А. А. Зализняк в своей статье «О профессиональной и любительской лингвистике» указывает, что «сочинение о языке любительское, если в нём встречается хотя бы одно из следующих утверждений»:

  • звук А может переходить в звук В — без уточнения языка и периода времени;
  • гласные не имеют значения, существен только «костяк согласных»;
  • слово А получилось в результате обратного прочтения слова В;
  • такая-то древняя надпись из той или иной страны читается по-русски;
  • название А такого-то города или такой-то реки той или иной дальней страны — это просто искаженное русское слово В (из чего видно, что эта страна была некогда населена русскими или они овладели ею);
  • такие-то языки произошли из русского, причём современного, а не его древнего предшественника.

Прочие особенности, замеченные Зализняком[13]:

  • игнорирование установленных научных фактов: например, когда один звук меняется на другой, меняется большая группа слов, а не одно слово. И даже если разъяснить эти факты, они их всё равно игнорируют, ведь достижения науки становятся непреодолимым препятствием на пути к фантазёрству[14];
  • бездоказательность и нестрогость;
  • работа с современным языком, невзирая на то, что века назад он был другим;
  • игнорирование состава слова. Носитель смысла — корень слова, и он намного важнее, чем приставка или окончание.

Доктор филологических наук М. Р. Шумарина приводит следующие свойства «любительской лингвистики»[4]:

  • претендует на владение «тайным» знанием;
  • стремится посредством этого знания регулировать поведение социума;
  • настаивает на бесспорности своих выводов;
  • подчиняет свои интерпретации определённой идеологической установке, игнорируя факты, которые не согласуются с основной идеей;
  • использует «поэтические» приёмы интерпретации языкового материала.

И делает заключение: «Совершенно очевидно, что перечисленные <…> признаки — это типичные признаки мифа»[4].

Д. Ю. Полиниченко суммирует методологические особенности любительской лингвистики в трёх пунктах:

  • невнимание к языковым фактам;
  • отсутствие логической строгости в построениях;
  • игнорирование выявленных наукой о языке закономерностей[11].

Главный редактор интернет-портала «Грамота.ру» кандидат филологических наук Владимир Пахомов полагает, что главная примета лингвиста-любителя (лингвофрика) — его рассуждения об истории языка, о сакральных кодах и тайных смыслах. Лингвофрики отличаются подчеркнутым игнорированием научных данных, повышенной эмоциональностью (выходящей иногда за рамки приличия), апелляцией к адресату, разделяющему определённую идеологию, и агрессивностью[15].

Зализняк сравнивал любительскую лингвистику с игрой в шарады:

Слово разбивается на части, равные каким-то словам, а затем эти слова заменяются на близкие по смыслу. Вот прелестный пример: почему не говорят «красна чья рожа»? Ответ: потому что говорят ал-кого-лик. Лингвист охотно позабавится игрой ал-кого-лик, а вот любитель легко может поверить, что он открыл таким образом происхождение слова алкоголик[16].

История[править | править код]

До появления сравнительно-исторического метода большинство этимологий носило совершенно фантастический характер. Русский поэт и филолог XVIII века В. К. Тредиаковский (17031769) считал, что название страны Норвегия есть искажённая форма слова «наверхия», так как эта страна расположена наверху географической карты, а название Италия восходит к слову «удалия», потому что страна эта на много вёрст удалена от России[17]. Инструментарий этимологии дал сравнительно-исторический метод — совокупность приёмов, позволяющих доказать родство языков и выявить факты их древнейшей истории.

В СССР широкое распространение получило псевдонаучное новое учение о языке Николая Марра, археолога и историка по образованию, с конца 1920-х до 1950 года пользовавшееся государственной поддержкой.

В Турции во времена Ататюрка была выдвинута и получила государственную поддержку «солнечная языковая теория», в которой утверждалось, что все языки мира произошли от турецкого (тюркского)[18].

В России[править | править код]

Возможно, первым сочинением по любительской лингвистике в России был трактат «Три рассуждения» поэта Василия Тредиаковского (1757), в котором он, опираясь на собственные любительские этимологии, доказывает, что древнейшим языком всей Европы был славянский, например: скифы (скиты) производятся от скитания, Каледония — от Хладонии, иберы — это уперы, «для того, что они как уперты… со всех сторон морями», амазонка Антиопа объяснена, как Энтавопа (то есть та вопящая — громогласная), Меналиппа — Менелюба, амазоны — омужены (то есть мужественные женщины), варяги, как пред-варители, Одоакр (Одоацер) как Одея-царь, то есть Надежда-государь. Филолог Л. В. Пумпянский, характеризуя подобные конструкции как «этимологический произвол», заключал: «Такими методами нетрудно было доказать, что вся древняя Европа была первоначально населена славянами, а варяжские князья были славянами Скандинавии, прибывшие к славянам Новгорода…»[19].

Широкое применение любительская лингвистика получила в «Новой хронологии», псевдонаучной теории математика Анатолия Фоменко и его последователей. Причём если в ранних работах Фоменко лингвистические и филологические вопросы занимали скромное место, то в книге «Новая Хронология» их роль уже настолько велика, что эту книгу вполне можно рассматривать как сочинение не только по истории, но и по лингвистике и филологии[20].

Идеи любительской лингвистики распространены в современном российском и украинском неоязычестве. Для неоязычников характерен приём «раскрытия» «глубинных», «исконных» значений слов современного языка путём дробления их на произвольно истолковываемые автором части[21]. Так, любопытным примером псевдолингвистического учения, приобретшего квазирелигиозный по своей сути характер, является «Всеясветная грамота», созданная А. Ф. Шубиным-Абрамовым, якобы «носителем родовой памяти» и «хранителем тайных знаний посвящённых». Суть теории «Всеясветной грамоты» состоит в том, что обычные люди читают буквы любого алфавита как «плоские», на самом же деле эти буквы в произведениях классиков и древних письменах не «плоские», а пространственно определённые, как бы объёмные проекции на плоскость. Любительской лингвистикой в той или иной форме занимаются многие лидеры, идеологи и популяризаторы неоязычества, в том числе и переводчики «Велесовой книги»[22].

Д. Ю. Полиниченко выделяет три основных направления в «современной российской любительской лингвистической мысли»[7][23]:

«Буквица» на памятнике Кириллу и Мефодию перед Сургутским университетом

Распространённым сконструированным алфавитом является «буквица» («древлесловенская буквица»), «образный алфавит», якобы лежащий в основе русского языка и представляющий собой алфавит из 49 букв в виде таблицы 7*7 (7 — сакральное число). Утверждается, что каждая буква этого алфавита и слоги из двух букв заключают в себе некий «мыслеобраз», скрытое значение. Из этих образов-букв в русском языке были созданы все слова, а зная образы, можно раскрыть истинный сакральный смысл любого слова. Значения этих образов максимально размыты, в результате чего под них можно подвести любое слово. «Буквица» представляет собой видоизменённую кириллицу с добавлением нескольких символов из других алфавитов и произвольными названиями и трактовкой букв. Никаких доказательств аутентичности этого алфавита его сторонники не приводят. Идея буквицы, как и других подобных алфавитов, предполагает, что люди должны были изобрести «язык из букв» прежде, чем составили из них слова, то есть создать построенную на образах письменность, ещё не умея разговаривать. «Буквица» изображена на памятнике Кириллу и Мефодию перед Сургутским университетом: монумент изображает святых, указывающих на свиток с «буквицей»[24][25].

Популярна так называемая «Ра-теория», в рамках которой вопреки морфемному составу слов и их историческому развитию в словах произвольно вычленяется «корень ра», якобы означающий «солнце», «свет», в результате чего слова обретают нужную автору позитивную или негативную трактовку[24]. Эта идея, наряду с другими подобными произвольными делениями и трактовками слов современного языка, была использована в произведениях неоязыческого писателя Сергея Алексеева[26][27] и популяризирована сатириком и сторонником неоязыческих идей Михаилом Задорновым[24].

В православной среде популярна идея, что приставка бес- в русских словах означает беса, злого духа, и употребление этой приставки восхваляет беса («бесполезный» — «бес полезный», «бессильный» — «бес сильный», «бесславный» — «бес славный», «бесценный» — «бес ценный», «бессердечный» — «бес сердечный» и др.). Утверждается, что таким способом людей заставили прославлять бесов большевики-безбожники, которые в 1918 году провели реформу русской орфографии. В ряде православных источников приставка используется только в одном варианте без-. В действительности приставка писалась исключительно с з не во всех случаях и относительно недолго. До XVIII века написание приставок на з/с не регулировалось. Приставка бес- и слово «бѣсъ» (злой дух) писались (а ранее и произносились) различно. Грамматики XVIII века (включая «Российскую грамматику» М. В. Ломоносова, 1755) предписывали писать приставки на з/с так же, как в современной орфографии. В дальнейшем написания приставок постепенно стали унифицироваться. В «Русском правописании» (1830) Я. К. Грота появилось новое правило: приставки без- и чрез- предлагалось всегда писать через з. Лингвисты обсуждали проект реформы до революции, в 1912 году он был готов. Сама реформа была осуществлена не большевиками, а ещё Временным правительством. Позднее два декрета советской власти были направлены лишь на окончательное вступление реформы в силу. Приставка бес-, как и другие подобные приставки (из/ис, раз/рас, воз/вос, вз/вс, низ/нис, чрез/черес), в современной орфографии пишется с буквой с перед глухими согласными и с буквой з перед звонкими согласными и гласными в соответствии с произношением — нормами устной речи. Идея восхваления беса через употребления приставки противоречит православию и лежит в русле магического мышления, в котором формируются мифы о словах, способных, подобно заклинаниям, нанести непоправимый вред при неосознанном произнесении[28].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Полиниченко Д. Ю. Лингвистика и фолк-лингвистика: концепция А. Н. Драгункина // Обыденное метаязыковое сознание: онтологические и гносеологические аспекты. Ч. 3: коллективная монография / отв. ред. Н. Д. Голев; ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет». — Кемерово, 2010. — С. 384—394.
  2. 1 2 3 4 5 6 Щербаков Ю. Н. Что такое фолк-лингвистика?
  3. Елена Бучкина. Этимология как оружие идеологии // scepsis.net, май 2010
  4. 1 2 3 4 5 6 7 Шумарина М. Р. «Наивная лингвистика» и «любительская лингвистика» в системе человеческого знания о языке // 80 лет Балашовскому институту Саратовского университета: сб.науч. ст. преподавателей Балашовского института Саратовского университета, посвященный юбилею института / под ред. С. А. Ляшко. — Балашов : Николаев, 2013. — C. 177—197.
  5. Хроленко А. Т. Основы современной филологии: учеб. пособие / науч. ред. О. В. Никитин. — М. : Флинта, 2013. — С. 51.
  6. Бурлак С. Лженаука о языке: дифференциальный диагноз // Троицкий вариант, 2 июля 2013 года, № 132. — С. 10.
  7. 1 2 Полиниченко Д. Ю., Бурханова М. С. Любительские лингвистические концепции в современной России (на примере творчества М. Н. Задорнова) // Филологические исследования. — М., 2013. — № 2. — С. 67-81
  8. Базылев В. Н. Политика и лингвистика: «великий и могучий…» // Политическая лингвистика. 2009. Вып. 3. С. 9-39.
  9. Базылев В. Н. Политика и лингвистика: «В слове русском Бог» // Политическая лингвистика. — Екатеринбург, 2014. — № 1 (47). — С. 25-39
  10. Серио П. Языкознание ресентимента в Восточной Европе // Политическая лингвистика. 2012. Вып. 3. С. 186—199.
  11. 1 2 3 4 Полиниченко Д. Ю. Любительская лингвистика: проблемы номинации и определения феномена // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. № 2. 2011.
  12. Что такое любительская лингвистика - ПОЛИТ.РУ. polit.ru (1 июля 2010).
  13. Зализняк А. А. Что такое любительская лингвистика // Полит.ру, 01.07.2010
  14. Зализняк. О профессиональной и любительской лингвистике. 2008
  15. Ксения Туркова. Граммар-наци живут, процветают и размножаются // Православие и мир. 31.12.2014.
  16. Гурьянова, 24.05.2020.
  17. Шелепова Л. И. Русская этимология.- М., 2007. С.21.
  18. Васильев А. М. Мост через Босфор. М.: «Молодая гвардия», 1989.
  19. Пумпянский Л. В. Тредиаковский // История русской литературы. — М.Л.: Изд-во АН СССР, 1941. — Т. III: Литература XVIII века. Ч. 1. — С. 215—263.
  20. Зализняк А. А. Лингвистика по А Т. Фоменко // Вопросы языкознания. — 2000. — № 6. — С. 33—68.
  21. Бесков, 2015, с. 15—17.
  22. Полиниченко Д. Ю. Неоязычество и любительская лингвистика в современной России // Jazyk a kultúra 12/2012
  23. Полиниченко Д. Ю. Фольк-лингвистика как объект научного изучения // Обыденное метаязыковое сознание: онтологические и гносеологические аспекты. Ч. 1. — Кемерово—Барнаул: Изд-во Алтайского университета, 2009. — С. 67—87.
  24. 1 2 3 Гурьянова, 25.03.2020.
  25. Гурьянова, 05.12.2019.
  26. Полиниченко, 2012.
  27. Игорь Малышев. Арии где-то рядом: книги тайного ордена Древней Руси. Regnum. 15 октября 2019.
  28. Гурьянова, 13.12.2019.

Литература[править | править код]

Аффилированная
  • Лебедева Ю. В., Шевченко Н. Ю., Неумоина Н. Г., Корбакова Т. В. Азы древнеславянского языка // Успехи современного естествознания. — 2014. — № 11—1. — С. 98—103.

Ссылки[править | править код]