Максима (философия)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Максима — краткое выражение фундаментального морального правила или принципа, независимо от того, рассматриваются ли они как объективные или субъективные в зависимости от философии. Максима часто носит педагогический характер и побуждает к конкретным действиям. Оксфордский философский словарь определяет это как:

Вообще любое простое и запоминающееся правило или руководство по жизни; например, «ни заёмщиком, ни кредитором быть не может». Теннисон говорит о «небольшом запасе максим, проповедующих в сердце дочери» (Locksley Hall). Максимы обычно ассоциируются с «народным» или «прописным» подходом к морали.[1]

Деонтологическая этика[править | править код]

В деонтологической этике, главным образом в кантианской этике, максимы понимаются как субъективные принципы действия. Считается, что максима является частью мыслительного процесса агента для каждого рационального действия, и в его стандартной форме указывается: (1) действие или тип действия; (2) условия, при которых оно совершается; и (3) результат или цель, которые должны быть достигнуты действием или мотивацией. Максима действия часто называют намерением агента. В кантианской этике категорический императив представляет собой тест на максимы для определения того, являются ли действия, на которые они ссылаются, правильными, неправильными или допустимыми.

Категорический императив канонически формулируется следующим образом: «Действуйте только в соответствии с этой максимой, по возможности всегда так, чтобы она стала универсальным законом»[2].

В своей Критике практического разума Иммануил Кант привёл следующий пример максимы и того, как применять критерий категорического императива:

Я, например, поставил себе целью увеличить своё богатство любыми безопасными способами. Теперь у меня на руках задаток, владелец которого умер и не оставил никаких записей. … Поэтому я применяю максиму к этому делу и спрашиваю, может ли она действительно принять форму закона, и, следовательно, могу ли я посредством своей максимы в то же время сформулировать такой закон как: каждый может отрицать депозит, существование которого никто не может доказать. Я сразу понимаю, что такой принцип, как закон, самоуничтожится, поскольку приведёт к тому, что депозитов вообще не будет.[3]

Также говорят, что действие имеет «моральную ценность», если максима, в соответствии с которой действует агент, ссылается на цель соответствовать этому моральному требованию. То есть поступок человека имеет моральную ценность, когда он выполняет свой долг исключительно ради долга или поступает правильно по правильной причине. Сам Кант считал, что невозможно узнать, имело ли когда-либо чьё-либо действие моральную ценность. Кому-то может показаться, что он действовал исключительно «из чувства долга», но это всегда может бытьлишь иллюзией личного интереса: желания увидеть себя в лучшем, самом благородном свете. Это указывает на то, что агенты не всегда лучше всех оценивают свои собственные максимы или мотивы.

Личные знания[править | править код]

Майкл Поланьи в своём отчёте о неявном знании подчеркнул важность максим в фокусировке как явных, так и неявных способов понимания. «Максимы — это правила, правильное применение которых является частью искусства, которым они руководствуются. … Максимы могут действовать только в рамках личного (то есть эмпирического) знания»[4].

Примечания[править | править код]

  1. Oxford Dictionary of Philosophy, Maxim (Oxford University Press 2008) p. 226
  2. Kant, Immanuel. Grounding for the Metaphysics of Morals 3rd ed.. — Hackett, 1993. — P. 30. — ISBN 0-87220-166-X.
  3. Kant, Immanuel. Critique of Practical Reason. — Cambridge University Press, 1997. — P. 25/5:27. — ISBN 0-521-59051-5.
  4. Quoted in Guy Claxton, Live and learn (1992) p. 116

 

Ссылки[править | править код]