Марбери против Мэдисона

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Марбери против Мэдисона
Seal of the United States Supreme Court.svg
Прения состоялись 11 февраля, 1803
Закрыто 24 февраля, 1803
Полное название

William Marbury v. James Madison, Secretary of State of the United States

Источник

5 U.S. 137 (ещё)
1 Cranch 137; 2 L. Ed. 60; 1803 U.S. LEXIS 352

Решение

Секция 13 «Закона о Суде 1789» не соответствует конституции, так как направлена на расширение юрисдикции Верховного суда за пределы, позволенные Конституцией. Конгресс не имеет права принимать законы, которые противоречат конституции, и федеральные суды имеют право решать вопросы соответствия закона конституции.

Мнения

Марбери против Мэдисона — судебный прецедент, распространивший компетенцию Верховного суда США на судебный надзор (англ. judicial review) решений других ветвей власти. В решении по данному делу суд впервые в истории США признал парламентский закон несоответствующим Конституции, создав таким образом прецедент для будущих подобных решений. Следствием этого решения явилась реализация на практике принципа сдержек и противовесов между тремя ветвями власти, в рамках которого Верховный Суд мог рассматривать законодательные акты Конгресса на предмет соответствия Конституции и даже аннулировать эти законы, если они противоречили основному закону.

Обстоятельства[править | править вики-текст]

Дело началось с обращения Уильяма Марбери, назначенного президентом Джоном Адамсом на должность мирового судьи округа Колумбия, в Верховный суд с просьбой обязать государственного секретаря Джеймса Мэдисона выпустить соответствующий патент (документ, подтверждающий назначение судьи на должность). Согласно заявлению Марбери, власти штата задержали выпуск патента, что помешало осуществлению им полномочий. Суд под председательством Джона Маршалла отказал Марбери в просьбе, сославшись на то, что положение «Закона о суде 1789 года» (англ. Judiciary Act of 1789), который служил обоснованием его заявления, противоречило Конституции, и, таким образом, Верховный Суд не уполномочен рассматривать это дело.

Исторические предпосылки[править | править вики-текст]

После победы Т. Джефферсона на президентских выборах 1800 года политическая обстановка в стране значительно усложнилась. Это было связано с тем, что срок президента Адамса заканчивался 4 марта 1801 года, только через 2 месяца после окончания выборов. Всё это время у власти оставались президент Адамс и Конгресс 6 созыва с федералистским большинством. Конгресс воспользовался этим и выпустил «Закон о суде 1801 года» (англ. Judiciary Act of 1801). Этот закон вносил в ранее действовавший «Закон о суде 1789 года» (англ. Judiciary Act of 1789) следующие изменения:

Джон Адамс, второй президент США
Томас Джефферсон, третий президент США

3 марта, за день до окончания президентского срока, Адамс в спешном порядке назначил более 50 федералистов в созданные законом о суде 1801 года суды. Среди назначенных им судей был Уильям Марбери (англ. William Marbury), богатый землевладелец из Мерилэнда. Будучи убеждённым федералистом, Марбери активно участвовал в политической жизни родного штата. Как сторонник Адамса, Марбери получил назначение в мировой суд округа Колумбия на пять лет. В компетенцию мирового суда входило рассмотрение гражданских споров, предмет которых не превышал 20 долларов в цене.

4 марта назначения были одобрены сенатом в массовом порядке. Для окончательного утверждения в должности должны были быть выпущены патенты. Обязанности по подготовке патентов взял на себя государственный секретарь правительства Адамса Джон Маршалл, несмотря на то, что к этому моменту он был назначен Верховным Судьёй.

Маршалл не успел выпустить все патенты к концу срока президента Адамса. Он не сомневался, что остальные патенты выпустит его преемник и ошибся. Вскоре после принесения присяги президент Джефферсон дал указание Леви Линкольну, временно исполняющему обязанности государственного секретаря, задержать оставшиеся патенты. Джефферсон полагал, что задержка может лишить их юридической силы.

Новый республиканско-демократический Конгресс немедленно издал новый закон о суде, отменивший изменения, введённые законом о суде 1801 года (англ. Judiciary Act of 1801). Кроме того, он оставил только одну сессию Верховного суда вместо двух, отменил намеченные на июнь 1801 года слушания, с целью оттянуть рассмотрение конституционности нового закона.

Взаимоотношение статутного и обычного права[править | править вики-текст]

Первый аналогичный прецедент был создан в Англии в 1610 году. Парламент дал Лондонскому медицинскому колледжу право самостоятельно штрафовать тех, кто нарушал правила колледжа. Одним из оштрафованных (за занятие врачебной практикой без соответствующей лицензии) был доктор Бонгем. Судья Эдвард Кук счёл права, данные колледжу, «нарушающими пределы разумного», поскольку «никто не может быть сам себе судьёй».

Верховный Суд США не признал дело доктора Бонгема источником права.

Несмотря на прецедент, установленный лордом Куком в деле доктора Бонгема, примат законов парламента над нормами общего права был абсолютным. Основной действенной защитой от законодательного произвола было свободное волеизъявление народа в лице палаты общин

Кризис представления о праве суда на пересмотр законодательных актов (англ. judicial review) в Англии связан со Славной революцией 1688 года, в ходе которой король Яков II был низложен, а Парламент провозглашён высшим органом государства. В американских колониях концепция судебного пересмотра была по-прежнему популярна. Некоторые штаты узаконили её в своих конституциях, к 1803 году она применялась в рамках Конституции как судами штатов, так и федеральными судами.

Важно отметить, что право суда на судебный надзор за законодательной властью нигде в тексте Конституции не утверждается.

Александр Гамильтон в сборнике политических эссе «Федералист» обосновывает правильность (необходимость) передачи судам этой важной функции.

Если станут утверждать, что законодательные органы — сами конституционные судьи своих прав и истолкование ими собственной роли обязательно для других органов, то можно ответить: это отнюдь не обязательно и никак не следует из какого-нибудь положения конституции. Другими словами, нельзя предполагать, что в конституции имеется в виду дать возможность представителям народа заместить волю избирателей своей волей. Куда более рационально предположить, что суды учреждают, чтобы служить промежуточными органами между народом и законодательной властью, дабы, помимо прочего, они держали её в рамках предоставленной ей компетенции. Толкование законов — должная и свойственная судам сфера деятельности. Конституция является и должна рассматриваться судьями как основной закон. Они должны определять её значение, как и значение любых конкретных актов, исходящих от законодательного органа. Если при этом возникают непримиримые противоречия между ними, следует отдавать предпочтение высшим обязательствам, которые и имеют силу, или, другими словами, конституцию следует ставить выше статута, намерение народа выше намерений его представителей.

— Александр Гамильтон, «Федералист» № 78 [1]

Выдержки из применённых законов[править | править вики-текст]

Все дела, касающиеся послов, других официальных служащих и консулов, а также дела, в которых штат является одной из сторон, подсудны в первой инстанции Верховному суду. Во всех других случаях Верховный суд наделяется апелляционной юрисдикцией как в отношении законности, так и фактической стороны, с такими исключениями и правилами, какие может устанавливать Конгресс.

— Конституции США, Статья III, Раздел 2, Пункт 2

Верховный суд также имеет юрисдикцию по апелляциям от окружных судов и судов штатов по делам, указанным далее в этом законе, и имеет право выдавать судебные предписания о запрете (англ. writ of prohibition) окружным судам... и судебные предписания должностным лицам... в адрес любых судов или занимающих государственные должности лиц, которые были назначены властью Соединённых штатов.

— Акт о судебной власти 1789 года, Статья 13

Существуют три пути по которым дело может попасть на рассмотрение в Верховный суд. Два из них связаны с апелляционной юрисдикцией Верховного суда. По ограниченному кругу вопросов Верховный суд является судом первой инстанции.

Марбери, основываясь на том, что Закон о судоустройстве 1789 года сделал Верховный Суд первой инстанцией для удовлетворения ходатайств о выдаче предписаний должностному лицу (англ. writ of mandamus), обратился с ходатайством непосредственно в Верховный суд. Чтобы рассмотреть дело, Верховный суд должен быть судом первой инстанции. Поэтому, прежде чем принять дело к рассмотрению, суд должен был решить несколько вопросов:

«Толкование закона — это прерогатива и обязанность судебной власти» Слова Джона Маршалла, определившие суть судебного надзора, на стене Верховного суда
  1. Является ли статья III Конституции исключительным перечнем вопросов, по которым Верховный суд вправе выступать в качестве суда первой инстанции?
  2. Если статья III Конституции является исключительным списком, но США несмотря на это, дополняет его, обладает ли юридической силой соответствующий закон Конгресса?
  3. Кто вправе решать предыдущий вопрос?

Дав ответ на последний, третий, вопрос, Верховный суд определил суть и границы судебного надзора[источник не указан 2494 дня].

Решение[править | править вики-текст]

24 февраля 1803 года Верховный суд вынес единогласный (4-0) вердикт о том, что хотя Марбери имеет право занимать должность судьи, Верховный суд не имеет полномочий, чтобы заставить госсекретаря Мэдисона подтвердить его назначение на должность.

Решение было составлено главным судьёй Маршалом и рассматривало три главных вопроса:

  • Имеет ли Марбери законное право занимать должность судьи?
  • Существуют ли в законодательстве меры судебной защиты (англ. legal remedy), которыми мог бы воспользоваться Марбери?
  • Будет ли выдача судебного предписания должностному лицу (англ. writ of mandamus) Верховным судом являться правильной мерой защиты?

Маршал сразу ответил положительно на первые два вопроса, отметив, что отказ выдать документ о назначении на должность является попранием законного права Марбери: "О правительстве Соединённых Штатов часто с уважением отзываются как о власти законов, а не людей. Право на эту высокую характеристику будет несомненно утрачено, если выяснится, что судебная система не предоставляют защиту от попрания закреплённых законом прав." Таким образом, один из ключевых принципов, на которых построено это дело - на каждое нарушение законного права должна быть предусмотрена мера судебной защиты. Маршал далее описывает два ключевых вида решений исполнительной власти: политические, по которым у государственного служащего есть свобода манёвра, и административные, когда служащий по закону обязан произвести некие действия. Маршал заключает, что выдача Марбери документа о назначении является чисто административной функцией, требуемой законом, и значит закон предоставляет ему способы судебной защиты (от неисполнения этой функции).

Федеральный суд имеет право рассматривать не только дела в своей собственной юрисдикции, но также и в юрисдикции низших судов при рассмотрении апелляций. Если же суд не имеет полномочий для рассмотрения иска, он не должен выносить решение - соответственно перед рассмотрением дела по существу федеральный суд должен определить подсудность. Однако судья Маршал в данном решении никак не аргументировал подсудность иска и сразу перешёл к рассмотрению вопросов. Согласно принятому правилу "обхода конституционности" (если закон допускает такую интерпретацию, которая не затрагивает конституционные вопросы, то необходимо принимать именно эту интерпретацию), суды поднимают конституционные вопросы только в случае необходимости. В данном же случае подсудность иска как раз являлась таким конституционным вопросом.

При рассмотрении третьего вопроса, Маршал разделил его на две части - будет ли судебное предписание правильной мерой для восстановления законного права Марбери, и если да, должно ли это предписание быть выдано Верховным судом. Сразу отметив, что судебное предписание должностному лицу по определению является правильной судебной мерой, чтобы заставить государственного служащего Соединённых Штатов (в данном случае Государственного секретаря) выполнить требуемые от него действия (в данном случае выдать назначение на должность), Маршал посвятил основную часть второму вопросу: должно ли это предписание исходить от Верховного суда.

Проанализировав Акт о судебной власти 1789 года, Маршал пришёл к выводу, что он предоставляет именно Верховному суду право на выдачу предписаний должностным лицам. Затем он рассмотрел Статью III Конституции США, которая определяет юрисдикцию Верховного суда в качестве первой инстанции и апелляционной инстанции. Марбери аргументировал свой иск тем, что Конституция определяет только основную юрисдикцию, которую Конгресс имеет право дополнять. Маршал не принял этот аргумент и решил, что Конгресс не имеет полномочий для изменения юрисдикции Верховного суда в качестве первой инстанции. Соответственно, Маршал пришёл к выводу, что Акт о судебной власти входит в противоречие с Конституцией.

Таким образом возник вопрос о том, что происходит в случае, когда законодательный акт Конгресса противоречит Конституции. Маршал решил, что конфликтующие с Конституцией акты Конгресса не являются законами, и значит суды обязаны следовать Конституции, таким образом подтвердив принцип судебного надзора над законодательными актами. В поддержку данной позиции Маршал рассмотрел суть письменной кодифицированной Конституции - в ней не было бы никакого смысла, если бы суды могли её игнорировать. "Какой смысл имеет ограничение власти, и какой смысл эти ограничения принимать письменно, если бы их могли в любое время обходить все те, кого имелось в виду ограничить?" Сама суть судебной власти требует, чтобы данные ограничения рассматривались судом. В процессе рассмотрения дел суды должны решать, какие законы применимы в данном деле - следовательно, если законы противоречат друг другу, суд обязан выбрать, какой из них применить. Наконец, Маршал привёл присягу судьи, которая требует от них соблюдать Конституцию, а также Статью VI, Раздел 2 Конституции ("раздел о верховенстве"), которая ставит Конституцию на первом месте перед законами Соединённых Штатов.

Исходя из этих аргументов, суд отказал Марбери в иске и в вынесении судебного предписания должностному лицу, поскольку "Статья 13 Акта о судебной власти, принятого Конгрессом в 1789 году, которая давала Суду полномочия на вынесение таких судебных предписаний, является неконституционной и значит не имеющей законной силы".

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Цитируется по книге Федералист. Политические эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея: Пер. с англ. / Под общ. ред., с предисл. Н.Н.Яковлева, коммент. О.Л.Степановой. – М.: Издательская группа «Прогресс» – «Литера», 1994. – 592 с.